СЕВЕРНЫЙ КРАЙ (К вопросу о репрессиях)

Вот такое письмо отправил всем моим родственникам и близким...

Здравствуйте! Вернулся только ЧТО из облархива. Спешу поделиться. Какая эта ВЕСТЬ пусть каждый решает сам.

ШАРУНОВ ИВАН ПЕТРОВИЧ, 1871 г.р. родился с. Елизаветовка Павловского района ЦЧО, из крестьян, образование низшее, б/п, крестьянин-единоличник. На момент ареста проживал в г. Павловске ЦЧО. Арестован 14 ноября 1931 г. Обвиняется по ст. 58-10 УК РСФСР. Постановлением тройки при ППОГПУ по ЦЧО от 26 марта 1932 г. определена мера наказания - три года ссылки в Северный край. Реабилитирован 31 августа 1989 г. прокуратурой Воронежской области.

Поясню от себя.

58-10. Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений (ст.58-2 — 58-9), а равно распространение или изготовление или хранение литературы того же содержания влекут за собой — лишение свободы на срок не ниже шести месяцев.
Те же действия при массовых волнениях или с использованием религиозных или национальных предрассудков масс, или в военной обстановке, или в местностях, объявленных на военном положении: наказание аналогично статье 58-2.

58-2. Вооруженное восстание или вторжение с целью захватить власть: расстрел или объявление врагом трудящихся с конфискацией имущества и с лишением гражданства союзной республики и, тем самым, гражданства Союза ССР и изгнание из пределов Союза ССР навсегда, с допущением при смягчающих обстоятельствах понижения до лишения свободы на срок не ниже трех лет, с конфискацией всего или части имущества.

58-3. Контакты с иностранным государством в «контрреволюционных целях» или отдельными его представителями, а равно способствование каким бы то ни было способом иностранному государству, находящемуся с Союзом ССР в состоянии войны или ведущему с ним борьбу путем интервенции или блокады караются по статье 58-2.
58-4. Оказание помощи «международной буржуазии», которая не признаёт равноправия коммунистической системы, стремясь свергнуть её, а равно находящимся под влиянием или непосредственно организованным этой буржуазии общественным группам и организациям в осуществлении враждебной против СССР деятельности: наказание аналогично статье 58-2

58-5. Склонение иностранного государства или каких-либо в нем общественных групп, к объявлению войны, вооруженному вмешательству в дела Союза ССР или иным неприязненным действиям, в частности: к блокаде, к захвату государственного имущества, разрыву дипломатических отношений и другим агрессивным действиям против СССР: наказание аналогично статье 58-2
58-6. Шпионаж: наказание аналогично статье 58-2.
58-7. Подрыв государственной промышленности, транспорта, торговли, денежного обращения или кредитной системы, а равно кооперации, совершенный в контрреволюционных целях путем соответствующего использования государственных учреждений и предприятий, или противодействие их нормальной деятельности, а равно использование государственных учреждений и предприятий или противодействие их деятельности, совершаемое в интересах бывших собственников или заинтересованных капиталистических организаций то есть промышленный саботаж: наказание аналогично статье 58-2
58-8. Террористические акты, направленные против представителей советской власти или деятелей революционных рабочих и крестьянских организаций: наказание аналогично статье 58-2
58-9. Причинение ущерба системе транспорта, водоснабжения, связи и иных сооружений или государственного и общественного имущества в контрреволюционных целях: наказание аналогично статье 58-2

И последнее. Это родной отец Евфросинии Ивановны, нашей ближайшей прародительницы. Моей бабушки, которая сидит на фото в центре с маленькой внучкой Ниной.
Признаюсь: Для меня это большой удар... Но мы ОБЯЗАНЫ ЗНАТЬ ИСТОРИЮ СВОЕГО РОДА И СЕМЬИ. Какой бы она ни была...
Знаю, загадок впереди еще много...

Когда то читал и сейчас уместно будет вставить (хотя это и другой регион, но характеристика яркая):



"КРОВАВОЕ ЛЕТО 31-го ГОДА

На всем протяжении сплошной коллективизации (1930–1932 гг.) крестьяне как могли сопротивлялись насилию со стороны советской власти.
С 1931 года в Мордовии разворачивается новое наступление на «колхозном фронте». Снова деревню захлестывает волна насилия. Сотни крестьянских семей подвергаются раскулачиванию и затем выселению в Казахстан.
Несмотря на сильнейший экономический, политический и психологический нажим на единоличников со стороны властей, на протяжении марта–июня 1931 года в районах Мордовии отмечались массовые проявления недовольства.
В июле 1931 года по Мордовии прокатилась волна крестьянских выступлений.
8 июля в Старошайговском районе при проведении скотозаготовок для комплектования колхозно-совхозного стада в селе Лем. Майдан, а также в близлежащих селениях – Шадым Рыскино и Никольское вспыхнуло массовое выступление. В селе Лем. Майдан большое количество крестьян собралось к зданию сельсовета. Созванное для разъяснения общее собрание граждан было сорвано, и толпа бросилась на уполномоченного, нанося ему побои. Массовое брожение продолжалось в течение 9–11 июля. Население «успокоилось» только после прибытия из района спецбригады и изъятия «кулацкого элемента».
Подобные выступления прошли по многим селам Мордовии.
Но особенно кровавые события произошли в Ичалковском районе.
С 10 по 14 июля в Ичалковском районе в селах Старые Пузы, Резоватово, Вечкусы, Популево, Б. Сыреси, Селищи, Тарханово, Болдасево, Новые Ичалки прошли выступления, «носившие по некоторым селениям повстанческий характер». Все эти села находились друг от друга на расстоянии от 2-х до 8-ми километров. Выступления начались в ответ на проведение скотозаготовок под знаком организованной несдачи скота, разгрома колхозов и избиений представителей власти почти одновременно во всех селениях.
Между отдельными селами была установлена пешая и конная связь. Крестьяне сел Болдасево, Б. Сыреси и Вечкусы собрались на общую сходку для обсуждения плана совместных действий.
Главными очагами восстания стали села Резоватово и Ст. Пузы, где и развернулись основные события.
В Резоватове в ночь с 12 на 13 июля повстанцы подожгли колхозную сенницу, что было сигналом для сбора. Толпа, вооруженная дубинами, камнями окружила школу, где закрылись сельские и прибывшие из района активисты. Повстанцы били окна, срывали двери и стремились перебить находящихся в школе. Только предупредительные выстрелы отогнали толпу и позволили осажденным утром выехать из села.
В ту же ночь отряд, присланный из райцентра и состоящий из слушателей Ичалковских курсов партактива под командой завкурсами и уполномоченного ОГПУ (всего 30 человек) с винтовками и револьверами, прибыл в Ст. Пузы. Отряд был разделен на две группы. Одна, вооруженная, разбившись по 1–2 человека, направилась производить аресты, а другая, невооруженная, в составе которой были и женщины, остались на колхозном дворе и попытались путем агитации рассеять толпу. Люди, направленные для арестов, были рассеяны восставшими и бежали за село. Затем толпа приступила к расправе над оставшимися активистами и начался погром домов колхозников. «Зверски убиты в эту ночь трое безоружных из отряда (одна женщина) и агроном, а спустя некоторое время, утром, был убит приехавший председатель колхоза коммунист 25-титысячник Махов» (позднее его имя было присвоено колхозу).
В селе Вечкусы были убиты трое приехавших из Москвы шефов и зверски избита учительница.
Всего повстанцами были убиты девять человек, пять тяжело ранены и 25–30 подвергнуты побоям.
Отступивший из села Ст. Пузы отряд сразу дал сообщение о происшедшем в Саранск.
13 июля в 17 часов в Ст. Пузы прибыл из Саранска конный отряд милиции. Он встретил ожесточенное сопротивление в селе. Восставшие были вооружены камнями, кольями, специально приготовленными самодельными пиками на длинных древках, косами и вилами и отчаянно сопротивлялись. Но к 16 часам 14 июля сопротивление с помощью оружия было подавлено.
На помощь крестьянам попытались выступить повстанцы из Резоватово, но были встречены огнем милиции.
В ходе подавления выступлений в селах Ст. Пузы, Резоватово и Вечкусы со стороны повстанцев были убиты 30–35 человек и ранены 10–15.
Сразу после подавления восстания милицейский отряд приступил к карательным акциям против безоружного населения. Через два дня после ликвидации выступления в селе Вечкусы милиционерами по уставному распоряжению начальника отряда (он же начальник Райуправления милиции) в ходе проведения арестов семи человек – якобы непосредственных участников убийств коммунистов (были расстреляны четверо граждан села). Позднее выяснилось, что среди расстрелянных оказались Федор Данилов –56 лет, середняк, три года был членом сельсовета (был расстрелян по ошибке вместо другого человека); Борис Косолапов, 18 лет, был сыном середняка, председателя сельского суда (расстрелян на огороде); Романов, 37 лет, маломощный середняк; Панин, 70–80 лет, раскулачен, участия в выступлении не принимал.
Кроме того, еще 14 июля по прибытии в село были расстреляны принимавшие участие в выступлении середняк Балкин и Князькина – вдова красноармейца.
Задержанные по подозрению зверски избивались охраной. Так, от побоев умер в больнице после освобождения середняк Десяев. Арестованного Кузнецова избивали вместе с женой и двенадцатилетней дочерью.
По факту незаконных расстрелов было проведено расследование. Дело было взято на контроль Средневолжской краевой прокуратурой, а затем и Прокуратурой РСФСР и Наркоматом юстиции. Краевые органы предложили провести следствие без шума и помнить, что главное – это судить организаторов выступлений. В итоге понесли наказание только непосредственные исполнители приказа (так, одного сняли с работы, другого – судили за превышение власти). Начальник отряда милиции в ходе следствия не раз менял свои показания, и в конце концов отказался от первоначального признания своей вины, и затем продолжил работу на важных постах.
К ответственности же за участие в выступлениях были привлечены 258 человек – крестьян. Дело было разделено на две части. Так, в отношении 146 «кулаков-главарей» было передано для рассмотрения во внесудебном порядке в Коллегию ОГПУ. Дело в отношении середняков и бедняков в числе 112 человек направлено для рассмотрения в судебном порядке в Областной суд.
В дальнейшем, в октябре 1931 года 48 рядовых участников бедняков и середняков властями были освобождены. Судьба остальных неизвестна. http://www.strannik-lit.ru/

1930-е г.г. Спецпереселенцы на лѣсозаготовкахъ. Сѣверный край.
1930-е г.г. Раскорчевка лѣса спецпереселенцами. Сѣверный край.
Давидъ Эрлихъ
Письмо наркома внутренних дел РСФСР В.Н. Толмачева зам. председателя СНК РСФСР Д.З. Лебедю о первоначальных наблюдениях о положении выселенных кулаков в Северном крае.
Не ранее 16 апреля 1930 г.

Дорогой Дмитрий Захарович!

Считаю совершенно неотложным делом сообщить тебе о тех первоначальных наблюдениях, которые я собрал за это время путем беглого ознакомления с положением по Северному краю.

1) В общей сложности в Северный край доставлено около 45 тыс. кулацких семей, т.е. около 158 тыс. чел., из них трудоспособных 36 тыс.чел. отправлено в разные места на работу; остальные, т.е. 122 тыс. чел. —женщины, дети и другие нетрудоспособные, размещены в бараках полинии железной дороги Вологда—Архангельск и Вятка—Котлас.

2) По сведениям, полученным из разных местных источников, среди высланных насчитывается от 25 до 35% неправильно высланных (середняки, бедняки и т.п.)

Подготовку к проверке состава высланных мы закончили и сегодня приступаем к самой проверке, которая займет дней 7—10, после чего смогу сообщить и точные цифры. Но уже и эти, конечно, сомнительные, данные, основанные на беглом ознакомлении, говорят сами за себя и наводят на мысль о том, что, если среди 2-й категории мы имеем такую картину, то можно себе представить, насколько она хуже в 3-й категории, где и операция была более массовой и контроль неизмеримо слабее.

3)Из самого г. Архангельска почти всех кулаков убрали, расселив их в бараках по ж[елезной] д[ороге]; осталось около 4 тыс. чел. больных, карантинных и обслуживающих их.

4)Самым коренным и острым является жилищный вопрос. Люди размещены в 750 бараках, наскоро состряпанных из жердей. Теснота невероятная, есть места, где на человека приходится 1/ю кв. м площади при постройке нар в несколько этажей (кубатура меньше гробовой). Полов в бараках нет, крыша сделана из жердей и слегка присыпана тающей и осыпающейся землей. Температура не выше 4°, как правило. Вшивость. При скверном питании, а для многих при почти полном его отсутствии, все это создает колоссальную заболеваемость и такую же смертность среди детей.

В наступлении полной [весны] (вторая половина апреля, май) земля в бараках растает (многие стоят на болотистой почве), сверху потечет, и все население их слипнется в грязный, заживо гниющий, комок.

Привожу некоторые цифры, характеризующие положение сейчас.
СПРАВКА О ЗАБОЛЕВАЕМОСТИ И СМЕРТНОСТИ СРЕДИ ВЫСЛАННЫХ

По г. Архангельску за март и 10 дней апреля из 8 тыс. детей заболело 6007 чел. Из них: скарлатиной — 199, корью — 1154, грипп, восп[але-ние] легк[их] — 4238, дифтерит — 21. Умерло детей — 587.По Северо-Двинскому округу на 12 апреля 1930 г. всего умерло — 784, из них детей — 634.По Вологодскому округу с 29 марта по 15 апреля болело детей — 4850, из них умерло — 677, в том числе только за 12—13 апреля умерло 162 чел[овека]. Общий процент заболеваемости среди детей — 85.

Смертность среди детей к общему числу детей — 7—8%.

Смертность среди детей к числу болевших детей — от 25% (по Арх[ан-гельскому] округу), до 45,5% (по г. Ар[хангельс]ку). Причем болеют и мрут младшие возраста.

5) Все это говорит за то, что через две—три недели мы будем очевидца ми еще более обостренных явлений, если не предпринять каких-то решительных мер. Эти меры в основном сводятся:
1) к Выводу из бараков и расселению по прилегающим деревням значительной части населения бараков и

2) к некоторому благоустройству бараков для тех, кого нельзя будет из них вывезти. По сведениям местных работников, расселение по деревням — вещь возможная, они сомневаются только, удобно ли это политически. По общение с местным населением есть при барачном размещении, опасности же разноса заразных болезней можно избегнуть путем карантина и тщательной дезинфекции. На этот счет необходима директива Москвы.

Что же касается благоустройства бараков, то с выводом части обитателей в них станет уже лучше и, кроме того, нужно срочно настелить хотя бы самые примитивные полы и сделать крыши. Досок нет, все идет на экспорт. Полы можно сделать из жердей, к чему уже приступают, а для крыши никаких материалов в крае нет. Между тем, крыша — главное. Единственный способ — это смазать их глиной, что и делается уже, хотя больших результатов не дает. Но есть места, где нет глины и туда надо срочно дать доски, хотя бы за счет экспорта или, во всяком случае, с внутреннего рынка. Такое положение на станции Шелекса, где на 90 бараков требуется 45 вагонов досок. Прошу дать срочное распоряжение об отпуске и доставке этого количества.

6)До сих пор высланные питались своими продуктами, но сейчас их останется всего на несколько дней и, если не будет налажено снабжение пищей, то начнется сплошная голодовка. Наркомторг запрещает давать продукты бесплатно, а денег, как правило, высланные не имеют. Напоминаю, что среди них к тому же довольно значительное количество середняков, бедноты и т.п. Необходимо срочно приказать Наркомторгу разрешить местным организациям бесплатную выдачу продуктов и заброску их в со ответствующие пункты, с чем также надо торопиться, т.к. скоро наступит распутица, и многие места будут отрезаны. Иллюстрацию прилагаю телеграммой Чухрита1*.

7)Крайне тяжелое положение нетрудоспособных семей высланных осложняется еще тем, что по самым оптимистическим предположениям отправка их на места постоянного поселения растянется с конца мая до конца сентября. Это значит, что в описанных условиях (если они не будут решительно изменены) значительная их часть проживет еще месяца четыре—пять. Никакие меры медицинского порядка не будут действительны, если жилищное и продовольственное положение не будет изменено, и притом в кратчайшие сроки.

Ввиду того, что все бараки переполнены исключительно детьми, женщинами и стариками, задача создания для детей более благоприятных условий стоит как вопрос об улучшении в первую очередь всех или, по крайней мере, подавляющего большинства бараков.

8)План расселения на постоянные места при огромном количестве расселяемых, при краткости сроков и при малоизученности края составлен умозрительно, а потому представляется малореальным.

Эти дни я участвовал в его уточнении. Предполагалось с открытием навигации получить некоторое количество пароходов и барж с Волги и из других районов (своих не хватает для экспортных работ) и при помощи их перебросить всю массу по судоходным рекам до определенных пунктов, откуда они должны по мелким речкам, гужом и пешком добираться к пунктам поселения. Этим же порядком предполагалось забросить и продовольствие, и инвентарь, и строительные материалы, что исчисляется в десятки тысяч тбнн. Выяснилось: а) многие реки судоходны только в период половодья и использование их сомнительно в связи с возможным недостатком и опозданием тоннажа; б) мелкие речки в большинстве имеют быстрое течение, пороги и болотистые лесистые берега, на веслах не выгребешь против течения, а бечевой — не позволяет состояние берега (идти по ним почти везде против течения); в) в районах пешего и гужевого передвижения летнее бездорожье (надо ждать зимнего пути); г) в большинстве районов лесозаготовки могут вестись только зимой, с наступлением весны лесорубы оттуда уходят, чтобы не застрять в непроходимых болотах; селиться там нельзя, да и не нужно; д) большинство намеченных районов помимо малодоступности еще и весьма отдалены, что при незначительных транспортных средствах делаются и малодосягаемыми.
9) Я пришел к выводу вместе с рядом товарищей, что вопросы расселения надо упростить и решение их сблизить с реальными возможностями.

В общем, план расселения представляется мне примерно в следующем виде. Нетрудоспособные члены семейств расселяются в легко досягаемых районах, где временно размещаются среди местного населения, используя жилищный фонд, довольно большой, ввиду характера местного строительства. На отведенных в этих районах свободных земельных участках начинается их хозяйственное устройство. Трудоспособные уходят на работу в леса и также, как местные жители, в определенные сезоны возвращаются к семьям, где и занимаются устройством своего сельского хозяйства, главным образом, за счет своих заработков и лишь при незначительной поддержке государства.

По мере освоения земельных участков и возведения построек они уходят со своих временных квартир и уже просто обосновываются в отведенных им пунктах. Этот с/х год ими все равно уже потерян, да и ближайшие два—три года трудно рассчитывать на то, что эти семьи смогут прокормиться исключительно сельским хозяйством, когда и местные-то крестьяне живут в значительной части отхожими промыслами. Указанным способом мы создаем для всех семейств оседлость, что весьма важно, даем заработок трудоспособным и открываем реальную возможность развертывания сельского хозяйства без особых затрат со стороны государства.

Расселение в местах лесозаготовок совершенно нецелесообразно, т.к. это, во-первых, не постоянные районы — лесозаготовки переходят с места на место, а во-вторых, они ведутся преимущественно в тех местах, где никакое сельское хозяйство невозможно из-за болотистости почвы и по ряду других причин. В крае же достаточно и помимо этого незаселенных мест, где сельское хозяйство вполне возможно и, где оно будет развиваться по тем же путям, что и у местных жителей, т.е. в значительное мере на основе заработков от отхожих промыслов в лесу, куда трудоспособные будут привлекаться независимо от места их постоянного поселения.

Эти вопросы необходимо обсудить в Москве и дать сюда соответствующие директивы и помощь, т.к. среди местных товарищей имеются на этот счет некоторые колебания.

10) До сих пор к строительству еще не приступлено, как из-за отсутствия стройматериалов, так и впоследствии неясности вопроса о порядке финансирования. Немалой помехой было и отсутствие твердого плана расселения, который может быть дан только при наличии всех сведений касательно транспорта, стройматериалов и проч.

Между тем, как я указывал выше, состояние путей сообщения (главным образом, водных) таково, что нужно в кратчайшие сроки, пользуясь коротким паводком, забросить огромное количество разных грузов в довольно отдаленные пункты. Если это не будет сделано, то и людей туда везти незачем.

11) Необходимо внести полную определенность и в вопрос о дальней шем руководстве всем этим делом.

Роль ГПУ заканчивается с окончанием перебросок. Хозяйственное устройство и использование, культурное обслуживание и т.п. — все это должно быть возложено на местные органы, которые должны быть соответствующим образом подкреплены.

До сих пор полной ясности в этом нет. Где кончаются функции ГПУ и где начинается работа обычного аппарата — никто толком не знает. Надо определить какой-то момент, на котором происходит переход дела из одних рук в другие.

12) До сих пор с высланными обращаются, как с опаснейшими заключенными, подлежащими строжайшей изоляции. Это исключает возможность использования их собственной инициативы и самодеятельности и налагает на нас совершенно непосильную обязанность их полного обслуживания.

Это ведь не ящики, не тюки груза, который сам о себе не думает, а живые люди, преимущественно весьма инициативные и обладающие большой житейской ухваткой. Нужно дать некоторый простор этим качествам, и они сами сделают многое, что нужно и что не под силу нашим аппаратам.

Необходимо взять курс на самодеятельность, направляя ее по соответствующему руслу. Я думаю, например, что многие могли бы расселиться сами в указанных нами районах, конечно, под нашим общим наблюдением и руководством.

Этот момент самодеятельности я расцениваю, как один из важнейших принципов, который необходимо ввести во всю практику, иначе мы не избегнем на предстоящем труднейшем этапе повторения в усиленном виде всех тех кошмарных вещей, которые имели и имеют место сейчас.

13) С продовольствием и сейчас уже из рук вон плохо; в ближайшие дни начнется голодовка, а если на места поселения оно не будет заброшено из расчета на большие сроки, то все это кончится весьма печально не только для высланных, но и для местного населения, на плечи которого обрушится вся эта голодная масса. Нажим по линии Наркомторга и кооперации в Москве должен быть особенно энергичен.

14) Хозяйственники считают, что последним постановлением Комиссии т. Шмидта по Северному краю отменен пункт 7-й постановления СНК

РСФСР об их участии в расходах на строительство и бытовое устройство передаваемой им рабочей силы. Думаю, что это не так, и прошу подтверждения.

15) Должен отметить, что и при самой тщательной проработке плана расселения, в нем неизбежно будет большое количество весьма узких мест и не будет предусмотрен целый ряд обстоятельств, которые неизбежно возникнут в практике.

Объемы операции настолько велики, край настолько неподготовлен, что при всем напряжении сил всякий план будет только весьма ориентировочной наметкой, в пределах которой и придется маневрировать. При наличии к тому же весьма недостаточных средств. А ведь здесь готовились гораздо больше, чем в других местах.

16) И Сибирь, и Урал пока что ограничились заявками на очень большие суммы и, мне кажется, что положение там во всех отношениях должно быть еще хуже, чем здесь. Поэтому было бы правильно немедленно командировать, хотя бы на Урал, ответственного представителя правительства для ознакомления на месте с их планами и вообще с тем, что у них там делается. Если Полуян еще свободен, по-моему, его можно было бы туда послать. Я очень опасаюсь, что на Урале к моменту расселения мы очутимся перед большой нереальностью их предложений, и дело там может сорваться.

Сегодня я выезжаю для работы на местах расселения, пробуду в поездке минимум семь дней, затем вернусь в Архангельск, где также задержусь. Таким образом, в Москву попаду не раньше конца месяца.

Недочетом этого письма является то, что оно недостаточно снабжено конкретными и детальными предложениями. Но кое-что по этой части я сделал уже здесь, а остальное смогу дать после поездки по местам. Думаю все же, что и в этом виде оно даст тебе возможность принять ряд решений, которые помогут местам навести некоторый порядок во всем этом деле.

Не могу обойти молчанием ту пассивность со стороны центральных ведомств (включая Наркомздрав), которую они до сих пор проявляют к вопросам перевозки, расселения и устройства, считая, по-видимому, что это «не их дело». Нужно их хорошенько встряхнуть.

Письмо это посылаю только в твой адрес. Ознакомь с ним, кого найдешь нужным.
С коммунистическим приветом,
Вл.Толмачев

P.S. Пора подумать уже и о снабжении промтоварами, особенно обувью, иначе многие окажутся босиком и не смогут работать. Без обуви здесь не проживешь и летом.

Вл. Толмачев

ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 9. Д. 20. Л. 309-317. Копия.

(Немного об авторе письма.
Толмачев Владимир Николаевич (1886, Самара -1937), государственный деятель. Сын учителя. В 1904 вступил в РСДРП, большевик. В 1905 член Костромского комитета РСДРП. Неоднократно арестовывался. Участник 1-й мировой войны. В 1917-22 зав. военным отделом, зам. пред. Новороссийского комитета партии, нач. политотдела 14-й армии. В 1922-24 пред. Новороссийского ревкома, секретарь Новороссийского и Армавирского комитетов РКП(б), секретарь Кубано-Черноморского обкома партии, пред. облисполкома. В 1924-27 зам. пред., пред. Северо-Кавказского крайисполкома. Ростовского горисполкома. В 1928-30 народный комиссар внутренних дел РСФСР. С 1931 нач. Главдортранса при СНК РСФСР. 25.11.1932 арестован по доносу пред. президиума Комакадемии М.А. Савелова. В янв. 1933 исключен из партии и 16.1.1933 приговорен Особым совещанием к 3 годам лишения свободы. После освобождения в 1935 работал зав. береговыми разработками Костромской топливной конторы. 30.3.1937 вновь арестован. 20.9.1937 приговорен к смертной казни. Расстрелян. В 1962 реабилитирован и восстановлен в партии).
Докладная записка
инспекторов Наркомздрава и НКВД
в Наркомздрав
о расселении кулацких семей в Северном крае.

20 марта 1930 г.
Совершенно секретно.
Копия: НКВД

Предварительное донесение

Ввиду необходимости принятия срочных мер считаем весьма важным сообщить краткие сведения об основных недостатках расселения кулацких семейств; полный доклад будет представлен после окончательного обследования.

1. В начале организации пунктов расселения в Северном крае особое засекречивание вопроса мешало достаточно полно использовать медицинские организации и ближе привлечь к работе административный отдел, который приспособлен к этого рода деятельности.

2. Заселение городов: в Архангельске — до 24 тыс., в Вологде — около 20 тыс. чел., при развитии эпидемий неизбежно создает большую угрозу местному населению и отрицательно повлияет на экспортные операции в Архангельске.

3. Отсутствие предварительного санитарного обследования вызвало по стройку бараков в явно нездоровых (низменных) местах: Коноша, Лепша..., во многих местах нет данных о качестве питьевой воды.

4. Следование эшелонов проходит по военным графикам с остановкой поездов для снабжения паровозов. В пути теплушки с переселенцами не обеспечены не только кипяченой, но подчас и сырой водой; отправление естественных надобностей производится в ведрах.

5. Разгрузка эшелонов происходила недостаточно организованно — вещи сбрасывались в кучу, а лица расселялись по разным пунктам, таким образом зачастую вещи попадали в пункты, где не было их хозяев. Заселение бараков бывало беспланово — семьи с детьми поселялись у дверей или на верхних ярусах и т. д.

6. Некоторые пункты расселения в городах непригодны для житья («Биржевая ветка» в Архангельске), на периферии бараки совершенно не приспособлены для житья семьям с малыми детьми, с земли снег не убран, первые нары на земле (снегу), крыша просвечивает (положены не вплотную жерди, сверху еловые ветви и засыпаны мерзлой, осыпающейся землей). Крыша начинается от земли. Отопление недостаточное: две железных печи-времянки на барак при кубатуре в 720 куб. м или маленькие кирпичные печи, которые, по словам производителя работ, нагревают при топке только трубы. Полов нет, при таянии снега и земли неизбежно будет большая грязь.

7. Колоссальная скученность населения: на место в 1,5 м шириной, 1,25 вышиной и 2 м длиной размещается семья в 4 —5 человек. Во многих бараках (город) устроено до 5 ярусов, на периферийных бараках обычно 3, редко 4 яруса. В городских (церквях) внизу холодно, вверху душно (вентиляции почти нет), в бараках на периферии везде холодно.

8. Кухни при городских бараках далеко не везде имеются, на периферии пока нет совсем. Приготовление пищи происходит на открытом месте. Продукты, за редким исключением, не обобществлены. Мука в некоторых бараках изъята, а выдача хлеба не налажена, у многих нет денег. Дети не имеют определенного пайка.

9. В городах население этих пунктов пользуется баней, но далеко не достаточно, в Вологде за пользование баней, мылом и стрижкой взимается плата. На периферии бань нет. Особенно тяжелое положение маленьких детей: в бараках негде их мыть и нельзя было бы из-за холода. Матери боятся из-за холода менять пеленки.

10. Дезинфекция одежды не производилась нигде. Вшивость колоссальная. Не устроены дезинфекционные камеры даже простейшего типа (серничковые ямы).

11. Прачечных нет, белье моется только в городских пунктах и далеко не везде и не всеми. Сушка белья на дворе. Детские пеленки стирать негде. На периферии пока и индивидуально к мойке не приступали.

12. Сушилки для одежды рабочих нет, в бараках не высыхает, отсюда легко подвергаются простуде и обмораживанию ног (в Холмогорских бараках было 41 чел. среди взрослого рабочего населения с отмороженными ногами, у некоторых отморожение требовало хирургического вмешательства).

13. Уборных или нет, или устроены далеко от бараков (в городе). Кругом бараки загажены, и не принимались меры к очистке помойных ям.

14. Медицинского обслуживания недостаточно в городе, на периферии почти нет никакого. Пункты прикреплены к участкам, которые иногда отстоят на десятки километров. Много больных. Среди детей распространены: коклюш, корь, скарлатина (больные скарлатиной пока изолируются). Много рожениц. Они принимаются в больницы, а другие их дети остаются без присмотра.

15. Наблюдение за общим санитарным состоянием проводится очень слабо, за недостатком санитарных врачей в бараке «Биржевая ветка» два детских трупа лежали больше суток среди живых на нарах в ожидании медицинского осмотра. В бараках грязь. Не налажено самообслуживание. Отсутствует наблюдение со стороны саннадзора за выполнением санитарных правил.

16. Трудоспособное население отправлено на работы к хозорганам, там находится на одинаковых условиях с рабочими; живет в приспособленных бараках, получает нормальную пищу. Таким образом, вся тяжесть положения ложится на детей, женщин и стариков.

17. Моральное состояние населения пунктов тяжелое, жизнь их не урегулирована твердыми правилами, пока находятся всецело в зависимости от комендантов. Не имеют представления о своей судьбе — разъяснительная работа не велась. Часто приходилось слышать: «Лучше бросьте в море, перебейте детей, чем морить медленной смертью» или «Ну, виноваты, а за что должны страдать маленькие дети», или «Брошу детей, сама убегу, куда глаза глядят» и т. д.

18. Наряду с этим осужденные и содержащиеся в колониях НКВД, на 75 — 80% злостные кулаки, живут совершенно при иных условиях. Теплые сухие с полами бараки. Имеются сушилки. Есть бани с теплой раздевалкой. Горячая пища.

19. Среди высланных есть, по-видимому, много попавших случайно. Приходилось слышать (хотя этим вопросом мы не занимались): «Платил 8 руб. в год налога, 3 сына — красноармейца и попал в кулаки», или «Муж работал долго на заводе, скопил денег, купил сети — и выслали».

Выводы

1. Северному краю угрожает развитие сильных эпидемий.
2. Архангельск стоит перед возможностью срыва экспортных операций.
3. Детское население дает колоссальную смертность.
4. Работоспособность взрослых будет сильно подорвана.
5. В громадной части население может лечь бременем на государство и будет вымирать.
6. Постройка бараков велась недостаточно правильно и умело: за такие же почти деньги, при таком же количестве человеко-дней адмотдел отстраивает более подходящие бараки.
7. Санитарно-медицинской помощи недостаточно.
8. Нет координации действий, с одной стороны, между органами О ГПУ, адмотдел и исполкомом, с другой, между территориальным и транспортным здравотделом.
9. Недостаточно осознается опасность для местного населения края при появлении среди переселенцев эпидемических (тифы) заболеваний...

Старший инспектор НКЗдрава Ивицкий
Старший инспектор НКВД Крижевский
Начальник 1 отдела штаба ВКС РСФСР Крылов

ГАРФ. Ф. 393. Оп. 43 а. Д. 1796. Л. 306-307. Подлинник.

АКТ
обследования материального положения
семьи спецпереселенки П. С. Сидоровой
комендантом Тогурской поселковой
спецкомендатуры НКВД

28 августа 1944 г.
пос. Тогур

Комендант Тогурской посспецкомендатуры НКВД старший лейтенант Кукушкин Василий Иванович, в присутствии понятых помпоскоменданта Шадрина Ив. Ак., Ишкиной Варвары Антоновны, сего числа произвел обследование экономико-материального состояния трудпоселенки Сидоровой Пелагеи Сидоровны, рождения 1911 года, проживающей в рабочем поселке Тогур.

При обследовании оказалось нижеследующее.
Трудпоселенка Сидорова Пелагея Сидоровна никакого своего имущества не имеет, ни дома, ни коровы, нет ничего. Живет в доме Кетского лесозавода на кухне. Муж ее, Сидоров Ларион Дмитриевич, работал на Кетском лесозаводе с 1931 года, умер 2/VII в 1943 году. Наследство от него осталось – 5 человек детей малого возраста.

Дочь Капиталина Ларионовна, рождения 1934 года.
Дочь Анастасия Ларионовна, рождения 1937 года.
Сын Федор Ларионович, рождения 1939 года.
Сын Василий Ларионович, рождения 1941 года.
Сын Иван Ларионович, рождения 1943 года.

Все они полураздетые и полуголодные. Последних их мать, Сидорова, прокормить и одеть не в силах, так как своего огорода нет и наследства от отца никакого не осталось, дело их безнадежное.
На что и составлен настоящий акт.

Комендант Тогурской
посспецкомендатуры
старший лейтенант Подпись
Понятые Подписи

ГАТО. Ф. Р-591. Оп.1. Д.542. Л.38. Подлинник. Рукопись.