Станица Александрийская Георгиевского района СК

Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, был ли в Георгиевском округе населённый пункт Львов или Львовский, моя прабабушка родилась там в 1906 году в семье Зайцева Прокофия.

Natashkentciya написал:

[q]

Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, был ли в Георгиевском округе населённый пункт Львов или Львовский, моя прабабушка родилась там в 1906 году в семье Зайцева Прокофия.

[/q]

Здравствуйте. Название населенного пункта и округа есть в официальном документе Вашей прабабушки?

В Алфавитном списке населенных мест Терской области по данным 1900 года ( я нашла только х. Львовых (основан 1888-1895 г.г.) при селении Кази - Юрт . Это сейчас территория Кизилюртовского района Р Дагестан. Ранее эта территория входила в состав Терской области.

1914 год

продолжение
ГАСК Ф.Р-1150 Оп.1 д. 50 «По обвинению Скуменко (Искуменко) Марии, Наумова Василия в выдаче коммунистов».

Протокол допроса свидетелей по делу по жалобе гражданина Василия Тимофеевича Наумова на незаконные действия председателя временного ревкома станицы Свободной товарища Чернова по поводу конфискации Черным имущества Наумова ввиду ареста последнего по обвинению в выдаче советских работников белым бандитам составленной 21 января 1921 года в станице Свободной.
Показания давали следующие лица:
1. Мухортов Иван Антонович, председатель Исполнительного комитета ст. Свободной, 41 г., под судом и следствием не состоял, показал:
Как и при каких обстоятельствах Наумов был арестован белыми бандитами в ночь на 28 ноября 1920 г. и вообще был ли он арестован я не знаю, потому, что я сам был ими арестован (7-ю человек) и содержался под арестом в частном доме одностаничника Флора Комарова за караулов в числе 35 человек. Сам я не видел взят ли был Наумов бандитами и увезли в степь для встречи белого отряда. Но потом узнал от самого Наумова, когда его для допроса привел т. Черный 5 или 6 декабря, что он был взят белыми в плен полчаса двенадцатого в ночь на 28 ноября и увезен встречать основной отряд белых.
Наумова я знаю с 1913 года он у нас работает учителем в ст. Свободной (Букревский хутор). Он всегда был сторонник советской власти еще в 1918 году. Когда в 1919 году была власть кадетов то он оставался на своем посту учителем. При вновь образовавшейся советской власти он служил также учителем нашей станицы и был членом культурно-просветительского общества. Он и сейчас в 1920 г. до ареста всегда был большевиком и всегда держал строй коммунистов. На сколько я знаю он хороший человек и всегда шел на встречу трудовому народу.
Тов. Чернов (Черный) арестовал Наумова 5 или 6 декабря, но за что арестовал не знаю. Когда т. Чернов арестовал Наумова то на второй же день отправил его под конвоем в г. Георгиевск, а жену его с 2-мя малолетними детьми на одном подводе в ст. Александрийскую. На другой день Черный сам уехал в Георгиевск по делам службы и сейчас же приказал уже образовавшейся комиссии приступить к описи имущества Наумовых. Комиссия состояла из граждан ст. Свободной, товарища Кошелева, военного комиссара станицы тов. Кучукова и секретаря Ревкома Шапошникова. Эта комиссия и производила реквизицию имущества Наумова. Действовала эта комиссия по совей инициативе или по настоянию Чернова не знаю, но думаю что по распоряжению Чернова. Это потому, что когда член этой комиссии Кучуков раздавал лошадей Наумова гр. Полину и Харькову и на мой вопрос на каком основании он это делает, Кучуков ответил, что по приказу Чернова. Мне хорошо известно, что все имущество Наумова раздавалось по распоряжению Чернова, который накладывал свои разрешительные резолюции на бумажках. Выдано Черкасову 1 п. муки, военному комиссару Кучукову 1 п., 3 п. для праздника школы, своему секретарю Шапошникову ? п., Черный взял себе два пуда, когда уезжал из станицы в Георгиевск. Затем за несколько дней до отъезда Чернова, Шапошникова, последний приказал учительнице Качинской спечь из Наумовской муки в13 ф. хлеба, что она и сделала- два или три хлеба испекла. По приказу того же Черного я выдал 21 п. 10 ф. пшеницы жене Наумова, а около 11 п. граждане станицы по заявлениям которых положена резолюция. Про остальное мелкое имущество мне ничего не известно. 18 января состоялось постановление станичного Совета о возврате коровы жене Наумова- Устинье Наумовой, а про остальные вещи пока сказать ничего не могу.

2. Анна Иустяновна Качинская, учительница 1-ой ступени Свободненского училища, 29 лет, под судом и следствием не была, Наумовым посторонняя.
При каких обстоятельствах был Наумов арестован белыми я не знаю, был ли он ими арестован в ночь на 30 ноября 1920 г., так как на второй день с 1 -го декабря я видела его на свободе. Он сидел в классе и разговаривал со священником. С политической стороны я знаю тов. Наумова как деятельного советского работника, коммуниста-агитатора ибо он выступал на каждом собрании граждан станицы и призывал каждого из них вступить в коммунисты и кажется он был человеком партии. После ухода бандитов Наумов уехал в Георгиевск за керосином для станицы второго декабря и числа пятого декабря вернулся и в тот же день был арестован Черным, но за что я не знаю… На другой день уехал в город (Георгиевск) и Чернов. Производили опись имущества Наумова секретарь временного Ревкома Шапошников, военком Кучуков и заведующий Собезом Кошелев в присутствии граждан Харькова, моем и жены Наумова -Устинии Наумовой. Опись имущества производилась по распоряжению Черного. Были отданы лошади Полину, а другая Харькову. Корова с телком годовалым отдана мне. Корова не дойная. Наумовой дали пшеницы зерном 22 п., несколько пудов было дано Леону Наумову и ?риковой по сколько пудов не знаю. Муки было два мешка около 10 п. коих 3 п. выдали на детский праздник, 2 п. взял Чернов для себя, ? п. взял его секретарь Шапошников, 1 п. или ½ п. выдали новому учителю Черкасову. Шапошников взял хлеба для себя, а мне выдал муки 11 ф. взамен и еще осталась мука в мешке, которая и сейчас на лицо. Мед больше 2 п. с посудой был взят в потребительскую. Мне было сдано 42 курицы из коих две взято Черным и две Шапошниковым в чем имеются у меня их расписки. До сдачи мне курей издохло от голоду 26 штук, так как Черный Наумову не пустил в дом, где был корм. Пять гусей, две утки, швейная машина и комод у меня на хранении. Где девалась одежда, все белье Наумовых равно и детское, не знаю. Но знаю, что брюки взял Шапошников… Сейчас я живу в доме Наумовых, а вернее в кухне. Просил ли народ за Наумова оставить ему жизнь, не знаю, так как боялась выходить.
Протокол свидетеля
1921 года января 24
Качинская Анна Иульмановна, 29 лет, место жительство ст. Свободная, учительница, безпартийная, заведующая школой 1-ой ступени, социальное положение- пролетарское, до революции учительствовала в Черниговской губ.
Утром 29 ноября я боялась разгрома школы, отправилась туда где застала учителя Наумова и священника Баженова и Полина, которые разговаривали между собой. Наумов был страшно взволнован, очевидно на него разрушительным образом подействовал налет бандитов. После этого я пошла на дом к учителю Наумову и спросила у него привез ли он жалованье, он сказал, что привез и тут же стал мне жаловаться. При разговоре, когда я упомянула о необходимой поездки в г. Новочеркасск Наумов ответил, что пожалуй поедем и дальше Новочеркасска, а на мой вопрос почему, он сказал, что с белыми он уладил, а красных боится. В отношении Искуменко знаю только то, что у нее стоял штаб бандитов. Об остальном я ничего абсолютно не знаю. Кроме того говорила сторожиха школы Трапезникова София, что во время налета бандитов прибежала жена Наумова и пробыла у нее до утра. И на утро пришел учитель Наумов с офицером и успокаивая говорил, что все уже улажено и за тем на чей то отстреливается ли Леснов, Наумов заметил «посмотрим как он будет отстреливаться днем» после этого они все ушли в дом.

3. Баженов Александр Александрович, священник Св. Георгиевской церкви ст. Свободной, 50 лет (54 года), под судом и следствием не был, с Наумовым посторонний.
Наумова я знаю хорошо как политического деятеля за сов. власть ибо он всегда старался быть хорошим и честным работником нашей Советской Республики, был хорошим агитатором и всегда выступал на собраниях станицы во время митингов… За что Наумова арестовал Черный не знаю, слышал от людей, что якобы за выдачу советских работников. При каких обстоятельствах Наумов был арестован в ночь на 28 ноября 1920 белыми не знаю. Я только об этом узнал на утро, когда ко мне прибежала его жена и сказала, что мужа ее арестовали казаки и ему угрожает опасность. Я сразу же направился в станичную школу где был Наумов. Увидев его я спросил как его дело и получил ответ, что скоро вероятно решится его судьба. Я решил обратиться к командиру отряда с просьбой… и начал просить пощадить Наумова ради 4-х детей и жены, но он ответил, что Наумов коммунист. Начальник отряда дал мне слово, что просьба моя будет выполнена и жизнь Наумову будет дарована, также будет дарована жизнь жене застрелившегося председателя Исполкома и военкома Сергея Николаевича Леснова, за которую я также умолял начальника отряда. Расстрел совершился остальных товарищей совершился ночью и я об этом ничего не знал, так как не знал и о приходе белых. Относительно расхищения имущества Наумова мне ничего не известно. Правда часть имущества его (обстановка- мебель, граммофон с пластинками) в настоящее время находится в советской читальне.
Я думаю, что по укладу своих политических убеждений, не мог выдать советских работников Наумов, который был ярым если не коммунистом, то во всяком случае большевиком.

4. Амелько Александр Леонтьевич, станичный фельдшер ст. Свободной, под судом и следствием не был, Наумовым посторонним.
При каких обстоятельствах был арестован Наумов белыми и когда не знаю, но утром рано 28 ноября я видел как Наумов в сопровождении одного вооруженного незнакомого казака шел от своего дома к дому Скуменко Марии, где размещался штаб белых. В это время я шел на сход это было приблизительно в часов в семь утра, уже рассветало. Сидел ли он там под арестом я не знаю, но в часов 4-5 вечера его видел свободным. По частным слухам знаю, что якобы за него просили начальника отряда пощадить его жизнь, но кто просил не знаю. Белые уехали, а 30 ноября Наумов уехал в Георгиевск с поручением от станичных властей… Относительно расхищения имущества Наумова не знаю ничего, но слышал от многих лиц станицы, что такое было конфисковано Черным, но кому раздавалось и как не знаю. Но однажды слышал, когда приехали какие-то агенты Сов. власти, Черный отдал приказ пойти к Наумову и взять две курицы для стола, но были ли таковые взяты не знаю…

29 января 1921 г.
5. Русанов Иван Андреевич, 46 лет, под судом и следствием не был, Наумовым посторонним.
Василия Тимофеевича Наумова я хорошо знаю, но как политического работника мало знаю. На митингах с речами выступал и всегда был за Сов. власть. К жителям он всегда относился добросовестно, в особенности к бедноте. Наумов был всегда врагом насилия…. Относительно расхищения имущества Наумова, белья, одежды и прочего, мне не известно. Мед и ящик яиц принесли ко мне Кучуков, Шапошников и Кошелев и приказали принять на хранение. Мед был в 2-х кувшинах и варенье в 2-х кувшинах. Через день или два ко мне поступает требование на мед и варенье от Черного, Шапошникова и Кучукова, но без письменного требования я им не дал ни фунта. Тогда они начали приезжать за медом и вареньем с записками Черного, после этого я им отдал и то и другое, т.е. мед и варенье… За медом приходи для разъяснения Матрена Тетюхина и Анастасия Косых по записке фельдшера с резолюцией на них Черного. От Тетюхиной- свекровь Прасковья Тетюхина, от Косых сам её муж Василий Косых и я отпустил им Тетюхиной и Косых фунт или полтора. Остальной же мед и варенье забрали записками Черного, Шапошникова и Кучукова, так как кроме означенных выше Тетюхиной и Косых никому не отпускал ни одного фунта. Ящик яиц и есть на лицо у меня из коих только отпущено Шапошникову 10 штук по записке, которую он обещал достать, но и по ныне не дал и с тем уехал. Лошадей Черный одну отдал Харькову, а другую Полину, а корову с телком Качинской. Об этом представляю 13 разных расписок. Добавляю, что из взятого меду для детского обеда в количестве одного пуда с посудой возвращено в лавку. Наумов белым меду, которых также хранился в лавке, добровольно не давал, а отдал его под угрозой. Мед этот был Советский, это я знаю со слов самого Наумова. Был ли Наумов арестован белыми я не знаю, так как не видел его под арестом и не знаю о даровании ему жизни. Но я не просил, а просил Семен Глебов командира отряда освободить Наумова от мобилизации ибо хотели мобилизовать. Просили для того, чтобы школа не осталась без учителя.

6. Полин Семен Никитич, 38 лет, под судом и следствием не был, Наумову посторонний.
Наумова я знаю хорошо. За Сов. власть он еще в 1918 году хорошо стоял, всегда выступал оратором на собраниях и митингах. Он враг всяких насилий и грабежей. Всегда относился к народу добросовестно, с любовью, в особенности к беднякам, но был ли он коммунистов не знаю. Из каких обстоятельств был арестован Наумов белыми я не знаю, ибо я был в то время в ст. Александрийской, от куда возвратился в воскресенье вечером. Белые же пришли в 12 часов ночи в субботу на воскресенье 27 ноября. Сейчас же меня стал спрашивать командир белых, о том я коммунист, но я ответил нет. Он спросил коммунист ли Наумов, я ответил тоже что не знаю. И действительно я не знаю, да и вообще что такое коммунизм я не знаю и теперь. Я стал просить не приезжать к Наумову, так как он хороший человек, но он мне ничего на это не ответил и сказал: «можете уйти». При каких обстоятельствах Черный арестовал Наумова я не знаю, а также не знаю, кто и по чьему распоряжению производили реквизицию имущества Наумова . Знаю только понаслышке, что лошади были отданы Николаю Полину и Федору Харькову, а корова – Качинской- живущей в доме Наумова.

7. Маслюк Алексей Николаевич, 37 лет.
Наумова я мало знаю. При каких обстоятельствах и когда он был арестован белыми, не знаю, так как в то время был в г. Георгиевске на врачебной комиссии и возвратился в ст. Свободную 29 ноября в часа два дня. После моего приезда белые ушли из станицы часа через три. Я тут же был арестован ими с подводом и был отведен в их штаб в доме Искуменко Григория. Но после опроса был отпущен их командиром как больной. Опрошен я был в том, какой я принадлежу партии. При каких обстоятельствах Наумов был арестован Черным и за что я не знаю.
Относительно конфискации имущества и вещей Наумова скажу следующее: После катастрофы с белыми, Наумов уехал в город, Черный же приехал в Свободную числа 2-го декабря. Наумов уехал в город с женой и 2-мя детьми, а возвратился числа 5-го или 6-го тоже с женой. Черный в их отсутствие взял у Пешковой оставленные Наумовым ключи от первой квартиры, но брал ли он там что из вещей, не знаю. Спустя несколько дней было предложено моей жене Качинской принять на хранение какие-то вещи Наумова и птицу по описи, причем хотя и некоторые вещи были внесены в опись, но взяты по распоряжению в читальную – библиотеку. Когда уезжали из ст. Свободной Черный и Шапошников, то вещи от них принимал по описи, а на те вещи, которых по описи не доставало, выдавали мне расписки о взятии их. Каким образом попали к ним в руки вещи Наумова, я не знаю. Расписки на забранные вещи у меня есть и имеется опись оставшегося имущества. Муки Наумова раздавал Мухортов по приказу Черного и тоже самое было и с пшеном. Словом ничего не делалось без приказа Ревкома и Черного. На сколько мне известно, никакой комиссии по реквизиции вещей Наумова не составлялось.
В настоящее время из имущества Наумова находятся на хранении у моей жены: корова с теленком, две утки, пять гусей и курей 25. Сход постановил выдать расписку Наумову впредь до оглашения над Наумовым суда.

8. Пешкова Пелагея Константиновна, 50 лет.
Наумова я хорошо знаю. Когда его арестовывали белые я не видела, узнала об этом лишь на утро, когда пришла ко мне жена Наумова со слезами и рассказала, что арестовали и наверно расстреляют. Я начала успокаивать. За сов. власть Наумов стоял горой. Слышала от самой Наумовой, что бандиты забрали у них много вещей: простыни, полотенца, юбки, кофточки и его одежду, одеяло, шаль. После ухода белых, Наумов с женой уехал в город, а через несколько дней вернулись в станицу. Подъехали к моему дому, повыскакивали детей, а сами поехали домой и по дороге в Ревком их Черный арестовал. В этот же день, когда Наумовы возвращались из города, часа за два, за три раньше их приезда, Черный прислал ко мне дежурного за ключами от квартиры Наумовых. Я ключи хотя и отдала дежурному, но пошла и сама за ним. Черный отпер квартиру и в моем присутствии взяли всю обстановку, клеенку, вязанную скатерть, граммофон, зеркало и музыкальные инструменты и велел отнести все это в читальню. Взяли также мед и варенье и распродавали. Когда мебель взяли, то квартиру снова заперли на замок и ключ мне отдали обратно. По приезду Наумовых я отдела ключи, да Наумова Черный арестовал и отнял у него ключи от квартиры и погреба и держали их у себя. …

9. Шошин Тимофей Яковлевич, 32 г.
Наумова я хорошо знаю, он всегда стоял за сов. власть. Не знаю состоял ли он в партии….

10. Кучурина Анастасия Ивановна, 51 г.
Наумова я знаю хорошо как человека, но с политической стороны про него сказать ничего не могу. …

11. Кошелев Егор Андреевич, 51 г. б. член совета и теперь зав. Собеза.
Наумова как человека я знаю с хорошей стороны, он мне неоднократно предлагал записаться в партию коммунистов, но сам ли он был коммунистом не знаю. Был ли он арестовал белыми не знаю, я в это врем я отсутствовал в станице. Черным он был арестован в моем присутствии в Исполкоме по решению Ревкома. Черный всячески выражался по адресу Наумова и угрожал ему, что застрели его когда Наумов просил ег дать ему свободу. После ареста Наумов был отправлен в города на 3-и день. А на второй день было взято его имущество на учет. Но комиссии по этому поводу не было образовано, а лишь только Черным было приказано Кочукову (Кучукову), Шапошникову и мне произвести опись, что и было сделано и имущество сдано на хранение тов. Маслюкову и при мне никто из них ничего не взял. Мебель, граммофон, зеркало, книги были взяты раньше по распоряжению Черного. Мед, яйца были сданы в Епо. Меда и варенья было больше 2-х пулов. Лошадей по приказу Черного отдали в распоряжение беднейшим гражданам Николаю Полину и Федру Харькову, а корову с телком и птицу сдали Качинской.

12. Корелин Федор Михайлович, 49 л.
Наумова я хорошо знаю как человека и как политического работника, он даже был внесен в список партийных работников. Когда он был арестован белыми то я даже отправился было с Софией Корелиной к командиру отряда просить за Наумова освободить его от мобилизации, в виду того, что детей нельзя оставить без учителя. По дороге я узнал, что от мобилизации он освобожден. Также ничего не знаю при каких обстоятельствах он был арестован тов. Черным и за что было расхищение его имущества также ничего не знаю.

13. Зиновьев Алексей Алексеевич, 26 л.
Наумова я знаю как человека и школьного работника с хорошей стороны. За власть Советов стоял горой... и был сторонник коммунистов и даже говорил всем, что он сам заделался коммунистом и приглашал записаться в партию наших граждан. При каких обстоятельствах он был арестован белыми я не знаю, так как отсутствовал в Канглах и возвратился от туда как раз когда банда белых выходила из нашей станицы, которые хотели даже и меня мобилизовать, но не удалось. Также не знаю, ха что Наумов был арестован тов. Черным. Относительно конфискации имущества также ничего не знаю. Из дома Наумова во время его отсутствия и отсутствия его жены выносилась мебель в читальню. Дня через три после ареста Наумова, Черный в моем присутствии приказал отдать Леону Наумову 10 или 12 пудов пшеницы, принадлежащей Василию Наумову и Жариковой вдове, но сколько не знаю и получила ли она не знаю. Сколько было муки у Наумова не знаю, но знаю, что Черный написал требование Мухортову об отпуске ему муки, что Мухортов и сделал. Муку эту взял подводчик Полин и отвез его Черного в город и после этого Черный ко мне не приезжал в станицу.

14. Брянцев Матвей Павлович, 48 л.
Наумова я хорошо знаю как политического работника еще с 1918 г. Он всегда был ярым большевиком и всегда стоял за власть Советов и даже за две недели до происшествия в нашей станице записался в партию коммунистов. Всегда выступал на оратором на митингах и старался пропагандировать комсомол и не могу допустить, что он мог выдать бандитам советских работников. В 1919 г. участвовал с администрацией станицы по оправданию причастных лиц к большевизму перед Пятигорской военно-следственной комиссией при кадетах. Относительно ареста его белыми ничего не знаю, так как у меня в то время как раз умерла мать и я никуда не отлучался из дому. Через несколько дней после белых я и Наумов с женой возвратились из Александрии и сейчас же Наумов был арестован, но за что я не знаю. При аресте я не присутствовал, но знаю, что имущество Наумова после его ареста было взято на учет по распоряжению Черного…

15. Трапезникова София Андреевна, 38 л.
Наумова я хорошо знаю как человека. Он всегда был на стороне Советской власти, он смеялся со священника и никогда не ходил в церков. Я не думаю, что он выдал коммунистов бандам. В ночь на 28 ноября ко мне прибежала жена Наумова и говорит, что ее Васю арестовали какие- то бандиты и увели с собой в степь. Через несколько времени ко мне пришел Наумов в сопровождении 3-х вооруженных казаков и взял домой жену. Больше по этому поводу я ничего не знаю и не знаю был ли Наумов арестован белыми. Когда белые ушли из станицы они пробыли два дня, то Наумов в тот час же уехал с женой в станицу Александрийскую и возвратился дней через пять. Когда он приехал по пути же Черный его арестовал, а за что не знаю. При аресте я не присутствовала… До приезда Наумова из ст. Александрийской Черный велел Пешковой отпереть квартиру и велел забрать мебель, граммофон, зеркало и отнести в читальню, что и было сделано. Тогда он же велел поймать 3-х куриц и зарезать. После этого часа Наумов приехал часа через два и сейчас он был арестован. Знаю, что после отправления Наумова в город было описано его имущество. Сколько было у Наумовых муки, не знаю. Черный взял себе 2 п. муки, 1 п. взял его секретарь Шапошников, 1 п. выдали новому учителю, 3 п. взято было для училища на детский праздник, несколько фун. дали Качинской для выпечки хлеба себе и еще кому то раздавали муку. Было ли зерно-пшеница, не знаю. Мед и варенье были взяты в лавку, то что с ними сделали не знаю. Я сама видела как уезжая Черный взял себе 2 п. муки на повозку. Неграмотная.
Протокол
1920 года декабря 8 дня
Я председатель Революционного Комитета Черный сего числа допросил в качестве свидетеля София Андреевна Трапезникова по делу расстрела 17 ответственных работников-коммунистов и налета банд в ночь на 28 ноября…
Когда налетела банда, то ко мне ночью прибежала жена учителя Наумова, которая сказала, что моего мужа кто-то взял. Через некоторое время пришел сам Наумов, который разговаривая женой сказал, что с квартиры Леснова отстреливаются. Наумов с ироний сказал: «Посмотрим как они днем будут отстреливаться». А после Наумов разговаривая с одним из бандитов сказал, что вот коммунисты отобрали у всех как-то муку, зерно, курей и др. продукты с казаков.

16. Мелихов Федор Гаврилович, 36 л.
Наумова я хорошо знаю как политического работника…, поэтому не могу допустить, что он мог выдать политических работников. Как он был арестован белыми бандитами и товарищем Черным и за что не знаю. (смотри дополнительные показания).
Дополнительные показания: по приказу Черного во время моего дежурства при Ревкоме, я ходил во двор В.Т. Наумова и с помощью Ма…ка поймал двух курей, которых передал Петру Маликову, который и отнес их на квартиру Черного в дом Сопина. Для кого эти куры предназначались, не знаю. Больше ловить курей Наумовских мне не приказывали.

17. Трапезников Федор Федорович, 2? лет.
Наумова я знаю как человека и политического работника за Сов. власть еще с 1918 г. Как тогда так и в 1920 г. он всегда выступал оратором на митингах и политических собраниях. Был арестован в ночь с 27 ноября белыми бандитами в воскресенье т.е. 28 ноября и я его не виде ибо сам из дома не выходил, а уже на второй день т.е. 29 ноября я его видел на свободе. Слышал от своей жены, что старики просили командира отряда, чтобы Наумова не мобилизовали, т.к. училище останется без учителя. После ухода белых Наумов сейчас же уехал в станицу Александрийскую с женой и 2-мя детьми. Дня через два приехал Черный, а Наумов возвратился почти через неделю. И когда приехал в станицу не успел отпрячь лошадей как был арестован Черным. Я далеко от той мысли что Наумов мог выдать бандитам политических советских работников. После этого ареста и отправления в город видел как имущества часть была перенесена в читальню. Мед, варенье и яйца в лавку. 22 п. пшеницы как корма была дана жене его, муки тоже было пудов 10 или 12, но куда девалась мука и остальная птица не знаю. Брал ли себе муки и курей Черный и разрешал ли брать своим сотрудникам, не видел и не слышал.

18. Глебов Семен Алексеевич, 45 л.
Наумова я хорошо знаю как политического работника еще с 1918 г… Я не могу допустить чтобы Наумов мог выдать убитых товарищей, которые относились к гражданам станицы. Истории ареста Наумова белыми в ночь на 28 ноября 1920 г. я не знаю. Узнал я лишь когда начали собирать на сход граждан. Когда я его увидел в училище на то он был под конвоем и я с перва даже не узнал он положительно не был похож на себя, был страшный день. После схода я пошел с Русановым к командиру отряда в их штаб там увидели священника Баженова и мы все вместе начали просить командира даровать жизнь Наумову и он дал в этом слово. После этого я видел в правлении Наумова уже без конвоя.
Белые пробыли у нас 2 дня. Командир дал распоряжение мобилизовать казаков и в эту мобилизацию попал и Наумов, ноя и Русанов стали Наумова и от мобилизации просить, он был как учитель. Белые уехали 29-го а Наумов уехал с женой и 2-мя детьми в станицу Александрийскую чтобы ехать в город. Дней через несколько приехал Черный к нам в станицу в качестве временного предревкома. Наумов возвратился через неделю и когда ехал был арестован Черным в моем присутствии. Черный ругал Наумова скверными словами и угрожал что застрелит на месте.
Знаю, что когда уезжала жена Наумова в ст. Александрийскую и хотела увезти с собой один мешок муки, то дежурный при Исполкоме, по приказу Черного, велел снять муку и отвезти в лавку, что и было сделано. Я видел однажды как гражданин нашей станицы Петр Маликов нес пару курей. На мой вопрос кому ты несешь этих курей, он ответил, что на ужин Черному, на мой вторичный вопрос чьи это куры и где ты взял их, он ответил, что куры Наумова и взял он их во дворе его. Я слышал от Русанова и многих других, что Черный взял себе в город 2 п. муки, 3 п. было отпущено на детский праздник. Давали Богомоловой и новому учителю и еще кому-то сколько не знаю. По приезду Черного, Шапошникова и доктора в станицу Свободную, два последних остановились у меня на квартире. Когда произошла конфискация имущества Наумова, то Шапошников однажды принес домой, т.е. к себе на квартиру сверток. На мой вопрос, что это за сверток, он ответил и показав мне, что кроенные брюки из азиатского сукна, одна нательная рубашка и одна теплая взяты у Наумова, а также садовы «крючком» поясик, а четыре пары передов взяты у Петра Скуменко. Все эти вещи Шапошников сказал что должен будет предоставить их в полит Бюро в г. Георгиевске, но потом с одного куска товара приказал Михаилу Дорохову сшить себе ботинки, за что заплатил Дорохову 2000 рублей, а остальные 3 куска для передов, рубашки, кроенные брюки увез с собой в город и уже наши граждане видели эти брюки на Шапошникове сшитые «голифе» . Смотреть дополнительное показание в конце.
Дополнительные показания.
Когда граждане станицы узнав, что учитель Наумов арестован и отправлен в город, то много более 50-ти человек пришли в Ревком узнать историю за что его арестовали и когда сказали Черному что его народ просит выйти к нему, то Черный выйти отказался и приказал через посланного Алексея одностаничника разойтись, в противном случае всех поставит к стенке. Во всю свою бытность в станице Предревком Черный обращался крайне грубо, всех запугивал арестом и расстрелами и всегда не давал никому рта раскрыть.

25 января 1921 года

19. Полин Федор Степанович, 26 л.
Когда Черный и Шапошников уезжали совсем из станицы Свободной в город, я и одностаничник Яков Ракитин были подвозчиками. На моем подводе ехал Шапошников и один красноармеец кажется по фамилии Бугаев, а на подводе Ракитина ехал Черный , инструктор и еще кажется красноармеец, фамилии которой не знаю. На подводе была положена мука в двух мешках. ..и туша барашка без одной ноги. Узелок в котором я не знаю что было и папка с книгами. Что было на подводе Ракитина я не знаю. Когда приехали в город, то сперва я поехал в квартиру Черного, Ракитин же после заехал к Черному, где и ночевал. Когда я ехал к дому Черного , то Шапошников зашел к последнему и был там минут пять , выйдя я его отвез в его квартиру и ночевал. Шапошников унес мешок с мукой в котором было около пуда, тушу барашка, а мешок в котором было два пуда муки я отвез на квартиру Черного и Ракитин взял эту муку и отнес в квартиру Черного и кому передал не знаю. Истории ареста Наумова белыми и тов. Черным не знаю, так как в это время отсутствовал в станице.
Добавляю: при выезде из станицы Свободной ко мне на подводу принес мешок с мукой Федор Пешков, где он их взял не знаю. Тушка барашка была положена на мою подводу во дворе Василия Сопина, где стояли на квартире Черный и Шапошников, а мешок с мукой около пуда или больше, когда подъехали к дому Наумова то Шапошников слез и пошел в дом и от туда возвратился с мукой. Там уже жила учительница Качинская.

20. Сопина Евдокия Яковлевна, 43 г., неграмотная.
У меня на квартире остановились Черный и Шапошников и были дней 20. За это время они выгоняли из станицы подводы ? раза. Привозили из Бондаренкина хутора овец. Один раз ездил мой сын Пантелей и привез четыре живых овцы и одну зарезанную. Живые были пущены к моим овцам, а туша разделанной овцы была подвешена в кладовой. А дня через ? всех живых отец и разделанную отправили в город на подводе кажется Дмитрия Русанова и Никиты Жабина с которыми Черный и Шапошниковым они и двух индюшек взятых также из хутора Бондаренко. Этих индюшек также возил мой сын вместе с овцами. Овец и индюшек привозили каким-то товарищам. А ночью Шапошников привез еще овец , но на чьей подводе не знаю. Шапошников говорил, что эти овцы тоже взяты на хуторе Бондаренко. Этих овец я и Шапошников порезали у меня на дворе и отвезли также в город. Отвозил один Шапошников. Шапошников также развозил в город уже один гусей и двух уток. Гусей и уток говорят покупал в станице нашей… В мед и варенье Наумова прямо плевали Черный и Шапошников, они его даже разбрасывали по полу и на окнах. Других вещей у них я не видела. Про дело Наумова ничего не знаю.

21. Шошина Евдокия Васильевна

22. Дорохов Михаил Никитич, 54 года, судим в 1897 году Владикав. Окруж. Судом и приговорен на один год тюрьмы за растрату чужого имущества.
Наумова я хорошо знаю. Советский работник он добросовестный. Про историю его ареста белыми, а также тов. Черным ничего не знаю, а равно не знаю про судьбу его имущества.
Относительно товарища Шапошникова, секретаря б. временного Ревкома. Он однажды, кажется через неделю после ухода белых, принес мне кусок кожи с пол листа бумаги из которых вытащил союзки- большие. Кусок этот оказался знакомым ибо такие куски видел у Петра Искуменки. На мой вопрос Шапошникову где достал кожу, он ответил, что в городе. Этим куском кожи я …ботинки, за что получил от него 2000 рублей.

23. Маликов Петр Иванович, 26 л.
Однажды я шел в Правление, встретил Федора Мелихова, который нес пару кур живых. Он отдавая мне этих кур сказал, чтобы я отнес их к Черному. На мой вопрос где он взял курей Мелихов ответил, что Черный приказал взять их во дворе Наумова. Я их отнес Черному на квартиру Сопина Василия. Относительно Наумова скажу: его я знаю как политического работника еще с 1918 г….

24. Сопин Пантелей Васильевич, 17 л., неграмотный.
Недели через полторы после приезда Черного в нашу станицу, Черный послал меня вместе с одним красноармейцем или агентом фамилии не знаю, на хутор Бондаренки, стоящий от нашей станицы в 6 или 7 верстах. Это было днем. Мы приехали и зашли в дом Бондаренки. Агент велел хозяину поймать овец, что и было сделано. Четыре овцы положили на подводу живыми, и одну зарезал. Одну тушу без кожи и пару живых. Я не видел чтобы за все это агент плотил деньги. Черный с нами на хутор в этот раз не ездил. Живых овец пустили на баз к своим овцам, тушью баранью подвесили в кладовке, а индюков пустили в амбар. На другой день Черный с тем же человеком ездил со мной за овцами. Эту тушу баранью и индюков отвез на двух подводах Никиты Жабина и Дмитрия Русанова. Больше я никуда не ездил. За подводу я ничего от Черного не получил.

25. Жабин Никита Григорьевич, 25 л., неграмотный.
За неделю перед Рождеством я был запряжен в подводы в г. Георгиевск от тов. Черного. Утром я заехал во двор Сопина где стоял на квартире Черный. Был запряжен в подводы и Дмитрий Русанов. Намою подводу было положено две живых овцы пару индюков, мясо и 5-ть штук курей. По приказу Черного я ездил к Стефану Русанову, живут в нашей станице. Курей выносил сам Русанов и мальчик их. На моей подводе в город ездил только Черный, а на подводе Русанова каких-то два товарища фамилий которых я не знаю. В городе Черного я подвез к его квартире, где живет он сам и его тесть. Там я оставил овец, индюков, курей и мешок. В мешке было что-то вроде мяса. Куда повез Дмитрий Русанов трех товарищей не знаю, так как с ним разъехался в городе на ярмарке около бассейна. У Русанова на подводе тоже было две овцы живые и такой же мешок, тоже кажется с мясом.
Об аресте Наумова белыми так и тов. Черным, а равно о вещах Наумова по его политической деятельности ничего не знаю.

26. Русанов Дмитрий Абрамович, 50 л.
За неделю до Рождества Христова по распоряжению Черного я был наряжен в подводчики в город. Приехав во двор Сопина было рано утром где стоял на квартире Черный. По его приказу я поймал на базу две овцы и две овцы поймал Жабин , который тоже был в подводе. Я положил на подвод две овцы, Жабин тоже положил на свой подвод две овцы и мешок. Какие то два товарища фамилий и имен их не знаю – один низкого роста , другой высокого. Этих товарищей я отвез в город. Когда подъехал к ярмарке, то на площади один из товарищей пересел на подводу Жабина на которой ехал Черный. А другого товарища вез дальше на какую то улицу и дом. Там я сбросил овец и мешок, в котором было мясо-баранина. Относительно Наумова скажу, что в 1918 г. был сторонник советской власти.

26-го января 1921 года

27. Русанов Стефан (Степан) Андреевич, 53 года, Наумову доводится двоюродный дядя (по жене Наумова)
…Ареста его как белыми так равно и Черным, а также и о реквизиции его имущества, ничего не знаю ибо много страха пережил вследствие того, что белые долго осаждали мой дом, в котором жил покойный товарищ военком Леснов. Дом сделали наподоби решета. Я слышал от многих, что когда Наумова отправляли под арест и когда народ и замолвить за него несколько слов хороших, тов. Черный приказал разойтись, в противном случае поставит к стенке. Когда после всего немного успокоилось, то однажды Черный обратился ко мне с просьбой продать ему ягненка к празднику Рождеству Христову, после чего он уехал в город, а по возвращению обратно в станицу, Черный начал просить продать ему не одну, а две овцы. Я долго колебался, но он уговорил меня, что одной овцы мало для него, так ка одну он должен зарезать для праздника для себя, а другую для глав. Его Начальника Полит Бюро, которому обещал привезти из станицы и просил сказать цену. Я сперва колебался как мне быть, но потом объявил цену за две овцы ? руб. и Черный не сказав ни слова вынул и уплотил мне 1000 руб. Затем также спросил продать ему несколько курей для завода в подарок своей жене. Этих овец Черный отправил в город с подводчиком Федором Михайловичем Карелиным, который положив на свою подводу моего сена пудов 10-ть, конечно с моего на то согласия. Положил овец на сено и уехал. Чернов просил назначить цену за курей и просил продать штуки четыре. Я сказал, что денег не возьму ибо не знаю цены на курей, сказал, что даю без денег, это подарок его жене. Когда он уехал из нашей станицы совсем то приехал Никита Жабин на подводе и я вместе с ним поймал четыре курицы и одного петуха. И Жабин уехал к Черному на квартиру.

продолжение
ГАСК Ф.Р-1150 Оп.1 д. 50 «По обвинению Скуменко (Искуменко) Марии, Наумова Василия в выдаче коммунистов».

Протокол свидетеля
4 февраля 1921 года
Я, следователь Политбюро при милиции Резанов допрашивал в качестве свидетеля по делу Наумова
Корелин Федор Михайлович, 49 лет, хлебороб, нигде не служит, безпартийный, социально положение: хозяин-средняк, место жительство: ст. Свободная.
Учителя Наумова я знаю как энергичного Советского работника… Во время налета бандитов, его первоначальное поведение мне не известно. Во время схода я видел Наумова на этом сходе как арестованного. Я лично с одной женщиной хотел просить бандитов его оставить не привлекать его к мобилизации, то узнал от встретившегося по дороге к штабу бандитов Русанова, что Наумова от мобилизации освобожден. Кроме того мы ходили к начальнику бандитов просит за тов. Леснова даровать ему жизнь и он согласился, предварительно предложив Леснова вывести и показать. Последний не согласился выйти из комнаты и как известно застрелился.

Протокол свидетеля
4 февраля 1921 года
Я, следователь Политбюро при милиции Резанов допрашивал в качестве свидетеля по делу Наумова
Русанов Иван Андреевич, 47 лет, хлебороб, безпартийный, где служит: в Е.П.О. (лавка) ст. Свободной, какую должность занимает: председателя, социальное положение: хозяин-средняк, место жительство: ст. Свободная.
В первый день налета бандитов на нашу станицу, их жестокая расправа над тов. коммунистами, назначение мое атаманом, все это на меня так подействовало, что я даже то не помню что творилось у нас в этот день и конечно не помню видел ли я в этот день учителя Наумова и был ли он арестован ими или нет сказать не могу. На следующий день когда как атаману и моему помощнику Глебову было предписано составить списки мобилизуемых казаков, когда я узнал, что в эти списки попадает учитель Наумов, то я с Глебовым пошел к командиру банды и стал просить его оставить Наумова учить детей. Командир дал согласие и я после этого ушел и возможно после меня Глебов просил начальника банды оставить жизнь учителю Наумову. Сам лично я об этом не просил. Банда от куда то узнала, что в станице есть советский мед. Они стали требовать, чтобы я выдал этот мед. Я сказал, что он находится под ведением Наумова. Позвали Наумова, он видя, что отдать так мед нельзя сказал мне, чтобы я выдал бандитам для больных. Отпуская мед для больных в лавке, то есть бандиты и растащили весь этот мед.

Протокол свидетеля
4 февраля 1921 года
Я, следователь Политбюро при милиции Резанов допрашивал в качестве свидетеля по делу Наумова
Глебов Семен Алексеевич, 45 лет, хлебороб, безпартийный, где служит: в зем отделе ст. Свободной в должности секретаря, социально положение: хозяин-средняк, место жительство: ст. Свободная.
Во время налета бандитов на следующее утро когда был собран сход, я также пошел на этот сход. Через некоторое время туда привели учителя Наумова под конвоем, а затем через некоторое время его опять куда-то повели. По окончанию схода я вышел с Русановым и отправился в штаб банды, там уже был священник Баженов и мы все стали просить за учителя Наумова и командир банды сказал нам даровать ему жизнь предложив нам донести его в списки мобилизуемых. Мы обратно стали просить командира банды оставить Наумова у нас в станице. Командир банды согласился.

Протокол свидетеля
4 февраля 1921 года
Я, следователь Политбюро при милиции Резанов допрашивал в качестве свидетеля по делу Наумова
Баженов Александр Александрович, 50 лет, священник, социально положение: пролетарское.
Во время налета бандитов на ст. Свободную уже на утро ко мне прибежала жена учителя Наумова и плача заявила, что ея муж схвачен бандитами и стала просить помочь ея. Я оделся и пошел в школу, там был сход закончился и народ расходился. Я увидя командира банды подошел к нему и стал просить за учителя оставить жизнь ему. Сначала командир банды не соглашался говоря что он коммунист, но затем обещал мне, что им останется жизнь. После, когда застрелился тов. Леснов и когда бандиты грабили вещи в доме и зайдя туда я увидя такую картину и боясь кабы бандиты не сделали какого либо насилия с женой Леснова и детьми, то опять пошел к командиру банды и просил его оградить от насилия жену и детей Леснова и тут же просил за учителя Наумова.


ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
25 марта 1921 г.
г. Владикавказ
Следователь докладчик при Тероблревтрибунала Курелюк, рассмотрев дело № 194 по обвинению Василия НАУМОВА и Марии СКУМЕНКО в выдаче коммунистов НАШЕЛ, что данными добытыми следствием устанавливаются следующие обстоятельства6
В ночь на 27 ноября прошлого года в ст. Свободную близь Георгиевска налетела банда белых, численностью 150-200 человек, в конном строю занявшая на два дня станицу, банда расстреляла в ней 17 местных коммунистов и безнаказанно скрылась. В выдаче бандитам коммунистов были заподозрены Заведующий Местным Отделом Народобраза, член Ком. ячейки НАУМОВ и местная жительница, жена скрывающегося от Советской власти бандита, Мария СКУМЕНКО.
Допрошенные на предварительном следствии, в качестве свидетелей, показали:
КОЛЯДИНА Феодосия, 22 лет, беспартийная показала, что в часов 11 ночи в дом, принадлежащий Марии Скуменко, где жила свидетельница постучали неизвестные лица, с просьбой открыть им дверь. Когда двери были открыты в комнату ворвались человек 7 казаков и приказали сожителю свидетельницы Балашову одеваться и следовать за ними, при этом, они отобрали у Балашова имевшиеся у него винтовку и патроны, расспрашивая у него, где живут местные коммунисты. Балашов отозвался незнанием, но хозяйка дома, Мария Скуменко, тогда же назвала фамилии местных коммунистов: Наумова, Катигробова, Богомолова и присутствующего здесь Балашова, которого казаки бандиты увели с собой. Утром, на другой день, арестованных местных коммунистов, в количестве 17 человек растеряли, в том числе и Балашова.
СКУМЕНКО Евдокия, 14 лет показала, что при расквартировании в их доме штаба бандитов она видела Наумова, бывшего во дворе на лошади и державшего еще двух лошадей. Свидетельница слышала разговор между бандитами о том, что Наумов помог банде расквартироваться и выдал всех местных коммунистов, а потому сам остался жив.
ТРАПЕЗНИКОВА София, 38 лет, беспартийная, сторожиха местной школы показала, что в ночь налета к ней прибежала жена учителя Наумова и плача заявила, что пришли кадеты. Взяли ее мужа и увели, а возвратившиеся три бандита грабят их имущество. В три часа ночи свидетельница видела Наумова, вернувшегося домой с бандитами, причем Наумов говорил жене: «успокойся, ничего не будет, все улажено.» Он бранил при бандитах коммунистов, называя их грабителями, дал им рубашку и мед.
КАЧИНСКАЯ Анна, 29 лет, беспартийная показала, что после расстрела коммунистов, она говорила с Наумовым, прося его об отпуске в Новочеркасск, на что Наумов ответил, что ему придется ехать дальше Новочеркасска. Наумов был недоволен тов. Лесновым за то, что тот на партийной конференции в Георгиевске оскорбил его- Наумова.
КАТИГРОБОВА Елизавета, 37 лет, беспартийная показала, что во время налета, к ней в дом зашел вместе с бандитами Наумов, после чего, все жившие в доме были арестованы и отведены в штаб банды, где свидетельница увидела местных коммунистов. На вопрос бандитов «Они все здесь»? Наумов ответил: «Все» и тотчас же ушел. Свидетельница убеждена, что сына её сожителя Катигробова Павла – коммуниста, выдан Наумов, указав дом, где жила эта семья. Кроме того, Наумов сам обыскивал Павла Катигробова.
КОРЕЛИН Федор, 49 лет, беспартийный, показал, что знает Наумова как Советского работника, о поведении его во время налета бандитов ничего не знает. Бандитами была объявлена мобилизация, но Наумов от нее был освобожден. Коммунист тов. Леснов не сдался бандитам и застрелился у себя в доме.
РУСАНОВ Иван, 47 лет, беспартийный, показал, что во время налета он был назначен атаманом, а Глебов помощником. Им было предложено составить мобилизационные списки, в этот список попал и Наумов, но свидетель вместе с Глебовым просил командира банды освободить учителя Наумова и Наумов был освобожден.
ГЛЕБОВ Семен, 45 лет, беспартийный, показал, что вместе с Русановым он просил о даровании жизни Наумову и Наумов остался жив.
БАЖЕНОВ Александр, 50 лет, священник показал, что он просил бандитов о сохранении жизни Наумову.
Привлеченные по настоящему делу в качестве обвиняемых НАУМОВ и СКУМЕНКО не признав себя виновными показали:
НАУМОВ Василий, 31 год, кандидат Р.К.П., показал, что в ночь налета к нему на двор, расположенные на окраине станицы въехали несколько всадников и вызвав его из дома в категорической форме потребовали от него ехать на встречу отряду, грозя иначе прибить. Обвиняемый повиновался, вывел свою лошадь из конюшни, и сев на лошадь, последовал за всадниками, полагая, что это красная кавалерийская часть. Проехав сажен 75 он увидел идущий им навстречу отряд, человек 150. Бандиты заставили его ехать назад вместе с ними в станицу. Здесь бандиты разделились и Наумов подчиняясь им, с одним из отрядов был в доме Жабина, где было арестовано несколько человек, был также в доме Катигоробова, где по приказанию бандитов обыскивал сына Катигорробова Павла. Арестовав эту семью бандиты отправились в штаб, стоявший в доме Скуменко,- бандита, скрывшегося из станицы еще в июле 1920 года. Здесь в штабе, он, обвиняемый видел хозяйку дома Марию Скуменко радостную и веселую, ругавшую коммунистов. После настоятельных просьб, Наумова отпустили домой, куда он пошел в сопровождении одного из бандитов, и здесь дома увидел, что квартира его разграблена. Позже, днем, он по приказанию бандитов вынужден был дать рубашку выменянную им у Трапезниковой на простыню, которую он взял из вещей, принадлежавших школе. У него, обвиняемого все имущество оказалось разграбленным. Тов. Леснову, он обвиняемый на конференции не угрожал и не обещал мстить, с Кочинской о Новочеркасске не говорил, как и не говорил бандитам, что «коммунисты здесь все» /показания Катигробовой/. Показания Скуменко обвиняемый называет явной ложью.
СКУМЕНКО Мария, 36 лет, беспартийная. Показала, что штаб банды остановился у нее в доме против ее желания. При приезде бандитов она видела с ними Наумова. При ней, обвиняемой, один из бандитов спросил есаула: «почему Наумов коммунист, остался жив»? на что последовал ответ, что Наумов нас встретил, помог нам расквартироваться и выдал коммунистов. Никого разговора она, обвиняемая, с Наумовым во время пребывания бандитов, не вела, все время была больна и на улицу не выходила, мужа своего не видела.
В деле имеется заявление граждан ст. Свободной о невиновности Наумова и выписка из протокола Общего собрания гр. ст. Свободной с ходатайством об освобождении Скуменко, а также заявления, опорочивающие Скуменко.
Обвиняемые по делу находятся под стражей: Наумов во Владикавказских местах заключения, Скуменко на излечении в Георгиевском госпитале.
На основании вышеизложенного, граждане ст. Свободной Василий Тимофеевич Наумов, 31 года, кандидат в Р.К.П. и Мария Федотовна Скуменко, 36 лет, беспартийная, обвиняются в том, в ноябре м-це прошлого года в последних числах, при налете белых бандитов на ст. Свободную, оказали помощь банде, помогая ей расквартироваться в станице и выдали бандитам местных коммунистов Катигоробова, Жабина и др., в результате чего бандитами были расстреляны 17 человек коммунистов и среди которых были упомянутые выше коммунисты, то есть в преступлении предусмотренном п. 1 ст. 2 Положения о Ревтрибуналах.
Список лиц, подлежащих вызову в судебное Заседание:
Обвиняемые:
НАУМОВ Василий – Владикавказские места заключения
СКУМЕНКО Мария- Георгиевский госпиталь

Свидетели:
КОЛЯДИНА Федосья- ст. Свободная
СКУМЕНКО Евдокия- ст. Свободная
ТРАПЕЗНИКОВА София- ст. Свободная
КАЧИНКАЯ Анна- ст. Свободная
КАТИГРОБОВА Елизавета- ст. Свободная
КАРЕЛИН Федор- ст. Свободная
РУСАНОВ Иван- ст. Свободная
ГЛЕБОВ Семен- ст. Свободная
БАЖЕНОВ Александр- ст. Свободная
КАТИГРОБОВ Павел- ст. Свободная
МАРЬИН Андрей- ОкрПромком г. Георгиевск
ЗИНОВЬЕВ Яков- ст. Незлобная
МОИСЕЕВ Константин – ст. Александрийская
СОБАЧКИН Гавриил- ст. Александрийская
Заслушать публично в присутствии обвиняемых в г. Пятигорске 7 сентября 1921 года.

Обвинительное постановление
16 Июля 1921 года
Я помощник уполномоченного №2 Дувинская рассмотрев дело по обвинению Искуменко Марии и Наумова Василия нашла следующее: в ночь под 28 -ое ноября 1920 года банда белогвардейцев в числе около 150 человек налетела на станицу Свободную. Узнав, что в станице нет никакого войска, вся банда разъехалась по селу расквартировалась и в ту же ночь арестовала коммунистов, на следующий день 17 из них были расстреляны. Пробыв в станице 2 дня банда скрылась. В указании адресов коммунистов заподозрены учитель Наумов, член станичной ком.ячейки и Искуменко. Следствием точно выяснить правильность обвинения не удалось. Согласно показаниям свидетеля Василий Наумов в ночь налета появлялся вместе с бандитами в домах коммунистов, но кто указывал адреса коммунистов неизвестно. В доме одного коммуниста Катигробова, он даже обыскивал сына этого коммуниста. Обвиняемый не опровергая этих фактов объясняет свое присутствие в домах коммунистов следующим: так как он живет на краю села, то часть бандитов подъехала к его дому и приказала открыть им дверь. Он сразу же догадался, что подъехали это бандиты и вышел к ним с винтовкой. Винтовка послужила поводом к тому, что бандиты поняли, что Наумов коммунист и погнали его с собой. Проехав немного в глубь села к ним подъехала еще одна группа бандитов. Один из них сказал, что знает, где\живет коммунист Наумов, тогда Наумов отозвался что он здесь. Бандиты опять группами разъехались по селу и с одной из них Наумов был угнан вместе с ними. Часа через три ему разрешили в сопровождении одного бандита вернуться домой, где он увидел картину полного разорения. К утру Наумов с сопровождающим бандитом пошел в штаб их, помещавшийся в доме Искуменко. Утром к начальнику банды пришли некоторые граждане станицы и просили отпустить Наумов аи Леснова, тоже коммуниста. Начальник банды согласился отпустить, но так как последний не согласился выйти к бандитам и застрелился в своем доме, а Наумова отпустили. По отношении Искуменко свидетельские показания более точны. Бандиты подъехали к ея дому и попросили открыть дверь, чтобы дать им обогреться. У ней в это время жил коммунист Балашов- Нач. Милиции, которые бандиты в последствии расстреляли. Согласно показаниям жены расстрелянного коммуниста, Искуменко на вопрос бандитов, обращенный к Балашову где живут коммунисты, подошла к спрашивающему и сказала адреса коммунистов, назвав первым Наумова, Катигробова, Жабина, а потом подтвердила, что и Балашов коммунист. Показания жены расстрелянного Балашова совпадают с показаниями обвиняемого Наумова. Он тоже говорит, что когда к ним подъехала группа бандитов с той стороны станицы, где жила Искуменко то они первыми назвали как коммунистов Наумова, Катигробова, Жабина. Муж Искуменко скрывающийся уже полгода неизвестно где. То обстоятельство, что бандиты ночью совершенно никого не зная в станице, без всяких разговоров устроили свой штаб у Искуменко, говорит о том, что Искуменко держала связь со своим мужем.
На основании вышеизложенного считаю, что Наумов силою непредвиденных обстоятельств был втянут в такое положение при котором можно заподозрить в выдаче коммунистов бандитам. Искуменко же в силу того, что она является женой такого же бандита, каковыми были все налетевшие на станицу, проявляла свою симпатию и оказывала им помощь. На основании сего предлагаю: Наумова Василия Тихоновича, 31 лет из заключения освободить, Искуменко Марию Федотовну, 36 лет заключить в концентрационный лагерь на 3 года. Следствие прекратить и сдать в архив.
Справка: Наумов находится в тюрьме, Искуменко в Георгиевской больнице.


Тов предсидателю Рев Требун. Тов судя
От граж Марии Скуминковой
Урож стан Александриевск
Проживающей стан Свободной заключеной под стражей подсудимая
Заявление
Тов судя мое Вам последнее чесное слово без малейшей лжи что я невиновата сижу переношу позор по ложной клевете. Я все время работала без мужа ненанимала никого а со всеми детми двумя чем могла помогала бедноте. Никого не обижала и ждала Советскую Власть с трепетом души ибо мне болно было видат как мучают кадеты нас. Они меня обобрали потому что муж в 1918 был комисаром. Наконец дождалис народную власт…
Вечером я лигла спат детми часов в 12 ночи. У меня стоял квартирант милиционер с женой они ложилис также спат. Вот стали нам стучат. Тов. милиционер крикнул что хозяйка болна и я в свою очеред крикнула… тов. милиционер встал открыл двери они по хорошему попросили зажеч лампу… посидев они попросили документы милиционера… мы вышли а милиционера стали забират я перепугалас стали кричат плакат выскочила. Я поняла кто они ибо называли господин они друг друга. Выскочив на двор я увидела учителя который держал двух лошадей. До утра они не позволяли мне входить в комнату. На утро вошла к себе и не оказалос ни милиционера и его жены. У меня поместился штаб. На все сопротивления мои они кричали на меня даже грозили убит. Тогда я молчала но заболела от перепугу. На утро приводили жену милиционера покушат… Они арестовали тов. одного и привели в дом но я на коленях вымолила его. Стала говорит что этот нигде небыл. Едва выпросила спасла от кадетов. Он сейчас в стан. Свободной говорят председателем. Даю вам чесное благородное слово что я невиновата. Я низнаю что учител против меня через мужа. Причем я если муж что плохо сделает мы жены детей своих удержат не только мужей и он почемуто имеет зло на меня через мужа которого я гот как невижу приблизетелно… в том подписываюс своеручно граж. М. Скуменкина.


Протокол следственного заседания
Терского Губернского Трибунала по делу Скуменко Марии и Наумова Василия в выдаче коммунистов.
7 сентября 1921 г.
В составе Председателя Шигаревского
Членов: Шварева и Федорова
При секретаре В. Пальцевой
Заседание Тергубревтрибунала считается открытым…оглашается обвинительное заключение
Подсудим. Скуменко Мария 37 л., малограмотная, замужняя, 2 детей 13 и 15 лет, имею лошадь, быка, живу без мужа. У меня в доме жил начальник милиции и жил старший милиционер. Как то вечером к нам стучаться стали трое лиц и спрашивали начальника. Его не было дома, он был в отъезде, я так и сказала. Потом пришли Калядина с бандитом и позавтракали и сообщила она, что её сына угнали. Я была очень напугана, но все таки пошла посмотреть в другие хаты, как там возле одной хаты я услышала как допрашивали Наумова Василия. Когда его спросили зачем ты коммунист. Он ответил, что коммунистом записался всего 2 недели. После мне сказали, что он выдал коммунистов за это его и оставили. Муж мой служил всегда …в войске никогда не был. О Колядиной сказала, что она ложная свидетельница. Наумов предложил ей сказать, что я выдала Наумова, Богомолова и Кадигроба. После налета банды меня арестовали приблизительно дня три. Что коммунист., я не видела, т.к. была больна и никогда не ходила.
Наумов Василий Тимофеев, 32 л. урож. Александрийской, кандидат Р.К.П. (б) с 1 ноября 1920 г. задает вопрос , кто выдал Леснова и Богомолова. Скуменко отвечает, что не знает.
Однажды ночью ко мне постучалась группа людей. Я подумал, что они спрашивают дорогу и вышел взять с собой винтовку. Всадники взяли меня с собой и мы направились от дому, встретили отряд во главе с командиром. Они стали спрашивать, 5сть ли войско в станице, я уклонился от этого ответа, потом один из бандитов распорядился задержать меня так как я вооружен. Я объяснил, что имею винтовку, потому что живу на окраине. Потом вместе мы направились к станице. Потом один бандит заявил, что в станице живет один его агент Жабин. Меня взяли с собой направились все туда. Меня отвели в сарай, а сами стали стучаться в хату. Войдя после я услышал выстрел потом после Крик? ограбив хату бандиты вышли сели и поехали. Меня захватили с собой. Направились к Катигробу из земотдела. Сделали распоряжение обыскать Катигроба, захватив отца, жену и сына направились в штаб. В штабе встретил нас сын Скуменко, который видел как я привязывал лошадей бандитов. В штаб вышла веселая Скуменко и говорит, что Ваша власть. Вернувшись домой я увидел открытыми двери кладовки и кухни. Обнаружил что было сделано разграбление. Жену дома не нашел. Придя в штаб мой сопровождающий доложил командиру об аресте моей семьи. Он распорядился ее освободить. Нашли мы ее у старухи. После некоторых трудов нам удалось вернуться домой с женой. С нами пошел бандит, который пробыл у нас всю ночь. На следующий день мы с бандитом пошли в штаб, там просили о мне, чтобы освободили, говоря о прежней работе. Был созван бандитами сход, на котором было распоряжение о мобилизации. Меня как учителя освободили от мобилизации. Добыв пропуск я поехал в ст. Александрийскую за керосином и делать доклады надлежащим лицам. Скуменко дает противоречивые показания, все это на почве личных счетов. Колядину я видел в …?Хущей . Ее взял потом командир в услуги к жене которая была больна. Бандиты не спрашивали у Колядиной кто коммунист. Назвала меня Скуменко и Богомолова. Не ладили мы со Скуменко на политической почве. Было у нас еще маленькое недоразумение из-за помола зерна. Муж Скуменко скрылся к бандитам. Со Скуменко у меня была непрерывная вражда на политической почве. Показания Скуменко и её дочери подтверждаю вторично, сделаны на почве личной злобы. Качинскую считаю шпионкой. Мы постановили выслать Трапезникова как вредный элемент. Качинская донесла об этом жене Трапезникова. Зная бандитов- шайку грабителей, я ждал лишь чем это кончится, а не был с ними. Катигоробова и Качинская скрылись из ст. Свободной боясь наказание за ложные показания.
Судебное следствие закончено. Последнее слово представляется подсудимым Скуменко и Наумову.
Суд удаляется для вынесения приговора.


Протокол №41
Заседания Работников Просвещения станицы Александрийской Георгиевского уезда
8 сентября 1921 г.
Председателем собрания был тов. Амекин и секретарем тов. Замышайлов. Присутствовало на собрании 16 человек.
Повестка дня: разбор заявления гражданки Наумовой Устиньи Архиповны.
Слушали
Заявление гражданки Наумовой Устинья Архиповны о даче отзыва о ея мужа присужденного к расстрелу о смягчению его участи.
Слово берет тов. Замышайлов и рассказывает кратко историю Наумова.
Последний являлся сыном бедного дьячка пьяницы, который влачил жалкое существование. Около 12-13 лет Наумов лишился отца. Средства к существованию самого себя, матери – старухи и малолетней сестренки поденщиной таская на заводе черепицу или работая на болгар на огороде. Всеми правдами и неправдами Наумову удалось закончить 2-х классное училище и поступить в Сельско-хозяйственную школу. По окончании последней он выдержал экстерном экзамен на нач. учителя Судьба загоняет в одно из захолустных мест Кутаисской губернии. Через два года его переводят в аул Костек (Введенский ). Тяжелая работа в ауле вынуждает его бросить место и с большим трудом поступить в маленькую школу станицы Свободной, где работа в школе в городе и в поле дает возможность несколько улучшить свое материальное положение.
Тов. Замышайлов заявил, что знает Наумова как хорошего школьного работника, который не смотря на все трудности переживаемого Республикой работал в школе не покладая рук. Часто ездил на подводе за 50 верст в Георгиевск для разъяснениями всех вопросов.
Постановили:
Выслушав мнение товарищей о Наумове собрание единогласно постановило, считать Наумова честным и энергичным работником, ходатайствовать за него перед Пятигорским Ревтрибуналом о смягчении участи осужденного Наумова. Настоящее протокольное постановление передать в руки жены его Наумовой Устиньи Архиповны.

Приговор
Именем Российской Социалистической Федеративной Советской Республики
Терский Губернский Революционный Трибунал
В составе Председателя Шинаревского
Членов: Федоров аи Шварева
7 сентября 1921 года заслушав и рассмотрев дело гр. Скуменко и Наумова, обвиняемые в выдаче коммунистов бандитам во время налета на станицу Свободную, которыми были расстреляны 17 членов р.к.п. и принимая во внимание собранный следственный материал и показания на суде
ПОСТАНОВИЛ: признать обвинения и
ПРИГОВОРИЛ: Скуменко Марию Федотовну, 37 л. зачесть предварительное заключение от должного наказания освободить.
Наумова Василия Тимофеевича, 32 л., учителя ст. Свободной, кандидата в члены Р.К.П. подвергнуть к высшей мере наказания -расстрелу. Приговор вступает в силу с с/ч.



Верховный Кассационный Трибунал
Заключенного Пятигорской тюрьмы осужденного к расстрелу гр. Наумова Василия
Заявление
Прилагая при сем протокол за № 41 экстренного заседания Работников просвещения станицы Александрийской Георгиевского уезда от 8 сентября 1921 года убедительно прошу Кассационный трибунал обратить на него свое должное Верховное внимание. С своей стороны я Революционной Коммунистической совестью заверяю, что если бы были вызваны на суд мои свидетели – ответственные работники, члены РКПб Зиновьев, Марьин, Моисеев и Собачкин, а также Калядина, то таковые бы в один голос заявили бы, что обвинители мои есть враги Сов. Республики и в частности мои, а также подтвердили мою самоотверженную политическую работу, которая создала для меня ряд врагов.
Считая вынесенный приговор Терским Губ. Ревтрибуналом для себя слишком жестоким и мною совершенно не заслуженным. Я неотступно прошу КасТриб не оставить моей справедливой просьбы и облегчить мое положение и тем самым заставить замолчать всем контр- революционерам, которые в настоящее время особенно торжествуют, радуясь моей предстоящей смерти.
10/IX 1921 г.
Пятигорское место заключение.


Р.Ф.С.Р.
Терский
Губернский Революционный
Трибунал
10 сентября 1921 г.
г. Пятигорск
В Президиум Губисполкома
Представляя при сем просьбу о помиловании Наумова НАУМОВА Василия, приговоренного к РАССТРЕЛУ, Трибунал находит, что в силу безусловной ясности дела, тяжести совершенных деяний, приговор требует немедленного исполнения.
Основание: Постановление В.Ц.И.К. от 22 марта 1920 г.