Измайлово Барышского района Ульяновской области. (Российская Федерация)

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

ПРОСЬБА к участникам, открывающим новые темы в разделе, обращать внимание на оформление тем и подтем.
Не надо в подтеме крепить многоступенчатых текстов. Все пояснения по открытой теме даём в первом сообщении.

ШАТРОВ Николай Яковлевич.

Отдельная тема по Шатрову - https://forum.vgd.ru/2961/9611...iew&o=

В современной России остро встает вопрос благотворительной деятельности предпринимателей. При поддержке бизнеса массово появляются торгово-офисные и спортивные комплексы, развлекательные центры. И лишь благотворительной деятельностью занимаются пока немногие – в отличие от прошлой эпохи, когда пожертвование на храм, больницу или богадельню было вполне естественно, и было даже странно, если купец этим не занимался.

Одним из таких купцов был и Николай Яковлевич Шатров, солдатский сын с домашним образованием, будущий купец I гильдии, потомственный почетный гражданин Симбирска и статский советник.

Николай Яковлевич всегда занимался, кроме торговой, еще и активной общественной деятельностью. И хотя в основном он жертвовал на образование, значительная часть его пожертвований была направлена на храмы и духовное воспитание.

Так, с 1883 года купец стал помогать Симбирской чувашской учительской школе. С 1 января 1883 года Николай Яковлевич – почетный блюститель, а с 21 февраля 1893 года – почетный попечитель Симбирской Чувашской учительской школы и товарищ председателя Святодуховского братства при школе. Кстати, среди пожизненных членов братства на 1910 год документы указывают и жену купца, Надежду Васильевну Шатрову.

«Идя навстречу духовному развитию школы», Николай Яковлевич расширил и перестроил домовую церковь, «руководствуясь, по собственному признанию, мыслью, что всякая, вообще, школа, а Симбирская чувашская, как преследующая специально-миссионерские цели, в особенности, должна быть в самом тесном единении с Божьим храмом». Расширение домового храма позволило получить просторное помещение для воспитанниц женского училища. Общая стоимость произведенных работ выразилась в сумме 9794 руб. 75 коп., в коих большая часть – 7899 руб. 49 коп. – была принята Шатровым на свой счет.

И всё же, одна сторона деятельности купца оказалась мало замеченной.
«Симбирские Епархиальные Ведомости» за 1904 год раскрывают масштаб и позывы благотворительности Николая Яковлевича: «…Хотя в числе денежных поступлений в [Святодуховское] братство за отчетный год не числится пожертвований со стороны многоуважаемого Николая Яковлевича, но Совету школы и Совету Братства известно, что его материальная поддержка неоднократно избавляла и избавляет Братство от непосильных иногда расходов».

Что это за расходы? На школьные средства постоянно содержалось более полусотни беднейших воспитанников школы. «Благодаря любезности Н.Я. Шатрова, не один раз покрывавшего школьные дефициты из своих личных средств, Братство избавлено было от необходимости нести обременительные расходы. Так, на уплату долгов, не покрытых школой к 1 января 1903 года, Н.Я. Шатров пожертвовал 646 руб. 7 коп. и на непокрытые расходы по содержанию воспитанниц 1903 года 201 руб.; итого, минуя Братство, сделал пожертвование в прошлом 1903 году и в начале сего 1904 года в 847 руб. 7коп.».

С 1898 г. Николай Яковлевич — Почетный член Братства Преподобного Сергия при Симбирской классической гимназии, а с 1 января 1908 года — член Совета этого Братства. Шатров являлся почетным членом общества святой Татианы для вспомоществования нуждающимся ученикам в низших учебных заведениях Симбирска. Кроме того, Николай Яковлевич являлся членом-сотрудником симбирского отдела императорского православного палестинского общества (данные на 1903 и 1904 гг.). Его жена, Надежда Васильевна Шатрова, являясь почетным членом, поддерживала Братство св. Равноапостольной Марии Магдалины при Симбирской Мариинской гимназии. Она же была членом-соревнователем симбирского общества взаимного вспомоществования учащим и учившим в народных училищах Симбирской губернии (данные на 1898 г.).

А как же пожертвования на храмы?
С октября 1888 года по 1905 год городская дума неоднократно избирала Николая Яковлевича церковным старостой симбирского кафедрального собора – главного храма Симбирской губернии. Почетная должность обязывала старосту нести значительные расходы на содержание храма.

Особую страницу в жизни Николая Яковлевича занимает село Измайловка, где находилась его суконная фабрика. Перед вами выдержка из статьи в «Симбирских Епархиальных ведомостях» от 15 сентября 1904 года. «Построенный в 1897 году землевладельцем Н. Я. Шатровым храм в селе Измайловке каменный, теплый, отличается благолепием и благоукрашением и содержится в тщательной чистоте и опрятности: иконостас покрыт массивною, позолоченною резьбою, иконы с чеканным позолоченным фоном; стены храма окрашены масляной краской с уборкою по карнизам и окнам и орнаментами по аркам; пол набран из цементовых узорчатых плиток».

«…В тот же день Владыка посетил фабричный поселок, состоящий приходом к селу Измайловке, где осмотрев здание Николаевской церковно-приходской школы, содержимой на средства Шатрова, и больничное заведение для служащих на фабрике, совершил в имеющейся на фабрике довольно поместительной часовне последования малого водоосвящения и освятил нательные кресты, приготовленные владельцем фабрики для раздачи населению в молитвенное воспоминание о посещении Владыкой поселка и фабрики»5.

В звании Почетного Попечителя Николаевской церковно-приходской школы Шатров был утвержден еще в 1888 году. Кроме церкви и школы, на территории фабричного поселка действовали больничные заведения для служащих фабрики, а также ясли.

А как же награды?

За постройку в селе Измайловка Сенгилеевского уезда каменной церкви и другие пожертвования Николай Яковлевич был награжден по духовному ведомству 24 декабря 1898 года орденом Cвятого Станислава II степени.

За длительную помощь Симбирской чувашской учительской школе купец получил 6 декабря 1902 года орден Cвятой Анны II степени, а по ходатайству И.Я. Яковлева 6 декабря 1912 года – чин Статского советника.

Вот такой была лишь одна из ярких страниц яркой благотворительной деятельности Николая Яковлевича Шатрова в Симбирске. Другие не менее интересны – образование, здравоохранение, призрение неимущих, поддержка молодых семей. Но Николай Яковлевич Шатров всегда понимал, что самое главное в жизни будущего поколения – его духовность, и он всегда поддерживал воспитание этой духовности – и у себя на фабрике в Измайловке, и в столице губернии – Симбирске.

Андрей Ганин,
научный сотрудник ФГУК ГИММЗ «Родина В.И. Ленина»,
музей «Симбирское купечество», ул.Ленина, 75а

http://uln.real-estate.ru/archive/2010/137/1946/

«Казанская церковь», 1897 г. / с. Старая Измайловка, Ульяновская область/

Церковь Казанской иконы Божьей Матери, 1897 год

Объект культурного наследия (памятник истории и культуры) «Казанская церковь» (православный храм), расположенный в с. Старая Измайловка Барышского района Ульяновской области поставлен на государственную охрану как памятник регионального значения Решением исполкома Ульяновского областного Совета народных депутатов от 12.02.1990 № 79.
Согласно историко-архивным данным «Старая Измайловка сельцо при р. Ейвиль, имеет школу, конный завод Шатрова». 5 октября 1897 года в селе Старая Измайловка Карсунского уезда освящен каменный храм во имя Казанской иконы Божьей Матери. Храм построен на средства Н.Я. Шатрова.
Церковь расположена на берегу небольшого искусственного теперь заросшего пруда. Объем церкви значительно выделяется из общей малоэтажной застройки. Построение плана церкви традиционно - по оси с востока на запад располагается храм, трапезная, колокольня. Верхние ярусы колокольни были ранее утрачены. Церковь, кроме восточной апсиды, имеет еще две апсиды с севера и юга. С запада апсида заменена трапезной, в которую ведет главный вход. Стены трапезной и апсид украшены кирпичными узорами, квадратными нишками, сухариками и профилированным карнизом. Большое количество высоко размещенных окон хорошо обеспечивают освещение интерьера ровным светом. Окна апсид и трапезной по верху обрамлены крупным профилированным валиком – фигурным кордоном.
Центральная ячейка храма перекрыта восьмигранным куполом на парусах и подпружных арках. Арки передают нагрузку на стены. В трехчастном алтаре своды цилиндрические. В целом интерьер просторный и слитный. С 2012 г. частично проводятся работы на данном объекте.
Церковь интересна как пример эклектической архитектуры, смешавшей элементы различных стилей прошлых эпох. В настоящее время «Казанская церковь» находится в бесхозяйном состоянии.

https://hautiev-sh.livejournal.com/221735.html

РЕЕСТР СИМБИРСКИХ РОДОВ.

http://ulgrad.ru/?page_id=1198...0%BA%D0%B0

20 сентября 1906 г. губернатор К.С. Старынкевич обратился с отношением к Епископу Симбирскому и Сызранскому Гурию относительно революционной деятельности священника Михаила Александровича Зефирова:
«Мною получены сведения, что священник с. Измайловки, Сенгилеевского уезда о. Зефиров принимал личное участие в устройстве недозволенных митингов на Измайловской фабрике г. Шатрова.
Известно также, что о.Зефиров принимал и укрывал у себя в доме приезжавших на фабрику агитаторов и что за такие действия владельцем фабрики священнику о. Зефирову, будто бы убавлено годовое вознаграждение на 600 руб., но затем по настоянию рабочих вновь доведено до прежнего размера, что доказывает влияние о. Зефирова на рабочих.
Сообщая об этом, покорнейше прошу Ваше Преосвященство не отказать для пользы дела священника о. Зефирова перевести в приход наиболее отдаленный от с. Измайловки». [4] 21 сентября 1906 г. губернатор К.С. Старынкевич стал объектом террористического акта. По воспоминаниям В.С. Пахомова, участника 1-й русской революции, опубликованным в 1923 г., террористический акт против К.С. Старынкевича совершил студент Казанского университета М.С. Зефиров. [5]
Сам К.С. Старынкевич так описал совершённое на него покушение: “Когда я сегодня шел из своего казенного дома в губернское присутствие, то заметил, что… меня догоняет, направляясь мне наперерез, неизвестный мне довольно молодой человек, одетый в темное, со светло-русыми волосами… также светло-русой бородой и небольшими усами; лицо у него было не русского типа, не интеллигентное и очень злое; на мой взгляд он был выше среднего роста. Когда я вступил на тротуар перед крыльцом в Присутствие, неизвестный взбежал с улицы также на тротуар… и, находясь в шагах в десяти от меня, бросил мне под ноги бомбу; раздался взрыв, дым которого, так он произошел близко от меня, сфотографировался у меня в глазах. Раненный этим взрывом я упал. Я настолько хорошо заметил лицо преступника, что, при предъявлении его мне, признаю”. Ранения оказались смертельными.
Скончался 23 сентября 1906 г. в г. Симбирске. 26 сентября 1906 г. тело К.С. Старынкевича было отправлено в Санкт-Петербург. Погребен на Никольском кладбище Александро-Невской Лавры. В память о гибели губернатора К.С. Старынкевича на здании Дворянского собрания была установлена мемориальная доска (не сохранилась).

Владимир Иванович Бухарин - директор Измайловской суконной фабрики. Страницы воспоминаний.
file.php?fid=433263&key=176341308

ИЗМАЙЛОВСКАЯ СУКОННАЯ ФАБРИКА

В октябре месяце 1921 г., когда я уже более двух лет работал на фабрике им. Степана Ногина (Игнатовской), меня губернские власти и трест назначили новым красным директором на Измайловскую суконную фабрику, которая стояла, а её фабричное управление было отдано под суд и получило по 10—15 лет тюрьмы, принимая во внимание «пролетарскую принадлежность». В то же время 2 500 рабочих, чистых пролетариев, с семьями убежали в Среднюю Азию.
Получив телеграмму-приказ, я немедленно выехал на фабрику.
Приехав туда, я установил, что фабрика брошена «с ходу», без принятия каких-либо мер для сохранения полуфабрикатов, в особенности в мокрой отделке, где товар, заправленный в машины, гнил в них. Все машинные двигатели, паровая машина системы «Мосгрэв» (1 000 л.с.) и дизель (300 л.с.) требовали ремонта, а четыре паровых котла и два с кипятильниками — при красильне, а также два водотрубных котла системы «Бабкок» и «Вилькокс» были в аварийном состоянии, сёдла у них были порваны и требовали замены. Единственный двигатель — локомобиль на лесопилке — был в исправном состоянии, но без арматуры.
Я доложил об этом телеграфно тресту и отказался от порученного мне дела по пуску фабрики в работу. На это я получил на другой же день телеграфный ответ от треста и всех губкомов Симбирской губернии: «Во избежание крайне неприятных для Вас последствий предлагаем Вам немедленно, категорически и повторно: выехать на Измайловскую суконную фабрику и начать там работы по подготовке фабрики к пуску и восстановлению фабричного производственного и паросилового оборудования с целью скорейшего пуска фабрики в работу». Подписались: губком, губисполком, губчека, гл. правления треста и губотдела Союза текстильщиков.

ПОЛНЫЙ РАЗВАЛ

Мне не оставалось ничего другого, как начать выполнение этого распоряжения. Я немедленно выехал снова на Измайловскую фабрику, сам ещё не представляя себе, как я без рабочих сумею выполнить данное мне задание.
Я остановился и жил в «Приезжей» фабрики. Некоторые служащие (не здешние) жили в своих квартирах, а из рабочих налицо был только один Костя Большой — машинист локомобиля на лесопилке со своей семьёй: жена и 8 человек детей, до грудного включительно.
Я спросил Костю Большого: «А кто у вас на фабрике производил все плотничные работы?» Он ответил: «Десятник из села Нов. Хаменеевка Федот Никанорович Царёв». Я опять его спросил: «А как этот Царёв как человек, хороший?» Он ответил: «И умный, и толковый, и хороший».
Я просил его, чтобы он привёз ко мне, как можно скорее, Царёва из Хаменеевки и чтобы Царёв приехал на собственной лошади. На другой день утром Царёв явился ко мне.
Я обошёл с Царёвым все три пруда — верхний, средний и нижний.
Я спросил Царёва, сможет ли он в кратчайший срок со своими плотниками восстановить все три плотины. «Сможем примерно в месяц, а лес?» — спросил он.
— О лесе будем говорить после, это моя забота. А сумеем ли мы с тобой, Федот Никанорович, восстановить телефонную связь между фабриками Гурьевской и Измайловской и со станцией Барыш, а также Измайловской фабрики с Симбирском через Поповку и дальше, где восстановления требует небольшой участок от фабрики до Вителлевского торфяного болота, примерно около 5 км?
Он опять спросил: «А столы, а крючья, а изоляторы?» Я опять ему ответил: «Это тоже моя забота». Крючья и изоляторы были в достаточном количестве на фабрике.

ОТЕЦ
file.php?fid=433264&key=1497080703

В.И. Бухарин (в центре) с отцом и братом Николаем. Москва. 1927 г.

Летом 1921 г. я получил из Москвы (от неизвестного мне товарища) письмо такого содержания: «Я был с Вашим отцом, И.Г. Бухариным, в санатории “Ильинское”. При поступлении в санаторий Иван Гаврилович был очень слаб и едва двигался. Сейчас он поправился и выписывается из санатория. Я много с ним беседовал и узнал о быте и условиях жизни на его московской квартире в Грузинах, где он один живёт. Николай Иванович, как известно, принципиально ему ни в чём не помогает, и это в скором времени приведёт Ивана Гавриловича к упадку сил и, может быть, даже к смерти. Если Вы, Владимир Иванович, хотите спасти его, немедленно выезжайте в Москву, вырвите его из Москвы и возьмите его с собой для жительства вместе с членами Вашей семьи, жены и детей (подпись)».
Я немедленно выехал с фабрики в Симбирск, оформил там отпуск, сообщил о том на фабрику. Назначил заместителя и поехал в Москву. Когда я позвонил на площадке квартиры (в Грузинах) и мне открыл дверь отец, я отшатнулся назад: передо мной стоял бледный как смерть старик, держащий в руке ножовку, с носа у него капал пот.
— Вот, пилю дубовые стулья для печурки. Очень тяжело.
Мы поздоровались и присели поговорить об отъезде на Волгу. Отец никак не хотел оставить свои любимые цветы и ещё больше — прекрасную библиотеку — проза, поэты XVIII, ХIХ, XX вв. в полных комплектах.
Я сказал ему: «Раздвоиться я не могу и поэтому считаю, что выход у нас с тобой один. Я обойду всех знакомых и попрошу их купить у нас — сколько кто даст — всю мебель и цветы, а библиотеку продам букинистам. Цена её — ломовой полок3 с погрузкой и разгрузкой некоторых вещей, которые мы возьмём с собой».
К утру он заполнил и запер сундуки. Пришли букинисты. Без торга послали за половым и увезли библиотеку. Мне они вручили 200 руб. денег. Ломовой извозчик согласился увезти остальные вещи на Рязанский вокзал4 и сгрузить со своими товарищами в вагон. Вагон мы накануне получили в ЦК Союза5 от тов. Пятницкого6 и одновременно приказ наркома путей сообщения срочно продвигать нас от Москвы до ст. Майна линии Инза-Симбирск.
Дома он встретил уют и заботу моей жены и быстро поправился. Возился с внуками. В дальнейшем он жил вместе с моей семьёй до 1929 г., а впоследствии со старшим братом до 1936 г., и затем опять с моей семьёй. Умер он в 1940 г. Похоронен в Донском крематории.

НАЙДЕНО СПАСЕНИЕ – ХЛЕБ, СУКНО, ЛЕС

Итак, мы в Измайловке.
Я договорился с Царёвым о том, что завтра же он приведёт на плотины человек 10—12 плотников, которые должны будут разобрать поломанные плотины и вместе с ним (с бригадиром Царёвым) установить, какого и сколько леса им будет нужно для их восстановления, а пока я предложил Царёву вместе с приехавшими с ним двумя рабочими-плотниками осмотреть некоторые амбары фабрики, в частности хлебные.
Ключи от амбаров были у заведующего «Приезжей» фабрики. Когда мы открыли хлебный амбар, то он оказался совершенно пустым. Во всех ларях не было ни зёрнышка. Всё было выметено дочиста. Мне пришла в голову мысль приподнять половые доски под сусеками.
Когда мы приподняли половые доски, то к общему удивлению увидели, что под прозоры между досками во всех сусеках просыпалось зерно, которое горками лежало под просветами между досок. Я обрадовался этому, как дару с неба, и тут же вручил ключ от хлебного амбара Косте Большому и сказал: «Вот твой хлеб! Берите понемногу и не объедайтесь, а то умрёте сразу и скорее, чем с голоду». Все «живые скелеты» Костиной семьи были спасены этим хлебом и остались живы.
На следующий день я, через Царёва, узнал, что лес для выборочной рубки телефонных столбов, а также заготовки материалов для восстановления плотин можно получить у местного лесничего, который живёт в селе Новая Измайловка, и что он очень несговорчивый человек и большой формалист.
Я сказал: «Был бы лес, а формалиста я обломаю». Вместе с Царёвым мы приехали к лесничему, но к нему пошёл только я один.
Я представился и рассказал ему, какой лес и для каких целей мне как директору фабрики нужен. Он замахал руками и заявил, что без разрешения высшего начальства он ничего для меня сделать не может. Тогда я резко заявил ему: «Давайте говорить посерьёзнее», вынул из кармана приказ-телеграмму, присланный мне, и спросил его: «А как Вам нравится содержание этой телеграммы?» «Я думаю, — сказал я, — что мы с Вами, как низовые работники, должны договориться без формальностей». Он долго ходил по кабинету и сказал: «Хорошо, я согласен, все ваши просьбы я удовлетворю».
После этого Царёв приступил сначала к восстановлению телефонной линии, и очень быстро (в течение недели), связь была восстановлена как с железной дорогой, так и с Симбирском (через 2 перевалочных пункта). После этого лес начали заготавливать и для плотин, ремонт которых был также быстро закончен.
Однажды я заглянул в пустой, но запертый на замок товарный амбар.
Я обратил внимание на то, что в левом заднем углу амбара, на высоту около четырёх метров, лежали навалом почерневшие от времени старые рогожи, и приказал при мне их раскидать. К удивлению всех присутствующих обнаружилось, что весь угол под рогожами был заполнен кипами гражданских сукон лучших сортов, вырабатываемых фабрикой ещё в довоенное время.
Я распорядился тут же пересортировать кипы и уложить их по сортам и составить опись, а затем сделать три альбома образцов.

«ВЫЗЫВАЮ ОГОНЬ НА СЕБЯ»
file.php?fid=433265&key=317397980

В.И. Бухарин, красный директор. 1925 г.

Я стал усиленно думать о том, как бы поскорее вернуть из Средней Азии хозяев фабрики — рабочих, без которых, конечно, не могло быть и речи о пуске фабрики в работу. И тут у меня блеснула мысль — а что, если пустить по округе слух, что Измайловская фабрика уже работает. Я поручил механику фабрики К.В. Баркову, имевшему среднее техническое образование, хорошо знающему своё дело и около 20 лет уже работающему на этой фабрике, привлечь к работе старшего машиниста паровой машины и приказал выдать Косте Большому самый мощный гудок, который он должен был поставить на локомобиль лесопилки.
Фабрика «с обеда» загудела и стала «работать» в одну смену.
Я заслушал планы восстановительных работ по производству и механической части и стал уверен в том, что технорук сумеет, по приезде рабочих, подготовить фабрику к пуску. Но вот с механической частью возникает вопрос, где взять мастеров и котельное железо для ремонта котлов обеих котельных. Вопрос этот надо было решать очень осторожно, тут без приёмки котлов после осмотра инспектором по котлонадзору (т. Токаревым) пустить их в работу нельзя.
Я решил, что мне лично надо иметь разговор с симбирским инспектором, а также просить его (опираясь на ту же телеграмму-приказ) помочь мне найти мастеров, железо и прочее. Кроме того, мне хотелось вовлечь его в сущность котлоремонтных работ. Также мне необходимо было доложить правлению треста о том, что я обнаружил в товарном амбаре около 150 малых кип лучших довоенных сукон, опись и три альбома образцов, которые я с собой захватил.
Правление, посовещавшись, решило: «Вы товар нашли, Вы его и хозяин. Расходуйте по своему усмотрению». Я с таким решением не согласился и сказал, что я заприходую весь найденный товар как наличный и внесу его во вступительный баланс (при составлении акта о приёме фабрики). А сейчас, используя их разрешение, я попрошу все губкомы помочь мне накормить 2 500 рабочих фабрики, которых я вскоре ожидаю, и буду просить Губпродком обналичить часть найденных мною высококачественных сукон на хлеб в Украине, в количестве 3 000 пудов пшеницы.
Правление тут же доложило об этом губкому, губисполкому, и я был направлен к председателю Губпродкома г. Ганешину.
Тов. Ганешин вызвал всех товароведов и попросил меня пройти в его кабинет, а в зале они без меня, не стесняясь, поговорят. Через
1/2 часа мне было объявлено, что 3 000 пудов отборной пшеницы мне будет доставлено на ст. Барыш в течение трёх месяцев (по 1 000 пуд. ежемесячно) стоимостью по
24 фунта за 1 аршин сукна, с бронированием 1 фунта на организационные расходы по железной дороге до станции и до фабрики.
Идея возврата рабочих по фабричному гудку правлением не обсуждалась, да я это от них и не требовал. Инспектора по котлонадзору я повидал, обо всём с ним договорился (об аренде, приёмке им работ и т.д.).
Все служащие и рабочие, имевшие связь с местными связными, узнав, вернулись на фабрику — их тоже «разбудил» гудок режима работы.
И вот, наконец, мне доложили некоторые бывшие фабзавкомовцы, часть парткома и наиболее активные из рабочих, что все вернулись из «дальних странствий» и собрались в клубе.
Я вошёл на сцену нетопленого клуба. Представился и сказал: «Давайте знакомиться. Я — красный директор вашей фабрики. Я обязан, вместе с вами, в самый короткий срок пустить фабрику и начать работу по производству сукна для Красной армии: чисто шерстяное сукно, одеяла, портянки. Армия раздета, в дырявых и холодных сапогах; больные и раненые в лазаретах (госпиталях и больницах) зябнут без одеял. Вы же — хозяева фабрики, а я — ваш наставник и руководитель. Вас я, к сожалению, не знаю, но вы обо мне, вероятно, слышали, ведь я пустил в работу почти за 2 года Игнатьевскую суконную фабрику. Думаю, что обо мне плохого вам слышать не приходилось».
Зал загудел: «А зачем обманул нас? В Азии мы хлеб ели, а здесь что будем есть?» Я ответил: «Думаю, что и здесь будете есть хлеб. Я об этом, как мог, позаботился».
— Знаем мы, нас уже много раз обманывали. Зачем вызвали?
Опять обман!
— Никакого обмана нет, а есть вот что, — я вынул из кармана
заветную телеграмму-приказ и громко прочел её вслух. — Это что — обман? Это приказ. И если б я его не выполнил, то я был бы за решёткой. Я решил, люди-то вы русские, рабочие и хозяева фабрики. Вы всё поймете. И вот я вызвал вас фабричными «гудками».
Спасибо — вы отозвались.
Гул в зале нарастал.
Первыми «пожалели» меня женщины, которых на фабрике работало больше, чем мужчин: «Что взъелись на него? А что ему было делать?!»
Зал притих.
Используя это, я решил сразу разрубить основной вопрос — о хлебе.
Я заявил, что заключил договор с Губпродкомом в Симбирске на обмен сукна на хлеб, на 3 000 пудов первосортной пшеницы (24 фунта хлеба за 1 аршин сукна) и предложил всем работающим в очередную получку не резать куски сукна, а целыми кусками сдавать его кооператив для обмена на хлеб.
Хлеб должен поступать на ст. Барыш. Первая партия, 1 000 пудов — не позже, как через месяц; вторая — ещё через месяц; третья — ещё через месяц. Теперь уже женщины прямо обрушились на мужчин: «Вот вы, мужчины, дураки, приехали домой и сразу по пьянке обменяли сукно у кулаков по 8 фунтов за аршин, а он-то, директор, по 24 фунта, в 3 раза умнее вашего».
Используя этот второй выпад женщин против «мужиков», я предложил всем до единого сдавать всё получаемое с фабрики сукно в кооператив, а я обязывал себя выдать им же от первого вагона хлеба 8 фунтов, от второго вагона — 8 фунтов, от третьего в расчёт 8 фунтов — за вычетом расходов по привозу хлеба на фабрику и других, связанных с доставкой. Я предупредил, что всякое трудное дело надо решать всегда всем вместе, «скопом», дружно, тогда оно будет сделано скоро и хорошо.
Оказалось, что только 1/3 рабочих может участвовать в отоваривании по договору, остальные 2/3 — сговорились «с ходу» с кулаками по 8 фунтов.
Через три недели пришёл первый вагон хлеба. В тот же день его ссыпали: 1/3 часть — в кооператив для выдачи участникам договора, 2/3 — в хлебный амбар фабрики. Стали поступать ко мне требования включить десятки человек сверх 1/3. Я решил на этом деле дать массе рабочих урок того, что говорил на собрании — большие дела решать всем вместе и вместе преодолевать трудности, и пока всем отказывал.
Так продолжалось до тех пор, пока специальный агент фабрики «по хлебу», сидевший на ст. Рубцовск, не телеграфировал: «Второй вагон прошёл на Низу через Рузнев в наш адрес». Тогда я, будучи уверен, что получу все три вагона, созвал внеочередное общее собрание рабочих в клубе и объявил, что второй вагон уже на ст. Барыш и вечером хлеб, вторая тысяча пудов, будут уже на фабрике. Я заявил: «Как, товарищи, теперь будете верить, что с хлебом вас не обманули и дадут вместо 8 фунтов (от кулаков) почти по 24 фунта? Объявляю всем “маловерам”: каждый может присоединиться к договору, но это уже в последний раз...»
Ещё через три недели подошёл последний вагон, и хлеб сполна был выдан всем рабочим. Фабрика к этому времени уже практически полностью работала в одну смену. Таким образом, пройдя через все трудности, коллектив фабрики вышел на путь нормального режима работы в условиях хорошего (хлебного) питания рабочих.
На очередном общем собрании рабочих я выступил и спросил: «Скажите, на каком предприятии Симбирской губернии сейчас 3 000 пудов хлеба на 2 500 человек? Только у нас!»
Теперь, когда рабочие расходились из клуба, в одной из их групп я услышал: «А ведь он (это про меня) в самом деле орёл, да ещё крылатый. Молодец!» Я удовлетворенно вздохнул.
Уже в 1923 г. наша фабрика заняла по всем показателям первое место в системе фабрик Симбирского сукна и держала его всё время в течение 1924—1926 гг. В 1922 г. мне было поручено ульяновским губпрофсобранием организовать при фабрике школу ФЗУ7, которой я руководил до конца 1925 г., когда состоялся первый выпуск окончивших ФЗУ в количестве около 25 человек, а впоследствии около 8 человек поступили в московские вузы и также их закончили.
В 1923 г. старая большевичка и инспектор Главпрофобра8 т. Барышева по поручению Н.К.Крупской обследовала постановку дела в нашем ФЗУ и нашла её очень хорошей и своеобразной.
Вернувшись в Москву, т. Барышева докладывала Н.К. Крупской об этом, и по её распоряжению наша фабрика была премирована первым в губернии детекторным приёмником, который был установлен в клубе фабрики монтёром из Москвы и, к сожалению, дал нам знать о безвременной кончине Владимира Ильича Ленина.
Получив это сообщение в январе 1924 г. от дежурного по клубу, я тут же по тревожному гудку остановил фабрику и собрал в клубе траурный митинг.
В глубоком молчании расходились все из клуба, а после часового перерыва фабрика заработала. Мы сообщили всюду по телефону, с кем у нас была связь, о смерти Вождя. Вся округа гудела тревожными гудками.

ИТОГ

Итак, с VIII/1921 г. по Х/1925 был осуществлён пуск и налажена работа на Измайловской суконной фабрике. Укомплектация, оборудование, руководство ФЗУ в течение всех этих лет потребовали большого расхода энергии, особенно нервной. В результате в 1923 г. летом у меня случился острый миокардит с одышкой и распуханием сердца на два пальца вправо и на один — влево. Это — в 33 года!
Я не мог пройти без отдыха 200 шагов. Врачебная экспертиза и трест решили отправить меня на лечение в Кисловодск. Трест предупредил: пребывание на курорте — 1 срок, 2 срока, до 1 года и более. По надобности. Заслужил работой.
В Кисловодске я пробыл 1 месяц. На запрос треста: «Какое нужно продление?» — ответил: «Никакого, выезжаю на фабрику в срок. Здоров».

ИЗ СПИСКА РЕПРЕССИРОВАННЫХ:

АБАЗИН Сергей Елистратович
Родился в 1918 г., Красноярский кр.; Фотограф. Проживал: р-н п., Измайловка (Барышский район).
Приговорен: Ульяновский облсуд 14 июля 1944 г., обв.: по ст. 58-10 ч. 2 УК РСФСР.
Приговор: 10 лет с поражением в правах на 5 лет с конфискацией имущества Реабилитирован в феврале 1990 г.
Источник: Книга памяти Ульяновской обл.

АЛЕКСАНИН ИВАН МАКСИМОВИЧ
Год рождения 1888
Место рождения Ульяновская обл., Барышский р-н, с. Ст. Измайловка
Работа счетовод колхоза
Место проживания Ульяновская обл., Барышский р-н, с. Ст. Измайловка
Осуждён тройка при ОГПУ по Средневолжскому краю
Дата осуждения 15 апреля 1932
Обвинение по ст. 58-10 УК РСФСР
Приговор 1 год
Дата реабилитации в августе 1989
Источник Книга памяти Ульяновской обл. - т.1

АЛЕКСАНИН ФИЛИПП НИКОЛАЕВИЧ
Год рождения 1902
Место рождения Куйбышевская обл., Барышский р-н, с. Старая Измайловка
Национальность русский
Работа ст. бухгалтер производственного отдела завода ДРО
Место проживания г. Выкса
Мера пресечения арестован
Дата ареста 11 марта 1938
Дата осуждения 19 октября 1939
Обвинение 58-6, -10
Приговор Дело прекращено. Под арестом 1 г. 6 мес.
Архивное дело 10378
Источник Книга памяти Нижегородской обл.

ГАЛАКТИОНОВ Иван Степанович
1901 г.р., м.р.: Ульяновская обл., Барышский р-н, п. Измайлово
рабочий, с августа 1941 в армии, рядовой 67 Гвардейского стрелкового полка
прож.: Ульяновская обл., Барышский р-н, п. Измайлово
арестован 30.06.1942
Обвинение: по ст. 58-10 ч. 2 УК РСФСР
Приговор: ум.
Реабилитация: 17.09.1993
Состав семьи: 3 детей
Источник: Книга памяти Ульяновской обл. , т.2

ГУСЕВ Петр Павлович
1908 г.р., м.р.: Ульяновская обл., Барышский р-н, п. Измайлово
крестьянин, с июня 1941 в армии, рядовой 38 отдельного стрелкового батальона 9 отдельной стрелковой бригады
прож.: Ульяновская обл., Барышский р-н, п. Измайлово
Обвинение: по ст. 58-10 ч. 2 УК РСФСР
Приговор: Военный трибунал Ленинградского гарнизона, 22.01.1942 — 10 лет
Реабилитация: 15.10.1996
Состав семьи: 2 детей
Источник: Книга памяти Ульяновской обл. , т.2

ЕВДОКИМОВ ЕВГЕНИЙ ИВАНОВИЧ
Год рождения 1924
Место рождения Ульяновская обл., Барышский р-н, Ст.Измайловка
Приговор раскулачивание
Дата реабилитации 20 марта 1996
Члены семьи
: Евдокимов Евгений Иванович
Глава семьи: Евдокимов Иван Платонович
: Евдокимова Анастасия Максимовна
: Евдокимова Валентина Ивановна
: Евдокимова Ираида Ивановна
Источник УВД Ульяновской обл.

ЕВДОКИМОВ Иван Платонович
Родился в 1901 г., Ульяновская обл., Барышский р-н, Ст.Измайловка;
Приговор: раскулачивание Реабилитирован 20 марта 1996 г.
Источник: УВД Ульяновской обл.
Крестьянин. Проживал (1935): спецпоселка Биллиюрт (Барышский район).
Приговорен: Куйбышевский крайсуд 27 декабря 1935 г., обв.: по ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР.
Приговор: 6 лет Реабилитирован 7 августа 1992 г.
Источник: Книга памяти Ульяновской обл.

ЕВДОКИМОВА АНАСТАСИЯ МАКСИМОВНА
Год рождения 1898
Место рождения Ульяновская обл., Барышский р-н, Ст.Измайловка
Приговор раскулачивание
Дата реабилитации 20 марта 1996
Члены семьи
: Евдокимов Евгений Иванович
Глава семьи: Евдокимов Иван Платонович
: Евдокимова Анастасия Максимовна
: Евдокимова Валентина Ивановна
: Евдокимова Ираида Ивановна
Источник УВД Ульяновской обл.

ЕВДОКИМОВА Валентина Ивановна
(варианты фамилии: Жимирикина) Родилась в 1926 г., Ульяновская обл., Барышский р-н, Ст.Измайловка;
Приговор: раскулачивание Реабилитирована 20 марта 1996 г.
Источник: УВД Ульяновской обл.

ЕВДОКИМОВА Ираида Ивановна
(варианты фамилии: Клинченко) Родилась в 1935 г., Ульяновская обл., Барышский р-н, Ст.Измайловка;
Приговор: раскулачивание Реабилитирована 20 марта 1996 г.
Источник: УВД Ульяновской обл.

КРЫЛОВ Борис Семенович
1886 г.р., м.р.: Ульяновская обл., Барышский р-н, п. Измайлово
рабочий
прож.: Ульяновская обл., Барышский р-н, с. Румянцево
арестован 14.08.1929
Обвинение: по ст. 58-7 УК РСФСР
Приговор: 01.01.1930 — освобожден, дело прекращено
Состав семьи: 3 детей
Источник: Книга памяти Ульяновской обл. , т.2

КУЛИКОВ Владимир Александрович
1873 г.р., м.р.: Ульяновская обл., Барышский р-н, п. Измайлово
служащий
прож.: Ульяновская обл., Барышский р-н, п. Измайлово
Обвинение: по ст. 58-7 УК РСФСР
Приговор: коллегия ОГПУ, 23.03.1930 — 5 лет
Реабилитация: 01.1931
Источник: Книга памяти Ульяновской обл. , т.1

ЛАДОНИН Василий Егорович
Родился в 1905 г., Ульяновская обл., Майнский р-н; рабочий. Проживал: п. Измайловка (Барышский район).
Приговорен: тройка при УНКВД по Куйбышевской обл. 21 декабря 1937 г., обв.: по ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР.
Приговор: 10 лет Реабилитирован в июле 1989 г.
Источник: Книга памяти Ульяновской обл.

НЕЧАЕВ Александр Павлович
Родился в 1890 г., Инзенский р-н; священник. Проживал: Ульяновская обл., Вешкаймский р-н, с. Нижняя Туарма.
Приговорен: тройка при ОГПУ по Средневолжскому краю 26 ноября 1929 г., обв.: по ст. 58-10 УК РСФСР.
Приговор: выслан в Северный край на 3 года Реабилитирован 12 октября 1992 г.
Источник: Книга памяти Ульяновской обл.
В 1944 году - рабочий. Проживал: р-н п., Измайловка (Барышский район).
Приговорен: Ульяновский облсуд 2 декабря 1944 г., обв.: по ст. 58-10 ч. 2 УК РСФСР.
Приговор: 10 лет с поражением в правах на 5 лет и конфискацией имущества Реабилитирован в апреле 1992 г.
Источник: Книга памяти Ульяновской обл.

НЕЧАЕВА Зинаида Алексеевна (урожденная АРХАНГЕЛЬСКАЯ)
Жена Александра Павловича НЕЧАЕВА.
Родилась в 1892 г. (вариант - 1891 г.), Ульяновская обл., Карсунский р-н (вариант - Майнский р-н); крестьянка. Проживала: Ульяновская обл., Вешкаймский р-н, с. Нижняя Туарма.
Приговорена: тройка при ОГПУ по Средневолжскому краю 7 января 1933 г., обв.: по ст.ст. 58-10, 58-11 УК РСФСР.
Приговор: 5 лет Реабилитирована 6 октября 1989 г.
Источник: Книга памяти Ульяновской обл.
В 1937 году - рабочая. Проживала: р-н п., Измайловка (Барышский район).
Приговорена: тройка при УНКВД по Куйбышевской обл. 21 ноября 1937 г., обв.: по ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР.
Приговор: 8 лет Реабилитирована 8 июня 1989 г.
Источник: Книга памяти Ульяновской обл.

САВЕЛЬЕВ АЛЕКСЕЙ ЯКОВЛЕВИЧ
Год рождения 1892
Место рождения Ульяновская обл., Барышский р-н, с. Старая Измайловка
Национальность русский
Работа комиссия партконтроля при ЦК ВКП (б) Свердловской обл., ответственный контролер при уполномоченном.
Место проживания г. Свердловск
Мера пресечения арестован
Дата ареста 11 мая 1937
Дата осуждения 3 августа 1937
Приговор 10 лет ИТЛ.
Источник Книга памяти Свердловской обл. - т. 7

САВЕЛЬЕВА ФАИНА НИКОЛАЕВНА
Год рождения 1900
Место рождения Ульяновская обл., Барышский р-н, д. Измайловка
Национальность русская
Работа библиотека им. Белинского, библиотекарь.
Место проживания г. Свердловск
Мера пресечения взята подписка о невыезде
Дата ареста 16 октября 1937
Дата осуждения 27 октября 1937
Приговор 8 лет ИТЛ.
Источник Книга памяти Свердловской обл. - т. 7

РГАДА 350.2.3113.
Первая ревизия

Из МК Богородицкой церкви села Старая Зиновьевка Карсунского уезда Симбирской губернии.

1888 год. О БРАКОСОЧЕТАНИИ.

Запись № 21 от 24 октября 1888 года о БРАКОСОЧЕТАНИИ, которое состоялось в Богородицкой церкви села Старая Зиновьевка Карсунского уезда Симбирской губернии.
Жених: Сенгилеевского уезда деревни Измайловка безсрочно отпускной писарь-солдат Зиновий Иванов ЕВДОКИМОВ, православного вероисповедания, вторым браком. Возраст - 30 лет.
Невеста: Сенгилеевского уезда села Шигоны умершего города Сызрань мещанина Гавриила Прохорова дочь девица Екатерина, православного вероисповедания, первым браком. Возраст - 17 лет.
Поручителями при венчании были: по жениху - Сенгилеевского уезда деревни Измайловка крестьяне Платон Михайлов ЕВДОКИМОВ, Савелий Иванов ХОДОРОВ и Карсунского уезда деревни Попова Мельница крестьянин Василий Михайлов; по невесте - города Сенгилея мещанин Петр Яковлев ЗАВОДОКОВ и Карсунского уезда деревни Дурасовка крестьянин Василий Игнатьев.
Венчание провел священник Афанасий МОРОЗОВ с псаломщиком Николаем СНЕЖНИЦКИМ и псаломщиком Никифором ТАЗИНСКИМ.

Подскажите пожалуйста, есть ли у кого-то МК Измайловки Богородицкой церкви за 1903 год??
Есть книги 1898-1902, 1904, 1905, а нужный 1903 не нашла.
С большой уверенностью предполагаю, что именно там запись о рождении Морозовой Марии Петровны. Отец Пётр Иванович, мать Акилина Дмитриевна.
Заранее спасибо!

В Ульяновском архиве, в читальном зале.
Ф.134, оп.39, том 4, дело 1745 Измайловка Богородицкая церковь 1902-1903 год

https://ogugauo.ru/site/imageV...qHi8LRj5uZ

Измайлово Барышского района Ульяновской области.

История, жители, документы