Уничтожаются архивные учетные карточки о репрессированных

Влад-К написал:

[q]

Если его дедушка сидел в тюрьме, то внуку это знать нужно (и даже полезно)!

[/q]

Вопрос в том, хочет ли знать об этом внук?
Может быть, он и знает, что его дед сидел в тюрьме (обоснованно, не обоснованно - не важно).
Но он заинтересован в уничтожении этой информации, чтобы никто, кроме него (и ближайших родственников), об этом не знал.
(Если есть некие "темные пятна" в истории семьи, то пусть об этом знают только ближайшие родственники, а еще лучше - вообще никто).

Известно, что в царское время многие "пострадали" от царской полиции за свою революционную деятельность. При царе такая деятельность осуждалась, зато после революции такой факт стал вроде медали, которой гордятся.
А вот сталинские репрессии - повод ли для гордости? Но и покаяния в нашем обществе уже не будет.

Я вот о себе скажу.
У меня в Псковском архиве дело нашлось (и не одно) о раскулачивании прадеда и его брата. И еще нескольких людей из той же деревни, да еще на псаломщика местной церкви.

За что осуждались (или порицались обществом)? За "эксплуатацию чужого труда", за то, что имея с/х машины, сдавали их в аренду односельчанам. Псаломщик еще и как "работник культа".

До сих пор хранятся эти дела. А тоже, могли бы и уничтожить. Но лично я лучше ознакомлюсь с этими делами (как потомок), потому что это тоже свидетельство той эпохи.

Совсем безвозвратно уничтожать, мне кажется, не стоит, особенно в нынешнее время цифровых возможностей (фактически - цифрового бессмертия). Оцифровать необходимо, а потом - что хотите делайте.

У нас вот по закону Яровой фигню всякую требуют от провайдеров сохранять (телефонные переговоры, переписку и т.д.)
А тут - свидетельства времени. Если опасаются, что информация попадет в посторонние руки - пусть тогда требуют подтверждения родства при запросах.

microArt написал:

[q]

Совсем безвозвратно уничтожать, мне кажется, не стоит, особенно в нынешнее время цифровых возможностей (фактически - цифрового бессмертия). Оцифровать необходимо, а потом - что хотите делайте.

[/q]

так речь об уничтожении информации, а не носителя. Что толку, если подлинник уничтожит, а информация останется в базе?


microArt написал:

[q]

Если опасаются, что информация попадет в посторонние руки - пусть тогда требуют подтверждения родства при запросах.

[/q]

У нас любая эл. база потом попадает на черный рынок. Уж лучше тогда хранить бумагу, ее разово не "сольешь"...


microArt написал:

[q]

А тут - свидетельства времени.

[/q]

сейчас и для вас. А весь советский период для всех родственников это было "клеймом"...

http://meduza.io/news/2018/06/...sirovannyh

Музей истории ГУЛАГа узнал о секретном приказе об уничтожении сведений о репрессированных

В России на основании засекреченного приказа 2014 года уничтожаются архивные сведения о репрессированных гражданах СССР.

Личные дела советских заключенных отправлялись на бессрочное хранение в архив в случае их смерти в лагерях, пояснил Романов газете.
Если заключенный освобождался, дело уничтожалось, но составлялась учетная карточка, где указывались данные о человеке и его нахождении в системе ГУЛАГа.

Партнер Музея истории ГУЛАГа Сергей Прудовский выяснил, что такие учетные карточки также стали уничтожаться.
Как рассказали в УМВД РФ по Магаданской области, где исследователь искал информацию об одном из репрессированных, существует межведомственный приказ под грифом «для служебного пользования» от 12 февраля 2014 года «Об утверждении наставления по ведению и использованию централизованных оперативно-справочных, криминалистических и разыскных учетов, формируемых на базе органов внутренних дел РФ».

В приказе, в частности, говорится, что карточки должны уничтожаться по достижении осужденными 80-летнего возраста.
Приказ подписан МВД, Минюстом, МЧС, Минобороны, ФСБ, ФСКН, ФТС, ФСО, СВР, Генпрокуратурой и Государственной фельдъегерской службой.

Глава СПЧ Михаил Федотов пообещал разобраться в проблеме уничтожения архивных сведений. «Это принципиально важно, так как это средство противодействия фальсификации истории. Когда есть документ, его фальсифицировать практически невозможно. А когда документа нет, можно придумать все, что угодно», — заявил он газете.

«Уголовные дела граждан хранятся в ФСБ либо в госархивах. Но все они заканчиваются датой осуждения и сведениями о приговоре: расстрел или лагерь. С расстрелом понятно.
А информация, куда был отправлен приговоренный к лагерям, выжил ли, переводился ли из одного лагеря в другой, находится только в учетных карточках, хранящихся в МВД. И эта информация после уничтожения карточки предается забвению», — пояснил Прудовский.

http://meduza.io/cards/kak-uzn...stvennikah

Кто считается жертвой политических репрессий?
Человек, подвергшийся необоснованным преследованиям со стороны власти за политические и религиозные убеждения, по социальному, национальному и иному признакам. По закону «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 года политическими репрессиями признаются различные меры принуждения, применяемые государством по политическим мотивам, лишение или ограничение прав и свобод людей, признававшихся социально опасными для государства или политического строя с 25 октября 1917 года.

Есть четыре наиболее массовые категории жертв:

— люди, арестованные по политическим обвинениям органами государственной безопасности (ВЧК—ОГПУ—НКВД—МГБ—КГБ) и приговоренные судебными или внесудебными (ОСО, «тройки», «двойки» и т. п.) органами к смертной казни, к различным срокам заключения в лагерях и тюрьмах или к ссылке;

— крестьяне, высланные с места жительства в ходе кампании «уничтожения кулачества как класса». Многие сотни тысяч из них попали в лагеря, а остальные были отправлены на спецпоселение в Сибирь, Казахстан и на Север;

— народы, депортированные с мест традиционного расселения в Сибирь, Среднюю Азию и Казахстан;

— народы, высланные и мобилизованные в «трудовую армию» (немцы, корейцы, калмыки, карачаевцы, чеченцы, ингуши, балкарцы, крымские татары и другие).

Evgeny Kolchugin написал:

[q]

Что никто нам не поможет
И не надо помогать.

[/q]

В небе над нами горит Звезда,
Некому, кроме Нее, нам помочь
В темную, темную темную
Ночь.

Виктор Цой, восьмидесятые годы 20 столетия.

А вообще, думаю, вот людей поставили перед фактом: уничтожение документов. То есть, уже уничтожили.
Была ли возможность повлиять у общества на то, чтобы документы оставить?
Наверное, нет.

К сожалению, не мы здесь хозяева. При Советах хотя бы говорили: "Человек проходит как хозяин необъятной родины своей".
Пусть и неправдой это было, но хотя бы декларировалось.
А нынче уже не стесняясь, некая прослойка ("новые дворяне") вовсю диктует остальным свои условия.