Моя командировка в Грозный

4 октября праздник Курбан-Байрам. Утром, погрузив в багажник связанного барана, едем в город Гудермес, где находится отчий дом Руслана. Там же, недалеко от Гудермеса, находится родовое кладбище, где похоронены члены рода, отец Руслана – Исмаил, а вот могилы его деда на кладбище нет. Дед Руслана – Дени- Солт, крупный чиновник железнодорожного ведомства, в 1937 году был расстрелян. На нашем сайте в теме Pupil «Немного о Первой мировой войне 1916 г. из газет, журналов, интернета» опубликованы сведения из газеты «Русское слово» Суббота 25 июня (8 июля) 1916 г. № 146 КИЕВ 22, VI Доставлены больные и раненые: Корнет Шамурзаев Даниил – Султан. Имя деда Руслана переиначено на русский лад, но это именно дед Руслана. В семье это помнят. Сохранилась и фотография Дени-Солта в форме офицера царской армии. Высокий и бравый офицер, любо посмотреть. Прапрадед Руслана Бота Шамурзаев не менее известен. Подобранный в сожженном Дады –юрте в 1819 году чеченский мальчик был вывезен в Петербург и воспитывался в семье барона Розена. Стал блестящим офицером конвоя цесаревича Константина, был замечен и обласкан царем, который по просьбе Боты отпустил его на Кавказ. В Чечне Бота встретил свою мать, которая рассказала ему о том, что произошло с его семьей. Бота оставил службу и ушел к Шамилю. Шамиль приблизил Боту и сделал его наибом Большой Чечни. Однако приближенные Шамиля доносили на Боту и его друзей. Шамиль казнил нескольких его друзей и Бота ушел от Шамиля. Он сдался царским властям. Царь оставил Боту на русской службе. Бота стал подполковником туземной полиции, многое сделал для окончания войны на Кавказе. Тринадцатая жена Боты была кумычкой. Потомки Боты до сих пор поддерживают отношения с кумыками Мантиковыми, из семьи которых бала жена Боты. Живого, очень подвижного Руслана очень интересует судьба его предков, но его темперамент не позволяет ему засесть в архивах.
Путь наш из Грозного пролегает по Петропавловскому шоссе на север. Вдоль шоссе стоят грузовые машины с баранами, с которых грозненцы и покупают баранов для праздника. Справа вдали остается станица Петропавлавская. На дорожном указателе написано: «Петропавловское». Поднимаемся на Сунженский хребет и спускаемся с него по серпантину. Слева у северного склона Сунженского хребта станица Горячеводская. Дальше слева же селение Толстой – юрт, названное, конечно же, в честь Льва Николаевича, служившего на Кавказе и куначившего с чеченцами. Поворачиваем направо и перед нами селение Виноградное. В Виноградном, как и в еще в двух селениях расположенных неподалеку Дарбанхах и Брагунах компактно проживают кумыки – представители одной из народностей Дагестана. Живут давно. Достаточно сказать что в фонде 16 РГАДА я встречал упоминание о селении Дарбанхи, относящееся к середине 18 века. Упоминалось селение Дарбанхи в связи с имевшимся рядом с селением горячим целебным источником. Я купался в этом источнике неоднократно. Сейчас в Дарбанхах есть водолечебица. Плати 100 рублей и купайся в целебной воде. Вдоль Терского хребта проходит хорошая асфальтированная дорога. Раньше была гравийная. С дороги видны излучины Терека. Красота! Переезжаем мост через Сунжу, до в падения Сунжи в Терек совсем недалеко. Вот и Гудермес. Здесь еще остались домики, в которых жили русские. Подъезжаем к родному дому Руслана. Руслан приглашает живущего неподалеку муллу Магомеда и тот по мусульманским канонам режет в пустом огороде барана. Магомед, несмотря на свой сан, веселый человек. Любит поговорить. Я его знаю достаточно давно. С моей легкой руки родственники Руслана зовут его батюшкой. Он не обижается. Баран разделан на куски. Мама Руслана – Санет разносит мясо по соседям, соблюдая мусульманскую традицию, и немного оставляет себе. Магомед резал барана с молитвой на арабском, в которой упоминал имя умершего отца Руслана. Наевшись свежайшей жареной баранины с луком едем в Грозный той же дорогой. Снова любуюсь излучинами Терека.

Сероухов Валерий Алексеевич написал:

[q]

Вечером сидим в кафе, пьем чай и говорим о происшедшем.

[/q]

Валерий Алексеевич-а можно спиртное заказать ?

Сероухов Валерий Алексеевич, а вы посещали архив в Грозном?
Это родина моего деда, так хочется погулять по его родному месту. Или молоденькой девушке нечего соваться в Грозный, тем более что мой дед- не чеченец, а терский казак. Или там безопасно?

Кстати, о платке. Платок меня и смутил, когда я увидел в кафе смуглую молодую женщину в косынке. Я принял ее за горянку, но когда она подошла к нам и заговорила, южнорусское "г" выдало ее. Разговорились. Анна, так она назвалась оказалась русской, бежавшей из Луганской области от войны, По мере того, как Анна подходила к нам, она официантка, она рассказала, то они устроились нормально, сняли квартиру. Муж,шофер по специальности пока не получил разрешения на работу и работает неофициально на автомойке, Вместе с ними в Грозный приехала семья ее сестры, которая здесь же в кафе работает официанткой. На следующий вечер в том же кафе знакомимся с Марией - сестрой Анны. На мой вопрос как им в Грозном Мария ответила, что все нормально, только муж, как иностранец долго не может получить разрешение на работу, заметив, что местные обещают в этом помощь, но дело не движется. И Анна и Мария рассказали, что беженцев с Украины в Грозном немного, но есть. Приняли их с сочуствием, и заметила, что чеченцы сами были в таком положении, как они

Центорой –родовое село Рамзана Кадырова. Перед въездом на указателе значится «Центорой», а далее на арке «Хоси – юрт». Это не первый мой приезд в Центорой. Первый раз я был в селе из любопытства лет 5 назад. 6 октября, в последний день праздника Курбан – Байрам едем навестить и оказать уважение старику – родственнику Руслана. Встречают нас радушно. Старики – муж и жена, а дома только они, очень приветливы. Сразу сажают нас за стол. От еды отказываемся, а чай пьем. На столе традиционный в таких случаях чепалгаш – тонкая лепешка с творогом, Едим, макая куски чепалгаша в растопленное сливочное масло и запиваем чаем. Вкусно! Я вообще люблю блюда чеченской кухни. А чего стоит хингалаш – аналогичная лепешка, только начинкой в ней тыква. За чаем ведем неторопливую беседу. Поскольку я в доме впервые старик оказывает мне уважение, расспрашивает меня обо всем. Узнав сколько мне лет, старик смеясь говорит: «Так ты по сравнению со мной еще мальчишка» Ему 84. Смеемся. Старик рассказывает о своей жизни, вспоминает о нападении боевиков на Центорой на рассвете 29 августа 2010 года. Пообщавшись, собираемся уходить. Получаю приглашение приезжать еще. Тепло прощаемся. Жена старика дарит нам подарки, так принято, и провожает нас до машины. Едем в Грозный, исполнив долг Руслана.