Куйбышевский район Калужской области

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Куйбышевский район расположен на юго-западе Калужской области, граничит с Людиновским, Кировским, Спас - Деменским районами Калужской области, на юге — с Брянской, на западе — со Смоленской областями.
Территория района вытянута с северо-запада на юго-восток примерно на 55 километров, с запада на восток примерно на 40 километров. Районным центром является посёлок Бетлица. По территории района (в северной её части - Кузьминичи) проходит автомагистраль Москва – Рославль. Расстояние до города Калуги (областного центра) по прямой составляет примерно 160 километров, по автомобильным дорогам (Бетлица – Кузьминичи – Юхнов – Калуга) – примерно 240 километров, по маршруту Бетлица – Киров – Барятино – Мосальск – Калуга – около 190 километров. По территории района проходит железнодорожная ветка, связывающая посёлок с Рославлем (Смоленская область) и станциями Фаянсовая – Сухиничи - Калуга.
Площадь Куйбышевского района 1 243 км2 (13-е место среди районов). Население составило 8 041 чел. на 2010.

Основные реки — Десна, Снопоть, Ветьма, Хатожа, Шуица.

В состав района входят 5 муниципальных образований (сельских поселений):
• Поселок Бетлица
• Село Бутчино
• Село Жерелево
• Деревня Высокое
• Село Мокрое

"Помню я как церковь закрывали..."

Воспоминания Владимира Захаровича Прохоренкова (ныне возглавляющего районный Совет ветеранов). В свое время, еще в довоенные годы, он видел, как закрывалась одна из старейших в районе Мокровская церковь...

Пережитое в подростковом возрасте воспринималось внешне просто, легко как в какой-то детской игре, правда, с участием взрослых. Ну, закроется церковь в моем селе Мокрое, так и что! Значит, будет что-то другое, не менее интересное для детворы, что, мол, зря местная власть затеяла закрытие церкви. Тот же клуб, например, где нам собирались показывать кино про другую счастливую жизнь, о которой нам часто рассказывали многочисленные лекторы и пропагандисты. Это уж много позже, изрядно пожив на свете, претерпев немало всевозможных невзгод и бед, я стал задумываться о значимости всего вокруг происходящего, творимого простыми русскими мужиками. Ведь еще вчера они приходили в ту же Мокровскую церковь помолиться за здравие живых, поставить свечку в память об усопших, а сегодня никто из них почему-то не воспротивился разорению храма в их родном селе, не остановил свою же, мягко скажем, безалаберную, шумную молодежь, от рук которой православный храм и прекратил свое существование. Да уж, задним умом мы все сильны. Сожалеем о потерянном, непродуманно и торопливо разрушенном. Только осознание этих потерь приходит поздно, когда ничего нельзя поправить или вернуть. Что Мокровский православный храм! Уже в солидном возрасте я случайно узнал, что в 1918 году, ошалевшие от свалившейся свободы, крестьяне близлежащих деревень под разудалую гармошку сожгли дотла в Михайловском родовое поместье Пушкиных. Вот и пойми теперь, что двигало теми мужиками, ополчившимися на святыню русской культуры. Неужто так ненавистен был для них род Пушкиных? А может их настроение и чувства определяло неприятие всего барского, непохожего на их крестьянскую, беспросветную жизнь. Нечто подобное просматривалось и в нашем селе Мокрое. Мол, пришли другие времена, значит, надо жить по-новому. А как ее начинать, в уем она заключается? Лекторы, пропагандисты, уполномоченные, приезжающие из других мест, старались растолковать, разобъяснить нашим отцам, да и нам, детям, что, мол, вера в бога мешает наступлению более веселой и богатой жизни. Правда, среди части пожилых людей возникали осторожные разговоры, что, мол, зря местная власть затеяла закрытие церкви. Как ни говори, а все значимые события, как в жизни села, так и самих жителей, проходили в тесной связи с церковью. Все метрики о рождении, а также многие другие документы, важные для селян вокруг лежащих деревень, хранились в том храме. А что стоил колокольный звон трех могучих колоколов, поднятых, как казалось мне тогда, на недосягаемую высоту! Однажды уже пожилой церковный звонарь, ходивший летом в длинной холщовой рубахе, подвязанной затертым кушаком, разрешил нам туда забраться. Мы галдящей толпой, на едином дыхании по крутой лестнице из истершихся кирпичных ступеней вбежали на колокольню и остановились, пораженные великолепием неоглядных далей, раскинувшихся перед нашим изумленным взором. Среди летнего марева, в котором плыли поля, леса и перелески, я далеко на восточной стороне рассмотрел столбы черного дыма. "Там, малец, находится Кировский чугунолитейный завод, - пояснил звонарь, - Видишь, как его трубы дымят?". Церковь стояла в Мокром в центре большой площади, где по воскресеньям и большим праздникам проходили базарные дни. Со всех сел и деревень, расположенных в округе, сюда съезжался народ, что¬бы что-то продать, или, наоборот, прикупить для работы и семьи. Для взрослых жителей при тогдашних бесконечных трудовых тяготах церковь была отдохновением и духовным пристанищем. А для нас. детей, мало что смысливших в вере и молитвах, говоря современным языком, тот храм был неким культурным центром, где было просто интересно бывать, слушать мелодичный колокольный звон, смотреть на живописные крестные ходы, на разухабистые гулянки во время престольных праздников, проходивших на площади перед церковью. Но однажды все кончилось. Летом тридцать девятого года по селу пронесся слух, что церковь все же закрывают. Поначалу в это мало кто верил - ведь не худому учили в храме. Да и кому он приносил вред? Но, увы, в один из летних дней к главному входу в церковь подъехал грузовик с группой галдящей молодежи. Соскочив с него, молодые парни со смешками и подначками начали выносить из храма всевозможную церковную утварь: расшитые позолотой ризы, рушники, иконы в тяжелых позолоченных окладах, сверкающие медные потиры, чаши. Вытащили они и большое бронзовое паникадило, позвякивающее крохотными серебряными канделябрами. Пока они валили в кузов это церковное богатство, на кровлю колокольни попробовал забраться местный придурковатый мужике деревенским прозвищем Когосик, чтобы сбить позолоченные кресты. Но тогда у него ничего не получилось, не добрался он до крестов. Через пару недель Когосик снова явился к храму. На сей раз, обвязавшись веревками, он все же достиг своей цели. Кресты долго не поддавались, раскачивались, кренились то в одну, то в другую сторону. Но, вскоре прогрохотав по железному куполу, грохнулись перед взором притихшего и опечаленного народа. Когосик радостный спустился вниз. Крестов над куполами церкви не стало. Но вое колокола почему-то он не тронул. Они остались висеть на своем месте. Вскоре в церкви все переделали. Выломали алтарь и иконостас. Вместо них сколотили из досок сцену. Стены храма, на которых были нарисованы лики снятых, забели¬ли известью, В глубине бывшего алтаря натянули простыню. В образовавшемся зале поставили длинные деревянные скамьи и начали крутить кинофильмы. На это ранее невиданное чудо собиралось много народу. После кинофильмов местная молодежь устраивала танцы под гармошку. Где-то через неделю из-под белой извести стали проступать церковные росписи. натащив железных бочек, опять развели густую побелку. Тряпичными квачами и самодельными кистями повторили беление. И так происходило несколько раз. Но все равно с ликами святых справиться не удавалось. Всякий раз они проступали сквозь побелку и почему-то особенно часто в наступившем сорок первом году. В народе глухо заговорили, что это, мол, не к добру. Постепенно жители села стали привыкать жить без церкви и церковных праздников. Быстрее, конечно, перестраивались мы, пацаны, и молодежь постарше. Все новое нам было интересно и необычно. Однажды в начале лета сорок первого года во время очередного киносеанса на колокольне вовсю забили колокола. Народ в страхе повалит на улицу. Оказалось, что на колокольню забрался другой деревенский дурачок, Коля Батылка, и устроил "всенощный" перезвон. Дурачка стащили с колокольни и. надавав приличных тумаков, прогнали домой. Все вскоре забыли и этот вроде бы курьезный случай. Но кое-кто из по¬жилых выходку Коли Батылки снова связал с какими-то грядущими бедами. И они пришли. В воскресный день 22 июня началась война с Германией. Так как село Мокрое было тогда центром Куйбышевского района, сюда, на церковную площадь из соседних деревень понаехало множество народа. Началась мобилизация мужиков и молодых парней на фронт. Повиснув на плечах мужей и сыновей, заголосили жены и матери. А после полудня с этой площади десятки повозок с мобилизованными потянулись на сборный пункт в город Киров. Через день-другой на церковной площади снова собиралась тьма народу. От мобилизации, продолжавшейся почти месяц, более других вымотался и исхудал военный комиссар района майор Суворов. Ближе к осени мы уже знали, что наступающих на Москву немцев удалось задержать на реке Десна находящейся от нашего села за сорок километров. На утренних и вечерних зорях оттуда доносилась приглушенная расстоянием орудийная канонада. Все мы надеялись, что немцы не дойдут до наших мест. Но они по¬явились в нашем селе в начале октября. Нам, пацанам, было очень страшно и в тоже время невероятно интересно наблюдать за чужими солдатами, которые самыми настоящими хозяевами пошли по селу. Они отбирали все съестное, что попадало им под руку. Некоторые захватчики не гнушались даже коврижкой хлеба, только что испеченной матерью для нашего пропитания. В первые же дни фашисты побывали и в церкви. Мы думали, что они ее взорвут. А случилось все наоборот. Комендант объявил, что желающие могут приходить в церковь и проводить богослужения. Откуда-то взялся и батюшка - сумрачного вида пожилой пленный солдат, ходивший в незастегнутой шинели с оторванным хлястиком. Мне думалось тогда, что никто в церковь не пойдет, испугается немцев. Но народ постепенно стал тянуться туда. Поначалу в основном это были пожилые бабы, только что отправившие на фронт своих мужей и сыновей. А потом в их толпе стали появляться и молодки, закутанные по самые глаза темными платками и полушалками. Эти службы проходили как-то не по-православному. То есть, оставшиеся на колокольне три колокола так и не звонили со дня прихода в село оккупантов. Почему, трудно сказать. Скорее всего, не разреша¬ли немцы. В колокольном звоне они, может быть, ощущали или подозревали некую потаенную силу, которую мог обрести наш народ пока придавленный их нашествием. Но однажды в будний зимний день церковные колокола очнулись и заговорили мощным надрывно-печальный гулом. Услышавшие его селяне невольно стали осенять себя крестными знамениями. Уж не случилось ли чего! Многие высыпали на улицу. Тут уже суетились и немцы. Я хорошо помню, как все они, непонятно лопоча на своем языке, побежали к церкви. К ней направились и мы, пацаны. Интересно было знать, кто же нарушил запрет фашистов. Когда я подбежал к церкви, то на колокольне увидел мятущуюся фигурку, колыхавшуюся под колоколами. Народ ахнул: это же Коля Батылка! Без верней одежки, в домо¬тканой льняной рубахе, приотк-рывавшей его впалый живот, на промозглом зимнем ветру, Коля во всю силу раскачивал тяжелые била колоколов. Один из немцев стянул с плеча карабин, клацнул затвором и прицелился. На холодном ветру резко хлопнул выстрел. Коля, дернувшись, исчез за невысоким выступом колокольной стенки. Почти сразу же прекратился и надсадный, беспорядочный гул. Как оказалось позже, это был последний вскрик колоколов Мокровской церкви. Лишь в августе сорок третьего года они отозвались коротким эхом на мощный залп "катюш", ударивших по селу, в том числе и по церкви. Готовившиеся отражать наступление частей Красной Армии со стороны города Кирова, немцы оборудовали на колокольне пулеметную точку. С высоты колокольни из своих пулеметов МГ-42 они могли далеко простреливать окрестности села с восточной стороны, откуда и ожидалось наступление советских войск. По всему видать, наше командование решило не рисковать людьми. Точный залп из гвардейских минометов буквально срезал не только верх колокольни вместе с немецкими пулеметчиками, но и в клочья разнес железный купол храма. Пострадала не только церковь, само село отступавшими немцами было выжжено практически дотла. Народу пришлось зимовать в землянках, тесных баньках, холодных амбарушках в холоде и голоде. Вскоре начались сильные осенние ветры. Покореженные взрывами снарядов железные листы церковной кровли грохотали по ночам, нагоняя тоску на всех, кто слышал эту жуткую неумолкаемую музыку. Весной сорок четвертого года у полуразрушенной церкви стали появляться люди с заступами, топорами, кирками. Они стали разбирать стены из крепкого кирпича для кладки печей в своих собранных на живую нитку хатенках, чтобы хоть как-то обогреться предстоящей зимой. За несколько лет от места, где стояла красивая церковь, остался, только курган, который постепенно зарос крепким дернистым пыреем. Потом по решению партийных органов было ликвидировано прицерковное кладбище, где покоилось не одно поколение заслуженных людей, офицеров Русской Армии, воинов, отмеченных многими государевыми наградами, священников, купцов, да и просто крепких хозяев. Кованые железные изгородки, а также надгробные гранитные плиты и камни с фамилиями усопших были сняты и увезены, а то и просто поколочены на мелкие осколки. А оставшиеся холмики перепаханы тракторными плугами. С разрушением церкви, от которой не осталось даже фундамента, жизнь в селе стала не такой бурной и шумной, как до войны. На пустующей площади уже не проводились ярмарки, которые, кстати, непонятно почему запрещали партийные власти района. А с переносом центра района на железнодорожную станцию Бетлица, расположенную в семи километрах, жизнь в Мокром почти утратила свое прежнее многообразие. Сегодня оно поддерживается разве что старейшей в районе Мокровской средней школой, которая в 2009 году отметит свой 170-летний юбилей. В начале нынешнего века на месте Мокровского православного храма было решено поставить деревянную часовню...

Источник

История церкви Владимирской Божей Матери села Закрутого Жиздринского уезда

В клировой ведомости за 1863 год говориться буквально следующее:
«Построена в 1863 году иждивением помещика, Губернского Секретаря Николая Дмитриевича Левина*.
Здание каменное, с таковою же колокольнею, крепка и обнесена кругом каменною оградою.
В настоящей холодной во Имя Владимирския Божия матери Престол один.»
От церкви и ограды округ нее ничего не осталось. До войны в храме был склад колхозного добра. Во время войны в него попал снаряд, пробил стену и разрушил незначительную часть ее. Но основные разрушения были сделаны самими жителями Закрутого и окрестных деревень.
В том месте, где некогда стояла колокольня, теперь деревянное здание сельсовета, вернее, сельской администрации. Может, потому нам и не удалась советская власть, что мостили ее отнятой земле, фундамент складывали из церковных кирпичей и могильных плит священников и монахов…
До сей поры, растет акация - двумя ровными аллеями, повторяя контуры церковной ограды.
Из детства воспоминание: начало шестидесятых годов, колхозники ломают остатки стен; крушат кувалдами, ломами, подковыривают зубилами - звон, скрежет, хохот, мат, все сливается в единый кабак. Русский кабак шестидесятых годов на руинах отеческой святыни. Вот отыскали, расчистили вход в склеп. Решают, кому лезть. Наконец, в черную дыру опускается кто-то из приезжих. Свои вроде смущались лезть к гробам. Через некоторое время выбирается обратно, держа в руках саблю в ножнах с перевязью и еще что-то. Так был взломан и осквернен прах строителя и содержателя храма Владимирския Божия матери Николая Дмитриевича Левина.
Говорят, тот кладоискатель взял из склепа золотые часы на цепочке. Награды, пуговицы от истлевшего мундира. Но теперь затерялись следы и той сабли, которую видели все, бывшие около.
Дом Левина стоял за речкою Десенкою, примерно в полуверсте от храма, и старики рассказывали, что гроб с телом барина Мужики и дворовые несли до храма на руках. Рассказывали также, что, когда в Мужикове случился пожар, тогда еще здравствующий помещик приехал в деревню и роздал погорельцам денежное вспомоществование, на которое они вскоре отстроились внове.
Дом Левина во время оккупации 1941-43 годов немцы пытались разобрать и, видимо, куда-то перевезти, но не успели. После войны его перенесли на новый фундамент неподалеку от старого, устроив в обширном доме школу. В ней я и учился. Уютно было сидеть в классе под старинными липами и вязами и скрипеть усердно пером…
В ведомостях начала нынешнего века Владимирская церковь села Закрутого значилась уже с приделом, освященным во Имя Дмитрия Ростовского чудотворца. При храме числилась земская школа, которую после революции реорганизовали в школу коммунистической молодежи.
По штату 1850 года «при сей положено» было: священник, диакон, дьячек и пономарь. Содержание их было посредственным. И далее: «Домы у священно-церковно-служителей собственные, деревянные, на церковной земле». И по сю пору часть села Закрутого, что за речкой Каменкой, почти пересохшей теперь, называется Поповкой.
Была у храма и собственная земля, 37 десятин и 187 сажень. Но сам храм стоял на земле городской. Усадебной же числилось всего 3 десятины, пашенной-30 десятин, 4 десятины-луговой. В ризнице до последнего времени хранился плак на сию землю. Из сей земли говорится в клировой ведомости шестьдесят восьмого года,- священно – церковно - служители пользуются только луговое и усадебную, а полевая землю, по худому ея качеству, большею частию пустует.
Далее: ,,Расстоянием сия церковь: от консистории в 160 верстах. Местный Благочинный находиться при сей церкви. Ближайшия к сей церкви: на Юго - западе Богородично - Рождественская, в селе Мокрое, в 7 верстах; на Севере-западе Фроло-Лаврская, в селе Желнах, в 10 верстах; на Западе Покровская, в селе Петровском, в 13 верстах.,,
Священником был Гавриил Михайлович Громов, сын священника, он в 1841 году закончил курс Калужской Духовной Семинарии, и Преосвященным Николаем, бывшим тогда Епископом Калужским и Боровским, рукоположен к Покровской, Мещовского уезда села Покрова, церковь во священника. Там же был определен исправлять должность Благочинного. С 7 марта 1849 года по 15 августа 1865 года был Присутствующим в Мещовском Духовном Правлении. Имел бронзовый крест на Владимирской ленте,, в память войнам 1853-1856 годов.,, ,,1865 года августа 22 дня,- как о том повествует клировая ведомость,- переведен на настоящее место во священника, с правом Благочинного, каковую должность доныне проходит.,,
Диаконом в Закрутом служил Федор Николаевич Троицкий. После окончания Калужского Духовной Семинарии состоял некоторое время диаконом при Покровской, села Петровского, церкви, а в июле 1863 года ,,переведен на настоящее место.,,
Дьячком при храме служил Иван Семенович Лавров. Ранее состоял на должность дьячка же при церкви Фрола и Лавра в селе Желны Мосальского уезда. В июле 1863 года переведен был в Закрутое, во вновь выстроенную церковь.
Пономарем служил Федор Михайлович Баталин.
У всех были большие семьи.

Портрет Д.А. Левина
работы Джорджа Доу. Военная галерея
Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж
(Санкт-Петербург)

Источник

Кузьминичи, храм в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы

Как во многих деревнях была в Кузьминичнах и церковь. Церковь была каменная, большая с тремя колоколами. Один большой колокол и два поменьше. Около церкви имелось и своё кладбище, которое было огорожено кирпичными столбами и железной оградой. Проводил службу батюшка. Был в церкви и хор певчих, который состоял из мужчин и женщин - жителей деревни.
Престольный праздник – введение. Как помнят старожилы, на каждый праздник в церкви собиралось много народа, люди приходили помолиться Богу. Праздники проходили всегда весело. Люди на лошадях ездили, друг к другу в гости.
По желанию в церкви отпевали покойников и хоронили около церкви. Старожилы помнят, что на кладбище кроме простых деревянных крестов было и несколько памятников, но кто были под ними похоронены, они не помнят. Недалеко от церкви находился священный ключ, он был огорожен и за ними постоянно ухаживали. По праздникам жители деревни брали из ключа священную воду. Сейчас колодец разломали, но ключ по-прежнему бьет из-под земли и под крещение жители приходят сюда за водой.
В 1939 году церковь закрыли и разобрали, а из кирпичей построили дорогу от школы к варшавскому шоссе, сейчас от церкви ничего не осталось.

Хлюстин Антон Семёнович (1732-1809)

Купец, промышленник и землевладелец. Родился в старинной купеческой семье г. Мосальска. Получил домашнее церковное образование. В молодости занимался поставками провианта и фуража для армии и накопил богатое состояние, благодаря чему был принят на интендантскую службу в гусарский полк уже в зрелом возрасте, несмотря на недворянское происхождение. Это не помешало полковому хозяйственнику дослужиться до звания секунд-майора (личное дворянство Хлюстин получил в старости). Еще до армейской службы богатство и связи с офицерством позволили предпринимателю начать строительство храмов и богоугодных приютов. Так, на месте древнего мосальского городища стараниями и средствами Хлюстина была построена пятиглавая церковь с колокольней, опиравшейся на четыре каменных подножия. Красивые храмы были сооружены во владениях Хлюстина - селах Желонь, Кузьминичи, Любунь, Шуя и кладбищенская церковь в Мосальске. Гордостью Антона Семеновича стал бы заложенный в 1806, но недостроенный при жизни мецената Никольский собор в Мосальске, вокруг которого впоследствии образовался центр города. Строительство довершили в 1818 сыновья Хлюстина - Семен, Михаил и Николай.

Источник

ИСТОРИЯ МОНАСТЫРЯ В ДЯГЛЕВО

Белокопытовский
казанский монастырь

Христианские монастыри возникли первоначально как поселения отшельников в 3-4 веках в Египте. На Руси появились в 11 веке после принятия христианства. Они основывались вблизи городов князьями и боярами, жаловавшими им земли, ссужавшими деньгами и предоставлявшими им различные привилегии Монастыри сыграли важную роль в укреплении и развитии феодальных отношений в древнерусском государстве. На Руси монастыри всегда были центрами культуры: распространяли письменность, вели летописи, собирали библиотеки.
На территории нашего района существовал и во второй половине 18 века был закрыт монастырь в селе Драгомань (ныне д. Зимницы, Зимницкого сельсовета), о котором у нас пока нет никаких других сведений. А на памяти людей и ныне живущих остался Казанский Белокопытовский монастырь, который существовал до тридцатых годов прошлого столетия в Ново-Дяглево Жерелевского сельсовета.
Происхождением своим Казанская женская Боголюбивая Община (немного позже Казанский Белокопытовский монастырь) обязана Александре Евгеньевне Белокопытовой. Родилась она в 1820 году в Вяземском уезде Смоленской губернии. Родители ее были небогатыми помещиками. Рано лишившись их, Александра Евгеньевна семи лет была принята на воспитание в дом родного дяди господина Лыкошина у которого жила своего замужества.
В 1836 году Александра Евгеньевна в 16 лет вышла замуж за отставного подполковника Ивана Григорьевича Белокопытова, помещика Мосальского уезда, Калужской губернии, жившего в своем, имении, сельце Петропавловском, сей час это деревня Петроселье, что расположена в 7 км от с. Жерелево Ивану Григорьевичу было тогда 60 лет, его первая жена умерла. Прожив во втором супружестве только 5 лет, Иван Григорьевич скончался, завещав свое движимое и недвижимое имущество Александре Евгеньевне. Несмотря на молодые годы Александра Евгеньевна не захотела вновь выходить замуж.
В то время, в 7 верстах от упомянутого сельца Петропавловского, близ села Троицкого в даче П.Н. Суходольского, ныне местечко “Монахов колодец”, жил в лесу пустынник Авраамий - старец, к которому приходило много людей, за советом и в поисках душевного покаяния.
Александра Евгеньевна тоже почитала праведного старца и всегда обращалась к нему за советом в минуту затруднения
Отец Авраамий часто бывал в сельце Петропавловском, он и дал решительный совет Александре Евгеньевне не выходить вторично замужи устроить в Петропавловском женскую общину.
В 1865 году Александра Евгеньевна Белокопытова обратилась к архиепископу Григорию ходатайствуя перед ним о разрешении открыть женскую общину в сельце Петропавловском и определить к ней для богослужения священника. Как средства к содержанию будущей обители Белокопытова показала все свое имение при означенном сельце, состоящее в пахотной и сенокосной земле в количестве 495 десятин с водяноймельницей, большой деревянный дом, хозяйственные постройкии инвентарь.
Разрешение на открытие общины последовало по указу Священного Синода с Высочайшего соизволения Государя Императора в 1868 году. Тогда прибыл в общину из Оптиной Пустыни отец Гавриил, который принял самое живое участие в деле. Под его руководством в большом доме Александры Евгеньевны была устроена церковь в честь иконы Казанской Божьей Матери
В 1880 г. вследствие обветшалости и малопоместительства деревянного Казанского храма, по ходатайству настоятельницы общины монахини Феодосии и храмо-создательницы Александры Евгеньевны Белокопытовой, епархиальным начальством разрешено было построить новый каменный 3-х престольный соборный храм. Для этой постройки собраны были преимущественно от родственников Белокопытовой деньги в сумме 21000 рублей. Вместе с сооружением храма в общине возникали и хозяйственные постройки: корпуса для келий монашествующих, для женского училища, для больницы и приюта. Всего в 1890 году было построено 54 здания, которые окружили высокой оградой.
Монастырь был расположен в довольно живописной местности. С запада, севера и востока - поля, а с юга - река Любуша, рядом с которой, прямо против монастыря, словно огромное зеркало, блистало озеро, а за ним, на противоположном берегу, красовалась густая роща деревьев.
В 1883 году, 7 февраля после продолжительной и тяжелой болезни в возрасте 63 лет скончалась устроительница общины Александра Евгеньевна Белокопытова, а через год, 9 апреля за ней последовала и первая настоятельница монастыря - монахиня Феодосия.
Судьба монастыря в 20 веке печальна так же, как и судьбы многих церквей и храмов.
В 20-е годы прошлого века, во время воинствующего атеизма, монастырь был закрыт, а его земли и постройки были использованы в хозяйстве созданного позднее совхоза "Жерелево".
Часть монахинь сначала работала в совхозе, другая - разошлась по окрестным сёлам. В 1943 г. во время наступления Красной Армии монастырь был частично разрушен артиллерией немцев, предполагавших, что там находятся наши наблюдатели и корректировщики огня.
После окончания Великой Отечественной войны в монастырских постройках находились столовая, магазин, склад и другие подсобные помещения совхоза "Жерелево".
Так продолжалось до середины 50-х годов. Потом монастырь был разобран местными жителями на кирпичи, использовавшиеся для строительства фундаментов и печей.
Сейчас на месте, где ранее находились постройки монастыря, - пустырь с остатками кирпичного щебня под зарослями сорняков, да полуразрушенные жилые дома, построенные в 40-50 годах для работников совхоза.

Источник

Бутчинская средняя школа располагается в центре села Бутчино на высоком холме, на юго-западе Куйбышевского района в 16 км от районного центра поселка Бетлица.

По данным государственного архива Калужской области в книге «Материалы для географии и статистики России», изданной в 1864 г., говорится, что в селе Бутчино Жиздринского уезда была открыта первая школа – сельское приходское училище ведомства государственных имуществ, открытое в 1846 году.

С начала 1868 г. все училища в селениях бывших государственных крестьян по распоряжению Калужского губернского земского собрания были переданы уездным земским управам. При передаче в ведение земства в Бутчинском училище служил 1 учитель, обучалось 36 учеников; на содержание училища расходовалось 167 руб. из общественного сбора; к концу 1868 г. в училище насчитывалось 38 учеников.

16 октября 1870 г. Бутчинское волостное правление сообщало в Калужскую губернскую земскую управу: «В Бутчинской волости состоит 1 общее приходское училище, помещаемое в с. Бутчино. Детей обучается: мальчиков 25 и девочек 7.

Преподавателем в училище находится окончивший курс в Калужской духовной Консистории семинарии Василий Соколов. Содержание получает от земства в год 150 руб., училище помещается в наемном доме на счет общества… Со стороны земства назначено жалование учителю в год 150 руб. и на учебные пособия 50 руб.»

19 мая 1881 г. Жиздринский уездный исправник в рапорте Калужскому губернатору характеризовал народные школы и сельские училища. О Бутчинском училище сообщается, что в нем обучается 30 мальчиков и 11 девочек.

14 октября 1884 г. благочинный, священный священник жиздринской Казанской церкви, сообщал епископу Калужскому и Боровскому, что в приходе церкви с. Бутчино «церковноприходской школы нет», а имеются 2 земские школы – в с. Бутчино и д. Зимницах.

В 1918 г. в с. Бутчино были открыты две единые трудовые школы 1-й ступени – 1-я и 2-я. 2-я единая трудовая школа была создана на основе церковноприходской школы, а в сведениях о 1-й единой трудовой школе значится, что она до декретов о школьной реформе была введении Министерства народного просвещения и существовала в селе с 1905 г.

Действительно, в 1904 г. государственным казначейством было отпущено 2 500 руб. на строительство, разрешенного к открытию с 1 января 1905 г., двуклассного министерского училища в с. Бутчино. С 1 сентября 1905 г. в училище на работу поступил священник Иван Смирнов.

В 1908 г. в училище работал учителем Иван Морозов, а заведовал училищем в 1908 г. Савва Борисов, но он в этом же году уехал в Ярославль.

В 1919 г. произошло объединение 1-й и 2-й единых трудовых школ. При этом в марте 1919 г. о 2-й трудовой школе в с. Бутчино написано: «В настоящее время бывшая церковноприходская школа как отдельная школа не существует, ввиду непригодности здания временно соединена с бывшей министерской и следующие сведения будут представлены в анкете от бывшего министерского училища».

В училище в 1918/19 гг. работали следующие учителя: Прокопчин К.В., Дорощенков Прокофий Георгиевич (с 1909 г.), Галичников Николай Сергеевич (с 1906 г.), Мосейкин.

С 1919 г. в с. Бутчино была уже одна только школа. Бутчинская школа1-й ступени до 1917 г. относилась к ведомству Министерства народного образования. В школе было 4 классных комнаты, учительска, коридор-раздевальня; 3 квартиры для учителей (по 9х12 м каждая); огород по 2 дес. и хозяйственный сарай. Школа была рассчитана на 150 учащихся, в 1922 г. в ней обучалось 120 человек.

Коллектив Бутчинской семилетней школы. 1938-39 учебный год

Источник

Продолжение.

В годы Великой Отечественной войны школа не осталась в стороне от священной борьбы против немецко-фашистских захватчиков. Активно участвовали в партизанском движении воспитанники школы, на территории с. Бутчино действовал партизанский отряд, командиром которого был выпускник школы Акимочкин A.M., а комиссаром -Соколов. Многие партизаны погибли, среди них и школьники.

Сотни выпускников школы сражались на различных фронтах в то время. Трудно найти кого-либо из выпускников – участников войны, без какой-либо награды за ратные дела, а один из них Галицкий Иван Павлович удостоен звания Героя Советского Союза.

На фронтах Великой Отечественной войны воевали учителя школы: Бахтинов Алексей Александрович, Прокопчин Павел Дмитриевич, Минкин Иван Михайлович, Огурцов Алексей Григорьевич, Лебедев Василий Сергеевич, Яшин Петр Павлович, Ветвинский Евгений Андреевич, Осипов Иван Михайлович, Яшин Никита Павлович,Волжев Александр Михайлович, Степанов Николай Федорович, Степаненков Иван Георгиевич,Федоткин Иван Федорович, Клименко Семен Федорович, Бычков Алексей Сергеевич, Захаров Петр Захарьевич, Акиренков Василий Яковлевич, Бычков Иосиф Сергеевич, Фроликов Александр Ефимович, Новиков Николай Федорович, Черенков Яков Гаврилович.

Возобновилась работа школы после освобождения района в 1943-1944 учебном году.

В 1976 г. построено новое здание школы.

Директора школы:

1926-1929 - Осипов Иван Михайлович
1932-1933 – Минкин Иван Михайлович
1933-1940 – Клименко Семен Федорович
1940-1941 – Бычков Алексей Сергеевич
1943-1944 – Демянина Александра Ивановна
1944-1957 – Соколова Валентина Викторовна
1957-1975 – Бахтинов Алесей Александрович
1976-1985 – Бахтинов Александр Алексеевич

Источник

Жиздринский уезд

Содержание:
- Первые поселения в нашем крае
- История поселения Жиздры
- Образование города и уезда
- Жиздринский край 17-18 в.в.
- Жиздринский уезд в 19-20 в.в.
- Жиздра, уездный город Калужской губернии
- Жиздринский уезд
- Геологическое строение
- Промышленное развитие уезда
- Революционное движение
- Религия края
- Список населенных пунктов Жиздринского уездана 1858 год

Источники по генеалогии в Государственном архиве Калужской области
(Жиздринский уезд)

МЕТРИЧЕСКИЕ КНИГИ ИСПОВЕДНЫЕ ВЕДОМОСТИ И ЦЕРКОВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ
1) Калужская Духовная консистория
Ф.33 9981 ед.хр., (1780-1919) 1800-1918
- Прежде чем работать с фондом 33 "Калужская духовная консистория",
необходимо определить приход искомого населенного пункта. Здесь
очень может помочь: "Описание церквей Калужской губернии" (см: Ф.33,
ОП.5, е ед.хр. N25 - ксерокопия) Формуляр "Описания" включает в себя
следующи пункты: 1. Во имя кого кого освящен престол. Каменный или
деревянный. Когда и кем построен; 2. Штат причета, назначенное
жалование и церковные должности; 3. Список селений прихода с
показанием расстояния их о церкви, число дворовых душ в приходе; 4.
Количество земли при церкви; 5. Капиталы: а)церковный, б)причтовый;
6. Школы и благотворительные заведения. "Описание церквей" состоит
из 4 частей:
ч.1 - г.Калуги, Калужского, Боровского, Жиздринского, Козельского уездов

2) ОП.3 (том 1), 1800-1865, 777 ед.хр: NN 1-783 ед.хр:
361 Ревизские сказки духовных лиц по г.Жиздре и Жиздринскому уезду, 1858
362 Ревизские сказки духовных лиц по г.Жиздре и Жиздринскому уезду, 1858

3) ОП.4 1770-1901, 1902-1918 (1922), 216 ед.хр: NN 528-743 ед.хр:
- метрические книги церквей Жиздринского уезда, 1891-1918

4) МЕТРИЧЕСКИЕ КНИГИ ГОРОДА ЖИЗДРЫ и ЖИЗДРИНСКОГО УЕЗДА

Ф.33 Калужская Духовная консистория
ОП.12 ед.хр:
- метрические книги церквей Жиздринского уезда, 1780-
ОП.7 ед.хр:
- метрические книги церквей Жиздринского уезда, 1863-1897
ОП.4 ед.хр: 731-743
- Метрические книги церквей Жиздринского уезда, 1891-1918

Ф.277 (см. также фонд N 277 - Церкви города Калуги и Калужского уезда)
ОП.1 ед.хр:
- Богородице-Рождественская церковь, село Мокрое Жиздринского уезда
- Покровская церковь Жиздринского уезда
- Сергиевская церковь, г. Жиздра

5) ИСПОВЕДНЫЕ ВЕДОМОСТИ ГОРОДА ЖИЗДРЫ и ЖИЗДРИНСКОГО УЕЗДА

Ф.33 г.Жиздра - Исповедные ведомости церквей, ед.хр:
ОП.1 (том 2) год
1826 - 1811
ОП.1 (том 4) год
4135 - 1822

Ф.33 Жиздринский уезд - Исповедные ведомости церквей, ед.хр:
ОП.3 (том 1) год
21-22 - 1802
ОП.1 (том 1) год
650-651 - 1802
958 - 1804
1132 - 1805
ОП.3 (том 1) год
46 - 1805
ОП.1 (том 2) год
1589 - 1809
1700 - 1810
1907 - 1811
2357,2376 - 1814
2527 - 1815
2705 - 1816
ОП.1 (том 3) год
3196 - 1818
ОП.1 (том 4) год
3702-3706 - 1820
3949-3952 - 1821
4136-4139 - 1822
ОП.1 (том 5) год
4495а - 1824
4873 - 1826 в.
5055-5058 - 1829 в.
далее дд. выбыли
ОП.2 (том 1) год
50 - 1830
105-112 - 1831 в.
далее дд. выбыли
ОП.3 (том 3) год
2165-2166 - 1917

6) ЦЕРКВИ, СОБОРЫ, ДУХОВНЫЕ ПРАВЛЕНИЯ и МОНАСТЫРИ

Жиздринское духовное правление
Ф.550 250 ед.хр., 1796-1919
- метрические книги по Жиздринскому уезду есть также
в фонде N 271 "Мещовское духовное правление"

РЕВИЗСКИЕ СКАЗКИ ЖИЗДРИНСКОГО УЕЗДА

Ф.86 Калужская губернская казенная палата
ОП.3 ед.хр:
45 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1795
46 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1795
47 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1795
ОП.5 ед.хр:
15 Ревизские сказки по Жиздринскому уезду, 1795
ОП.3 ед.хр:
96 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1811
97 Ревизские сказки Жиздринского уезда (... слободы), 1811
130 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1815-1816
142 Ревизские сказки о дворовых людях и крестьянах Жиздринского у., 1816
143 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1816
144 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1816
145 Ревизские сказки о мещанах города Жиздры и Жиздринского уезда, 1816
200 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1833-1834
228 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
229 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
230 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
231 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
232 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
233 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
234 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
235 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
236 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
237 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
238 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
239 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
240 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
241 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
242 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1834
243 Ревизские сказки города Жиздры, 1834
244 Ревизские сказки Жиздринского и Медынского уездов, 1834-1838
245 Ревизские сказки мещан Жиздринского уезда, 1834
ОП.5 ед.хр:
43 Ревизские сказки Жиздринского, Лихвинского и других уездов
Калужской губернии за 1833-1836 гг., 1833-1836
44 Ревизские сказки села Печек Жиздринского уезда, Калужской губ., 1834
45 Ревизские сказки сельца Петровское, 1834
48 Алфавитные списки владельцев по Жиздринскому уезду за 1834 год, 1834
ОП.6 ед.хр:
8 Ревизские сказки Богородицко-Рождественской церкви села Мокрово,
Жиздринского уезда, 1833
ОП.3 ед.хр:
326 Ревизские сказки мещан Жиздринского уезда, 1850
327 Ревизские сказки мещан Жиздринского уезда, 1850
328 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
329 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
330 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
331 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
332 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
333 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
334 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
335 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850
360 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1850-1852
400 Ревизские сказки Жиздринского и др. уездов Калужской губ., 1851-1852
409 Ревизские сказки купцов города Жиздры, 1857-1858
410 Ревизские сказки о мещанах города Жиздры (уезда) и др., 1857-1861
434 Ревизские сказки мещан города Жиздры, 1858
435 Ревизские сказки мещан города Жиздры, 1858
436 Ревизские сказки мещан города Жиздры, 1858
437 Ревизские сказки отставных нижних чинов и солдатских детей
Жиздринского уезда, 1858
438 Ревизские сказки отставных нижних чинов и солдатских детей
по Жиздринскому уезду, 1858
439 Ревизские сказки отставных нижних чинов и солдатских детей
по Жиздринскому уезду, 1858
440 Ревизские сказки отставных нижних чинов и солдатских детей
по Жиздринскому уезду, 1858
441 Ревизские сказки отставных нижних чинов и солдатских детей
по Жиздринскому уезду, 1858
442 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
443 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
444 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
445 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
446 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
447 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
448 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
449 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
489 Ревизские сказки по Жиздринскому, Медынскому, Мещовскому и
Мосальскому уездам за 1858-1862 гг., 1858-1862
530 Дополнительные ревизские сказки по Жиздринскому и др. у., 1861-1864
533 Дополнительные ревизские сказки по Жиздринскому и др. у., 1862-1864
543 Ревизские сказки о причисленных к обществу крестьянах Жиздринского
и других уездов Калужской губернии, 1870-1872
544 Ревизские сказки причисленных к обществу крестьян Жиздринского
и других уездов Калужской губернии, 1870-1871
ОП.5 ед.хр:
1566 Подушная опись экономической Богоявленской волости
Жиздринского уезда
ОП.6 ед.хр:
19 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
20 Ревизские сказки Жиздринского уезда, 1858
РЕВИЗСКИЕ СКАЗКИ СВЯЩЕННОЦЕРКОВНОСЛУЖИТЕЛЕЙ КАЛУЖСКОЙ ЕПАРХИИ

Ф.86 Калужская губернская казенная палата
ОП.6 ед.хр:
4 Ведомости церковнослужителям по уездам наместничества, 1784 (ОЦ)
ОП.3 ед.хр:
88 Ревизские сказки священноцерковнослужителей по уездам Калужской губ:
(Мещовской округи, Боровского, Козельского, Мосальского, Медынского
уездов, Жиздринской округи, Тарусского уезда) за 1795 год, 1046 лл.
89 Ревизские сказки священноцерковнослужителей по уездам Калужской губ:
(Калуги, Калужского уезда, Тарусы, Тарусского уезда, Козельска, Лих-
вина, Боровска, Малоярославца, Медыни, Мосальска, Серпейска, Пере-
мышля, Серпейского уезда, Малоярославецкого уезда, Лихвинского уез-
да, Воротынского уезда, Перемышльского уезда), (1795), 929 лл.

361 Ревизские сказки духовных лиц по г.Жиздре и Жиздринскому уезду, 1858
362 Ревизские сказки духовных лиц по г.Жиздре и Жиздринскому уезду, 1858
363 Ревизские сказки духовных лиц по г.Мещовску и Мещовскому уезду, 1858
364 Ревизские сказки духовных лиц по г.Мещовску и Мещовскому уезду, 1858
365 Ревизские сказки духовных лиц по Медынскому уезду, 1858
366 Ревизские сказки духовных лиц по г.Мещовску и Мещовскому уезду, 1858
367 Ревизские сказки духовных лиц по Перемышльскому уезду, 1858

До 1920 года - Бутчинская волость входила в состав Жиздринского уезда Калужской губернии.

До 1922 года - Бутчинская волость входила в состав Жиздринского уезда Брянской губернии.

В 1922—1924 гг. путём слияния Семиревской, Дулевской, Грибовской и Бутчинской волостей была образована Мокровская волость Бежицкого уезда Брянской губернии.

В 1929 году, с введением районного деления, волость была упразднена, а на её территориальной основе сформирован Мокровский район Рославльского округа Западной области (ныне Куйбышевский район Калужской области).

По состоянию на 1 января 1928 года,* Мокровская волость включала в себя следующие сельсоветы: Барсуковский, Бутчинский, Верхнестуденецкий, Ветмицкий, Высокский, Григорьевский, Гуличский, Закрутовский, Зимницкий, Ивашковский, Латышевский, Лужницкий, Милеевский, Мокровский, Новоселковский, Петровский, Троицкий, Холмовский, Хотожский, Шаровичский, Шаховский, Ямновский.

В 1937 году в результате ликвидации Западной области, были образованы Орловская и Смоленская области. Территория Мокровского района вошла в состав Смоленской области.

16 мая 1939 года был образован Куйбышевский район Смоленской области.

5 июня 1944 года была образована Калужская область, в состав которой вошёл и Куйбышевский район.

* Список населённых мест Брянской губернии. — Брянск: Брянский губернский статистический отдел, 1928. — 386 с.

Петр Александрович Суходольский родился 1 мая 1835г.
Отца его звали Александр Амплиевич
картины Суходольского и его фотографию см
http://fotki.yandex.ru/users/sa54s/album/192467/