Определение формы по фото конца XIX-начала XX в. (2006-21)

добрый вечер.прошу помочь с определением места (по штампу) и датировке фото(в тексте:осталось служить полтора года..).





и еще одно фото: ателье?

спасибо за помощь.
с уважением,Владимир

ставрВладимир
Судя по наличию нарукавных клапанов 1922-24 гг.
Петлиц нет,папахи чистые
Форма кав. образца.

Здравствуйте!
Помогите , пожалуйста определить человека : ведомство ,год , учебное заведение , должность... Шапка особенная , мог ли это быть врачь или канцелярский служащий..?

Kashuba написал:

[q]

[/q]

О фотографе :
КЛИМАШЕВСКАЯ Станислава Иванов­на. Астрахань | 1883-1921
§ КЛИМАШЕВСКИЙ Лаврентий Викен­тьевич. Астрахань | 1878-1883
*******
Станисла́ва Ива́новна Климаше́вская — владелец фотоателье в городе Астрахань, самый известный фотограф в Астрахани в конце XIX — начале XX века. Унаследовала фотоателье от своего мужа Лаврентия Викентьевича Климашевского.
Фотография С. И. Климашевской была единственной придворной «Двора Его Величества Шаха Персидского» фотографией в Астрахани. Носить столь высокое звание было большой честью и ответственностью.

С. И. Климашевская являлась действительным членом Петровского общества исследователей Астраханского края. На протяжении пятнадцати лет она была членом Римско-Католического благотворительного общества, а в 1907 году стала его председательницей.

После Октябрьской революции старейшее астраханское фотоателье Климашевской продолжило работу. В общей сложности фотография Лаврентия Викентьевича и Станиславы Ивановны Климашевских проработала сорок три года.
********
По ФИО можно найти краткие сведения в ежегодном Российском медицинском списке.На сайте РГБ, к примеру.

А.М.: У Екатерины Лаврентьевны было три брата. С кем из них она больше общалась?

Н.Д.: С Борисом Лаврентьевичем. Он был врачом. Бабушка добровольно работала с ним в холерных бараках, не боясь заразиться. Борис Лаврентьевич не испытывал страха, а трусливых врачей стыдил («Чего ты дрожишь? Какой ты врач?») и никогда не называл их по имени-отчеству, а лишь пренебрежительно: «Володька!», «Колька!» и т.д.

А.М.: Передо мною университетский диплом Бориса Лаврентьевича Хлебникова, принесенный вами в дар музею, и в нем – «Факультетское обещание», которое гласит: «Принимая с глубокой признательностью даруемые мне наукою права врача (…), я даю обещание в течение всей моей жизни ничем не помрачать чести сословия, в которое ныне вступаю». И Борис Лаврентьевич, конечно же, ни разу не «помрачил чести» врача.

Н.Д.: Ни разу. Ни на русско-японской войне, ни на германской, ни в холерных бараках.

А.М.: Каким он был человеком?

Н.Д.: Очень добрым. В голодные тридцатые годы моя мама и бабушка выжили лишь благодаря ему. Спасаясь от голода, они уехали в Аральск, потом в Саратов, где тоже намыкались. А вернувшись в Астрахань, поселились у Бориса Лаврентьевича в просторной восьмикомнатной квартире на Крестовоздвиженской улице (ныне ул. Наташи Качуевской, 17), потом ее превратили в коммуналки, поделили перегородками, разрушили ансамбль. Борис Лаврентьевич был очень популярен, его знал весь город, мясники с рынка «Большие исады» его обожали. НКВД его не трогал, видимо, ценил как опытного специалиста. Раз в неделю он позволял себе закупить в Торгсине дефицитные продукты. Мою маму он очень любил, подарил ей золотую брошку. «Если б не революция, – говорил он ей, – я б тебе уже все показал – и Париж, и Ниццу». Борис Лаврентьевич много работал, но и много времени уделял игре в преферанс с такими же обеспеченными знакомыми. При этом пили дорогой французский коньяк. Бабушка рассказывала, что когда он приходил после выигрыша, то громко пел: «Миледи, где ваш медальон?» В эти минуты он был особенно добр и выполнял любую ее просьбу.http://www.volgaru.ru/index.php?oth&article=7511