Село Слудка Ильинский район Пермский край

Рукописи крестьян Демидовых

В 1970 году вдова известного пермского художника-педагога А.Н. 3еленина передала в краеведческий музей и картинную галерею Перми собрание рукописных книг XVIII - начала XIX веков и архивные документы. Рукописи и архив не были случайными находками художника, а представляли собой родовую коллекцию, старательно собираемую несколькими поколениями. в XVIII-XIX веках эти книги принадлежали крестьянской семье Демидовых из села Слудки - в прошлом крепостных Строгановых. К роду Демидовых принадлежала жена А.Н. 3еленина, урожденная Теплоухова, отец которой основал в XIX веке музей в селе Ильинском. К ней по наследству перешли рукописи и документы, счастливо сохранившиеся в сложных исторических обстоятельствах нашего времени.
Слудка находилась на интенсивном торговом пути - слиянии рек Обвы и Камы. Судоходство становится для жителей села основным занятием начиная с XVIII века. Будучи
крепостными крестьянами Строгановых, они на время судоходства переходили на положение наемных рабочих, занимались сопровождением грузов, работали лоцманами и караванщиками, приобщались к торговле. Естественно, все это требовало грамотности, умения вести деловые операции, разбираться в торговых документах. Эти занятия расширяли представления крестьян о мире, формировали оборотистость и предприимчивость. Даже внешний облик села, одежда жителей, бытовой уклад отличались от традиционно крестьянского. Вторым фактором явилась причастность жителей Слудки-Ильинского к делам по управлению имением. В XVIII веке в Слудке, а затем в Ильинском находилось главное управление вотчин. Из жителей сел Слудка и Ильинское формировались писцы, канцеляристы и управленцы, что стимулировало овладение различными областями знаний, в том числе гуманитарными. В Ильинском была реальная возможность сделать карьеру. Хорошая служба вознаграждалась морально и материально. В этом «культурном гнезде» в конце XVIII века была открыта школа, а в XIX веке - первый общественный театр и сельская публичная библиотека. Ильинское было крупнейшим культурным центром на Урале со своей иконописной мастерской и светскими живописцами. В отличие от столичных, эти круги были более тесно связаны с традициями народного искусства.
Складывались династии резчиков, купцов, чиновников, в чьей деятельности соединялись профессиональные и творческие интересы. Крепостные Строгановых, приобщенные к
слою образованных людей в первом или втором поколениях, имели возможность постоянно расширять свой кругозор. Высок был уровень письменной культуры, грамотность была повсеместной, существовали семейные архивы и традиция написания завещаний. Жителями Слудки-Ильинское, по нашим сведениям, начиная с середины XVIII века, собираются частные библиотеки. Одна из подобных библиотек, владельцами которой было семейство Демидовых, сохранилась до нашего времени. В ее составе переписаны увлекательные произведения древнерусской и новой литературы. Тексты памятников сохранялись владельцами для собственных целей, немаловажная из которых - читательское
удовольствие от хорошей книги. На полях и в конце рукописей (сейчас их известно около 30) встречаются многочисленные записи владельцев и переписчиков библиотеки. Проведенный анализ состава библиотеки и конкретных текстов позволяет раскрыть богатый внутренний мир строгановских крестьян, размышляющих о законах человеческой судьбы, противоречиях в мире, ищущих новые жизненные впечатления. Этой библиотекой владело несколько поколений Демидовых. Впоследствии Сила Демидов стал купцом первой гильдии и в сохранившемся портрете велел изобразить себя с гусиным пером в руке. на фоне реки с плывущей баркой. Из многочисленного рода Демидовых вышли работники речного флота, учителя, библиотекари, ученые и чиновники, хорошо помнившие своих предков и места, откуда они родом. Недаром среди них оказываются работники музеев (директор музея речнor;о флота, основатель музея предпринимательства в Екатеринбурге).
Экономическое освоение Урала, начавшееся в XVI веке, сопровождалось у Строгановых поисками способов тесного прикрепления людей к конкретному региону. Это приводило
к необходимости заботиться о строительстве церквей и их снабжении книгами. Книжное собрание Строгановых восходило к XVI веку, было самым обширным из библиотек частных лиц и насчитывало к XVII веку 800-900 книг. «Вряд ли В провинции В то время, - замечает М.И. Слуховский, - были библиотеки более богатые, чем у Строганова».
Необходимо иметь в виду, что, по мнению исследователей, 'книжные собрания приходских церквей можно считать волостными библиотеками, которые в силу «тесной связи с широкими народными массами... имели большее культурное значение для развития культуры (грамотность, нравственное воздействие), чем огромные библиотеки монастырей,
скрытые за толстыми стенами и доступные немногим».
Большая часть книг XVIII века связана с родом Василия, Петра и Ивана Демидовых. Среди произведений, собранных и переписанных в рукописную библиотеку Демидовых,
можно выделить несколько направлений. Помимо апокрифических «Страстей Христовых», хранились и читались «Житие Евстафия Плакиды», которое пришло «в менах» на
«гисторию О некоем царе Батые», отдельно переписано «Житие Василия Нового». Привлекал крестьян образ Стефана Пермского и эпизод из жития северно-русского святого Артемия Веркольского. Активным переписчиком книг «вотчинным крестьяниным» Григорием Богдановым в 1780 году переписано апокрифическое слово Паладия мниха «О втором Христовом пришествии и о страшном суде». Богданов указывает источник: «Списано С некоторого летописца». В сложном по составу сборнике конца
XVIII века рядом с поучениями Иоанна Златоуста переписывается притча о богатых и скупых «от болгарских книг», слова и повести нравоучительного содержания, предписывающие правила поведения человеку. Пожалуй, это один из немногих сборников собрания, где регламентируется жизнь человека по традиционным христианским нормам.
Выстраивая внутреннюю структуру собрания, можно выделить два главных направления в содержании большинства произведений: стремление проникнуть во внутреннюю сущность окружающей действительности и выявление закономерностей в судьбе человека.
Система различных представлений энциклопедического плана, включая богословские и естественнонаучные, содержалась в списке Луцидариуса ХVIП века - популярного апокрифического сочинения древнерусской литературы начиная с XVI века. На списке «Лусидора, сиречь Златого бисера», как озаглавлена рукопись, Василий Демидов оставил свои записи несколько раз, указав, что он получил ее «в менах» от Василия Плотникова в 1780 году, вторая запись относится к 1782 году, а в 1788 году рукопись подписывает Григорий Богданов. Как видим, эта рукопись активно читалась крестьянами. В одном ряду с Луцидариусом находится сборник, содержащий апокрифические вопросы, толкование скорописным словам, отражающий стремление к систематизации представлений о мире. Неоднократно в составе рукописей переписывается апокриф «Иерусалимский· свиток», обосновывающий в ярком сюжетном рассказе, наполненном чудесами и пророчествами, необходимость праJ3едного поведения, почитания пятницы, рисующий апокалиптическую образную картину наказания грешников. В одном из этих сборников рядом с апокрифом, утверждающим покорное, традиционно-идеальное христианское
поведение, помещается озорная «Переписка чигринских казаков с турецким султаном», в которой крестьяне находили пример свободного раскованного сознания, способного активно противостоять злу.
Крестьяне, давая оценку миру, обращаются и к традиционным фольклорным жанрам, делая их фактом письменности. Так, Василий Демидов собственноручно переписывает небольшой, но достаточно емкий «Лечебник», содержащий, помимо советов, как лечить различные заболевания, еще и рекомендации бытового характера, заговоры, советы по применению магии для нужд социального плана.
Традиционная приверженность народного искусства к фантастическому, занимательному вместе с привычными сюжетами, посвященными поискам героев прекрасной земли,
реализовалась в чтении «Повести об Индейском царстве», переписанной в одном сборнике с «Повестью о царе Агее». Последняя, рассуждающая о наказании гордого правителя,
открывает нам размышления крестьян о возможностях резких поворотов в человеческой судьбе. Причастность крестьян Слудки к профессиям, связанным с поездками, подкрепляла
их интерес к жанру путешествий, хождений. Не случайно в собрании сохраняется «Хождения Трифона Коробейникова». Существенной частью рукописной библиотеки являются сборники, содержащие рыцарские повести. Особого внимания удостаивается «Повесть О Бове», в двух списках и отрывок из «Повести О цесаревиче Диоклетиане». Рыцарские повести, близкие по своим приключениям и конфликтам к столкновениям .сказочного характера, вместе с тем открывали крестьянину новый для него мир рыцарской любви и верности, где осуждались предательство и измены, прославлялись верность и беззаветная храбрость героев.
Перед нами вариант «народной библиотеки», сложившейся в результате творческого целенаправленного отбора, переписывания и обмена нужной литературы и отразившей многогранные, глубокие народные мировоззренческие, нравственно-моральные и · эстетические интересы. В какой мере эту библиотеку можно считать типично крестьянской? Скорее всего перед нами момент формирования и раскрытия в составе библиотеки интересов зарождаюrцейся крепостной интеллигенции и купеческого сословия, из которого, как мы знаем, в XIX веке вышли многие представители разночинцев, оставивших свой след в развитии русской культуры.

Источник Уральский следопыт 1998 год №№ 10-12

Церковь во имя Петра и Павла в Слудке, 1896 г.

Источник - Фото из фондов Ильинского музея https://vk.ru/@irkmuz59-selo-sludka

Пермские губернские ведомости 23 января 1896 год № 17

Об упорядочении грунтовых дорог
Населеніе, проживающее вблизи железныхъ дорогъ и судоходныхъ рѣкъ, видимо преуспѣваетъ въ улучшеніи своего экономическаго быта, но нельзя того-же сказать о населеніи, живущемъ вдали отъ всякихъ удобныхъ путей сообщенія при однихъ грунтовыхъ дорогахъ. Особеннымъ безобразіемъ отличаются эти грунтовыя дороги въ районѣ, такъ назыв., Камскаго полуострова, въ уѣздахъ: Соликамскомъ, Пермскомъ, Чердынском и Оханскомъ. Въ этой части губерніи, при отсутствіи уѣздныхъ городовъ судьба не допустила и проведенія, такъ называемыхъ, уѣздныхъ трактовъ: существуютъ толъко однѣ проселочныя дороги, ремонтируемыя путемъ натуральной повинности отъ крестьянскихъ обществъ. Ремонтъ этотъ въ послѣднее время во многихъ мѣстахъ полотно дороги свелъ на нѣтъ; весной и осенью эти проселочныя дороги, представляютъ лужи грязи, шириной въ 50 — 100 саженъ, безъ всякихъ признаковъ канавъ; но есть случаи и противоположные— каждая проселочная дорога разбивается на участки по числу домохозяевъ, и вотъ эти доморощенные инженеры— путейцы полотно дороги чисткой канавъ до того подкопали, что съ трудомъ проходитъ одна лошадь съ телѣгой,— послѣдняя съ сѣдокомъ ежеминутно рискуетъ свалиться въ одну изъ канавъ по сторонамъ дороги. Особенно много хлопотъ бываетъ при встрѣчахъ подводъ троечныхъ и пароконныхъ, когда одна изъ встрѣтившихся подводъ не минуемо должна сворачивать не въ канаву, а уже за канаву; при этомъ пассажирамъ невольно приходится оставлять экипажи. Передвиженіе по этимъ дорогамъ особенно много приноситъ огорченія женщинамъ съ малыми дѣтьми, тутъ дѣло необходится безъ оказій, какъ говоритъ мѣстное населеніе.
Помимо пассажирскаго движенія на площади Камскаго полуострова, значительные торговые пункты, а также районы съ развитой промышленностью даютъ значительное число грузовъ для передвиженія. Болѣе оживленнымъ является треугольникъ, имѣющій своимъ угломъ Слудскую и Усть-Пожевскую пристани, а третій уголъ этого треугольника составляетъ село Кудымкоръ, вблизи границы Вятской губерніи, въ Соликамскомъ уѣздѣ. Въ районѣ этого треугольника находятся и прилегаютъ волости съ значительнымъ населеніемъ; такъ въ Пермскомъ уѣздѣ, начиная со Слудской и Ильинской волостей, заинтересованы въ улучшеніи подъѣздного лѣтняго пути къ Слудской пристани 6 волостей, въ Соликамскомъ уѣздѣ тяготѣютъ къ этой пароходной пристани— 10 волостей: двѣ Рождественскихъ, Воскресенская, Козмодемьянская, Богоявленская, Верхъ-язвинская, Нердвинская, Верхъ-нердвинская, Юрическая, и Сергіевская.
Далѣе въ глуби Камскаго полуострова, въ чертѣ Соликамскаго уѣзда, населеніе предпочитаетъ пароходную пристань на Усть-Пожвѣ, чему способствуетъ главнымъ образомъ меньшее разстояніе до нея. Сюда тяготѣютъ волости: Пожевская, Кыласовская, Никитинская, Купросская, Тиминская, Архангельская, Юсвенская, Верхъюсвенская, Верхъ-инвенская, Кувинская, Бѣлоевская, Егвинская, Ошибская и Кудымкорская, всего 14 волостей. Изъ Чердынскаго уѣзда населеніе также провозитъ товары черезъ Усгь-Пожву, изъ волостей: Юрлинской, Юмской, Усть-зулинской и Кочевской; слѣдовательно, на Усть-Пожевскую пристань тяготѣетъ населеніе двухъ уѣздовъ, изъ 17 волостей. Подводя общій итогъ численности населенія въ сказанномъ треугольникѣ, оказывается, что въ 35 волостяхъ проживаетъ до 300 т. Жителей обоего пола.
Изъ свѣдѣній о количествѣ грузовъ, проходящихъ черезъ пристани: Слудскую и Усть-ІІожевскую, помѣщенныхъ въ адресъ календарѣ 1895 года, видно, что чрезъ Слудскую пристань было отправлено 101.406 пудовъ клади и выгружено 1 0050 пудовъ, черезъ Усть-Пожевскую пристань было отправлено 889.416 пудовъ и выгружено 21.030 пудовъ, — это только кладей оффиціально зарегистрованныхъ. Но въ бойкомъ, торговомъ селѣ Ильинскомъ кладь отправляется еще по р. Обвѣ на маленькихъ пароходахъ, пока состояніе воды въ Обвѣ не препятствуетъ судоходству. Въ равной мѣрѣ кладь и на Усть Пожевской пристани такъ-же выходитъ по р. Иньвѣ оффиціально не регистріруется. Слѣдовательно разгрузка и выгрузка клади на обоихъ пристаняхъ въ дѣйствительности должна быть значительно большей; если принять потребности 300 т. населенія сказаннаго треугольника, сводя выгрузку на обѣихъ пристаняхъ, клади получается 122.436 пуд.,
то на жителя приходится по 30 фунтовъ ввозныхъ продуктовъ, что— мало; вѣроятно при всеобщемъ употребленіи чая, не говоря о мануфактурѣ, пряникахъ, керосинѣ и прочихъ продуктахъ первой необходимости.
Но насъ интересуетъ не количество потребленія населеніемъ ввозныхъ продуктовъ, а количество кладей, транспортируемыхъ по грунтовымъ дорогамъ изъ внутреннихъ пунктовъ Камскаго полуострова къ пароходнымъ пристанямъ на Усть-Пожвѣ и Слудкѣ.
Погрузка и выгрузка кладей, транспортируемыхъ къ двумъ пристанямъ, считая по адресъ-календарю за 1895 годъ, составится 1021.902 пуда, не говоря о томъ, что несостоятельность этой цифры нами уже доказана. Изъ этого числа на Усть Пожевской пристани должны быть включены 151.130 пудовъ металловъ, показанныхъ въ числѣ погрузки кладей, изготовленія Пожевскаго завода, стоящаго на Камѣ, слѣдовательно на остальные пункты полуострова остается грузовъ 870.772 пуда. Опредѣливъ приблизительно размѣры движенія грузовъ по грунтовымъ дорогамъ, принятаго нами треугольника и принявъ число движенія пассажирскихъ подводъ по этимъ-же дорогамъ при численности населенія въ 300 т., можно составить себѣ понятіе въ какомъ должны быть видѣ грунтовыя дороги, изготовленія натуральной повинности. Въ земскихь собраніяхъ уже раздаются голоса гласныхъ о необходимости улучшенія грунтовыхъ дорогъ въ этой мѣстности, въ Пермскомъ и Соликамскомъ уѣздахъ г.г. гласными Теплоуховымъ и Кривощековымъ, какъ представителями хозяйственныхъ нуждъ населенія отъ внутреннихъ пунктовъ Камскаго полуострова. Настоянія гласныхъ выдѣляются своимъ единодушіемъ, указывая главныя магистрали дорогъ въ уѣздахъ къ пароходнымъ пристанямъ Слудской и Усть-Пожевской. Но г.г. гласные Пермскаго и Соликамскаго уѣздовъ хлопочутъ только въ интересахъ намѣченныхъ ими пунктовъ, т. е. частяхъ сѣти дорогъ намѣченнаго нами треугольника. Вь пермскомъ земствѣ заботятся исключительно объ улучшеніи грунтовой дороги отъ с. Ильинскаго до Слудки, на протяженіи 22 верстъ, а въ Соликамскомъ земствѣ заботятся объ улучшеніи пути отъ с. Кудымкора до Усть-Пожевской пристани, на протяженіи 88 верстъ. Но было-бы еще лучше въ интересахъ населенія всего полуострова, дороги отъ Слудской и УстьПожевской пристаней соединить между собою внутри полуострова, такимъ пунктомъ для пересѣченія, но нашему мнѣнію, будетъ с. Кудымкоръ, какъ самый значительный но населенности и въ административномъ отношеніи пунктъ въ западной половинѣ Соликамскаго уѣзда и отъ него должна пройти вѣтвь на протяженіи 45 верстъ на соединеніе съ с. Юрлинскимъ, Чердынскаго уѣзда. Намѣчая главныя направленія будущихъ улучшенныхъ путей, мы имѣемъ въ виду главнымъ образомъ плотность населенія тѣхъ мѣстностей, гдѣ должны пройти эти дороги и связать интересы сосѣдняго населенія трехъ уѣздовъ: Чердынскаго, Соликамскаго и Пермскаго.
Изъ земской практики извѣстно, какъ трудно ремонтировать пути сообщенія, въ особенности когда они пролегаютъ по землямъ разныхъ уѣздовъ, одно земство правитъ дороги, а другое не желаетъ, а въ концѣ концовъ и первое забрасываетъ ремонтъ дороги. Поэтому желательно было бы для завѣдыванія иутями сообщенія имѣетъ одну общую комиссію для каждой изъ половинъ губерніи приуральской и зауральской съ представительствомъ уѣздныхъ гласныхъ, мнѣнія которыхъ должны проходить черезъ уѣздныя земскія собранія въ губернское земское собраніе, которое и утверждаетъ намѣченную сѣть. Компетентность уѣздныхъ земскихъ собраній въ данномъ случаѣ мы не занодозрѣваемъ, но имѣемъ въ виду, главным ь образомъ, ограниченность срока эгихъ собраній, массу разныхъ вопросовъ и слѣдующее за этимъ неизбѣжное утомленіе г г. гласныхъ, а при этихъ условіяхъ детальная разработка дорожнаго вопроса немыслима. Работы-же комиссій отъ всѣхъ уѣздовъ, поступая въ уѣздныя собранія, явятся уже вполнѣ подготовленными, и гдѣ внутренніе дорожные интересы и общеніе уѣзда съ уѣздомъ будутъ уже выработаны, то земскимъ собраніямъ придется обсуждать готовый матеріалъ, а вопросы о соприкосновеніи интересовъ населенія сосѣднихъ уѣздовъ будутъ разрѣшаться губернскимъ земскимъ собраніемъ.
Практическая жизнь населенія уже даетъ готовый матеріалъ для начала разработки вопроса о путяхъ сообщенія. Начальными пунктами, съ которыхъ слѣдовало бы начинать ремонтъ дорогъ, содержимыхъ и исправляемыхъ въ настощее время путемъ натуральной повинности слѣдуетъ считать тѣ селенія, въ которыхъ пересѣкается большее число дорогъ, такъ въ Пермскомъ уѣздѣ въ площади намѣченнаго нами треугольника возьмемъ с. Ильинское, конечный пунктъ хода земской почты Пермскаго уѣзда, отсюда идутъ дороги въ Слудку, Филатово, Васильевское, Богородское, СредвеЕгвинское и Срѣтенское. Въ Соликамскомъ уѣздѣ конечнымъ пунктомъ хода уѣздной почты является с. Кудымкоръ, отсюда земская почта разсылается въ с. Ёгвинское, Верхъ-Инвенское, въ Кувинскій заводъ, куда земскій почтарь заѣзжаетъ лично, а затѣмъ возвращается опять въ Кудымкоръ, затѣмъ въ с. Верх-Юсвинское, Архангельское и Юсвинское. Такимъ образомъ изъ Ильинскаго идетъ 7 дорогъ въ разныя стороны, а изъ с. Кудымкора 6 дорогъ вь окрестныя селенія. При распредѣленіи дорожныхъ повинностей этихъ центральныхъ волостей, нужно часть дорогъ принять на счетъ земскихъ дорожныхъ капиталовъ, тогда населеніе будетъ облегчено черезъ уменьшеніе протяженія ремонта дорогъ въ своихъ волостяхъ, будетъ безъ особыхъ потугъ исправлять остающіяся второстепенныя на ихъ дороги. Затѣмъ на счетъ земскихъ капиталовъ должно быть отнесено исправленіе подъѣздныхъ путей къ пароходнымъ пристанямъ и станціямъ желѣзныхъ дорогъ. Вотъ три категоріи грунтовыхъ дорогъ, содержаніе которыхъ хотя и считающихся проселочными дорогами, должно быть отнесено на счетъ земскихъ дорожныхъ капиталовъ. Въ устройствѣ- же новыхъ дорогъ въ обоихъ уѣздахъ не предвидится надобности, слѣдовательно земскій капиталъ долженъ идти на улучшеніе проселочныхъ-существующихъ дорогъ, которыя тѣмъ болѣе имѣютъ междуѣздное значеніе, когда связываютъ интересы населенія нѣсколькихъ уѣздовъ, и, равняясь въ значеніи съ трактами соединяющими уѣздные города, должны числиться въ одномъ съ ними разрядѣ по уставу путей сообщенія.
Ив. Кривощековъ

Пермские губернские ведомости 13 декабря 1896 год № 265

Въ среду, 11 декабря, открылась сессія пермскаго окружнаго суда, которая продолжится до 21 числа включительно. Въ первый, день засѣданій суда, 11 декабря къ разсмотрѣнію назначено было 3 дела 2 о кражахъ и 1— въ порядкѣ частнаго обвиненія— объ оскорбленій дѣйствіемъ матери. Послѣднее не разсматривалось, такъ какъ было прекращено за примиреніемъ сторонъ.
Второе, дѣло нѣсколько посложнѣе и потемнѣе. За рѣщеткой, охраняемой конвойными солдатиками трое-два мужика въ арестантскихъ курткахъ и баба въ своемъ костюмѣ. Обвиняются мужики въ двухъ кражахъ— со взломомъ и въ простой, а баба въ укрывательствѣ краж и и въ сбытѣ краденнаго съ корыстною цѣлію.
Въ этомъ дѣле нѣкоторый интересъ представляетъ фактъ оговора, нашедшій нѣкоторое подкрѣпленіе въ данныхъ предварительнаго слѣдствія. Дѣло заключалось, въ слѣдующемъ. Некто Барановъ, 48 лѣтъ, служившій здѣсь въ Перми много лѣтъ сторожемъ на лѣсныхъ пристаняхъ, угрюмый, сосредоточенный человѣкъ, судившійся ранѣе за покушеніе на кражу, пошелъ на свою родину въ село Слудку за паспортомъ. На пути онъ заходитъ въ одну деревню къ своему родственнику, кр. Шадрину. Угощаются «половинкой» и пр. Здѣсь подъ вліяніемъ будто-бы этой половинки, Барановъ соглашается съ гостепріимнымъ родственникомъ поѣхать на легкую добычу— обокрасть богатаго мужика Зобачева, живущаго верстахъ въ 15-ти отъ Шадрина въ другой деревнѣ. И вотъ въ клѣти у Зобачева оказалась выставленной оконница и похищены: женская шуба, дипломатъ, кофта и самоваръ, всего на 53 руб. А передъ тѣмъ-де, по признанію Баранова, они какъ бы по пути похитили сушившееся у нѣкоей Жуковой бѣлье. Далѣе гостя Баранова— отвозятъ на одну станцію, въ с. Васильевское— жена Шадрина Анна. Здѣсь Барановъ, вмѣстѣ, по его показанію, съ Шадриной, чтобы добыть денегъ на дорогу, продаетъ камлотовую кофту въ домѣ, нѣкоего Шумайлова. Здѣсь то и возникло сомнѣніе— кофта предлагалась за 1,5 рубля, а стоила она не менѣе 5 руб., не краденая -ли. Дѣло выплываетъ наружу. Начинается дознаніе. Щадринъ ѣдетъ въ Пермь, розыскивать квартиру Баранова; угощается у него чайкомъ и тотчас, же заявляетъ здѣшней полиции, что Зобачева обокралъ Барановъ и у послѣдняго на полатяхъ, по указанію Шадрина, находятъ украденную у Зобачевыхъ женскую шубу. Дочь-же Баранова (самого его не было дома), угощавшая дядюшку Щадрина чаемъ, показала, что эта шуба была на немъ, Шадринѣ, когда онъ пришелъ, подъ его «татаркой». Баранову вынесенъ обвинительный приговоръ со снисхожденіемъ и онъ присужденъ въ арестантскія роты на 8 мѣсяцевъ, а Щадрины— мужъ и жена оправданы. Послѣдніе, по немедленномъ выводѣ изъ-за рѣшетки, долго молились. Присяжные относились, судя по задаваемымъ свидѣтелямъ и подсудимымъ вопросамъ, съ большимъ вниманіемъ къ дѣлу во время судебнаго слѣдствія

Сельско-хозяйственная хроника Пермской губернии, май 1896 год

Сев яровых хлебов в Пермском уезде
Своихъ сѣмянъ, по отзывамъ корреспондентовъ, было достаточно лишь въ Добрянско-Заводской и Калино-Камасинской вол. Изъ остальныхъ мѣстъ получены отзывы или вообще о недостачѣ сѣмянъ (Усть-Гаревского, Полуденская, Чусовская, Никулинская, Ильинская, Култаевская, Срѣтенская, Успенская, Ново-Ильинская, Перемская и Юговская волости), или о недостачѣ овса (Чусовская, Слудская, Челвинско-Русаковская, Лысвенская, Насадская, Срѣтенская, Троицкая, Усть-Сылвинская, Васильевская, Канабековская, Курашимская, Ново-Ильинская, Полазнинская, ячменя (Насадская, Слудская, Усть-Сылвинская, Васильевская, Ново-Ильинская, Челвинско-Русаковская, Чусовская) и пшеницы (Курашимская и Ново-Ильинская волости). По сообщеніямъ корреспондентовъ въ Усть-Гаревской, Полуденской, Троицкой, Насадской, Лысвинской, Срѣтенской, Васильевской (д. Коряки), Ильинской, Челвинско-Русаковской и Юговской волостяхъ не имѣли достаточнаго количества своихъ сѣмянъ немногіе; въ Слудской, Васильевской (д. Козлова) и Курашимской—такихъ хозяевъ было много, въ Троицкой 1/10 всѣхъ жителей, Култаевской, Усть-Гаревской— 1/5, Чусовской— 1/3, Успенской (д. Пазы) — 1/2, Никулинской и Успенской (село)—2/з. По мнѣнію корреспондента изъ Ильинской волости нуждающихся было немного болѣе противъ прошлаго года. Недостатокъ въ сѣмянахъ пополнялся главнымъ образомъ черезъ покупку (Чусовская, Насадская, Слудская, Срѣтенская, Перемокая и Юговекая); нѣкоторые «покупали съ зимы» (Чусовская) и чрезъ покупку и заемъ Никулинская, Троицкая, Култаевская, Лысвенская, Успенская, Усть-Сылвинская, Васильевская, Ильинская, Канабековская, Ново-Ильинская, Полазнинская, Челвинско-Русаковская, Чусовская. Средняго достатка крестьяне покупали на деньги и брали заимообразно" (Чусовская). Займы дѣлались и подъ лѣтнія работы (Ильинская и Челвинско-Русаковская волости), наприм., на такихъ условіяхъ: „за 2 пуда овса жать ¼ переѣзда, за 3 пуда ячменя 1/2 переѣзда" (Чусовская) и съ условіемъ возврата осенью (Култаевская, НовоИльинская и Полазнинская волости). Между отвѣтами корреспондентовъ о займахъ встрѣчаются разныя замѣчанія, вродѣ «бѣдные занимали» (Чусовская), «у насъ занимать не у кого" (Ново-Ильинская). Кромѣ займовъ у частныхъ лицъ, получались ссуды изъ нродовольственнаго капитала (Курашимская) и запаснаго магазина (Усть-Гаревская, Насадская, Полуденская, Срѣтенская, Лысвенская, Успенская, Усть-Сылвинская, Полазнинская, Васильевская). По поводу магазиннаго хлѣба корреспондент изъ Канабековской волости замѣчаетъ: «у насъ въ магазинѣ хлѣбъ заглохся". Въ волостяхъ Слудской, Срѣтенской, Васильевской, Канабековской, Ново-Ильинской и Чусовской, кромѣ купли и займа, практиковалась мѣна: «мѣняли пудъ на пудъ» (Ильинская), «средняго достатка мѣняли» (Чусовская), а въ Сергинской волости— посѣвъ «исполу». Въ волостяхъ: Троицкой, Лысвенской, Курашимской сѣяли сѣмянами урожая 1894 и 1895 годовъ въ остальныхъ же мѣстахъ преимущественно 1895 года.

Пермскій уѣздъ. Показанія корреспондентовъ о состояніи озимовыхъ и яровыхъ хлѣбовъ.
Въ Ново-Ильинской волости озимь на подмористыхъ пашняхъ вымокла, въ Полазнинской—вершинки у ячменей покраснели отъ холода, но корень еще здоровый въ Успенской вол. яровые взошли «не полностью», такъ какъ земля была сухая. Незначительныя перепашки озимей были въ волостяхъ Срѣтенской, Насадской, Слудской, Ильинской, Усть-Гаревской и Ново-Ильинской