СЕВЕРНЫЙ КРАЙ (К вопросу о репрессиях) -

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Нашел ЭТОТ САМЫЙ СЕВЕРНЫЙ КРАЙ. http://vk.com/photo22218206_300318730

Значит вот ты какой! - Давай знакомиться.

Воевать с тобой не гоже и не хочу, лучше давай дружить, и будь поласковее со мной, помоги раскрыть свои тайны, пожалуйста! Пожалуй, с этого и начнем

И то, что ТЫ мне нашелся - это уже начало...

1930-е г.г. Группа спецпереселенцевъ у дѣтскаго барака-шалашника. Сѣверный край.
Изъ перлюстрированныхъ писемъ кулаковъ (см. ниже).

Давидъ Эрлихъ

Обзор Информационного отдела ОГПУ по письмам кулаков, высланных в Северный край
Не ранее 1 июля 1930 г.

Настоящий обзор составлен по материалам 3 отделения ИНФО ОГПУ за время с 20 июня по 1 июля 1930 г

Наиболее характерные выписки приводятся ниже:
«В дороге нам пришлось переживать душераздирающие картины, как то: смерть детей, матерей, роды и в вагонах, и на подводах, смерть рожениц и потерю детей в лесу, а теперь нас настигает настоящий голод» («К» — Шахтинский окр.).

«Людям пишут, что скоро все перемелется на муку и будет жизнь, как 20 лет назад была, но и от этой разрухи хватит на 50 лет поправлять Россию. Но ничего, Бог не без милости, казак не без счастья. Взойдет когда-то над нами солнце, может, и мы нальем кому такую чашу, как налили нам кровопийцы наши, и нехай пока радуются» («К» — Новочеркасск).

«Наша работа страшная, много людей убило соснами, много умерло, и много людей пухнет с голоду, и много с ума сходят, так что страшно смотреть. Вы спрашиваете, как нас питают — хуже собак, хороший хозяин собаку лучше кормит, чем нас здесь. В лавках ничего нет» («К» — Тагил).

«Сколько тут калек, вдов и сирот, и лесом убивают, и сами мрут, и душат матери своих детей, в речку кидают и сами с ними и мрут от голода как мухи. Тут на нас смотрят, как на зверей, в лавках нам даже иголки не продают» («К»).

«Пусть бы мы страдали, а зачем же мучаются около нас дети, ведь им одному 8, а другому 2 года, ведь Советская власть как смотрит на детей. Ваня был ведь пионер, а мы были батраки и своего хозяйства не имели и земли также. Дети горько плачут, потому что нечего есть, пошли в лес и с голоду наелись травы, а трава попалась такая, от которой могли отравиться, и вот мне пришли и сказали, что мои дети ходят по лесу и их рвет, я побежала, привела их в барак, стали отхаживать, пока живы, но ходят как тени, потому что муки выдают в месяц 16 кг на шестерых» («К»).

«Пишите свои новости. У нас новостей уже много — люди пухнут от голода и вешаются. 4 души повесились от голода и 5 душ удушились от голода» («К» — Богославск).«Жизнь моя очень ужасна, и не только моя, а 10 тыс. людей гибнут от холода и голода и непосильных работ. Я проживаю в Сибири в некоем селе Туринского района1*. Мы сосланы на принудительные работы, а за что? Нас морят голодом и мы страдаем от холода. Из дому нам почти ничего не дали, а кто и взял что, то променял на кусок хлеба. Обращаются с нами здесь хуже, чем паршивый хозяин с собакой. Ужасно свирепствует скарлатина, и люди мрут как мухи, в особенности дети. Заболевают, холод, есть нечего, и по семь человек умирают в сутки. 28 апреля делали подсчет в сельсовете, то наших выселенцев умерло 620 чел.» («К» — Надеждинск).

«Наверно, нам скоро будет гибель, хлеба нет, картошки тоже, пшено кончается, и есть нечего. Мы стали черней земли от тяжелой и горькой жизни, дети просят есть, а есть нечего, они меня сведут со света, скажешь — нечего дать, а они плачут» («К» — Тагил).

«Какая мне досталась злая доля, до сих пор не верю, что так со мной сделали, и за что так мучают, был бы я богач или вред кому нанес, головотяпы они и кровопийцы и больше ничего. Голодуем мы здесь, а купить нечего, жрать нечего. Не дай Бог, как над нами измываются, заключенным куда лучше, дают спецодежду, 3 фунта хлеба, а нам не дают ничего, вот какие мы преступники, наверно, нас здесь замучают до смерти, мерзавцы. Народу много уже мрет с голода. Негодяи проклятые, жалко людей, да и себя, за что терзают, за наше добро. Неужели не одумаются негодяи, не дадут вольно жить» («К» — Надеждинск).

«Много жалоб послали в Москву за нас, лишенцев, и много бывает собраний, чтобы нас вернули обратно. Рабочие говорят, что нам самим хлеба нет, а их зачем наслали, да еще женщин и детей, наверно, говорят, за тем выслали, чтобы уничтожить. Теперь ждем ответа с Москвы. Здесь уже много умерло, и сейчас много умирает с голоду, где идет, там падает и умирает, а особенно в рудниках, там почти не осталось детей и слабых женщин, там тяжелый воздух — болото. Мы сейчас стоим на квартирах, и кругом вода, нельзя никуда выйти, кроме как на лодке, а вода такая, как кровь красная» («К» — Тагил).

«Кто с детьми ехали, те померзли в снегу...2* Судьба наша такова. Масса была происшествий, кто без ног, а кто и без рук остался после поездки по снегу. Не знаем, придется видеться или нет. Хлопочите и ходатайствуйте об нас на родину и не забудьте Акима Константина, хоть слово промолвите на собрании» («К»).

«Выселенцев и заключенных в одном этом районе 97 тыс. Людей набито полно, а порядка нет. Паек уральский выдают совсем маленький, да и то урывают все жулики. Начальство каждый день пьяное, как баранье, редко выхмеляются, а нам от несчастного пайка и то урывают, и прогуливают. Еще не скоро, но на родину мы придем, здесь жить не будем. Все не помрем. Не будьте активистами, это дело не вечное. Нам здесь хоть и плохо, но если бы знали, грешники, что будет впереди, то за три года раньше начали бы плакать» («К» — Богославск).

«Бабы кладут в мешки последнее барахло и идут за 30 верст по воде менять на кусок хлеба или картошки, а в селах сами голодные, как собаки, и проклинают нас потому, что раньше они зарабатывали и кормились, а теперь их на работу не берут, а гонят нас за несчастный паек. Положение наше безвыходное, с голоду помирать, потому что работаем мы и сами не знаем за что, работаем два месяца, а жалования не дают, считают, что мы и еще должны государству, за что сами не знаем. Затем у нас голод и много заболеваний, дети мрут каждый день» («К»).

«С трепетом жадных сердец ждем войны, думаю, что должно это слово сбыться» («К» — Уральская обл.).

Зам. начальника ИНФО ОГПУ Герасимова
Начальник 3 отделения Лобов
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 8. Д. 653. Л. 375—379. Ротаторный экз. с подлинника.

А вот еще страница Твоей тайны.http://vk.com/photo22218206_300318729

1930-е гг. Так называемые «изъятые» дѣти членовъ семей измѣнниковъ родины. По состоянію на 4 августа 1938 года у репрессированныхъ родителей изъято 17355 дѣтей и намѣчалось къ изъятію еще 5 тысячъ. http://vk.com/photo22218206_267075162

Давидъ Эрлихъ
Записка начальника ГУЛАГА НКВД СССР В.Г.Наседкина
наркому внутренних дел СССР Л.П.Берия
19.04.1941

В Исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД СССР содержится вместе с осужденными матерями 9400 детей в возрасте до 4-х лет, из них из-за отсутствия мест только 8000 детей помещены в детские учреждения, функционирующие в лагерях и колониях.

В тюрьмах НКВД также содержится 2500 женщин с малолетними детьми.
Кроме того, в лагерях, колониях и тюрьмах имеется 8500 беременных женщин, из них на 9-м месяце беременности около 3000 человек.
Дальнейшее содержание малолетних детей в тюремных камерах и бараках лагерей и колоний вместе с заключенными считаю невозможным.

Прошу Вашего распоряжения об ассигновании 1,5 миллиона рублей для организации в лагерях и колониях детских учреждений на 5000 мест и на их содержание в 1941 году 13,5 миллионов рублей, а всего 15 миллионов рублей.

Вопрос об отпуске 15 миллионов рублей на эти цели согласован с Начальником ЦПФО тов. БЕРЕНЗОНОМ, за счет сверхплановых поступлений от осужденных к исправ. труд. работам.

Начальник ГУЛАГа НКВД СССР ст. майор государственной безопасности Наседкин

ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1. Д. 42. Лл. 26–27. Машинопись. Копия.

А вот и сам СЕВЕРНЫЙ КРАЙ -- Административное деление, территория и население Союза ССР, РСФСР
с.2 - и далее.

http://istmat.info/files/uploa..._rsfsr.pdf

Закинут, заброшен я в Северный край

Закинут, заброшен я в Северный край,
Лишен драгоценной свободы.
И вот протекает вся молодость моя,
Пройдут самы лучшие годы.

Товарищи-друзья раскулачили меня,
Во что ж вы меня превратили?
Богатство мое все пошло ни во что,
На север меня проводили.

И вот я впоследствии на севере живу,
Никто на свиданье не ходит,
В неволе сижу и на волю гляжу,
А сердце так жаждет свободы.

Однажды толпа любопытных людей
Смотрела с каким-то надзором,
Как будто для них я разбойником был,
Разбойником, тигром и вором.

Товарищи-друзья, вы не смейтесь надо мной,
Быть может, и с вами случится:
Сегодня - герой, а назавтра с семьей,
Быть может, придется проститься.

[/more]

Кулацкая ссылка в Коми области в первой половине 30-х годов - фундаментальный труд по СЕВЕРНОМУ КРАЮ. http://www.pokayanie-komi.ru/c...ssilka.pdf

Долго не мог заснуть после беглого просмотра, Читал книги, смотрел к/фы о лагерях, о политзаключенных, но тогда не касалось меня, потому, видимо, и проходило мимо какой-то, пусть и тяжелой,в черных тонах, но просто картинкой. А вот, когда коснулось лично, когда сознание околючилось той ржавой лагерной проволокой , подчас, наверное, и под напряжением, неимоверно стало ЖУТКО, страшно так, как, помню, перед первым боем было страшно. В памяти пронесся рассказ "Один день Ивана Денисовича" ( http://lib.ru/PROZA/SOLZHENICYN/ivandenisych.txt ), не остановился он одним днем, а улетел всей жизнью,- тогда мне тоже стало страшно, помню. Наверное, быть может, уже тогда, в 79, где-то на далеких задворках спящего сознания, голос предка позвал... а я не услышал. Многое чего мы не слышим и не видим...
Это для иллюстрации. Надо будет показать местным краеведам, если не знакомы.

для себя:

Архивно-следственное дело заканчивается приговором.
В местах отбывания наказания заводится личное дело заключенного. В целях поиска дела и ознакомления с ним (если оно сохранилось и не уничтожено по истечению срока хранения) пишите запрос в МВД по Республике Башкортостан.
Если место отбывания наказания неизвестно, то надо писать в ГИАЦ МВД России.

[/q]

Для себя:
если человек был раскулачен,то его лишали избирательного права.
Решение о раскулачивании принималось на собрании колхозников,либо сельсовета..
Так-что нужно просматривать в Архиве фонды -колхоза,сельсовета и райисполкома...

Из дневников Июльской

...составлялись ли списки лишенных избирательных прав по району, городу и т.п. И, если да, в каких фондах они могут храниться?
--Составлялись и могут находиться в архивных фондах органов исполнительной власти (горисполком, крайисполком и т.д.)
...где можно взглянуть на эти документы? и возможно ли?
--в архиве районном (городском, областном, краевом, республиканском). см. категории лишенных избирательных прав

ШАРУНОВ ИВАН ПЕТРОВИЧ, 1871 гр. с. Елизаветовка Павловского р-на ЦЧО, украинец, из крестьян, образование низшее, б/п, крестьянин - единоличник. На момент ареста проживал в г. Павловск ЦЧО. Арестован 14 ноября 1931 г. Обвинялся по ст. 58-10 УК РСФСР. Постановлением тройки при ППОГПУ по ЦЧО от 26 марта 1932 г. определена мера наказания - три года ссылки в Северный край. Реабилитирован 31 августа 1989 г. прокуратурой Воронежской области.
Книга Памяти жертв политических репрессий Воронежской области. т.1. Воронеж 2014, с. 383

Вот такую информацию неожиданно я нашел для себя в ГАОПИ 12 июня 2014 года в КП.

Его дочь ФРОСЯ, моя бабушка, до дня реабилитации своего отца не дожила 11 лет 7 месяцев и 25 дней.

И мой долг перед памятью воспитавшего меня человека - Ефросинии Ивановны, моей незабвенной бабушки, -повести отсчет от сего дня до дня 14 ноября 1931, а потом вернуться в день 6 января 1978 года и доложить ей...

Здесь моя заметка о моем деде https://forum.vgd.ru/50/37570/0.htm?a=stdforum_view&o=
(для себя все по Северному краю в одну опись).