Москва, которую мы потеряли. Арбат.

В справочнике "Вся Москва" на 1925г и 1930г есть:
Гальцев (и Гальцов) Мих. Герас., Малая Пироговская д.1
Гальцов Петр Сем., врач. 3-я Тверская-Ямская... (он есть в справочнике 1923г, на том же адресе)
Гальцов Дм. Як. Новослободск. ул.

В 1925г есть
Гальцов Серг. Ив. Смоленский ... Кар.... пер...

MarinaM написал:

[q]

В справочнике "Вся Москва" на 1925г и 1930г есть:
Гальцев (и Гальцов) Мих. Герас., Малая Пироговская д.1
Гальцов Петр Сем., врач. 3-я Тверская-Ямская... (он есть в справочнике 1923г, на том же адресе)
Гальцов Дм. Як. Новослободск. ул.

В 1925г есть
Гальцов Серг. Ив. Смоленский ... Кар.... пер...

[/q]

спасибо, но тут моего нет.
я ищу Гальцева Терентия Саввича
скажите пожалуйста, я видимо не так ищу)) в справочниках Вся Москва списков адресов жителей я не нашла.

https://muzeemania.ru/2021/02/...8207161038
Владимир Потресов.
Вспомним «Собачку»

из статьи

Собачья площадка или, как ласково называли ее москвичи, «Собачка», была небольшой, треугольной площадью, образованной скрещением Кречетниковского, Дурновского (Композиторская улица) и Большого Николопесковского переулков. Она окончательно исчезла с карты Москвы более полувека назад. Однако топоним сохранился, и сегодня москвичи интересуются (а люди старшего поколения силятся вспомнить), как выглядела эта площадь, чем была знаменита и где она располагалась на современных городских пространствах.

Официально топоним «Собачья площадка» упразднен в 1952 году, когда южную сторону площади, являвшуюся продолжением Дурновского переулка, сам этот переулок, а также Собачий, упиравшийся в Серебряный, назвали, причем действительно «по поводу» (по какому, объясню чуть позже), улицей Композиторской. Безымянным остался лишь сквер с фонтаном посередине.
Впрочем, москвичи как называли, так и продолжали называть ее до фактического исчезновения, когда через десять лет, августовским утром шестьдесят второго года сонные арбатские переулки встряхнул грохот шар-бабы, обвалившей стену первого из полуторавековых дворянских особняков на Собачьей площадке.

Размышляя сегодня над феноменом Арбата: почему именно этот район сделался стойким символом столицы, хотя его историческая, истинно московская составляющая безвозвратно уничтожена, я все время мысленно возвращаюсь на Собачью площадку. Тот, кому немногим за пятьдесят, даже в неясных младенческих видениях, скажем, связанных с первым в жизни путешествием из соседнего роддома имени Григория Грауэрмана, не вспомнит, как выглядела эта площадь.
А между тем Собачья площадка виртуально существует в мыслях и памяти коренных москвичей как некий светлый образ старой Москвы, той, где стояли вековые липы, в палисадниках цвела сирень и рдели георгины, у подъездов сидели уютные бабушки и правильные деды.
........
Меня водили гулять либо на “Собачку”, либо на “Церковку”. “Собачка” — сквер на Собачьей площадке — был маленький, но очень интересный, с памятником-фонтаном посредине. Говорят, что некий богач, живший поблизости, похоронил там свою любимую собаку и поставил ей этот памятник. В центре памятника возвышался граненый красный столб с черными собачьими мордами на гранях. Во рту у собак были трубочки, из которых когда-то били фонтанчики. В наше время фонтанчиков уже не было; мальчишки-«хулиганы» вставляли в эти трубки папиросы, и тогда собаки «курили». Бывший водоем вокруг столба тоже был граненый; на гранях были вылеплены амурчики с трубами. Весь памятник окружали гранитные ступени. По бокам круглого сквера стояли лавочки, а у чугунной ограды росли ясени. Поскольку амурчики по углам барельефов были уже частично отбиты, по ним было удобно влезать внутрь фонтана и бегать там, что мы, маленькие дети, и делали с удовольствием»3.
Юрий Нагибин, известный советский прозаик, размышлял четверть века назад: «Меня всегда мучила мысль, что у москвичей нет того интимного ощущения своего города, которым отличаются ленинградцы. Москва необъятна, неохватна и слишком быстро меняется. Не успеваешь привыкнуть к одному облику города, а он уже стал другим. Сколько лет прошло, а я все ищу Собачью площадку, поглощенную Калининским проспектом. Когда вспоминаешь, сколько московской старины съел этот неоправданно широкий, архитектурно невыразительный проспект, так и не слившийся с арбатской Москвой, то начинаешь сомневаться в его необходимости» 4.
......
((*о доме Ренкевича на Собачай площадке (д.12/2), флигеле слева, где жил А.С.Пушкин в 1826-1827гг
«Ваше превосходительство, — писал Погодину спустя сорок лет расстроенный виденным и возмущенный Соболевский6, — заезжайте в кабак!! Я вчера там был, но меда не пил. Вот в чем дело.
Мы ехали с Лонгиновым через Собачью площадку; сравнявшись с углом ее, я показал товарищу дом Ринкевича (ныне Левенталя), в котором жил я, а у меня Пушкин; сравнялись с прорубленною мною дверью на переулок. — видим на ней вывеску: продажа вина и прочее. — Sic transit gloria mundi!!!7 Стой, кучер! Вылезли из возка и пошли туда. Дом совершенно не изменился в расположении: вот моя спальня, мой кабинет, та общая гостиная, в которую мы сходились из своих половин и где заседал Александр Сергеевич в… (как называется тулуп с мехом кверху??)8. Вот где стояла кровать его, на которой подле него родила моя датская сука, с детьми которой он так нежно возился и нянчился впоследствии; вот то место, где он выронил (к счастию — что не в кабинете императора) свои стихотворения о повешенных, что с час времени так его беспокоило, пока они не нашлись!!! Вот где собирались Веневитинов, Киреевский, Шевырев, вы, я и другие знаменитые мужи, вот где болталось, смеялось, вралось и говорилось умно!!!

Кабатчик, принявший нас с почтением (должным таким посетителям, которые вылезли из экипажа), очень был удивлен нашему хождению по комнатам заведения. На вопрос мой: слыхал ли он о Пушкине? он сказал утвердительно, но что-то заикаясь. Мы ему растолковали, кто был Пушкин; мне кажется, что он не понял.
Советую газетчику обратить внимание публики на этот кабак. В другой стране, у бусурманов, и на дверях сделали бы надпись: здесь жил Пушкин! — и в углу бы написали: здесь спал Пушкин!»

М.П.Погодин отвечал: «Помню, помню живо этот знаменитый уголок, где жил Пушкин в 1826 и 1827 годах, помню его письменный стол между двумя окнами, над которым висел портрет Жуковского с надписью: “ученику-победителю от побежденного учителя”. Помню диван в другой комнате, где, за вкусным завтраком (хозяин был мастер этого дела), начал он читать мою “Русую косу”, первую повесть, написанную в <18>24-м году и помещенную в “Северных цветах”, и, дойдя до места, в начале, где один молодой человек сказал другому любителю словесности, чтоб вызвать его из задумчивости: “Жуковский перевел Байронову ‘Мазепу’ ”, — вскрикнул с восторгом: “Как! Жуковский перевел ‘Мазепу’!” Там переписал я ему его “Мазепу”, поэму, которая после получила имя “Полтавы”. Там, при мне, получил он письмо от генерала Бенкендорфа с разрешением напечатать некоторые стихотворения и отложить другие. В этом письме говорилось о песнях о Стеньке Разине. Пушкин отдал его мне, и оно у меня цело. Туда привез я ему с почты “Бориса Годунова”. Однажды пришли мы к нему рано с Шевыревым за стихотворениями для “Московского вестника”, чтобы застать его дома, а он еще не возвращался с прогульной ночи, — и приехал при нас. Помню, как нам было неловко… Все это и многое другое надо бы мне было записать, но где же взять времени?»9.
Питейный дом, или, как называл его Соболевский попросту, кабак, существовал тут с последней четверти века, а позже, до революции 1917 года — «Казенная винная лавка». Потом — керосиновая. В 1941 году немецкая бомба уничтожила угловую часть дома. В пятидесятые годы в оставшейся устроили магазин «Хозтовары», но его называли по-старому керосиновой лавкой, а на месте, куда попала бомба, — возвели «Продовольственные товары». Помню, меня по малости лет поражало обилие тускло блестевших в глубине полутемного магазина бутылок водки с красными головками.

Ранее уже было об этой церкви на Арбате... https://forum.vgd.ru/post/1516/52161/p2187525.htm#pp2187525


https://cgamos.ru/news/e67330/?ysclid=mp7tjvimd973247832

Главархив рассказал, как в 1960-х годах церковь Симеона Столпника была совсем не церковью

В советское время церковь поочередно исполняла роль мастерской, научно-исследовательской лаборатории и выставочного зала.

Церковь Симеона Столпника была построена во второй половине XVII века. Эта церковь в стиле русского узорочья на Поварской улице близ Арбата дважды оказывалась под угрозой уничтожения. Но культурно-историческому памятнику удалось уцелеть. В Главархиве Москвы сохранились материалы о нелёгкой судьбе церкви Симеона Столпника.

При советской власти церковь была закрыта, её снос был запланирован на 1938 год. Однако власти посчитали, что практичнее будет устроить в здании церкви столярную мастерскую.

Вновь к вопросу сноса вернулись уже в 1963 году. Тогда руководство Москвы обратилось к плану реконструкции города 1935 года, и церковь оказалась как раз на пути новой магистрали – Проспекта Калинина, а сейчас – Нового Арбата. Однако проект был изменён, снос памятника застройки магистрали претерпел переработку, и необходимость в сносе исторического памятника отпала, а сама церковь перешла на баланс Главного Архитектурно-Планировочного Управления (ГлавАПУ).

Спустя два года здание церкви начали реставрировать, чтобы успеть к окончанию строительства Нового Арбата. Восстановление здания требовало больших средств, ведь почти за полвека церковь Симеона Столпника сильно обветшала, были утеряны главы, шатровое завершение колокольни и покрытие кровли, разобран ярус звона.

Не имея достаточных средств, ГлавАПУ решило, что здание будет проще отдать в долгосрочную аренду научно-исследовательской лаборатории, которая и займется всеми ремонтно-восстановительными работами. И с начала марта 1965 года в здании церкви разместилась лаборатория, занимавшаяся вопросами обеспечения безвредной работы автомобилей в Москве.

Но спустя полгода с реставрацией церкви возникли трудности. Дело было в том, что научно-исследовательская лаборатория 6 месяцев не оплачивала проведение восстановительных работ несмотря на то, что по договору аренды она обязывалась покрывать все расходы. Тогда глава реставрационной мастерской выдвинула ультиматум: либо организация оплачивает задолженность, либо с 1 октября мастерская работу закончит. Лаборатория оплачивать счета отказалась, и с 1 октября реставрационные работы памятника культурного наследия были заморожены. И так как строительство Нового Арбата кипело во всю, а здание церкви по-прежнему имело непрезентабельный вид, город снова передал строение на баланс ГлавАПУ.

Сразу после этого Всероссийское общество охраны природы (ВООП) попросило передать ему здание церкви под выставочный зал. Общество охраны природы даже расписало аргументы в пользу размещения в здании церкви именно выставочного зала, а также брало на себя все расходы, связанные с реставрацией архитектурного памятника.

В итоге 16 сентября 1966 года было принято решение в пользу Всероссийского общества охраны природы. Теперь в здании церкви Симеона Столпника располагался выставочный зал мелких животных и птиц: морских свинок, белых крыс, попугайчиков, канареек и другой живности. В тот же год завершилась и реставрация церкви, и к ней вернулся её исторический облик. Как церковь этот уникальный памятник зодчества заработал лишь в 1992 году.
-----------------
В. А. Десятников в своей книге "С крестом и без креста" писал:
"То, что этот памятник украшает ныне проспект, заслуга вовсе не бывшего главного архитектора Москвы и автора проспекта М. В. Посохина. Сохранил её для Москвы Леонид Иванович Антропов (1911—1979) — архитектор-реставратор..
Когда мощный экскаватор прибыл, чтобы развалить обезображенное перестройками древнее сооружение, Леонид Иванович залез в ковш экскаватора и не дал возможности работать до тех пор, пока Г. В. Алферова и П. Д. Барановский не принесли приказ из Министерства культуры СССР о постановке памятника на государственную охрану"
фото
https://pastvu.com/p/688285
Храм Симеона Столпника на Арбате
1963-1964гг

Новый Арбат,
церковь Симеона Столпника