эльмира катромская написал:
[q]
В США скончался сын Сергея Есенина[/q]
Звезда
Напрасно я считал, что заключённым
Легко в тюрьме смеяться над законом,
Что никакой для них не нужен строй –
Нет, и в тюрьме в тюрьму загнали слово!
...Седой марксист упорно и сурово
Заводит речь, разящую тюрьмой!
Евангелист – наверно, парень тёртый,
Чеша живот, глотает воздух спёртый,
И ни за что не распахнётся дверь...
Через окно не прилететь надежде!
Но вижу то, о чём не думал прежде,
Я вижу ту звезду, где я теперь! –
...Она бела и, весело мерцая,
Мне шепчет, что похож на подлеца я,
Смирившегося с гробом и тюрьмой,
Тогда как лопнуть может заточенье, –
Ведь так легко путём перерожденья
Без промедленья слиться с ней, звездой!
Да! На тюремный вырез небосвода
Она пришла – ведь ей дана свобода!
И светит нагло, ярко и маня...
...И не поймёт испуганный астроном,
Зачем она смеётся над законом,
Над тем законом, что сразил меня.
10 августа 1949; Москва, ЛубянкаЯ вчера ещё резвился на полянке
Я вчера ещё резвился на полянке,
Засыпая, я не думал про тюрьму –
И, однако, я очнулся на Лубянке,
До сих пор ещё не знаю – почему.
Не сказали мне солдаты, в чём причина,
И допрос не состоялся поутру...
Так за что же угрожает мне кончина –
Неужели за пристрастие к перу?
– Но причём тут «почему» да «неужели» –
Всё понятно безо всяких «почему»:
Раз не верил в человеческие цели –
Что за диво – заключение в тюрьму!
Я видал её снаружи и с изнанки –
Но могу не удивляться ничему,
Если искорка свободы на Лубянке
Уничтожит необъятную тюрьму!
Потому что – как ни гибельна рутина
Всех, попавших в эту смрадную дыру, –
Я – паук, и мне знакома паутина:
На допросах ничего я не совру,
Смертным запахом последнего гниенья
Я проникну в протоколы и умы!
Не останется ни веры, ни сомненья,
Ни свободы, ни России, ни тюрьмы...
...Мне не надо ни надежды, ни приманки,
Чтоб смеяться и кривляться одному!
Я доволен: ведь сегодня на Лубянке
Я увидел знаменитую тюрьму!
Ну, а если очень скоро я узнаю,
Что ввязался в безнадёжную игру?
Ничего я и тогда не проиграю,
Если как-нибудь порежусь и умру...
С милым видом торжествующей улыбки
Самовольно я оставлю этот дом,
И меня не похоронят по ошибке
С коммунистами на кладбище одном!
Июль 1949 – 23 марта 1951, Лубянка – Караганда 
