История Тары и уезда

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2019. № 2 (22). С. 60–65.
УДК 930
DOI 10.25513/2312-1300.2019.2.60-65
И. В. Чернова
КРЕСТЬЯНСКОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В ОМСКОМ ПРИИРТЫШЬЕ
НА РУБЕЖЕ XIX–XX вв.*
Рассматривается развитие крестьянской предпринимательской деятельности на территории
Омского Прииртышья на рубеже XIX–XX вв. Работа основана на архивных источниках – в основном
статистических материалах, многие из которых впервые вводятся в научный оборот. При интерпре-
тации материалов важную роль играло обращение к экономической и семейной истории. Нередко
рассматриваемые сюжеты пересекаются с локальной и персональной историей, благодаря этому
появляется возможность охарактеризовать, например, социально-экономические связи, склады-
вающиеся внутри локального сообщества. В силу специфики хозяйственной деятельности, как от-
мечается в работе, возникали тесные взаимоотношения между двумя наиболее представительными
слоями – крестьянством и купечеством.
Ключевые слова: торговля; крестьянское предпринимательств; Омское Прииртышье; промыс-
лы; локальные исследования.
I. V. Chernova

В Омском Прииртышье к концу XIX в.
сформировалось несколько крупных центров
торговли и предпринимательства. Большая
их часть была сконцентрирована вокруг Та-
ры и Тюкалинска, а также рядом с крупными
притрактовыми торговыми сёлами. Как от-
мечает Г. Х. Рабинович, в 1893 г. в Тоболь-
ской губернии было 26 купцов первой гиль-
дии (больше, чем в любой другой сибирской
губернии) и 900 купцов второй гильдии [1].
Однако, помимо купцов, активное участие
в экономической жизни принимали и пред-
ставители наиболее многочисленного сосло-
вия в Сибири – крестьяне. Благодаря их дея-
тельности в Омском Прииртышье к концу
XIX в. оформилось несколько фамильных
кланов, специализирующихся чаще всего на
торговле или промыслах. В народной памяти
остались фигуры Мельниковых, Калижнико-
вых, Дудиковых, Ярковых.
_______________________________________
*

Известный местный краевед В. С. Ано-
шин в одной из своих книг, посвящённой
истории с. Евгащино, упоминал, что предки
купца Павла Васильевича Мельникова про-
исходили из Рязанской губернии. Их пред-
принимательская деятельность в Сибири
в первой половине XIX в. началась с легко-
вой ямщины. Этому не помешал даже статус
ссыльного. Павел Мельников продолжил де-
ло своего отца, используя не всегда одобряе-
мые, но тем не менее эффективные экономи-
ческие рычаги. Довольно ярко это иллюстри-
рует следующий сюжет, упоминаемый
В. С. Аношиным: «Однажды перед Рождест-
венскими праздниками он приехал в Омск
и закупил у крупных поставщиков – Коло-
кольникова и Жернакова, – всю муку, а по-
том несколько времени задержал её продажу.
Этим он нарушил продажу муки в розничную
торговлю и выработку хлебо-булочных изде-
лий...»1 На данной спекулятивной операции за
15–20 дней он заработал более 10 тыс. руб.
Быстрое продвижение Мельниковых
в бизнесе во многом объясняется наличием
обширных связей в местных деловых кругах.
Как отмечает в одном из историко-генеало-
гических очерков А. А. Крих, они были тесно
связаны семейно-брачными отношениями
с местной купеческой династией Калижнико-
вых, тарскими предпринимателями Резиными
и евгащинскими купцами Ярковыми. При
этом официально Павел Васильевич Мельни-
ков принадлежал к крестьянскому сословию
и купцом не являлся. Однако, его предприни-
мательская деятельность привела к тому, что
потомок ссыльного крепостного крестьянина
оказался в коллективной памяти купцом
П. В. Мельниковым [2, с. 99, 104–105].
Для некоторых известнейших предпри-
нимателей Омского Прииртышья XIX в., та-
ких как Калижниковы, пребывание в кресть-
янском сословии было кратковременным.
Но тем не менее по мнению А. А. Крих, вой-
дя в состав верхушки сибирского купечества,
они выполняли роль посредников между тар-
скими купцами и местными «торгующими
крестьянами», чем и способствовали разви-
тию предпринимательства в родном селе и
в регионе в целом [2, c. 85–87].
Помимо родственных связей крестьян-
ское предпринимательство во многом опре-
делялось сложившимися в рамках сообщест-
ва хозяйственными традициями. В Тарском
округе, по свидетельству П. И. Соколова,
условно выделялось три района, отличаю-
щихся природно-географическими особен-
ностями, а значит, и занятиями населения.
В «земледельческий район» им была вклю-
чена почти вся Логиновская волость, часть
Бергамакской, Малокрасноярской и Аялын-
ской волостей. Основное занятие здешних
крестьян – земледелие. «Болотный район»
охватывал Бутаковскую, Нижнеколосовскую
и Рыбинскую волости. Здесь, помимо лесных
промыслов, включающих в том числе и охо-
ту, были распространены и ремесленные за-
нятия. И, наконец, «лесной район» включал
обширные урманные пространства округа [3,
с. 20–31]. Благополучие населения этой части
округа в большей степени зависело от лес-
ных промыслов – охоты, собирательства
и лесозаготовок.
Ярким примером подобной специализа-
ции может служить д. Сыщиково современ-
ного Седельниковского района. Подворная
перепись, результаты которой по д. Сыщи-
ково были опубликованы в 1890 г., показала
сохранение комплексности хозяйства с пре-
обладанием лесного промысла, которым за-
нимались хозяева 30 дворов, что составляет
около 60 % по отношению к общему числу
дворов. Развивалось здесь и сельское хозяй-
ство. Статистические материалы свидетель-
ствуют о сохранении его традиционной
структуры с преобладанием животноводства.
Однако, основной доход хозяевам всё же
приносили лесные промыслы – охота на бе-
лок, рябчиков, зайцев, медведей, оленей, ло-
сей, калунков и сбор орехов. В 1877–1878 гг.
из всего полученного жителями д. Сышиково
дохода в 1 626 руб. на долю лесных промыслов
пришлось 1 509 руб. [3, с. 2, 11–12, 96–97].
Первичные материалы переписи 1897 г.
позволяют уточнить, представители каких
семейств занимались процветающим охот-
ничьим промыслом. Охотой, как следует из
этих материалов, были заняты главы 15 хо-
зяйств, из них четверо обозначены как «про-
мыслинники», т. е. охотники, добывающие
зверя, в том числе и для торговли. Все ос-
тальные записаны «охотниками» / «охотни-
ками за зверем». Интересно, что охота у про-
мысловиков носила вспомогательный / побоч-
ный характер, профессиональным промысло-

виком был лишь Андрей Фёдоров Скуратов, в качестве побочного занятия у него указано
«колесник»2. Востребованность охоты у жителей Сыщиково подтверждает и наличие
в хозяйстве Николая Ивановича Сабаева работника – Карла Казимерова Островского,
50 лет, католического вероисповедания, основным занятием которого была охота3.
Несколько иная ситуация с промыслами складывалась в притрактовых населённых
пунктах «лесного района» Тарского округа. Доходы от лесного промысла составляли
здесь не столь внушительные суммы, уступая место другим занятиям, например, извозу.
В с. Седельниковском из общих доходов в сумме свыше 1 700 руб. лишь половина
была получена крестьянами от лесных промыслов (охоты на белок, рябчиков и зайцев)
[3, с. 100].
Отмечается и некая групповая специализация в промысловых занятиях. Так, у рус-
ских крестьян в структуре лесных промыслов преобладала охота, а у татар это были сбор
и продажа орехов, а также рыболовство. Лесозаготовки не получили у инородцев широ-
кого распространения, так как многие их угодья были включены в состав государст-
венных лесных дач. Исключение составили лишь жители пос. Верх-Ашеванского, заго-
тавливающие строевой лес и дрова. Эта деятельность приносила доход в 40–60 руб. на
семью. В северных районах Тарского округа серьёзные прибыли были связаны с рыбной
ловлей, однако, татарское население нередко выступало лишь в качестве наёмных работ-
ников. П. И. Соколов, опираясь на материалы подворной переписи, указывает, что в татар-
ском селении Усть-Ишиме «в 1887 году ценность добытой рыбы простиралась до 10 000
рублей, а в 1888 г. – до 14 000 рублей». Всем этим промыслом руководил «главный рыбо-
промышленник Шапошников» [3, с. 108].
Масштабы лесозаготовительных мероприятий в этот период позволяют оценить
данные «Вопросных бланков о лесном промысле в Тобольской губернии», где пред-
ставлена оценка лесозаготовок – населённые пункты, направление, продукция, её цена
и доход семьи от указанной деятельности.
Они подтверждают выводы о районировании
территории Тарского уезда, о влиянии при-
родно-географических условий на лесные
промыслы и о благоприятном влиянии на
промыслы близости крупных центров тор-
говли и предпринимательства.
В Атирской волости центрами лесозаго-
товок были пос. Тунзинский, Бичуринский
и Красноярский, в которых всё население
занималось продажей и сплавом леса в кон-
тору Переселенческого управления. По офи-
циальным данным, скорее всего весьма за-
ниженным, в год они заготавливали около
10 000 брёвен строевого леса. Однако, осо-
бой прибыли жителям это, судя по всему,
не приносило, так как средний доход на се-
мью составлял около 30 руб.4 Схожие разме-
ры дохода отмечены и в Егорьевской волос-
ти, где лесозаготовками занимались около
200 семей в 32 населённых пунктах5.
В более выгодном положении оказались
крестьяне Бергамакской волости, где заго-
товкой дров и леса занимались лишь 70 се-
мей из с. Рязанского. Половину заготовлен-
ных дров и брёвен они продавали в с. Му-
ромцевском, а вторую половину – «на сторо-
не по уезду». Средний заработок на семью
здесь составлял около 90 руб. в год6.
В земледельческих районах Тарского
уезда лесные промыслы также были доволь-
но успешны. В д. Старо-Логиново дровору-
бами, согласно материалам Переписи 1897 г.,
были члены семей Шмаковых и Калининых.
Занятыми в лесных промыслах были также
рыболовы – Андрей Васильев с женой, Иван
Шмаков и Алексей Левановский7. Центром
лесозаготовок Логиновской волости были
с. Екатерининское и д. Усть-Тара. Заготов-
ленные дрова, строевой лес, плахи и брусья
местные жители продавали в Таре и на паро-
ходной пристани. Благодаря этому доход се-
мьи увеличивался в среднем на 70–80 руб.8
Были среди них и более удачливые
предприниматели. В их числе – крестьянин
с. Логино-Хорошковского Логиновской во-
лости Поликарп Иванов Неупокоев, который
занимался мелочной торговлей дровами
в д. Старо-Логиново. В Тобольском архиве
имеется дело о наследстве Поликарпа Не-
упокоева, из материалов которого видно, что
оборот организованного им предприятия со-
ставлял около 3 тыс. руб. в год. В наследство
его дочери достался двухэтажный дом с хо-
зяйственными постройками, банковский
вклад в 5 тыс. руб. и долговые обязательства

на сумму почти в 2 тыс. руб.9 Однако, в ма-
териалах Переписи 1897 г. у Поликарпа Не-
упокоева в качестве основного занятия ука-
зано «земледелец-хозяин»10.
В этом же селе, как видно из данных за
1897 г., были расположены мануфактурные
лавки Михея Чернова и Акулины Полынско-
вой11. Однако, можно оценить масштабы
предпринимательской деятельности лишь
Михея Чернова. В сведениях об имуществе,
оставшемся после его смерти, перечислены:
полукаменный дом в с. Логиновском, в кото-
ром располагалась лавка, мануфактурный
и мелочный товар на 10 тыс. руб., два дере-
вянных дома с прислугою, 10 000 пудов
пшеницы «в зерне», 8 000 пудов ржи, здание
хлебозапасного магазина и вклад в Логинов-
ском сельском банке на сумму 1 тыс. руб.
Кроме этого, Михей Чернов владел лавкою и
в с. Большереченском, в которой осталось
товара на 4 тыс. руб. Общая стоимость его
имущества, отошедшего по завещанию вдове
Евдокии Черновой, детям – Михаилу, Мака-
ру, Анастасии, Анне, Марии, Клавдии и вну-
ку Макару Михайлову, была оценена в сум-
му более 20 тыс. руб.12 Список заёмщиков
Михея Чернова показывает его связи с семь-
ями Новгородцевых, Заливиных и Барха-
товых. Один из сыновей Михея Чернова
в 1901 г. организовал в деревне Шуево мас-
лодельный завод мощностью в 12 500 пудов
молока, который по официальной оценке мог
приносить доход в 4 464 руб.13
Неупокоевы и Черновы – известные се-
мейства в Тарском Прииртышье, появившие-
ся, как и Немчиновы, из категории служилых
людей. Занятие торговой деятельностью
и предприимчивость вкупе с давними хозяй-
ственными и семейными связями позволили
им создать серьёзные капиталы. Стоит также
отметить и их ориентацию на местный рынок
и комплексность хозяйства.
В среде менее предприимчивых кресть-
ян широкое распространение получили и ре-
месленные занятия, которые приносили оп-
ределённый доход. В д. Заливино Логинов-
ской волости большая часть населения была
занята бондарным промыслом и «плетением /
изделием сит». На этом фоне выделялась
лишь семья Ивана Неупокоева, у которого
в качестве основного занятия обозначена
торговля деревянной посудой14. Н. Л. Скало-
зубов отмечает, что «промыслы эти удовле-
творяли потребности местного рынка, лишь
незначительная часть товаров сбывалась кус-
тарями в Омске, Вознесенском, Спасском
Тюкалинского уезда» [4, с. 60].
Схожая ситуация наблюдалась и
в д. Шуево, жители которой имели семейные
связи с крестьянами д. Заливино и д. Сыщи-
ково. Здесь сформировалось несколько круп-
ных семейных кланов, представители кото-
рых, помимо земледелия занимались торгов-
лей и ремеслом. В их числе – семья Пелым-
ских. Борис Пелымский был хозяином ме-
лочной лавки (под неё, видимо, был построен
отдельный дом), а Климент Пелымский вла-
дел мануфактурной лавкой15. Их дальний
родственник Евлампий Фёдорович Пелым-
ский был приказчиком общественного пи-
тейного заведения в д. Шуево. Кроме того,
население д. Шуево было занято и в отхожих
промыслах – в 1897 г. таковых зафиксирова-
но 18 человек обоего пола, многие отбывали
в Иркутскую губернию. В материалах Первой
всеобщей переписи не указано, какими имен-
но промыслами они занимались, но среди жи-
телей Шуево и спустя много лет ходили рас-
сказы о том, как их предки издавна ходили на
реку Алдан, на прииски16. Этот промысел был
распространён у шуевских старожилов вплоть
до Великой Отечественной войны.
Были здесь и ремесленники, проживаю-
щие в селении временно, – два сапожника
Сидор Рудь из Кубанской области и Павел
Шипицын из Тары, квартировавшие у вдовы
Степаниды Осиповны Пермяковой, а также
кузнец из Казанской губернии Александр
Хлыстов, постоянно проживавший в городе
Ялуторовске17. Надо полагать, они приезжа-
ли сюда на то время, пока был спрос на их
услуги. В общей сложности из 16 ремеслен-
ников в д. Шуево, отмеченных в материалах
Переписи 1897 г., девять были бондарями,
двое – сапожниками, по одному мельнику,
кузнецу, портному, стекольщику и плотнику.
Из этих шестнадцати почти все занимались
бондарством, и только один был портным –
Акакий Васильевич Почекуев18.
Помимо торговли, ремесла и лесных
промыслов, крестьяне занимались перера-
боткой сельскохозяйственной продукции.
Рубеж XIX–XX вв. – это время расцвета мас-

Сборник «Прииртышье мое».Тара, в документах РГАДА,в фондах Омского архива

Сборник «Прииртышье мое».
Тара, в документах РГАДА,
в фондах Омского архива