Партизаны Крыма

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

История крымского партизана
Орден славы, Орден за мужество, Медаль за взятие Берлина и освобождение Варшавы…в общей сложности двадцать две
медали, которыми увешан весь китель… и бесчисленное количество воспоминаний — картин той страшной войны, на которую
попал еще мальчишкой. Часто его спасал лишь счастливый случай, проведению было угодно, чтобы Степан Глобин пережил все, чтобы отвоевать для нас такую нужную Великую Победу. Уходят ветераны, к сожалению, уже ушел из жизни и Степан Сафронович. Однако остались для нас, потомков, его бесценные воспоминания. Степан Сафронович Глобин родился в 1926 году в деревне
Бура, которое теперь называется Лазаревка. В семье было пятеро детей—три сестры и два брата. Мать Степана Сафроновича
работала в местном колхозе, отец был секретарем сельского совета. С самых малых лет ему приходилось помогать родным
по хозяйству, каждое лето после школы мальчишки тогда работали наравне с взрослыми—косили пшеницу и ячмень, возили
на табак. «Каждый день проходил два с половиной километра до Ивановской школы,—вспоминал Глобин—Жили мы тогда
небогато, но спокойно — ведь это главное. А когда перешел в седьмой класс — началась война». К началу войны Степану
Сафроновичу как раз исполнилось пятнадцать лет. Немцы пришли уже в ноябре месяце, но в деревню Буре практически не показывались — в окрестных лесах успешно действовали партизаны. Колхозы немцы не ликвидировали, заставляя всех в селе работать на себя. Спустя два года, в 1943, Степан Сафронович вместе со всеми своими односельчанами ушел к партизанам. Тогда в лес ушли все—старики, женщины, дети. Они надеялись на скорый приход советской армии, которая должна была освободить наши
города и села. Жители деревни Буре расположились на большой поляне в лесу. Там же построили шалаши из веток, ставили жерди, из листьев делали кровлю, внутри разводили костер, чтобы хоть как-то согреться. Умывались снегом, редко когда удавалось
найти воду. Чтобы бороться с паразитами — одежду приходилось пропаривать на костре, а потом опять одевать на себя. «Самое трудно время войны — это партизанщина,— пояснял Степан Глобин.—Пережил все это я, наверное, чудом и долгое время не
верил, что жив остался». Глобин попросился добровольцем в боевой партизанский отряд. Его, юного бойца, зачислили в 19 отряд Северного соединения под командованием Якова Саковича. Глобин принимал самолеты с Большой земли, которые приземлялись на тайном партизанском аэродроме, много раз ходил в разведку. Под Новый год фашисты окружили Зуйский лес — то было начало знаменитой Зареченской и Зуйской операций, в которой непосредственное участие принимал и Сепан Сафронович. Два дня длился тот страшный бой, вражеские силы бросили на партизан все свои танки. Партизаны отступили в лес к балке Бурульча и держали
там круговую оборону. Тогда же погиб и отец Степана Глобина, который вместе с остальными членами семьи был в гражданском лагере. «Они спускались на бричке в балку и попали под минометный обстрел, мы уходили в такой спешке, что я даже не
успел похоронить отца,— с болью в голосе вспоминал Глобин. —Но все равно потом специально вернулся с товарищем, когда
мы выходили из окружения, чтобы предать тело отца земле». Половина партизанского отряда была уничтожена. Оставшиеся решили выходить из кольца, справедливо решив, что гражданских, которые были с ними, немцы не тронут. Вместо этого, всех селян, что остались, фашисты отправили в лагерь смерти, который находился на месте совхоза «Красный». Зимой 1944 года Степана Сафроновича перевели в штаб партизанского движения, в комендантский взвод. Он стоял в карауле, доставал продовольствие для лагеря, носил передвижную рацию, помогая радистам. В тот год стояли жуткие морозы, а Глобин в лес пришел в сапогах, не
приспособленных к долгой службе. Почти пятнадцать дней пришлось провести по колено в снегу, и он все время боялся отморозить ноги. Потом партизаны узнали, что Крым уже начали освобождать и двинулись через Мазанку на Симферополь. В столице Крыма их отправили в штаб, который располагался в здании винзавода. «Помню, однажды мы с товарищем идем по одной из улиц Симферополя, а навстречу нам выскакивает какой-то мальчишка. Спрашивает: «Вы и есть партизаны?». Мы отвечаем — да. Он машет рукой, мол, идите за мной. Заводит нас в какой-то дворик и говорит «Граждане, посмотрите, как выглядят наши партизаны, мы должны срочно помочь им!». Оказывается, там во дворе был какой-то немецкий склад и они нам вынесли, кто куртку, кто новые брюки, кто обувь»,— рассказывал Глобин. После освобождения Симферополя, Степану Сафроновичу как-раз исполнилось восемнадцать лет, и его призвали в действующую армию в 180-й запасной полк. Вскоре он отправился на фронт в составе 383-й
стрелковой дивизии, где принимал участие в боях за Польшу. Тогда же Глобин получил свой первый Орден славы. Случилось
это на Висле. Наши войска только что отбили контратаку немцев и готовились к новому наступлению. «Сзади нашей траншеи были танки, по которым немцы открыли огонь. Танки начали вспыхивать один за другим, и тогда командир роты дает команду «Встать! В атаку!». Но никто из солдат не поднялся — все робели, обстрел был страшный. Моя задача была лишь прикрывать наступление с пулеметом. Командир повторил команду и опять никто не решился идти в бой. Увидев это, я просто отсоединил тело пулемета и пошел в атаку. Шел безоружный — ведь стрелять такой пулемет не мог. Тогда вслед за мной поднялась и вся рота. Немцы открыли по нам огонь, и мы оказались между двух огней: сзади наши танки, а впереди немцы. Во время боя был убит командир расчета, но
нам все-таки удалось прорвать вражескую оборону — Сандамирский плацдарм. После этого события командир роты представил меня к награде Орден Славы 3-й степени»,— поясняет Степан Глобин. Хорошо помнил Степан Сафронович и случай, который приключился в деревне Фугельзан во время форсирования реки Одер. Необходимо было выбить фашистов из деревни. Днем
советские войска занимали деревню, а ночью немцы выбивали наши силы. «Командиром взвода прислали молодого лейтенанта, только что окончившего военное училище. Днем, когда надо было атаковать, он попросту струсил и отказался вести взвод. Тогда командир роты назначил меня командовать взводом, — рассказывал Глобин. — Нам удалось взять деревню, но ведь ночью немцы должны были вернуться! У меня был ящик гранат и как только кто-то из фашистов пытался подойти к деревне — я бросал
«лимонки», таким образом, нам удалось закрепиться на месте». За командование взводом Степану Глобину вручили Орден Отечественной войны 2-й степени. Довелось Степану Сафроновичу и побывать в числе тех, кто брал Берлин. Счастливая весь
о Победе нашла его на той самой Эльбе, где наши войска встречались с американскими. Тогда прямо на опушке леса были
накрыты столы и все солдаты радовались окончанию войны и наступлению такого долгожданного и желанного мира. Но домой, в Крым Степа н Глоби н попал лишь в 1950 году — его оставили служить в Германии. Вернулся — узнал, что родной дом
сожгли еще во время войны, а мать с сестрами и братом ютилась в погребе. Тем временем, надо было восстанавливать село, куда они переехали. Джафар-берды восстанавливали абсолютно все, дружно и в едином порыве. Оттого в последствии оно и было переименовано в Дружное. Степан Сафронович работал в колхозе им. Жданова, потом мотористом-электриком в Дружном. Позже
переехал в Пионерское, где и проработал водителем до самой пенсии. Даже за мирную трудовую деятельность он был удостоен звания Ветерана труда. В 1986 году Степан Глобин вышел на пенсию. Он был депутатом Добровского сельского совета, активным
членом Совета ветеранов. Люди которые подарили нам Великую Победу могут непосредственно рассказать о тех далеких днях: «Я хочу пожелать нынешнему молодому поколению—никогда не знать, что такое война,— говорил Степан Глобин. —Жить всегда
в мире и благополучии, быть солидарными друг к другу и любить свой родной край!».
Елена Андющенко https://simfmo.rk.gov.ru/uploa..._st17A.pdf

Алексей Афанасьевич Фролов:«Я прошел путь партизана!»Недавно все мы отметили 75-ю годовщину со дня освобождения Симферопольского района от немецко-фашистских захватчиков, а совсем скоро, уже завтра,будем встречать другой важный праздник — День Победы. И как же нам повезло, что в районе остались еще герои тех событий: наши земляки, которые сражались на фронте и в партизанских отрядах, которые штурмовали Перекоп и даже брали Берлин, благодаря невиданному мужеству и силе духа которых — сумели отстоять Родину. Это все они,ветераны Великой Отечественной войны — главная гордость Симферопольского района! В рамках проекта «Я помню»
сайта iremember.ru делятся они своими бесценными воспоминаниями о том, как жили, как воевали и как освобождали
родную землю от фашистов. Алексей Афанасьевич Фролов — коренной крымчанин, родился 26 марта 1926 года
в селе Перевальное (которое в то время называлось Ангара) Симферопольского района. В Ангаре проживали греки,
русские, болгары и крымские татары. «Мой прапрадед брал Крым, как ветерану войск Суворова ему с товарищами
выделили земельный участок. Женились они на местных девушках. Мой дед по материнской линии, к примеру, женился на гречанке. Папа стал первым председателем колхоза, в который входили парники, табачные поля, огороды
и сады. Он руководил этим хозяйством, был убежденным коммунистом,— вспоминает Алексей Афанасьевич—Потом
отец открыл магазин «сельпо», в котором стал работать заведующим. Выбрал очень удачное месторасположение.
На месте прежнего «сельпо» и сегодня на улице Дачной стоит магазин. Жили мы очень дружно, помогали каждому».
Алексей Фролов пошел в местную школу, но доучиться толком так и не получилось. В 1938 году, когда он окончил
третий класс, умирает отец: «Мать тогда мне сказала: «Алеша, у тебя есть маленькая сестренка, ей надо учиться, а ты
мужчина, будешь со мной вместе работать». Так Алексей Афанасьевич стал трудиться в колхозе: утром косил траву,
после обеда собирал дубовые ветки для шелкопряда. Получал одну «палку» за свою дневную работу: полтрудодня
за кроликовую ферму и столько же за сбор веток. Мать в это время работала на уборке зерна. Предвоенные годы в Симферопольском районе оказались урожайными. В больших колхозных садах между рядами деревьев даже начали садить капусту, она давала прекрасные всходы. В село привозили кинофильмы. Дети много занимались спортом: «Особенно среди пацанвы были популярны турники, брусья. Так что кроме работы в колхозе по вечерам я успевал еще туда сходить. Хочу подчеркнуть, что перед войной вообще было повальное увлечение спортом — все чем-то занимались. У нас в школе на детском турнике мальчишки занимались на уроках физкультуры». 22 июня 1941 года уже утром в селе все стали шептаться о том, что началась война: «Известие встретили плохо. Крики, слезы. Молодые
ребята, 1920 или 1921 годов рождения, еще не успевшие закончить десятый класс, пошли добровольцами. Мы, пацаны,
думали, как бы в рогатку закладывать взрывчатые пакеты, чтобы обстреливать врага. В составе одной из крымских
стрелковых дивизий мои односельчане воевали под Перекопом. Примерно полсотни из них осталось лежать в перекопской земле». Но, тем не менее, необходимо было собрать урожай. Мужчин в колхозных бригадах стало заметно меньше, поэтому на уборку определили детей и школьников. Они находились в поле до самого позднего вечера, искали последние колоски, так как все отправлялось на фронт. В начале ноября 1941 года в Перевальное пришли немцы:
«Мы тогда сидели в окрестных пещерах, особенно в Кизил Кобе, куда все население села укрылось. Оттуда нам была
хорошо видна дорога, шедшая от пещеры в трех километрах. Хорошо помню, как на моих глазах отступали советские войска и на дороге рвались снаряды. По обочинам бродили брошенные лошади и повсюду валялись перевернутые и разбитые брички. Все такое дорогое для сельского хозяйства. И так много, и все брошено! А дальше произошло следующее: в огромных тополях засела батарея. Артиллеристы открыли сильный огонь по врагу, появившемуся в селе Доброе. Мы видели, как снаряды рвались на дороге. Когда шли из пещер, то низко над нашими головами летали «Мессеры». Люди шли, а летчик низко спускается, прямо воздухом нас било в спины. Затем появились немцы. Следом топали румыны. Те тут же начали грабить село». Вскоре в селе избрали старосту, в ответ на сопротивление
пошли расстрелы: «Наш колхоз не распустили, просто переименовали в общину. Немцы забирали большую часть
урожая. За работу ничего не платили. Если кто работает на помидорах, тот себе немного складывает за пазуху. Мать
специально в платье пришила большой внутренний карман. Набросает туда овощи и фрукты, приносит домой. Я же на
двух парах коней пахал. И на волах». Начиная с 1941 года, в округе появились партизаны. Немцы и добровольцы с ними постоянно воевали. Лесным бойцам особенно тя жело пришлось зимой 1941/1942-х годов: «Такой голод был, что
они, бедные, даже мышей ели. В итоге партизан стало совсем мало, многие из-за постоянного голода и болезней не могли выходить в бой. Когда мы селом пришли в лес, от старого партизанского отряда осталось человек восемь или десять». В лес к партизанам Алексей Афанасьевич попал осенью 1943 года. Село Ангара спалили после того, как люди
ушли в горы. Все село, практически все его жители ушли в партизаны: «Я ушел раньше многих, потому что мой дядька
Алексей Челядинов, еще летом подсказал, надо идти в лес, иначе заберут в Германию. На Буковом кордоне нас встретили старые партизаны. Всех зачислили в 17-й партизанский отряд, которым командовал лейтенант Октябрь Аскольдович Козин, ранее воевавший в легендарной 25-й Чапаевской стрелковой дивизии. Мы, молодые ребята, сразу же приняли групповую присягу. После всех отправили в боевой отряд. Дядя Алексей возглавил первый взвод, в который вошли взрослые мужчины, «детей», как нас называли, туда не брали. Определили всю молодежь во второй взвод. У меня первое время был обрез, после заменил его на румынскую винтовку, взятую после боя у села Чавке. Тот бой, первый в моей партизанской жизни, мне хорошо запомнился. Он прошел быстро: подошли ночью, взяли конюшню, постреляли и побили сонных вражеских солдат. Мы забрали коней и оружие, пошли обратно в лес. В крымских лесах не
закопаешься. Поэтому сучья складывали в пирамидку, все обкладывали рогатульками. Сверху присыпали листьями.
Их же набивали в середку. Если где с убитой скотины шкуру сняли, то подсушивали и клали сверху на листья.
Я, к примеру, спал на коровьей шкуре». Участвовал Алексей Фролов и в подрыве мостов, а также ликвидации вражеских румынских постов по дороге на Южный берег Крыма: «У румын посты находились на речке Курлюк-Су и в районе Сосновки на несколько километров дозоры растягивались. Наши тихо подобрались к домику и первым делом кинули боевую гранату в трубу. Сначала одну бросили. Взрыв. Вторую. Снова взрыв. Этот пост повзрывали, двинулись
к столбам и мостам. Последние стояли так: один через Курлюк-Су и два на второй речке. Мы эти мосты взорвали.
Заблокировали проезд на Ялту и Алушту». Следующий большой бой произошел уже в родном селе Алексея Афанасьевича — Ангаре. Тогда погиб его дядя Алексей, а самого Фролова контузило миной: «Внезапно налет. Тяжелая мина разрывается неподалеку. Меня подкинуло в воздух, и кинуло в воду. Налетел телом на камни и какие-то коряги. Дальше ничего не помню. Как меня нашли и вынесли в тыл — ничего не сохранилось в голове. Уже опомнился тогда, когда увидел, рядом со мной лежит тело убитого дядьки. Я возле него ночь провел. Меня хотели оттянуть в сторону, но я не дался. Румыны продолжали обстрел из тяжелых минометов, которые стояли в Заречном и Добром. Бой оказался
очень неудачным. Враги нас поджидали». Когда отряд отступил, то всех тяжелых раненых отправили на «большую
землю» через лесной аэродром. Контуженых, таких как Алексей Афанасьевич, оставили в отряде. После неудачного боя
партизаны продолжали свою деятельность. Рвали мосты, устраивали засады, ликвидировали вражеские посты.
Второй взвод, в котором служил Алексей Фролов, стоял в карауле. Его стали посылать на дальние наблюдательные
посты, где партизаны следили за селом Ангара и дорогой на Алушту: «Стоял и на том месте на яйле, где немцы расстреляли подпольщицу Клаву Юрьеву. Ее поймали, когда она пробиралась к партизанам. Особенно тщательно наблюдали, чтобы никто не пробовал незаметно подобраться к партизанским отрядам. Мы должны были с высоты у моста обстрелять противника. Однажды на дороге показалась колонна из восемнадцати машин. Никто не открывает
огонь, пока не начнет стрелять первый взвод. Они должны были подбить последнюю и первую машины, потому что
в них в кузовах сидела пехота с автоматами в качестве охраны колонны. Только последняя машина появилась из-за
поворота и заехала на мост, как по ней открыли огонь. Били по кузову. Немцы не успевали выскочить, их расстреливали на лету. Я, к примеру, стрелял по машинам за мостом. Только спустился вниз, как по мне ударили из автоматов. Немцы в канаву заскочили, человек десять, пробрались к берегу речки и там засели. Они стали по мне бить. Я петлял, как только мог. Отступили удачно. Потерь не понесли». В декабре 1943 года начались массовые прочесы лесов. Немцы, во что бы то ни стало, стремились выкурить партизан. Даже не ежедневно — практически ежечасно случались артиллерийские и минометные налеты: «Возле Васильковой балки случилось побоище. Скопилось множество людей из мирных лагерей. Сначала налетели «Мессершмитты», следом за ними — «Юнкерсы». Повсюду война! Я ушел вместе с партизанами, бывшими военнопленными. Их было четверо, я пятый. Бежали к речке
Бурульча. Повсюду женщины и дети. Убитые, раненые, потерявшиеся. Немцы шли следом за нами. Женщин и детей
забирали в плен. Я с матерью попался во время следующего прочеса. Взяли в плен румыны. Сгоняли всех в одно место.
Мужчин по дороге стреляли. К примеру, дядьку Ваську Дмитриева в колодец бросили. Привели нас в лагерь Картофельный городок» в Симферополе. Хорошо, что у одной из моих тетушек оказались часы дяди Сени, материного
родного брата. И эти часы мы тайком отдали конвоиру «Картофельного городка», он нас под проволоку вывел. Вышло
за одни часы восьмеро: я, тетя Наташа и вся ее семья». Весной 1944 года Алексей Фролов попал в 6-й партизанский отряд Николая Ивановича Дементьева. Его назначили вторым номером пулемета Дегтярева. Отряд стоял в районе села Андрусово. «Помню, что в бою поставили пулемет на горе возле села. Идет немецкая машина. Пулеметчик по ней сразу дал очередь. У меня только диски, оружия нет. Оказалось, что это немцы везли мины, чтобы подорвать плотину на Аянском водохранилище. Мы их остановили. А дальше двинулись на Симферополь». 13 апреля 1944 года партизанские отряды пошли на Симферополь. А самих партизан стали забирать в бои за Севастополь: «Я пошел в военкомат. Военком на меня посмотрел и говорит: «Знаешь, что, ты сначала дома посиди и кашки с молочком покушай, а потом уж в армию приходи». Я был маленьким и худеньким после голодных партизанских будней. Поехал домой. Но куда, домой? Дома нет, все спалено». В ноябре 1944 года Алексея Афанасьевича призвали в армию. Сразу отправили на Украину. Он попал в 10-й артиллерийский корпус прорыва РВГК. Служил в зенитном прикрытии корпуса, форсировал Вислу: «Немцы бомбили страшно. Там стоял 8-й зенитно-пулеметный батальон, нас на подмогу подтащили на рельсах. Впереди лежали немецкие концлагеря. Когда мы перешли в наступление и освободили заключенных, то зрелище было ужасным. Видел я и печи для сжигания человеческих тел. Дальше вышли на Легницу. Добрались до Одера. Встали с правой стороны реки. И тут ночью дали салют по поводу того, что Германия капитулировала. Это было 9 мая 1945 года. Радовались победе сильно, стреляли из пулеметов, пистолетов и автоматов. К нам прислали парикмахера, чтобы подстричь бойцов, ведь никто не стригся во время войны». За время войны зенитные части 10-го артиллерийского
корпуса прорыва РВГК сбили 23 немецких самолета. Из Германии Алексея Фролова перевели в Польшу. Зенитную часть расформировали и его определили в отдельный стрелковый батальон. Алексей Афанасьевич демобилизовался в 1951 году. Он награжден Орденом Отечественной Войны, медалью «За отвагу», медалью «За освобождение Варшавы»,
орденом Отечественной войны II степени в честь 40-летия Победы. После демобилизации Алексей Фролов вернулся в Перевальное, и пошел работать на электростанцию. Отработал два года мотористом. Потом перевелся в лесничество: «Наш партизанский командир, Козин, стал здесь лесничим. Я к нему пошел. Он меня к себе позвал, только предупредил, что должности лесника у него нет, разве что лесорубом. И я с ним работал. Тридцать восемь лет в лесном хозяйстве. Когда в 60 лет ушел на пенсию, то после продолжал трудиться лесником. Крымские леса сейчас совсем не такие густые, как они должны быть. В советское время у нас деревья были: дубы и буки диаметром метр, а то
и поболе. Тех деревьев нет уже. Вырубили. Особенно когда пошла эта Украина со своей «самостийностью», таксаторы старались взять как можно больше дерева с гектара. Сильно нам разредили крымские леса. Сейчас стараются лесники. И клен подсаживают, и разные деревья. Весь верх яйлы сосной засадили. Потихоньку начинаем восстанавливать лес».
Елена Андрющенко https://simfmo.rk.gov.ru/uploa..._st17A.pdf

В предверии дня Защитника Отечества, представитель военкомата Сергей Алексеевич Литвиненко наградил Мельничук Евгения Борисовича медалью "памяти героев Отечества" .
За высокие достижения в области развития военной истории, гуманитарного развития и реализацию общественных проектов историко- патриотической направленности!
Присоединяемся к поздравлению!
У нас у всех яркий пример беззаветной преданности Отечеству! Бережному сохранению памяти о павших! Патриотического воспитания!

jt0nhfc5oPQ.jpg?size=1280x960&quality=96&sign=8d66695321fd201dcb1916d6287862f5&type=album

jt0nhfc5oPQ.jpg?size=1280x960&quality=96&sign=8d66695321fd201dcb1916d6287862f5&type=album

0PTP0bS9X0E.jpg?size=1280x960&quality=96&sign=95fe0059018868b5e8a7cdaf81dfc1c5&type=album

статья от 2018г.
Семья командира Джанкойского партизанского отряда И.П. Рюмшина посетила районный историко-краеведческий музей.
25 сентября Джанкойский районный историко-краеведческий музей посетила семья Рюмшина Ивана Павловича – командира Джанкойского партизанского отряда.

Так сложилось, что сейчас дети и внуки Ивана Павловича живут в разных городах: Феодосия, Севастополь, Крымск (Краснодарский край). Но в этот день они специально приехали в город Джанкой, чтобы посетить могилу своего отца и деда на старом кладбище и передать в музей памятный альбом о Джанкойском партизанском отряде.
Партизанское движение сыграло огромную роль в Великой Победе над гитлеровской Германией. По заданию Крымского обкома партии для борьбы с немецко-фашистскими захватчиками в ноябре 1941 года был создан Джанкойский партизанский отряд, базировавшийся в районе Белогорска на горах Скирда, Берлюк, «Сахарная Головка». Командиром отряда назначен председатель райсполкома Петр Владимирович Удовицкий. Первое боевое крещение Джанкойский отряд принял в декабре 1941 года. Партизаны провели ряд удачных боевых действий, разгромили пять фашистских гарнизонов, освободили ряд населенных пунктов от немецких оккупантов. После Петра Владимировича отряд возглавил Иван Павлович Рюмшин.
Иван Павлович родился в 1901 году в с. Березовец под Курском в семье крестьянина-бедняка. Еще юношей приехал в Крым. Здесь окончил школу рабочей молодежи, вступил в комсомол. Как одного из лучших активистов, его направляют в Ялтинскую совпартшколу, а затем в Джанкойский район. Коммунисты колхоза «Политотдел» избрали Ивана Павловича парторгом. Через несколько лет его назначают заведующим районным отделом здравоохранения. После начала войны, 1 ноября 1941 года, Рюмшин уходит в партизанский отряд. Сначала возглавляет боевую группу, а затем становится командиром отряда. Вместе с Иваном Павловичем в партизанском отряде находилась его супруга Екатерина Петровна с тремя детьми: двенадцатилетней Октябриной, пятилетним Михаилом и трехлетним Владимиром.

Во время своего визита в музей дети Ивана Павловича вспоминали о тех тяжелых и страшных днях. В партизанский отряд мать и дочь Октябрина были зачислены бойцами. Там всегда нужны были люди: необходимо было готовить пищу, присматривать за ранеными, стирать перевязочный материал, строить землянки и шалаши. Женщины также ходили в разведку: под видом сбора ягод и хвороста, они собирали сведения о расположении немецкого вооружения и боевой техники. Во время одной из таких вылазок Екатерину Петровну вместе с детьми арестовали как жену партизана и наутро планировали расстрелять. Тогда их спасли братья Кисеевы, Леонид и Василий.
В марте 1942 года в Белогорских лесах разгорелись ожесточенные бои. 15 марта, в одном из таких боев, прямым попаданием мины были убиты командир отряда И.П. Рюмшин и комиссар П.Н. Клеветов.

Когда территория полуострова была полностью оккупирована, Екатерину Петровну вместе с детьми спас Алексей Герасимович Морозов, летчик. Алексей Герасимович неоднократно летал с материка в крымские леса, вывозил раненых, женщин и детей, привозил продукты и медикаменты. Но, к сожалению, погиб в 1942 году.

После войны останки Ивана Павловича Рюмшина, Петра Николаевича Клеветова и Петра Владимировича Удовицкого были перезахоронены в г.Джанкой. На могиле героев был установлен памятник.

Семья Ивана Павловича с огромной радостью посетила Джанкойский районный историко-краеведческий музей. В экспозиции военных лет много информации посвящено Джакойскому партизанскому отряду и, конечно же, командиру отряда Рюмшину Ивану Павловичу. Со слезами на глазах вспоминали дети Ивана Павловича о тех, кто мужественно и самоотверженно сражался в Белогорских лесах.

Прощаясь, гости подписали памятный альбом «Музею от детей командира Джанкойского партизанского отряда Рюмшина И.П. – Октябрины, Михаила и Владимира».
https://crimea-news.com/society/2018/10/01/446098.html

натальяА написал:

[q]
Семья командира Джанкойского партизанского отряда И.П. Рюмшина посетила районный историко-краеведческий музей.
[/q]

...В феврале месяце [1942] немецкое командование бросило новые силы: две бригады, до 3000 эсэсовцев, которые вели наступление на отряды тт. Рюмшина и Чуба, но и эти силы не добились реальных результатов, хотя они действовали с артиллерией, танками, самолётами. Потерпеы неудачи, немецкое командование в мае бросило против партизан новые силы – венгров, которые при встрече с партизанами несут большие потери...

Источник:
Крым в период Великой Отечественной войны, 1941-1945. Сб. документов и материалов. – Симферополь: Таврия, 1973. С. 226.

в контакте https://vk.com/wall-72502353_1785
На этом месте со дня организации 18-го партизанского отряда располагался его штаб, боевые группы, группа разведчиков. Отсюда партизаны уходили на боевые операции, здесь они скрещивали оружие с карателями, пытавшимися их уничтожить.
18-й партизанский отряд был создан 1 ноября 1943 года и вскоре заметно пополнился за счет вновь пришедших патриотов, Численность отряда в момент формирования составляла 175 человек. Возглавил его бывший пограничник, участник боев под Одессой лейтенант А. С. Ваднев, воевавший в рядах партизан с ноября 1941 года.

Комиссаром отряда стал Н. А. Клемпарский, крьмчанин, уроженец деревни Бешарань-Отары, до войны работавший в финансовых органах. По заданию райкома партии Николай Антонович был оставлен в подполье. Выполнив задание, он пришел в марте 1942 года сперва в Джанкойский отряд, а затем был переведен в Зуйский. Прекрасно зная здешние места, людей района, Клемпарский связал отряд со многими патриотами, жившими в окрестных селах. Как уполномоченный обкома партии по подполью он создал 5 патриотических организаций и групп, участники которых перешли позднее в лес и стали в основном бойцами 18-го партизанского отряда.

Николай Клемпарский был несколько старше своего командира, имел к тому времени немалый жизненный и боевой опыт, с первого и до последнего дня участвовал в войне с белофиннами. Если командира отряда отличали стремительность действий, порой некоторая поспешность в суждениях, то комиссар всегда оставался спокоен, рассудителен. Эти два человека очень хорошо дополняли друг друга. Они смогли создать крепкий, боеспособный отряд, славившийся сноей инициативностью и ратным мастерством.

Многое сделали для этого такие замечательные организаторы и отважные партизаны, как И. М. Медведев (начальник штаба, в прошлом руководитель одной из подпольных групп), И. Е. Щербина (секретарь партийной организации), Наташа Гришанкова (помощниц комиссара отряда по комсомолу). Особо надо сказать о командире разведгруппы — Григории Максимовиче Авраменко. Работа рзведчиков была исключительно сложна и опасна. Но в отряде не было случаев, чтобы они допустили просчет и дали неточные сведения о противнике. Г. М. Авраменко погиб смертью героя в боях фашистской карательной экспедицией в январе 1944 года.

Боевыми группами командовали моряк Николай Семашко, воспитанник партизанского леса Сейдали Куртсеитов и другие.
II марте 1944 года пришло пополнение — симферопольские комсомольцы- подпольщики, которым нельзя было оставаться в городе ввиду угрозы ареста. Бойцами отряда стали почти все участники «особой диверсионной группы Василия Бабия.
За любую, подчас самую трудную работу брались девушки, в прошлом тоже подпольщицы,— Вера Кудряшова, Нина Удалая, Люба Игнатова, Мария Дембицкая, Вера Тишиова. Таисия Стенина. Они несли караульную службу, ходили в разведку, наравне со всеми отражали атаки врага в период боев с карателями, выносили раненых с поля боя, ухаживали за ними в импровизированных «партизанских госпиталях».

Когда был тяжело ранен командир отряда А. Ваднев, жизнь ему спасла Вера Кудряшова. Двенадцать дней и ночей, рискуя жизнью, она и Иван Ефимович Щербина прятали в заснеженном лесу командира и ухаживали за ним.

А. С. Ваднев был отправлен самолетом в госпиталь на Большую землю. Командиром отряда с 15 января 1944 года стал И. Е. Сырьев, партизан с ноября 1941 года. Боец, командир диверсионной группы, вместе со своими боевыми друзьями он пустил под откос 7 вражеских эшелонов.

Весь отряд в целом за время боевой деятельности провел 18 крупных операций, 11 раз успешно противостоял карательным экспедициям противника. По далеко не полным подсчетам, в результате этих боев фашисты потеряли 935 солдат и офицеров.
Занимая высоту 887, отряд находился на перекрестке путей, как бы в самом сердце Северного соединения. Через него шла связь с партизанами, которые базировались на высоте Яман-Таш и в тыркинских лесах. Его не могли миновать те, кто шел на аэродром встречать самолеты с Большой земли, и те, кто возвращался с задания из Симферополя и других мест Крыма.

В 18-м отряде работала школа для детей. Учителя — в одиночку или небольшими группами — вели занятия по программе советской школы. Занятия проходили в обстановке, которую трудно даже представить педагогам и школьникам наших дней, не знающим, что такое война. Не было учебников, бумаги, карандашей, а«классы»-шалаши бомбили и обстреливали вражеские самолеты. Но когда кончался налет, ребята опять собирались в «класс», чтобы продолжить урок. Для многих из них это был главный в жизни урок мужества.Самоотверженно работали в лесной школе учителя М. Сухов, М. Жихарева, 3. Пушкарева и другие.

Жили партизаны в шалашах. В начале партизанской борьбы копали добротные землянки, в них делали нары в два этажа, клали кирпичные или устанавливали железные печи. Тщательно из деревьев накатывали потолки, а сверху засыпали листвой и землей. В таких землянках было тепло и уютно.

В дальнейшем это оказалось нецелесообразным. Во время карательных прочесов, когда партизанам приходилось покидать лагеря, фашисты взрывали жилища или минировали их. «Воевали» они не только с землянками, но со всем решительно, что в них оставалось: жгли вещи, «методично» простреливали посуду, чтобы партизанам не в чем было готовить пищу.

Начиная с зимы 1942—1943 года партизаны жили преимущественно в шалашах. Для сооружения жилища собирали длинные средней толщины бревна, ставили их конусообразно, укрепляли наверху, а внизу немного углубляли и засыпали сантиметров на десять землей. На две трети бревна закрывали опавшей листвой и землей, а на одну треть оставляли открытыми для выхода дыма от костра. Посредине шалаша делалось небольшое углубление и разводился костер. На дверь навешивали плащ-палатку или какую-нибудь грубую ткань, а вокруг костра сооружали нары.

Такие шалаши делались быстро, без особого труда. Их легко можно было восстановить после вражеского прочеса.
oWls5euIPQE.jpg?size=778x518&quality=96&sign=c02fa3c47e039f84b17bca05c37900e6&type=album

oWls5euIPQE.jpg?size=778x518&quality=96&sign=c02fa3c47e039f84b17bca05c37900e6&type=album

https://minfo.rk.gov.ru/upload..._b2019.pdf
Список партизан Колайского отряда с 1.11.1941 г. по 10.03.1942 г.

Абрамович М.Г. Боец
Алтухов А.Д. 1910 Боец, младший сержант Погиб 05.12.1942г. Зуйский лес.
Андреев Н.Е. 1901 Боец Погиб 23.12.1941 г. в Молбайском лесу.
Андреева А.М. 1913 Санитарка В списках отряда на 20.06.1942 г.
Антонов А.С. 1912 Командир отделения. Начальник боезапаса Пропал без вести в 1942 г. в Карасубазарском лесу.
Бальжин А.Г. 1924 Боец, связной, помощник командира группы Погиб в марте 1943 г.
Барабанов П.Д. 1918 Командир группы
Бектурбиев Б. 1916 Боец Погиб 23.12.1941г. в Молбайском лесу.
Белоусов Н.А. 1895 Боец был послан в подполье с. Колай, погиб 12.05.1942г.
Боброва Г.И. Медсестра Эвакуирована в мае 1942 г. в г.Сочи.
Бренайдин А.Я. Боец Есть в списках принявших присягу.
Буравлев К.И. 1923 Боец, пулеметчик Есть в списках отряда на 20.06.1942г.
Васильев А.А. 1914 Начальник штаба Погиб 23.12.1941г. в Молбайском лесу.
Васильева М.И. 1913 Группа связи Погибла 23.12.1941 г. в Молбайском лесу.
Вдовенко Ф.В. 1899 Боец Был в отряде с 01.11.1941 г. по 20.08.1942 г.; спецкомандировка по 15.03.1943 г.
Виленский Л.И. 1906 Сержант Погиб в 1942 г.
Вульфов М.Н. 1897 Боец Пропал без вести в декабре 1942 г.
Гавриленко А.Р. 1912 Командир 3 группы Эвакуирован 26.10.1942 г.; 16.02.1943 г. награжден медалью.
Гавриш Я.Р. 1899 Боец, разведчик Погиб 24.07.1942 г. в Зуйском лесу.
Галкин Л.В. 1920 Боец Помощник командира группы. Погиб 17.12.1942 г. в Зуйском лесу.
Главчев Д.А. Разведчик
Глушко В.А. 1923 Боец В списках отряда на 20.06.1942 г.
Гончаров К.Я. 1900 Разведчик Погиб в августе 1942 г. в Зуйском лесу.
Гречко М.Ф. 1901 Боец Погиб 24.08.1942 г. на посту в Зуйском лесу.
Гришин В.В. 1902 Старшина Умер 11.09.1942 г. от истощения в Зуйском лесу
Губарев И.Н. Командир отряда 25.05.1942 г. осужден военным трибуналом и расстрелян.
Дегтярь А.А. 1920 Разведчик Эвакуирован в апреле 1942 г.
Денислямова Э.Д. 1921 Санитарка 25.05.1942 г. осуждена на 5 лет условно. 27.07.1942 г. во время боя сдалась в плен.
Зарецкий М.Я. 1892 Боец Погиб 23.12.1941г . в Молбайском лесу.
Зарецкий Я.М. 1924 Боец 24.07.1942 г. пропал без вести в Зуйском лесу.
Зубаков Н.А. 1918 Боец На 26.09.1942 г. был в списках отряда.
Калюжный Я.М. Боец Эвакуирован в марте 1942 г.
Каменский Г.В. Командир группы
Касьянов А.А. 1915 Командир группы В феврале 1943 г. умер от голода в заповеднике
Киденко Ф.А. 1920 Боец Погиб 23.12.1941 г. в Молбайском лесу.
Клишко М.Г. 1901 Боец 29.08.1942 г. умер от истощения в Зуйском лесу.
Коваленко С.В. 1913 Политрук, командир группы 24.07.1942 г. погиб в Зуйском лесу.
Коляда А.В. 1891 Боец 24.07.1942 г. пропал без вести на спецзадании.
Корябин М.А. 1918 Боец, разведчик Погиб 07.02.1942 г. в Молбайском лесу.
Кочетков В.Н. Боец В списках отряда на 26.06.1942 г.
КравченкоС.М. 1914 Боец Погиб 23.12.1941 г. в Молбайском лесу.
Крапивка И.Ф. 1913 Боец Погиб 23.12.1941 г. в Молбайском лесу.
Красавин А.П. 1910 Боец С 01 ноября 1941 г. по 04 октября 1942 г., затем вывезен в г.Сочи. С 04.07.1943 г. по 20.04.1944 г. воевал в Крыму.
Кустов К.А. 1915 Боец На 20.06.1942 г. был в списках.
Кустова В.И. 1915 Прачка На 20.06.1942 г. была в списках.
Кушнир Я.М. 1923 Связной, командир группы, командир отряда С 01.11.1941 г. по 13.04.1944 г. воевал в Крыму в партизанах. Почётный гражданин г. Судак.
Левтук К.М. 1917 Лейтенант, командир отделения 24.10.1942 г. эвакуирован в г. Сочи, награжден орденом Красного знамени.
Лигман Г.С. 1917 Политрук группы Погиб 18.02.1942 г. в Молбайском лесу.
Линник В.А. 1903 Боец 07.04.1942 г. погиб около с. Веселое (Кутлак).
Линько В.А. 1915 Боец 07.04.1942 г. погиб около с. Веселое (Кутлак).
Литинский Н.А. 1912 Боец 12.07.1942 г. эвакуирован в г. Краснодар.
Маргазинская Е.А. 1922 Боец 24.07.1942 г. пропала без вести в Зуйском лесу.
Мартыненко В.Ф. 1919 Боец 24.07.1942 г. погиб в Зуйском лесу.
Меркулов В.И. 1923 Боец Погиб 23.12.1941 г. в Молбайском лесу.
Монастырский Р.А. 1902 Боец В августе 1942 г. пропал без вести в Зуйском лесу.
Моргун А.П. 1912 Боец Погиб 02.02.1943 г. в заповеднике
Непомнящий М.Г. 1903 Боец 24.07.1942 г. пропал без вести в Зуйском лесу.
Нестеренко С.В. 1920 Боец 23.12.1941 г. погиб в Молбайском лесу.
Омелин Г.Г. Боец До августа 1942 г. был в отряде. С 1945 г. жил в с. Колай.
Опекунов В.Ф. 1919 Младший лейтенант, командир группы
Петраков П.М. 1922 Боец 25.02.1943 г. погиб в Карасубазарском лесу.
Писклов И.А. 1914 Сержант, командир группы 24.07.1942 г. пропал без вести в Зуйском лесу.
Подточилина Л.А. 1910 Медсестра Погибла 06.02.1943 г. в заповеднике.
Рапопорт А.Г. 1923 Связной 19.08.1942 г. погиб в Карасубазарском лесу.
Рассулов Хусаин Боец Погиб в 1942 г. в Карасубазарском лесу.
Рыжиков С.А. 1922 Боец Погиб 07.02.1942 г. в Молбайском лесу.
Семенов А.А. 1920 Помощник командира группы, сержант В декабре 1942 г. пропал без вести в Зуйском лесу.
Синкевич П.Д. Политрук
Скибида А.Х. 1910 Разведчик, командир группы Погиб 14.05.1942 г. в Белогорском лесу.
Скрагленко И.Ф.
Сматров И.В. 1902 Боец 23.12.1941 г. погиб в Молбайском лесу.
Соломицкий Н.А. 1923 Младший сержант В списках отряда на 20.06.1942 г.
Сытников Г.Ф. 1915 Боец Погиб в феврале 1942 г. в Молбайском лесу.
Текин М.Я. 1910 Начальник разведки
Худоберъянов К. Боец 25.02.1943 г. погиб в заповеднике.
Цурак С.А. 1903 Боец Погиб 24.07.1942 г. в Зуйском лесу.
Череващенко И.Е. 1920 Боец, сержант В списках отряда на 20.09.1942 г.
Черевенев А.Д. 1898 Политрук Погиб в конце июня 1942 г. в Зуйском лесу.
Чубуткин А.В. 1909 Сержант Командир группы, погиб в 1942 г.
Шарубнев Д.Д. 1920 Боец, пулеметчик Погиб 07.02.1943 г. в заповеднике.
Шевченко Б.А. 1905 Боец Эвакуирован в начале октября 1942 г. в г. Сочи.
Широ В.Г. 1919 Фельдшер Эвакуирована 03.10.1942 г. в г.Сочи.
Штейн Я.Г. 1894 Боец В списках отряда на 26.09.1942 г.
Штепа С.И. Комиссар отряда 25.05.1942 г. расстрелян военным трибуналом.
Щелков Е.А. 1901 Начальник штаба Эвакуирован 04.10.1942 г. Умер в 1990г.

В северной части города Джанкоя ныне есть улица Драгомировой. Анастасия Александровна Драгомирова родилась в
1905 г. в семье крестьянина, работала учительницей географии средней школы №1 с 1933 г. Она организовала помощь заключённым лагерей, доставала документы, готовила побег из лагеря, встречалась с разведчиками из партизанского отряда, передавала им важные сведения о дислокации и численности фашистских подразделений, распространяла листовки о событиях на фронтах. В сентябре 1943 г. её арестовали и отправили в Симферополь, где жестоко пытали. Она сумела выдержать истязания и никого не выдала. Когда на рассвете 3 ноября её повели на казнь, она бросила в лицо палачам: «Уйдите прочь, я вижу на вашей одежде кровь моих товарищей! За эту кровь отомстят!» Её бросили живой в шурф колодца в совхозе «Красный». В окрестных сёлах было создано несколько подпольных групп. На железнодорожной станции активно действовала группа, возглавляемая машинистом Н.Т. Егоровым. Члены группы Н. Анисимов, И. Бухаров, А. Карягин, В.Черкасов собирали сведения о движении эшелонов врага, расположении его баз, воинских частей и передавали их партизанам. Патриоты вели и диверсионную работу. 11 января 1944 г. Николай Состера, работая стрелочником, совершил крушение воинского эшелона, а 15 января 1944 года С.Д. Гурев на участке Джанкой – Богемка застрелил немецкого часового. Оба патриота были схвачены и замучены в гестапо. Зимой 1942 года на станции Чирик-2 (с. Пахаревка) двумя рабочими была разморожена водокачка и приостановлено движение поездов. Оба рабочих были расстреляны.
Из воспоминаний жителя п. Азовское Унт Василия Федоровича: «Мне и моим друзьям было по 13-14 лет. При отступлении Красной Армии осенью 1941 года осталось брошенным оружие. Мы быстро собрали карабины, патроны, гранаты и спрятали в блиндаже соседнего с нами двора, тщательно замаскировав вход. Так начиналась деятельность нашего подполья. Руководил им бывший бухгалтер совхоза «Молодая гвардия» Куканов по кличке «Борода». Но мы тогда знали только нашего непосредственного начальника Зыгаря Якова Спиридоновича и свою пятерку (пятерых членов своей группы). Всего в Ак-Шейхе (с. Новосельцево) было три подпольных группы. Старшие ребята ходили на станции Колай и Джанкой, считали составы с оружием, техникой, немецкими солдатами. В сельском колодце была спрятана рация. Благодаря ей узнавали о положении на фронтах, потом мы ходили по дворам и тайком рассказывали о разгроме немцев под Москвой и других сражениях. Немцев мы не убивали (за одного убитого румына расстреливали троих жителей, за немца — десятерых), но спасли от расстрела одного коммуниста и двух кандидатов в партию.
Прятали в нашем блиндаже четырех молодых односельчан от угона на принудительные работы в Германию. Горно-альпийские войска особого назначения базировались в Ак-Шейхе 11 месяцев. В нашем доме жили 9 фашистов, 3 пушки стояли во дворе. Но это не помешало нам собрать в нашем тайнике 7 карабинов, 1000 патронов, 280 гранат и передать всё это богатство в Ичкинский партизанский отряд. Связным был крымский татарин, привозивший на подводе яблоки и сливы, меняя их в нашем селе на зерно. Средь бела дня, улучив удобный момент, мы прятали оружие на дно повозки, присыпав его зерном. За операцию «Лимонка» нашей группе была объявлена благодарность. Но не всё получалось удачно. На самолёте с Большой земли был доставлен новый руководитель подполья Бойко Петр с радистом. Но их выследили и выдали немцам. Бойко был повешен в Джанкое. На его груди была табличка с надписью «партизан». Судьба радиста неизвестна».
https://minfo.rk.gov.ru/upload..._b2019.pdf

РУКОВОДИТЕЛЬ ПОДПОЛЬНОЙ ГРУППЫ ВАСИЛИЙ ДАНИЛОВИЧ ШУМИЛЬНЫЙ
08.04.2012 01:00
До жителей Тарханкута порой доходили слухи о сражениях каких-то партизан с врагом, уничтожении ими румынского обоза, фашистских солдат и офицеров на Аблямитском мосту, диверсиях на коммуникациях противника, пожаре на маслоцехе в селе Аккоджа (ныне Дозорное).
Вспоминали они и о том, как оставили народные мстители на всеобщее обозрение прямо в центре моста фуражку убитого ими немецкого офицера. Скорее всего, это дело рук бесстрашных подпольщиков из группы В. Д. Шумильного
Василий Данилович Шумильный, бывший красноармеец, попал в плен к фашистам на мысе Херсонес при завершении обороны города Севастополя, впоследствии бежал из плена и принял активное участие в подпольном движении.
До настоящего времени в «Книге памяти» по городу Севастополю он значится пропавшем без вести. А между тем, в Госархиве АР Крым содержатся документы, детально отражающие патриотическую деятельность В. Шумильного уже после завершения обороны города. Это, в первую очередь, рукописный дневник самого Шумильного, дописанный его боевыми друзьями после гибели героя (ф. 156, оп. 1, д. 58), а также материалы штаба партизанского движения 51-й армии 4-го Украинского фронта, с которым Василию Даниловичу удалось установить контакт, и по заданию которого он впоследствии действовал. В Евпаторийском и Черноморском краеведческих музеях сохранились письменные воспоминания очевидцев событий. Многое о последних часах жизни Шумильного нам рассказал и бывший подпольщик Василий Афанасьевич Соколов, на глазах которого погиб этот отважный человек.
В анкете, которую В. Шумильный заполнил в штабе 51-й армии при зачислении его в партизанский отряд, он писал, что родился в 1919 году в Днепропетровской области, по национальности – украинец. Окончил училище младшего технического состава, в ряды Красной армии был призван Мариупольским райвоенкоматом. В 1942 году принят кандидатом в члены партии.
В начале войны Василий Данилович был откомандирован в город Тернополь на учебный аэродром, затем служил в действующей армии, сначала «в 62-й бригаде», где был ранен, затем - на «29 авиабазе», вместе с ней отступил на Кавказ. В 1942 году его как военного специалиста перебросили в город Севастополь в «36 окружные авиамастерские» на должность начальника электроцеха. Здесь Шумильный получил звание младшего военного техника.
К этому времени завершалась оборона Севастополя. В начале июля части Красной армии оставили город. Большинство военных формирований отошли на мыс Херсонес, где продолжали сдерживать натиск врага около маяка и позиций 35-й батареи. Несколько тысяч советских солдат и офицеров оказались отрезанными от «Большой земли» немецкими и итальянскими подводными лодками, попали в окружение, а затем - в плен к фашистам. Многие красноармейцы пытались прорваться через плотные заслоны противника к крымским партизанам. Но это было почти нереально. В числе подобных смельчаков находился и Василий Шумильный. «…Я собрал 12 молодых ребят. Решили ни в коем случае не даться в руки фашистам и прорваться через цепь фашистов в горы», - писал он в своём дневнике. Однако красноармейцев постигла неудача. В бою Шумильный потерял всех своих товарищей, и выбившийся из сил был захвачен в плен фашистами. Затем - лагерь для военнопленных, откуда удалось бежать через 3 дня (Госархив в АР Крым, ф. 156, оп. 1, д. 58, л.л. 112-113).
Некоторое время Василий Данилович жил на северной стороне города Севастополя у знакомой девушки. После неудачной попытки угнать у фашистов автомашину и уехать на ней за линию фронта (около села Николаевки закончился бензин, от рук оккупантов погиб напарник Шумильного), он перебрался в город Евпаторию. Здесь удалось связаться с другими патриотами: Петром Фёдоровичем и Виктором Петровичем Саенко, Николаем Никифоровичем Рикуновым, Константином Ивановичем Петренко. В.П. Саенко достал радиоприёмник, с помощью которого принимали сводки Совинформбюро и распространяли их среди населения. Василия Даниловича не раз выручало профессиональное знание автомашин. Пренебрегая опасностью и веря в свои силы, раздобыв необходимые документы, он устраивался работать шофёром на автобазу, затем в немецкую воинскую часть. Были попытки угнать самолёт и доставить на «Большую землю» выкраденные у фашистов планы военных объектов на территории Симферополя и Севастополя, пересечь линию фронта в районе Перекопа на автомашине, но они заканчивались неудачно.
Однако мстили фашистам, как могли, с какой-то отчаянной смелостью и самоотверженностью. Не раз вступали в вооружённые схватки с врагом на Аблямитском мосту в районе озера Донузлав, в городе Евпатории, на территории Ак-Мечетского, Фрайдорфского, Сакского районов. Оружие добывали в бою или выкрадывали у фашистов, к месту диверсий выезжали на угнанных у фашистов автомобилях. Свою подпольную группу патриоты называли отрядом им. Сталина (в письменных источниках встречается и второе наименование – «Взрыв»). Согласно документам Госархива в АР Крым, так называемое «ядро отряда» было сформировано в октябре 1942 года в городе Евпатории. В дальнейшем подпольные организации были созданы в Ак-Мечетском (ныне Черноморском) и Фрайдорфском районах (Фрайдорф – ныне пос. Новосёловское на территории Раздольненского района) (Госархив в АР Крым, ф. 156, оп. 1, д. 58, л.л. 115, 116). Их активным участником был и расстрелянный фашистами в начале 1944 года Иван Кобельченко.
В дневнике В. Шумильного содержится подробная информация о боевой деятельности подпольщиков. Приведу лишь несколько интересных фактов, связанных с нашим регионом.
25 октября 1943 года у шефа биржи г. Евпатории Шумильный лично угнал легковую машину. На этом автомобиле он вместе с товарищами выехал сначала в деревню Отеш для переброски оружия подпольщикам, а затем – Айдары (неподалёку от Евпатории), чтобы предупредить местных жителей – мужчин о возможной облаве. Здесь к ним присоединились одетые в полицейскую форму Иван Кобельченко и Леонид Соколов. Они предложили напасть на фашистов карательного отряда в деревне Тегеш (ныне Кольцово Сакского района). По дороге встретили немецкий обоз из 5 подвод, вступили в бой. Машина, на которой ехали подпольщики, была разбита. Пришлось взять лошадей и направиться к Аблямитскому мосту. Однако, наткнулись на румынских солдат. В сражении с ними И. Кобыльченко и В. Шумильный были ранены. Мать и сестра Ивана Кобельченко, как уже упоминалось ранее, жили на территории Ак-Мечетского района в селе Муссали (ныне Зайцево). Сюда и направились патриоты. Иван Кобельченко остался у родных долечивать раненую ногу, а Василий Шумильный, сделав перевязку, вернулся в город Евпаторию на конспиративную квартиру Саенко. Вскоре в схватке с фашистами погиб боевой соратник Шумильного – Леонид Соколов. Но борьба с фашистами продолжалась. В конце декабря 1943 года подпольщики во главе с Шумильным напали на немецкий обоз неподалёку от Ак-Мечети, уничтожив 6 подвод, 12 лошадей и 4 солдата противника (Госархив в АР Крым, ф. 156, оп. 1, д. 58, л. 119).
А в это время части Красной Армии подошли к Перекопу. Как уже отмечалось выше, в процессе подготовки Крымской наступательной операции, штаб 51-й Армии 4-го Украинского фронта с ноября 1943 года активно занимался созданием диверсионно-разведывательных групп на территории северо-западного Крыма.
В. Шумильный через некоторое время узнал о нахождении в северо-западном Крыму представителей этих разведгрупп и с их помощью переправился за линию фронта к месту дислокации штаба 51-й Армии 4-го Украинского фронта. Здесь он подал заявление о вступлении в партизанский отряд для дальнейшей борьбы с врагом: «Прошу оперативную группу партизанского движения принять меня в партизанский отряд, так как я желаю работать в тылу врага, вредить ему, уничтожать для полной победы над ним на пользу своей Родины» (Госархив в АР Крым, ф. 151, оп. 1, д. 635, л. 253).
Через некоторое время после специальной подготовки Шумильный получает задание создать партизанский отряд им. А.Невского на территории Ак-Мечетского района. В его состав должны были войти к тому времени уже действовавшие подпольные организации в селах Кировское и Ак-Мечеть. Руководителями были назначены Василий Шумильный и прикомандированный к нему для этой цели красноармеец Николай Задыхайло (Госархив в АР Крым, ф. 151, оп. 1, д. 635, л. 92).
В «Боевом приказе опергруппы от 19 февраля 1944 года» по этому поводу значилось:
«Для развития массового партизанского движения в Ак-Мечетском районе, для практической помощи Красной Армии в освобождении Крыма приказываю:
Укомплектовать ядро отряда им. А. Невского в составе: командир отряда – Шумильный Василий Данилович; комиссар – Гульдий (Гультяй) Александр Михайлович; начальник штаба – Иванов Владимир Григорьевич; командир группы – Валентин Агеев; командир группы – Николай Задыхайло. Шумильного и Задыхайло, находящихся в опергруппе партизанского движения, переправить через линию фронта и направить в район действий; Гульдия(Гультяя), Иванова, Агеева, находящихся в тылу у врага, направить в Ак-Мечетский район. Отряду переслать оружие. Ядру отряда сразу же по прибытии в Ак-Мечетский район приступить к боевым действиям, в период работы обрастать за счет местных партизан и патриотов Родины».
Приказ был подписан начальником оперативной группы при Военсовете 51-й Армии майором Чернянским (Госархив в АР Крым, ф. 151, оп. 1, д. 634, л. 34).
Из документа следует, что В.Д. Шумильный поддерживал связь с другими подпольщиками Ак-Мечетского района, среди которых упомянуты Гультяй и Агеев, вероятно взаимодействовал с ними при проведении диверсионных операций. А это, с учётом ранее приведённых фактов, означает, что на территории нашего района действовали не просто отдельные малочисленные патриотические группы, а существовала разветвлённая сеть взаимосвязанных между собой подпольных организаций. Некоторые из них (группы Гультяя, Умярова) были созданы по заданию партийных организаций, другие возникли стихийно, как, например, «партизанский отряд им. Сталина» во главе с Шумильным.
23 февраля 1944 г., после переправы через Каркинитский залив, Шумильный и Задыхайло вместе с оружием и боеприпасами прибыли в местечко Башкуль на явочную квартиру Соколовых.
О том, что в доме расположились на отдых подозрительные люди, фашистам, вероятно, сообщила соседка Соколовых. Вскоре они окружили дом, предварительно выгнав из него хозяев. Завязался продолжительный бой. Несмотря на значительное численное превосходство, румынским солдатам долгое время не удавалось одержать верх над советскими патриотами. Их спасали толстые стены здания, сооружённого из камня - дикаря, и большое количество оружия и боеприпасов. На второй день румыны подтянули пушку и стали стрелять из неё прямой наводкой. Шумильный в этом сражении погиб (его обожжённое тело фашисты увезли с собой), а Задыхайло был тяжело ранен и в бессознательном состоянии попал в плен к румынским жандармам. Впоследствии из плена он смог бежать с помощью подпольщиков (Госархив в АР Крым, ф. 151, оп. 1, д. 635, л. 92).
Василий Данилович Шумильный за свой подвиг штабом 51-й Армии 4-го Украинского фронта был представлен к званию Героя Советского Союза. « Достоин и представляется, посмертно, к званию Героя Советского Союза», - значится в документах оперативной группы штаба партизанского движения при Военном Совете 51-й Армии 4-го Украинского фронта (Госархив в АР Крым, ф. 151, оп. 1, д. 635, л. 147). Однако этого высокого звания, впрочем, как и других наград, он не получил. Видимо сказалось пребывание в плену у фашистов и на оккупированной территории. В этих случаях советское командование проявляло особую бдительность и порой излишнюю предусмотрительность при награждении солдат и офицеров. А Шумильный как раз и являлся кадровым военным. Возможно, что об обстоятельствах и времени его гибели так и не было сообщено родным, поскольку для соответствующих военных инстанций Василий Данилович так и остался пропавшим без вести при завершении обороны Севастополя. А о его деятельности как партизана и подпольщика знали лишь товарищи по оружию и командование опергруппой штаба 51-й Армии 4-го Украинского фронта, которые в условиях напряжённых боёв за Украину могли не иметь возможности разыскать родственников Шумильного.

Овчинникова Г.Н., старший научный сотрудник ГБУ РК ИАМЗ "Калос Лимен", учитель истории Черноморской средней школы №1
http://kaloslimen.org/ru/tarha...ilnyj.html

Сакский п/о http://saki-pressa.ru/2020/11/15/uxodili-v-poxod-partizany/#

фамилии и статьи : Прохоров Василий Васильевич, Пархоменко Спиридон Тимофеевич, Константин Павлович Водзинский, Анатолий Игнатьевич Булкот, Иван Гаврилович Дзюненко, Трофим Иванович Коваленко, Степан Филиппович Бузина, Михаил Михайлович Алферов, Федор Варфоломеевич Сутурин, Николай Дмитриевич Годлевский, Николай Яковлевич Юрко, Николай Яковлевич Кобяков, Иван Васильевич Таранец, Андрей Дмитриевич Вдовенко, Михаил Иосифович Ластовский, Кирилл Федорович Рязанцев