Крыловы

Плановые воинские захоронения.

Плановые воинские захоронения - места погребения воинов в одиночных или общих (братских) могилах, кладбищах воинских частей и подразделений, павших на поле боя, погибших при исполнении служебных обязанностей или умерших от ран, выполненные специальными командами воинских частей и соединений.

Погребение останков воинов Красной Армии в период Второй Мировой войны проводилось в соответствии с "Положением о персональном учете потерь и погребении погибшего личного состава Красной Армии в военное время", введенным в действие приказом НКО СССР от 15 марта 1941 года № 138. По этому "Положению" команда, выделяемая командиром, занималась розыском трупов, их сбором и доставкой на место погребения. Перед погребением у погибших изымались документы (красноармейская книжка, партбилет, комсомольский билет и т.п.), один экземпляр вкладыша солдатского медальона забирался и отправлялся в штаб части для учета, а другой экземпляр должен был оставаться вместе с погибшим.
Погибших должны были хоронить в могилы достаточной глубины (от поверхности почвы до погребенных не менее 1.5 метра). На насыпной холмик над могилой высотой до 0.5 метра устанавливалась пирамидка высотой 1.5 метра, сделанная из досок или камня. На пирамидке выжигался или писался номер могилы. В большинстве случаев захоронения этого типа организовывались в воинские кладбища. Трупы погибшего начальствующего состава, от командира полка и выше направлялись в армейский тыловой район, где хоронились в деревянных гробах.

При погребении в братской могиле, в книге погребения против каждой фамилии точно отмечалось место нахождения трупа, захороненного в могиле, например: "от южного края могилы 1-й в первом ряду, от северного края 3-й во втором ряду, считая сверху", и т.д.

В санитарных тыловых учреждениях и госпиталях погребение военнослужащих, умерших от ран, производилось распоряжением начальника санитарного учреждения или госпиталя по правилам, предусмотренным этим же "Положением".

По сложившейся практике, каждой могиле отводилось специальное место и присваивался номер. Могилы сдавались по актам представителям местных органов власти или военных комиссариатов с указанием в актах фамилий погребенных. Места расположения братских могил обозначались на топографических картах, которые совместно с актами погребения передавались в архивы.

Однако по ряду причин это "Положение" не было своевременно доведено до воинских частей, и поэтому такие захоронения часто осуществлялись не в установленном порядке.

В ходе тяжелых оборонительных боев, в которых воинские подразделения несли большие потери и порой вынуждены были поспешно отступать, не представлялась возможность достойного захоронения павших. Не всегда это делалось и в ходе наступления.

Весной 1942 года, когда линия фронта стала смещаться на запад и значительные территории были освобождены от противника, приказом НКО от 04.04.1942 г. № 106 была введена в действие "Инструкция по уборке бывших полей сражения".

В соответствии с инструкцией, сбор, документирование и захоронение оставшихся незахороненными погибших воинов Красной Армии возлагались на команды, организуемые местными Советами депутатов трудящихся из гражданского населения. Перед захоронением начальник команды обязан был произвести опознание и учет всех обнаруженных трупов военнослужащих и гражданского населения. Опознание должно было производиться по медальонам или другим документам, обнаруженным при погибших (удостоверение личности, партийный, комсомольский билет, паспорт и др.).

Все установленные в ходе опознания данные должны были заноситься в книгу - "Именной список трупов командиров и бойцов Красной Армии и гражданского населения, обнаруженных на полях сражения". Книга должна быть прошнурована и опечатана печатью местного Совета депутатов трудящихся. Ответственность за хранение и правильное ведение книги возлагалась на начальника команды.

В книге указывались: место и время проведения работ, населенный пункт, № могилы и ее точное расположение, количество и установленные биографические данные захороненных. При перезахоронении трупов указывалось точное расположение места бывшей могилы, число трупов, извлеченных из нее, и место нового захоронения.

При расформировании команды книга сдавалась начальником команды по акту председателю исполкома местного Совета депутатов трудящихся и хранилась в указанном Совете. Сведения из книги должны были сообщаться в Центральное бюро по персональному учету потерь личного состава действующей армии.

Местные органы власти обязывались проявлять заботливое отношение к оформлению могил воинов Красной Армии и гражданского населения: надмогильные холмы обложить дерном или камнем, посадить деревья или кустарник, сделать ограду, систематически наблюдать за сохранностью мест захоронения и поддерживать их внешний вид.

На месте каждой могилы обязательно должен устанавливаться опознавательный знак с выжженным или написанным номером могилы.

Однако уже 22.04.1942 года, в связи с тем, что местные Советы с поставленной задачей не справляются, Начальник главного управления тыла Красной Армии издал приказ, обязывающий создать специальные команды для захоронения трупов бойцов Красной Армии и неприятеля на каждом фронте, в каждой отдельной армии и Московском военном округе. Ответственными за захоронение назначались начальники санитарных управлений.

Начальникам команд предписывалось изучать районы боев на местности и по картам, вменялось в обязанности производить выявление и захоронение погибших не только на открытых пространствах, но и в лесных массивах. Захоронение трупов бойцов Красной Армии производить в строгом соответствии с инструкцией, объявленной в Приказе НКО от 4 апреля 1942 года № 106.

В послевоенный период через местные органы власти была развернута работа по переносу братских и одиночных могил, их укрупнению (см. мемориальные захоронения). Однако вследствие недостаточной оценки состояния воинских захоронений, были определены малые сроки работ, материально и организационно они были подкреплены слабо. Поэтому в целом уровень работ по перезахоронению был достаточно низок и частично захоронения остались по-прежнему безымянными, а многие были просто срыты, запаханы, разрушены или перенесены неполностью, а иногда лишь в отчетах числились перенесенными. Некоторые из них в настоящее время можно было бы восстановить.

Следует констатировать, что при поисковых работах среди разрушенных и заброшенных захоронений встречаются и плановые захоронения. Существенное отличие захоронений этого типа от других заключается в том, что о них может быть найдена информация в местных военкоматах, архивных документах воинских частей, воевавших в этих местах.

Боевые захоронения.

Боевые захоронения - погребения останков погибших воинов, произведенные в перерывах между боями или в процессе боевых действий однополчанами, друзьями или товарищами погибших. В отличие от плановых захоронений, места под боевые захоронения не отводились. Погибших хоронили непосредственно в районе гибели, не составлялись схемы захоронений, однако погибшие заносились в списки потерь и, в большинстве случаев, родственникам сообщались места гибели. Те из них, личности которых не удавалось установить, числились пропавшими без вести.

Документы, личные вещи и медальоны при захоронении часто не изымались, как того требовал порядок погребения.

Возможны обнаружения поисковиками необустроенных, полуразрушенных или разрушенных боевых захоронений. Информация об этих захоронениях может быть найдена чаще всего в списках безвозвратных потерь воинских частей.

Санитарные захоронения.

Санитарные захоронения - погребения останков погибших или умерших от ран воинов, осуществленные в целях соблюдения необходимых санитарно-гигиенических условий.

Санитарные захоронения производились, как правило, местным населением. На оккупированной территории полевое командование немецкой армии привлекало для этого пленных красноармейцев, либо выделяло похоронные команды из состава своих подразделений. Обычно захоронения проводились спустя некоторое время по окончании ведения боевых действий, но особенно массовыми они были весной, после схода снегов, когда разложение трупов создавало угрозу загрязнения окружающей среды и могло повлечь за собой распространение эпидемий и различных заболеваний.

Санитарные захоронения в большинстве случаев являются братскими. Места под санитарные захоронения выбирались исходя из условий местности. Удобнее было сносить останки погибших в воронки от снарядов и авиабомб, траншеи, блиндажи, силосные и картофельные ямы, погреба, подвалы сгоревших домов, овраги и т.п. При этом, соответственно, не соблюдался порядок погребения воинов и не составлялся список погибших. Большинство погребенных таким образом бойцов и командиров Красной Армии числились либо пропавшими без вести, либо погибшими без указания точного места захоронения.

Документы, личные вещи и медальоны при захоронении обычно не изымались. Информация об этих захоронениях, как правило, не документировалась. Основные источники сведений о них - воспоминания участников и очевидцев их создания.

4317 полевой подвижной госпиталь
(он же ХППГ) 21.7.42-11.5.45
с захоронения на сегодняшний день: Россия, Воронежская область, Рамонский район, село Чертовицы, санаторий им.Дзержинского
Номер захоронения в ВМЦ: 36-491; по Воронежской области - №40
Адрес захоронения в военный период: РСФСР, Воронежская обл., Рамонский р-н, лес севернее пос.Чертовицкое, 250 м от Дома отдыха им.Дзержинского
Дата первого захоронения: 1942 год
Информация о перезахоронениях: перезахоронения останков воинов, умерших от ран в полевых подвижных госпиталях (4317 ХППГ, 238 ОМСБ 232 сд, 170 МСБ 121 сд) из лесного массива в окрестностях сел Староживотинное, Чертовицы, Айдарово
Состояние захоронения: хорошее (см.фото)
Проблемы захоронения:
Дополнительная информация: Захоронено всего: 370 воинов (1942-1943гг), известных - 366. По-видимому, госпитальное захоронение, так как во время войны в санатории располагался госпиталь -18 ОМСБ 195 стрелковой дивизии. Памятник установлен в 1962 году. Информацию о захороненных фронтовиках можно получить от руководителя Дома культуры санатория им.Дзержинского по тел.: 8 (4732)27-99-03, а также в Военном Комиссариате Рамонского района по тел.: 8(47340)2-17-69, в Айдаровском с/с по тел.:8(47340)2-10-59.
Кто шефствует: санаторий им.Дзержинского
Местная администрация: Администрация Айдаровского сельского поселения, тел.: 8(47340)21059

Владения Хвощинских в Тамбовском уезде
Список владельцев по третьей ревизии и по РГАДА Ф.1354.

1. с. Княжево (Богородицкое, Карелино), 208 душ в 1767 г., 333 души в 1780 г., участок №208;
2. сцо Знаменка (Татищево, Знаменское, Платоновка), с около 1803 г. - не позже 1850 г., в приходе с. Дмитриевщины (ранее с. Саюкино Дмитриевского прихода);
3. д. Ольшанка с 1767 г. (майор Семен Х.), 29 душ, в примечаниях к ПГМ его уже нет (на карте ПГМ рядом с Покрово-Марфино есть д. Алшанка Липовица, по Менде д. Тарбеевка Ольшанка);
4. д. Козелец (Козельцы, Козельская, Колтыбашева, рядом с д. Андреевкой) с около 1820 г;
5. д. Усть-Кензарь (Княжой поселок), с 1795 г;
6. д. Градский умёт;
7. д. Петровка (Петровское, рядом с Козельцами);
8. д. Андреевка (Кочетковка, рядом с д. Усть-Кензарь);
9. с. Липовица (Дальняя Липовица ? участок №84, по Менде Большая Липовица - пренадлежит Воронцову, 1784 г., участок №174 принадлежит Марфе Борисовой : Липовица, Дальняя и Ближняя Верхняя Падок, Бутырки и Борисовки), 1767 г. (майор Михайло Х.), 31 душа, в примечаниях к ПГМ его уже нет;

Я зашла в тупик. Я нашла на мемориале сведения из госпиталя, где, как я предполагала, умер от ранения мной прадед Крылов Петр Григорьевич. Это был госпиталь номер 4317 , но умер там другой Крылов...Крылов Павер Георгиевич вроде бы....Т.е. не мой прадед захоронен в с. Бор...
Не знаю...надо попробовать сделать запрос в Котовский ЗАГС, попробовать там получить справку о рождении с дополнительными данными в виде адреса прописки родителей моего деда...может что-то из этого и получится...грустно пока как-то.

Написала письмо в поисковое объединение http://www.don-poisk.com/
Не знаю...может что-то ответят. Подскажут что-то.
Кстати, при из архива пришли копии похозяйственных книг. Грустно осознавать насколько тяжело приходилось моим прапра-...
Но есть и положительные стороны...я знаю в каких совхозах работала часть Крыловых)) Знаю какая скотина была у них... знаю что у моего прапрадеда было две жены.
Какие-то детали относительно моей семьи мне стали известны и это интересно.
Вообще я поняла, что если ты втянулся в написание своей родословной летописи - это становится своего рода наркотиком...хочется узнавать больше и больше.
Правда, когда долго стучишься по закрытым дверям, не получаешь никаких новостей, пусто, устаешь и на какое-то время забиваешь