История Тары и уезда

Известный местный краевед В. С. Ано-
шин в одной из своих книг, посвящённой
истории с. Евгащино, упоминал, что предки
купца Павла Васильевича Мельникова про-
исходили из Рязанской губернии. Их пред-
принимательская деятельность в Сибири
в первой половине XIX в. началась с легко-
вой ямщины. Этому не помешал даже статус
ссыльного. Павел Мельников продолжил де-
ло своего отца, используя не всегда одобряе-
мые, но тем не менее эффективные экономи-
ческие рычаги. Довольно ярко это иллюстри-
рует следующий сюжет, упоминаемый
В. С. Аношиным: «Однажды перед Рождест-
венскими праздниками он приехал в Омск
и закупил у крупных поставщиков – Коло-
кольникова и Жернакова, – всю муку, а по-
том несколько времени задержал её продажу.
Этим он нарушил продажу муки в розничную
торговлю и выработку хлебо-булочных изде-
лий...»1 На данной спекулятивной операции за
15–20 дней он заработал более 10 тыс. руб.
Быстрое продвижение Мельниковых
в бизнесе во многом объясняется наличием
обширных связей в местных деловых кругах.
Как отмечает в одном из историко-генеало-
гических очерков А. А. Крих, они были тесно
связаны семейно-брачными отношениями
с местной купеческой династией Калижнико-
вых, тарскими предпринимателями Резиными
и евгащинскими купцами Ярковыми. При
этом официально Павел Васильевич Мельни-
ков принадлежал к крестьянскому сословию
и купцом не являлся. Однако, его предприни-
мательская деятельность привела к тому, что
потомок ссыльного крепостного крестьянина
оказался в коллективной памяти купцом
П. В. Мельниковым [2, с. 99, 104–105].
Для некоторых известнейших предпри-
нимателей Омского Прииртышья XIX в., та-
ких как Калижниковы, пребывание в кресть-
янском сословии было кратковременным.
Но тем не менее по мнению А. А. Крих, вой-
дя в состав верхушки сибирского купечества,
они выполняли роль посредников между тар-
скими купцами и местными «торгующими
крестьянами», чем и способствовали разви-
тию предпринимательства в родном селе и
в регионе в целом [2, c. 85–87].
Помимо родственных связей крестьян-
ское предпринимательство во многом опре-
делялось сложившимися в рамках сообщест-
ва хозяйственными традициями. В Тарском
округе, по свидетельству П. И. Соколова,
условно выделялось три района, отличаю-
щихся природно-географическими особен-
ностями, а значит, и занятиями населения.
В «земледельческий район» им была вклю-
чена почти вся Логиновская волость, часть
Бергамакской, Малокрасноярской и Аялын-
ской волостей. Основное занятие здешних
крестьян – земледелие. «Болотный район»
охватывал Бутаковскую, Нижнеколосовскую
и Рыбинскую волости. Здесь, помимо лесных
промыслов, включающих в том числе и охо-
ту, были распространены и ремесленные за-
нятия. И, наконец, «лесной район» включал
обширные урманные пространства округа [3,
с. 20–31]. Благополучие населения этой части
округа в большей степени зависело от лес-
ных промыслов – охоты, собирательства
и лесозаготовок.
Ярким примером подобной специализа-
ции может служить д. Сыщиково современ-
ного Седельниковского района. Подворная
перепись, результаты которой по д. Сыщи-
ково были опубликованы в 1890 г., показала
сохранение комплексности хозяйства с пре-
обладанием лесного промысла, которым за-
нимались хозяева 30 дворов, что составляет
около 60 % по отношению к общему числу
дворов. Развивалось здесь и сельское хозяй-
ство. Статистические материалы свидетель-
ствуют о сохранении его традиционной
структуры с преобладанием животноводства.
Однако, основной доход хозяевам всё же
приносили лесные промыслы – охота на бе-
лок, рябчиков, зайцев, медведей, оленей, ло-
сей, калунков и сбор орехов. В 1877–1878 гг.
из всего полученного жителями д. Сышиково
дохода в 1 626 руб. на долю лесных промыслов
пришлось 1 509 руб. [3, с. 2, 11–12, 96–97].
Первичные материалы переписи 1897 г.
позволяют уточнить, представители каких
семейств занимались процветающим охот-
ничьим промыслом. Охотой, как следует из
этих материалов, были заняты главы 15 хо-
зяйств, из них четверо обозначены как «про-
мыслинники», т. е. охотники, добывающие
зверя, в том числе и для торговли. Все ос-
тальные записаны «охотниками» / «охотни-
ками за зверем». Интересно, что охота у про-
мысловиков носила вспомогательный / побоч-
ный характер, профессиональным промысло-

виком был лишь Андрей Фёдоров Скуратов, в качестве побочного занятия у него указано
«колесник»2. Востребованность охоты у жителей Сыщиково подтверждает и наличие
в хозяйстве Николая Ивановича Сабаева работника – Карла Казимерова Островского,
50 лет, католического вероисповедания, основным занятием которого была охота3.
Несколько иная ситуация с промыслами складывалась в притрактовых населённых
пунктах «лесного района» Тарского округа. Доходы от лесного промысла составляли
здесь не столь внушительные суммы, уступая место другим занятиям, например, извозу.
В с. Седельниковском из общих доходов в сумме свыше 1 700 руб. лишь половина
была получена крестьянами от лесных промыслов (охоты на белок, рябчиков и зайцев)
[3, с. 100].
Отмечается и некая групповая специализация в промысловых занятиях. Так, у рус-
ских крестьян в структуре лесных промыслов преобладала охота, а у татар это были сбор
и продажа орехов, а также рыболовство. Лесозаготовки не получили у инородцев широ-
кого распространения, так как многие их угодья были включены в состав государст-
венных лесных дач. Исключение составили лишь жители пос. Верх-Ашеванского, заго-
тавливающие строевой лес и дрова. Эта деятельность приносила доход в 40–60 руб. на
семью. В северных районах Тарского округа серьёзные прибыли были связаны с рыбной
ловлей, однако, татарское население нередко выступало лишь в качестве наёмных работ-
ников. П. И. Соколов, опираясь на материалы подворной переписи, указывает, что в татар-
ском селении Усть-Ишиме «в 1887 году ценность добытой рыбы простиралась до 10 000
рублей, а в 1888 г. – до 14 000 рублей». Всем этим промыслом руководил «главный рыбо-
промышленник Шапошников» [3, с. 108].
Масштабы лесозаготовительных мероприятий в этот период позволяют оценить
данные «Вопросных бланков о лесном промысле в Тобольской губернии», где пред-
ставлена оценка лесозаготовок – населённые пункты, направление, продукция, её цена
и доход семьи от указанной деятельности.
Они подтверждают выводы о районировании
территории Тарского уезда, о влиянии при-
родно-географических условий на лесные
промыслы и о благоприятном влиянии на
промыслы близости крупных центров тор-
говли и предпринимательства.
В Атирской волости центрами лесозаго-
товок были пос. Тунзинский, Бичуринский
и Красноярский, в которых всё население
занималось продажей и сплавом леса в кон-
тору Переселенческого управления. По офи-
циальным данным, скорее всего весьма за-
ниженным, в год они заготавливали около
10 000 брёвен строевого леса. Однако, осо-
бой прибыли жителям это, судя по всему,
не приносило, так как средний доход на се-
мью составлял около 30 руб.4 Схожие разме-
ры дохода отмечены и в Егорьевской волос-
ти, где лесозаготовками занимались около
200 семей в 32 населённых пунктах5.
В более выгодном положении оказались
крестьяне Бергамакской волости, где заго-
товкой дров и леса занимались лишь 70 се-
мей из с. Рязанского. Половину заготовлен-
ных дров и брёвен они продавали в с. Му-
ромцевском, а вторую половину – «на сторо-
не по уезду». Средний заработок на семью
здесь составлял около 90 руб. в год6.
В земледельческих районах Тарского
уезда лесные промыслы также были доволь-
но успешны. В д. Старо-Логиново дровору-
бами, согласно материалам Переписи 1897 г.,
были члены семей Шмаковых и Калининых.
Занятыми в лесных промыслах были также
рыболовы – Андрей Васильев с женой, Иван
Шмаков и Алексей Левановский7. Центром
лесозаготовок Логиновской волости были
с. Екатерининское и д. Усть-Тара. Заготов-
ленные дрова, строевой лес, плахи и брусья
местные жители продавали в Таре и на паро-
ходной пристани. Благодаря этому доход се-
мьи увеличивался в среднем на 70–80 руб.8
Были среди них и более удачливые
предприниматели. В их числе – крестьянин
с. Логино-Хорошковского Логиновской во-
лости Поликарп Иванов Неупокоев, который
занимался мелочной торговлей дровами
в д. Старо-Логиново. В Тобольском архиве
имеется дело о наследстве Поликарпа Не-
упокоева, из материалов которого видно, что
оборот организованного им предприятия со-
ставлял около 3 тыс. руб. в год. В наследство
его дочери достался двухэтажный дом с хо-
зяйственными постройками, банковский
вклад в 5 тыс. руб. и долговые обязательства

Сборник «Прииртышье мое».Тара, в документах РГАДА,в фондах Омского архива

Сборник «Прииртышье мое».
Тара, в документах РГАДА,
в фондах Омского архива