Сибирские летописи (Российская Федерация)

https://zen.yandex.ru/media/sc...6f47af3118

zen.yandex.ru
Академик Н. Н. Покровский: «Древняя книга в Сибири есть!»
7 - 8 minutes

Академик Н. Н. Покровский: «Древняя книга в Сибири есть!»

Выдающемуся российскому «путешественнику за редкими книгами», академику Николаю Николаевичу ПОКРОВСКОМУ в этом году исполнилось бы 90 лет. В июне 2020 г. должна была состояться IV Всероссийская научная конференция «Актуальные проблемы отечественной истории, источниковедения и археографии», посвященная юбилею ученого, сделавшего множество ярких открытий в разных областях исторического знания. Из-за эпидемии COVID-19 научный форум был перенесен на осень, а из-за «второй волны» он проводится 9–11 ноября в новосибирском Институте истории СО РАН в режиме «онлайн»

Имя Н. Н. Покровского в первую очередь связано с «археографическим открытием Сибири»: десятки экспедиций, проведенные под руководством академика и его учеников, позволили не просто создать одно из крупнейших в стране собраний древнерусских рукописей и старопечатных книг, но открыть мир письменной культуры крестьян-староверов, проживавших на огромной территории от Урала до Дальнего Востока.

Сам исследователь родился в семье известного историка Николая Ильича Покровского, декана историко-филологического факультета Ростовского государственного университета, а учеба и последующая работа в Московском университете приобщили его к лучшим традициям московской исторической школы. Однако в 1957 г., во время хрущевской «оттепели» двадцатисемилетний Покровский был арестован за участие в подпольной группе молодых московских историков, выступавших за углубление демократизации советского общества (знаменитое «дело Краснопевцева»), и приговорен к шести годам заключения.

Вернуться к научной работе Покровский смог лишь в 1963 г., а два года спустя переехал в новосибирский Академгородок, где сразу же занялся большим научным проектом – поиском на территории Сибири памятников древнерусской книжности.

Как писал спустя годы сам Покровский, «до середины XX в. считалось, что в Сибири древнерусская книжность представлена крайне бедно. И действительно, освоение края русскими переселенцами началось только в XVII в., какие уж тут древние книги! Однако уже первые экспедиции Археографической комиссии АН СССР в конце 1950-х гг. показали: древняя книга в Сибири есть. Правда, искать ее непросто: старообрядчество в Сибири сохранилось лучше, чем в европейской части России, отсюда – и особое отношение к книге, и недоверие к чужакам. Очевидно, что Сибири нужен был свой археографический центр. В основание его глава комиссии и мой учитель академик М. Н. Тихомиров решил положить собранную им за многие годы ценнейшую коллекцию древних книг. Этот щедрый подарок давал возможность университетской молодежи на подлинниках учиться непростому делу определения, чтения и датировки манускриптов».

Так в Сибири появился третий в стране археографический центр и начались экспедиции по огромному сибирскому региону, от Приполярного Енисея до южных границ Киргизии, от Зауралья до Дальнего Востока.

По словам ученого, «сложности встречались на каждом шагу. Мы ведь направлялись не просто в деревни, населенные староверами, а в самые замкнутые их поселения – скиты. Людей туда не особо пускали, на разговор шли неохотно, могли воды не дать, а если и давали, могли разбить посуду, из которой человек пил, как поганую. Но чтобы уговорить староверов отдать книги, одного ладана недостаточно. Часто книги приходилось менять, хотя археографы не любят об этом распространяться. На этот случай мы создали специальный обменный фонд из произведений, не представляющих особого интереса для науки, но важных для старообрядцев. Нередко книги попросту выкупали. В деревнях (не в скитах, конечно) они подчас доставались людям, далеким от веры, и те рады были их отдать за любую цену – не то что сегодня, когда за книгу могут запросить сумму, в десять раз превышающую ее реальную стоимость <…> Что больше всего меня поразило в первой экспедиции? Конечно же, строй, старообрядческий монастырский быт, но больше всего – блестящее книжное собрание, обнаруженное в первом же из скитов. Отец Палладий, хозяин скита, собирал его многие годы. Никогда не забуду, как он картинно отдернул занавеску, а там – полка за полкой, заставленные изданиями дониконовского времени, то есть до середины XVII в.! Через пару лет после кончины Палладия его книги, как водится у старообрядцев, раздавали приехавшим на поминки. Так уникальные издания разошлись по всему сибирскому старообрядческому миру. Две книги удалось получить и нам – сейчас они хранятся в ГПНТБ».

Слева: Николай Покровский в экспедиции по р. Убе (Рудный Алтай); рядом с ним –матушка Меланья. 1970 г. Справа: просушка книг из собрания отца Палладия. Весной ручей разливался, в ущелье становилось влажно, и книги отсыревали. Николаю Николаевичу удалось уговорить владельца собрания устроить просушку всей библиотеки
Слева: Николай Покровский в экспедиции по р. Убе (Рудный Алтай); рядом с ним –матушка Меланья. 1970 г. Справа: просушка книг из собрания отца Палладия. Весной ручей разливался, в ущелье становилось влажно, и книги отсыревали. Николаю Николаевичу удалось уговорить владельца собрания устроить просушку всей библиотеки

Покровский занимался не только поиском, описанием и публикацией письменных свидетельств прошлого, но и тщательным их изучением. Когда в советской историографии еще только начинали писать о том, что в центре исторического исследования должен стоять человек, он уже несколько десятилетий показывал в своих работах яркие характеры и судьбы людей, крестьян, торговцев, чиновников и воевод, в мировоззрении которых причудливо сочеталось официальное православие и старообрядчество, язычество и христианство.

В 1977 г., работая в хранилище Томского краеведческого музея, Покровский обнаружил, как вскоре выяснилось, самый древний из списков «Степенной книги царского родословия» – памятника, созданного в эпоху правления Ивана Грозного, который представляет собой первую попытку обобщающего изложения русской истории. В результате многолетней кропотливой работы научного коллектива под руководством Покровского по выявлению и исследованию всех древних манускриптов, содержащих текст Степенной книги, в 2007–2009 гг. вышло полное двухтомное издание, открывающее доступ к самым истокам этого произведения, оказавшего существенное влияние на отечественную историческую науку Нового времени.

На странице Томской рукописи Степенной книги (1560-е гг.), обнаруженной Н. Н. Покровским, видна правка митрополита Афанасия – рассказ о романтическом знакомстве будущего Великого князя Василия I и литовской княжны Софьи Витовтовны. Томский краеведческий музей
На странице Томской рукописи Степенной книги (1560-е гг.), обнаруженной Н. Н. Покровским, видна правка митрополита Афанасия – рассказ о романтическом знакомстве будущего Великого князя Василия I и литовской княжны Софьи Витовтовны. Томский краеведческий музей

...В одном из интервью газете «Советская Сибирь» Николай Николаевич Покровский сказал: «Моя главная цель и, если хотите, мечта – сделать достоянием науки и открыть для историков все то архивное богатство, которое у нас есть, и по закону должно быть общедоступным». Тематика докладов на нынешней конференции, посвященной памяти выдающегося сибирского ученого, соответствует поразительно широкому спектру его научных интересов, а участники этого форума представляют ведущие вузы и научные учреждения Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Томска, Новосибирска и других городов, во многих из которых сегодня успешно работают ученики академика Покровского.

http://остяко-вогульск.рф/2020...xi-xvi-vv/

Краеведение
Русские походы в Югру XI-XVI вв.
- Андрей Рябов|Опубликовано 04.09.2020

В.Д. Пузанов

Русские отряды совершали походы на земли по р. Оби еще в удельное время. ПВЛ упоминает югру среди народов Иафетовой части, где живут «русь, чюдь и вси языцѣ: меря, мурома, всь, мордва, заволочьская чюдь, пермь, печера, ямь, югра, литва, зимигола, корсь, лѣтьгола, либь». По данным ПВЛ, к 1096 г. новгородцы проникли в земли Югры за пушниной. Новгородец Гюрята Рогович рассказал летописцу о первой экспедиции из Новгорода в Югру. «Послахъ отрока своего в Печеру, люди, иже суть дань дающе Новугороду. И пришедшю отроку моему к нимъ, и оттудѣ иде въ Угру. Угра же суть людье языкъ нѣмъ и съсѣдяться съ Самоѣдью на полунощныхъ сторонахъ. Угра же рекоша отроку моему: “Дивно находимъ мы чюдо ново, егоже нѣсмы слыхали преже сихъ лѣтъ, се же нынѣ третьее лѣто поча быти: суть горы заидуче в луку моря, имьже высота акы до небеси, и в горахъ тыхъ кличь великъ и говоръ, и сѣкуть гору, хотяще просѣчися. И есть в горѣ той просѣчено оконце мало, и туда молвять. Не разумѣти языку ихъ, но кажють желѣзо и помавають рукою, просяще желѣза; и аще кто дасть имъ железо — или ножь, или секыру — и они дають скорою противу. Есть же путь до горъ тѣхъ непроходимъ пропастьми, снѣгомъ и лѣсомъ, тѣмь не доходимъ ихъ всегда; есть же и подаль на полунощьи”».

Персидские историки отмечали, что в земле народа Югры добывают прекрасную пушнину соболей. В XII-XV вв. новгородцы ходили в экспедиции к Югре и собирали с нее дань. Походы на север на «югорских данников», как их называет Новгородская летопись под 1187 г., были в это время частыми. Летописи Новгорода отмечают эти походы только в особых случаях, при поражениях новгородцев от югры или устюжан. Так, отмечена крупная военная экспедиция на Югру в 1193 г., когда новгородцы были разбиты.

Новгородская летопись под 1445 г. отмечает, что в походах новгородцы захватывали пушнину, а также жителей – мужчин, жен и детей. В рассказе Новгородской летописи о походе на Югру в 1445 г. сообщается численность новгородской рати – 3 тысячи человек. Надо отметить, что это достаточно большое войско для северной военной экспедиции. Однако один из новгородских отрядов в этой экспедиции был разбит Югрой.

По данным Новгородской летописи, в отношениях с Югрой Новгород столкнулся с Устюгом, который вел свою политику на севере. В 1323 г. устюжане поймали новгородцев, которые ходили в Югру и ограбили их. В 1324 г. Новгород для наказания отправил военную экспедицию на Устюг, новгородцы взяли город на щит и заключили мир с князьями города. Однако борьба городов за Югру на этом не закончилась. По летописи в 1329 г. устюжские князья избили новгородцев, которые шли на Югру. Земли Югры в это время занимали Приуралье, Северный Урал и север Западной Сибири. В 1364 г. новгородцы в походе на Югру воевали на севере Сибири по р. Оби до океана.

В договорных грамотах XIII – XV вв. Новгорода волость Югра отмечается среди других владений Новгородской республики. К сожалению, договорные грамоты Новгорода известны только начиная с 1264 г., в результате не известно, когда Новгородская республика стала считать Югру своим владением.

Посол Священной Римской империи Сигизмунд Гербенштейн, ездивший в Русское государство в 1517 и 1526 гг., приводит на основании попавшего к нему «русского дорожника» географические данные о Северном Урале и Сибири, которые показывают хорошее знание русскими людьми этих территорий. «Подъем на гору Камень занимает три дня; спустившись с нее, можно добраться до реки Артавиша (Artavuischa), оттуда до реки Зибута, от нее в крепость Ляпин (Lepin), от Ляпина до реки Сосвы (Sossam). Живущие по этой реке называются Вогуличами. Оставив Сосву справа, можно добраться до реки Оби, которая начинается из Китайского озера. Через эту реку они едва могли переправиться в один день, да и то при скорой езде: ширина ее до такой степени велика, что простирается почти до восьмидесяти верст. И по ней также живут народ Вогуличи и Югричи (Ugritzschi). Если подниматься от Обской крепости по реке Оби до устьев реки Иртыша, в который впадает Сосва, то это составить три месяца пути. В этих местах находятся две крепости Ером (Ierom) и Тюмень, которыми управляют властелины, Князья Югорские, платящие (как говорят) дань великому Князю Московскому. Там имеется много животных и превеликое множество мехов».

А.И. Плигузов отмечал, что русский дорожник в Югру, приводимый Гербенштейном «отражает маршруты древнейших XIV – XV столетий, походов новгородских экспедиций». В начале XVI в. Русские пользовались для похода в Югру другой, более короткой дорогой.

В XV в. отношения с Югрой переходят от Новгорода к Русскому государству. В историографии принято в качестве начала политики Ивана III в Югру отмечать походы 1483 и 1499 гг. Однако по данным северных летописей, первым походом Москвы на Югру был поход 1465 г., проведенный силами рати Устюга и Выми по приказу Ивана III. Поход 1465 г. стал началом подчинения Русским государством Югры.

А.А. Зимин считал, что Иван III начинает подчинение северных районов Сибири, связанных с Новгородской республикой, только после подчинения Новгорода в 1478 г. По мнению ученого, русский поход 1483 г. был первой военной экспедицией Москвы в Югру. К сожалению А. А. Зимин не исследовал поход 1465 в Югру, который действительно был первой военной экспедицией Ивана III. Этот поход был совершен еще до подчинения Новгорода, он состоялся после получения власти Иваном III над северными городами, что показывает важность отношений с Югрой для Москвы. По мнению Ю.Г. Алексеева, в ходе похода 1483 г. русские вообще первый раз оказались в Сибири. Это положение историка не подтверждается новгородскими летописями, которые отмечают отношения Новгорода и Югры на протяжении XII-XV вв.

По данным Устюжского летописца, в 1465 г. великий князь Иван Васильевич приказал устюжанину Василию Скрябе воевать Югорскую землю. Войско было собрано из «охочих людей» и жителей Выми, и насчитывало, как можно предположить из сведений летописи о рати Устюга в других походах, более тысячи человек. Отряд Устюга воевал Югру и привел много полона, среди которого были югорские князья. По летописи, Иван III пожаловал князей и отпустил их в Югру, наложив на Югорскую землю дань. Архангелогородский летописец дает более подробные сведения о походе 1465 г., отмечая, что русское войско привело Югорскую землю за великого князя Ивана III. Государь на Москве принял пленных князей Югры и пожаловал их властью над княжествами, положив дань на Югру. Таким образом, северные летописи определяют в качестве даты первого похода Москвы на Югру 1465 г.

Однако зависимость Югры от Русского государства в это время не была полной. Москве приходилось посылать рати на север для сбора дани, а также для борьбы со знатью ханты и манси. В 1483 г. в Сибирь на р. Обь и р. Иртыш был совершен крупный поход под командой государевых воевод И.И. Салтыкова и Ф.С. Курбского. По данным летописи, в походе 1483 г. приняли участие дети боярские государева двора, а также рать северных городов. По Устюжской летописи, русская рать разбила манси, а затем по р. Тавде направилась на р. Иртыш и на р. Обь, разгромив князей Югры. После похода весной 1484 г. князья Сибири и Югры принесли присягу великому князю. Ю.Г. Алексеев справедливо полагал, что поход 1483 г. на р. Обь стал грандиозным предприятием Русского государства по освоению Северного Урала и Зауралья.

В 1499 г. Иван III направил в Югру войско на лыжах под началом князя С.Ф. Курбского и П.Ф. Ушатого с ратью северных городов Устюга, Вятки, Перми и других. В разрядных книгах имеются сведения о численности этой рати. Войско похода на север 1499 г. насчитывало около 4-х тысяч человек, главным образом, его составляли рати северных городов. Как уже отмечалось, военные экспедиции новгородцев в Югру достигали 3-х тысяч человек, отряды Русского государства – 4-х тысяч человек. Это были достаточно крупные военные экспедиции для севера. В результате этих походов, в XV в. в России хорошо знали народы югры и ненцев.

14 марта 1484 г. Иван III впервые включил в великокняжеский титул упоминание Югры, что для правителей Москвы означало установление русского подданства над этой землей.

В конце XVI в. север Западной Сибири окончательно стал частью Русского государства. В 1556 г., после признания власти русского царя в Сибирском ханстве, в Югорскую землю «князю Певгею и всем князем Сорыкидцкие земли и лучшим людем и середины и молодшим» была послана грамота царя и великого князя Ивана Васильевича, в которой эта земля называлась «наша вотчина», что по политической терминологии XVI в. значило, что в Москве Югорскую землю считают частью Русского государства. В грамоте сообщалось о посылке в Югру посыльщиков «к вам по свою дань Ивашка Васильева сына Иконникова, да Нечайка Иванова сына Вычегжанина, да Офоньку Федорова сына Гогунина да Васку Лаптева», которые должны были собрать дань «со всякого человека по соболю». В случае отказа от сбора дани царь обещал послать войско – «А не зберете вы нашие дани со всякого человека по соболю и к нам на Москву не пришлете, и мне на вас послать рать своя и вострая сабля».

Поход казаков в Сибирь и основание русскими воеводами городов Тюмени (1586 г.), Тобольска (1587 г.), Березова (1593 г.) и Сургута (1594 г.) завершили процесс вхождения племен Югры в Русское

Сибирские летописи

История Сибири