Левковские

Добрий день шановні пани Левковські.
С большим интересом читал несколько дней ваши сообщения. Так как меня интересует фамилия Шишко, Шишка и прочие производные, то я ищу любую информацию о них. Я думаю, что Пересвет-Солтаны это потомки волынских Солтанов, а вот связи между Солтанами литвинскими ( это которые считают себя потомками легендарного Чупы) и волынскими пока не нашел.
В Архиве Юго-Западной России часть 8 том 3 есть дело от 1471 года. Земянка Марья Вохнова отдала замуж дочь Матрушку за племянника Юшка Камки по имени Стецко Шишкинич. Дала за дочкой свою дидину Ставок в Турийском повете. А Юшка Камка за сестринича (сын сестры) дал село Будятичи.
Отсюда понятно почему Солтан, Грицко и Богдан были Стецковичи. Это дети Стецка и Матрушки.
Мои предки Шишко из Слонимского повета, там Шишек и Солтанов много, только родственной связи между ними не нашел.
Успехов вам.

1. Первое упоминание о селе Будятичи 1450 года: князь Свидригайло за верную службу дал Митку, племяннику луцкого старосты Немири Резановича гербу Яструбець, села Липую в Перемильском повете и у Володимирском повете «на Погорьи» - Будятичи, Тишковичи, Дубровицу, Лешную и Стяги ( Archiwum książąt Lubartowiczów Sanguszków w Sławucie.- T.1. 1366-1506.- S.45)

О Солтанах много информации на сайте http://www.genealogia.okiem.pl/soltan.htm
Для меня волынские и овручские солтаны один род

4itah

Я с Вами согласен. Кроме того, Племянник Юшка Камки - Стецко Шишкинич, вероятнее всего, уроженец СЕЛА ШИШКОВИЧИ в прежнем Владимирском повете на Волыни. Об этом селе упоминает Вольф в разделе о князьях Сангушках (Jozef Wolff. Kniaziowie litewsko-ruscy od konca czternastego wieku, Warszawa, 1895, стр. 422-424):

"Князь Сангушко Федкович был одним из сыновей князя Фёдора Ольгердовича и братом князей Романа Кобринского и Гурко. Безусловно, он унаследовал от отца Ратно, которое называли его «отчиной», а также он владел Ковелем, Любомлей и Вижвой; во время, разграничения между Польшей и Великим Княжеством Литовским, проводившегося Василием Тышкевичем и Войцехом Ленартовичем, комисар, который проводил границу в околицах Ратна, Ковеля, Любомли и Вижвы, записал: «князь Сендюшко заложил владения, которые держал: Ковель, Ратно, Любомль и Вижву, а также окрестные сёла», для ловов Вижовских, также между Ратно и Визвой расположенные, когда Ратно и Любомль, при короле Казимире, были присоеденины к Короне Польской. Деятельность князя Сангушко во время княжения Великих Князей Литовских Витовта и Свдиригайло до 1432 года неизвестна историкам. После вступления Сигизмунда Кейтутовича на великокняжеский престол, он с самого начала признал нового правителя, за это в дополнение к Коширску (Кошир Камень – Д.К.) , которым он владел издавна, Великий Князь Сигизмунд добавил ему усадьбу Тростяницу, а король Владислав подтвердил его права навладение Ратно с окресностями, добавив к ним усадьбу Кросничин; в 1433 году князь Сангушко (dux Sanguschco) подтверждает, что получил от короля в «держание» (управление «державой» - Д.К.) усадьбу Ратно с окрестностями, но в связи с опустошением оной, как дополнительная милость, ему была дана усадьба Кросничин, которая прежде принадлежала сыновьям покойного князя Гурко его (Сангушко) племянникам. Лояльность князя Сангушко длилась недолго и политика Великого Князя Сигизмунда, который преследовал князей, вынудила его примнуть к Свидригайло; в 1438 году он уже упоминается в числе союзников Свидригайла, который по рекомендации «верного себе князя Сангушко», принял в своё подданство выходца из Северской земли Богуша Оверкича Тимоха. Тот факт, что Сангушко переметнулся к Свидригайле, лишило его усадьбы Ратно, на которую он совершил наезд, чтобы возвратить себе права на неё. В результате этого, в 1441 году, король, в связи с бунтом князя Сангушко, его разбой, засады, нападение на Ратно и убийство там королевского бурграба, отобрал у него округ Коширский, который он держал до этого и отдал таковой Дерслалову из Рытвян старосте Холмскому. Изгнаному из усадеб князю, не оставалось ничего иного, кроме как подчиниться власти; после вступления королевича Казимира на престол Великого Княжества Литовского, к нему прибыли «князья Сангушковичи» (предположительно князь Сангушко с сыновьями) с князьями боярами Волынскими и, присягнув, следовали за ним до Вильно. Великий князь Казимир возвратил усадьбы князю Сангушко; в 1443 году он уведомил жителей Ратна и Ветлы, что отдал эти места князю Сангушке, как наследнику своей «отчины», а затем добавил ему сёла Коростичи, Олешковичи и Щославичи, прилегающие к Тростянице в повете Каменецком (это современный Камень-Каширский район Волынской области), а также два села в Брестском воеводстве. Еще в 1454 году князь Сангушко Федкович, как дядя князя Семёна Романовича Кобринского, был свидетелем при написании завещения его жене. Вскоре после этого он умер. Род князя Сангушко Фёдоровича вписан в синодик Киево-Печерской Лавры. По завещанию, князь Сангушко отписал своей жене Ганне сёла: Тростяницы, Дзесюхичи, Нуйно, Грабов, Березов и монастырь Мильчи, а в 1463 году княгиня Сангушко получила, уже как вдова, привилей на усадьбу Тростяницы, чтобы в последствии, это имение унаследовали её дети. Она умерла вскоре перед 1475 годом. В этом году король, взамен Тростяницы в повете Каменецком, пожалованной Великим Князем Сигизмундом покойному князю Сангушке, которой после него до самой смерти владела его жена и которую король забрал себе, теперь король передал эту усадьбу её (княгини Сангушко) сыновьям князьям Александру и Михаилу, и также король пожаловал им усадьбу Сошно в Брестском повете, а также усадьбы Хвалимичи, Заечицы и Шишковичи во Владимирском повете. Эти усадьбы были пожалованы с теми же самыми правами, с которыми отец их князь Сангушко получил Тростяницы от Великого Князя Сигизмунда."

" Князь Александр Сангушкович от Великого Князя Казимира получил (1440- 1446) привелей на усадьбу Лошицы. В 1446- 1451 годах он упоминается вместе со Свидригайлом, когда подписывает его привилеи в качестве свидетеля. В 1454 году князь Александр Сангушкович упоминался как брат князя Семена Романовича Кобринского на завещании его жене. В течение следующих 20 лет, о нём более не встречается документальных свидетельств. В течение этого времени (около 1460 -1480 г.г.) он кратковременно исполнял обязанности старосты Владимирского, которые ему лично доверил король, выехавши с королевой во Владимир; в процессе усадьбы Свинюхи в 1513 году князь Андрей Александрович Сангушкович староста Владимирский упоминает, что эту усадьбу держал его отец князь Александр Сангушкович, когда он был старостой Владимирским. В 1475 году князь Александр вместе с братом Михаилом получили вместо Тростяницы, которую король взял себе, Сошно в Брестском повете, Хвалимичи, Заечицы и Шишковичи в повете Владимирском и в том же году оба брата поделили эти усадьбы следующим образом: князь Александр Сангушкович взял Сошно, Влодаву и Шумино, а князь Михаил Сангушкович взял Хвалимичи, Шишковичи (у Вольфа здесь описка -Тышковичи), Заечицы и Волковичи, а сверх того 100 коп денег доплаты от брата. В том же году князь Александр Сангушкович упоминается в числе свидетелей в тябже князей Збаражских. Он упоминается на первом месте рядом с Михаилом Монтовтовичем старостой Луцким и Олизаром Шиловичем маршалком земли Волынской, старостой Влодимирским. В 1482 году князь Александр Сангушкович купил у Тетенёвских усадьбу Тетенёвмчи и Баймаковичи на реке Случи. В это время он был старостой Кременецким; в 1484 году князь Александр Сангушкович староста кременецкий купил у тех же дворян Тетенёвских усадьбу Новоселец за 60 коп. Король Казимир пожаловал князю Александру Сангушко в 1486 году 20 коп денег с таможни (мыта) Луцкой, в 1488 году – 2 раза по 10 коп а карча Брестского, а также 10 коп денег с таможни Луцкой, а в 1489 году 15 коп денег с Таможни Луцкой и тому же князю Александру Сангушковичу наместнику Кременецкому 20 коп денег с таможни Луцкой. Около 1490 года, вероятно, в связи со старостью, он оставил должность Кременецкого наместника, на этой должности уже в следующем году, мы видим другого человека. В 1491 году князь Александр Сангушкович, вёл тяжбу об усадьбе Новосельцы, начатую Тетенёвскими. Он утверждал, что приобрёл эту усадьбу у них за 60 коп; в этой тяжбе одним из судей выступает князь Андрей Михайлович Чарторыский наместник Кременецкий. Князь Александр умер вскоре после 1491 года. Женат он был, по крайней мере дважды: первая жена была матерью Андрея, который был назван «пасынком второй жены», а возможно и матерью Михаила. Вторая жена была вдовой Андрея Волотовича, который ей отписал в наследство 600 коп денег от усадьбы Звинячи, а она отписала из этих сумм - 300 коп своему пасынку князю Андрею Александровичу, а другие 300 коп-своей племяннице – супруге князя Юрий Четвертинского, что видно из привилея 1500 года, которым король дозволяет князю Андрею Александровичу наместнику Кременецкому, уплатить супруге князя Юрия и принять Звинячи во владение."

В Архиве Сангушков есть этот привилей (копия) выложен с названием (Archiwum książąt Lubartowiczów Sanguszków w Sławucie.- T.1. 1366-1506.- S.91 -92):
"Казимир Ягелончик надаёт князьям Александру и Михаилу Сангушкам взамен за маетность Тростянец, которую отец их поседал, следующие добра: Сошно в повете Брестском, Хвалимичи, Братуловские Заечицы и Намчинские Шишковичи в повете Владимирском". Единственное, что здесь указана дата 1490 год, но есть сноска, что это ошибка с посылкой на Вольфа, что у него указан 1475 год: "... противъ того именья Тристеницы дали есмо именье въ берестейскомъ пов'Ьтв на имя Сошно, а въ володимирскомъ пов'Ьт'в на имя Хвалимичи, а Братуловское Заечичи, а Намчинское Шишковичи со всимъ што къ тымъ им'Ьньямъ слушаеть..."

Таким образом, происхождение Стецких Шишкиных - считаю доказанным: Стецко Шишкинич, получил своё прозвище от села Шишковичи во Владимирском повете, перешедшее в дальнейшем князьям Сангушкам, что впрочем то же случилось и с Ставками в Турийском повете.


Nevmer
Владения Велавских бояр, согласно Люстрации Овруцкого замка 1545 года:

Прокопа Угриновского село Котчищи дымов 6, служба, у Велявску дым 1, служба, заставные люди в Ширине http://books.google.com/books?...mp;f=false

Ивана и Гневоша Гриньковичовь - село Собечинов дымов 20, служб 4, село Велявско дымов 11, служб 2, село Давидковичи дымов 3, полслужбы http://books.google.com/books?...mp;f=false

Солтана Стецковича - село Выступовичи дымов 8, служба, Белокоровичи 6 служб, наймя Давыдковское (Черниговщизна) у мили от замку Овруцкого, дворище в Овруче, село Велявско дымов 2, полслужбы, село Давидковичи дымов 3, служба, пустотины Рогалевская и Хоминская http://books.google.com/books?...mp;f=false

Богдана Стежневича - село Белукоровичи выслуга, 2 службы, село Веловско выслуга, дымов 12, полторы службы http://books.google.com/books?...mp;f=false


Можно ещё добавить Орены Костюшъковны http://books.google.com/books?...mp;f=false, Костюшковичи упоминаетсю в привилее 1523 года на Велавск и др.

Уверен, что Иван и Гневош Гриньковичови - это те же волынские Шишки Ставецкие (если угодно, Солтаны), которые не раз упоминаются в других привилеях, но просто под немного изменённым отчеством - Грицковичи:
1. 29 мая 1538 года Гневош и Иван Ставецкий продают князю Фёдору Андреевичу Сангушке третью часть свою в добрах Ставку за 300 коп грошей литовских (Архив Сангушков,Т. 4, стр. 143).
2. 25 сентября 1539 года Зигмунт I в Кракове подтверждает князю Фёдору Андреевичу Сангушке покупку села Ставка от Ставецких: земенина повету Володимерского Солтана Ставецкого, а брата его Васька Митковича и братанича их Ивашка, а Гневоша Грицковича Ставецких и сестры их Евдокии Дрывинской, которая часть свою купила в сестры своей Сосновской там же в Ставку. (Т. 4, стр. 213).
3. 3 февраля 1541 года Зигмунт I подтверждает покупки Ф. Сангушкой от Ивана и Гневоша Ставецких своим листом. (стр. 273).
4. В тестаменте Фёдора сангушки от 1547 года князь признаёт свой долг Гневошу Грицковичу Ставецкому - 20 коп грошей литовских и обязывает их выплатить жену и детей своих. (стр. 565)

Кроме того, владения бояр Велавских на 1545 год почти тождественны с известным привилеем
1523 07 01 Прывилеи Грыцку, Солтану а Богьдану Стецковичомъ Шишъкиным на некоторые части имен их по дядку их небощыу Грыцку Ивановичу спалые у Киевъскомъ и во Вруцкомь повете

Жикгимонт, Божю милостью корол полскии. "Били намъ чоломъ дворяне н(а) ши Грыцко а Солтанъ а Богданъ Стецъковичъ Шишъкины о томъ, што братъ н(а)шъ славъное памяти Алекъсанъдръ, корол его м(и)л(о)сть, дал дядку их Грыцку Ивановичу а Грытцу Стецковичу чотыры служъбы людем у Киевъскомъ повете у Олевъском волости на имя Собечыных, а во Вруцъкомъ повете пять служобъ, у Велавъску чотыры служъбы а пятую служъбу Давыдковичовъ,

где даже количество служб в 1545 году, если их сложить, по Велавску, Собечине и Давыдковичах осталось почти неизменные по сравнению с 1523 годом. О Солтане Стецковиче мы не говорим, его происхождение от Шишек Ставецких - очевидно.

Но, Прокоп Угриновский, ведь тоже волынский земянин по происхождению. Это указано здесь:

Справа Прокопа Угрыновского с кн(я)зёмъ Богушомъ Корецъкимъ о бой жоны его.
Лето Божего нароженя 1546, месяца июнь, 30 день, индикт 4.

Г(о)с(по)д(а)рь король его милость казалъ записати. Жаловалъ его ми|лости земянинъ земли Волынъское Прокопъ Угриновъский | на старосту житомиръского, князя Богуша Федоровича Корёг/|кого о томъ, ижъ што князь Юрей Фаль- чевъский, бискупъ луикий | и берестейский, за росказаньемъ и листомъ короля его милости | смотрёлъ его с нимъ и присудилъ ему на ней за бой жоны его сорок | копъ грошей а за десять колодъ меду пресного з навезъкою, | то естъ двадцать колодъ. Под тымъ обычаем, ижъ онъ мел оную двадцать колодъ меду пресного доброго ему дати безъ кождого фальшу, который бы се ему и инъшимъ людем добрим посторонънимъ подобати мелъ. А естли бы ся ему и инъшим людем добрим посторонънимъ видело медъ злый ему бытъ не гожий, и колько бы колод того меду ему бытъ не гожого было узнано, тогды за кождую колоду по осъми копъ грошей литовъское монеты такъ, яко онъ то собе ценил, маетъ ему за|платити. На чомъ жо он з жоною своею и присегу телесную | вчинилъ. На што жъ князь бискупъ и лист свой судовый ему дал | и роки ... А веджо кгды | тые роки прыйдуть, тогды онъ не пенезми маеть ему за мед | платити, але медомъ же добрымъ тую двадъцать колод | ему отдати. Для чого жъ и дворенинъ ему приданъ, и лист его | милости..."

Таким образом, бояре Велавские (Солтаны или Шишки Ставецкие) по своему происхождению являются волынскими земянами и никак не связаны с литовскими Солтанами. Получается, что они были замешаны в фальсификате, также как и Можаровские, поскольку не видели другого выхода в борьбе с Виленской капитулой, имеющей огромное влияние на центральную власть и т. д. и при этом использовали имена литовских Солтанов, в том числе их герб.

Проделана огромная работа, Овручские Солтаны должны перед Вами снимать шляпу. Материал многое объясняет, но есть невыясненные моменты. Хотелось бы знать причину, почему Давыда изгнали из Велавска и вообще почему Велавск был опустошен и место старых жителей заняли новые жители ( Солтаны, Угриновичи и Стежневичи ). Предполагаю, что "новые жители" вернулись на свои родовые земли.
Ларион Велавский по всей видимости не изгонялся, он ранее получил не только боярский статус, но и земли, предполагаю, что это были земли Геевские, Лодыковские и остров Литовский ( спорный момент, так как по возвращению Давыда и его сыновей возникла судебная тяжба между Геевскими. Видимо он действительно принадлежал предкам Давыда. Все это наводит на мысль, что ранее в этом регионе были расселены татары Глинских ( По Клепатскому Овручские Солтаны или Солтановичи были потомками Яголдая, по этому вопросу была переписка ранее )).
Булгак Белявский ( из Белявска или Велавска ), по всей видимости тоже был из этой кагорты и вполне вероятно, что он в 1486 году тоже возвратил ранее утерянные земли своих предков, а именно Смольчанскую землю. Подтверждение тому, нахождение поблизости Татарович, Глушкович, Боровое ( имение Глинских ).
Относительно Невмержицких, то необходимо обратить внимание на один факт того, что около 6-7 родов ( в том и Невмержицкие ) получили свои привелегии от Великого князя Витовта и это они подтверждают своими родовыми документами. Можно только предполагать, что они пришли вместе с Витовтом или это остатки бояр Овручских. Среди них могли быть и Левковичи ( в некотором документе есть подтверждение, что они жили в Овруском повете ), но получив статус королевских бояр они переселились к центру Литовского княжества. Есть и другие версии, но это со времен можно предложить для обсуждения.
Ясно одно, что Велавские, Геевские оказались в Левковичах в результате родственных связей и каким-то образом они стали обладателями и части Левковской земли ( не надо сбрасывать со счета, что по состояние на 1571 год в Левковичах кроме Нелиповичей видимо жили и коренные Левковские обладатели Левковской земли ). Хотя по имеющейся информации земля Ешуты и Нестера в 1525 году находилась в Левковичах ( кстати это первое и самое раннее упоминание о Левковичах ). Не исключаю вариант, что Нестор был зятем в Геевичах. Но всему должно объяснение и необходимая привязка к архивным документам.