Общие вопросы по Гос. архиву ДНР

Появилась интересная инициатива администратора группы Архивный дозор ("Архизорро") на Facebook Виталия Викторовича Семёнова:

https://www.FB [запрещен в РФ]/groups/1208583682656945/permalink/1320196474828998/

Если Вас ещё нет в этой группе – цитирую:

«Оцените письмо. Есть замечания? По поводу того, что письмо написано очень "просто" - ребят, я был в Чечне не раз и письма им надо писать именно так, просто и ярко, это, пожалуй, единственный регион России, где это эффективно.

Сразу украинцам хочу сказать: то, что оцифровывать в первую очередь серьёзно обсуждалось именно с украинцами и по ту и по эту сторону зоны размежевания. Понятно стало, что в Луганск не "зайти", - там сидит плотный дурак Витя Кулик (я с ним лично знаком), а вот с Донецком можно попробовать.

Дорогой Рамзан Ахматович!

Вас беспокоит историк, председатель межругиональной общественной организации "Архивный дозор", редактор Книги Памяти Москвы, автор трёхтомника "Проект "Военкомат" - документы военкоматов ЧИАССР 1939-1945 годов" Семёнов Виталий Викторович.

У нашей организации есть миссия - предотвращать гибель архивных коллекций в ходе военных действий. Чаще всего для этого не надо быть волшебником, достаточно просто думать головой на несколько шагов вперёд. Я был в экспедициях в Южной Осетии, Сирии, на Донбассе.

Вы возглавляете республику, исторической памяти которой был нанесён невосполнимый урон войной - бесценная коллекция документов Государственного архива ЧИАССР погибла в 1996 году. Вы понимаете, что это значит.

Сегодня это может произойти в Донецке и Луганске. Я бывал в Луганском архиве после начала войны не раз. Коллекция этого архива уникальна, она не оцифрована. Архив уже подвергся грабежу в 2014 году. Только скодоумием руководства местной архивной сферы можно объяснить тот факт, что архив, здание которого может быть сожжено одним выстрелом из танка, считает, что ему не нужна помощь волонтёров в создании страховых копий самых ценных документов.

Ситуация в Донецком архиве лучше - часть фондов была оцифрована до войны и доступна в свободном доступе.

Да, в ДНР и ЛНР архивистам живётся крайне тяжело! Архивы финансируются по остаточному принципу, денег нет. Но действовать на войне обычным порядком не возможно: наиболее ценные исторические документы архивов должны быть скопированы.

Мы просим у вас рекомендаций (письмо о поддержке проекта) к руководству ДНР с просьбой начать процесс оцифровки силами волонтёров тех фондов, которые ещё не скопированы и их свободному и бесплатному распространению. Это хоть какая-то гарантия от уничтожения во время боевых действий, которые, возможно, скоро придут в Донецк. Мы предлагаем начать с фонда Бахмутской синагоги - уникальный и неоцифрованный фонд, против выставления в интернет которого ничего не скажут даже самые отъявленные либералы. Также ценен фонд ревизских сказок Мариупольского уезда.

Если им нужны деньги, мы готовы эти копии выкупить, но надо что-то делать. Придёт война и всё уничтожит!

Мы искренне надеемся, что архивное руководство ДНР умнее, чем архивное руководство ЛНР, а тем более, если у нас будет рекомендация от Вас, шансы нашего проекта резко увеличиваются.

В завершение письма почему мы обратились к Вам: в 2012 году точно также, как тема копирования документов ЛДНР мы носились по всей России с предложением копировать и бесплатно выставлять документы военных комиссариатов времён Великой Отечественной. Все нам откзывали, не потому что это вредно, а потому что все боялись.

И единственные регионы, которые не испугались были Ингушетия и Чеченская республика.

Сейчас документы военкоматов изучаются официально и повсеместно. И все уже забыли, что в начале были Ингушетия и Чечня.

Иногда для большого и важного проекта надо найти человека, который не боится.

Вот почему мы обратились к Вам.

С уважением, председатель МОО "Архивный дозор"

Семёнов Виталий Викторович»

От себя: приглашаю присоединиться к обсуждению (в указанной выше группе).

Небольшая ретроспектива. Или о том, как полезно искать не только в метрических книгах.

Итак, поступило задание разыскать сведения о малой родине семьи Школьниковых. Работа эта велась в рамках ещё большего (амбициозного и наукоёмкого) проекта.
Исходная информация: отчётная карточка на Еремея Александровича (запомните отчество, оно нам ещё понадобится), 1911 г.р.
Также было известно, что родился Еремей Александрович в Сталинской области, Бешевском районе, с. Бешево.
Работа велась совместно и при активном участии заказчика, клиента и партнёра в одном лице.
Первым делом, естественно, обратились к метрическим книгам синагоги г.Мариуполя Мариупольского уезда Екатеринославской губернии.
И вот она – первая неожиданность: сын Еремий родился у мариупольского купца Хонона Залманова Школьникова и матери Мирьям.
А как же Александр? Об этом – чуть позже.
Оказалось также, что кроме Еремия в семье были ещё старшая сестра Фейга и младший брат Эфроим. Что дали записи о рождении сестры и брата? Из более ранней записи узнали, что купец 2-й гильдии, и что в 1933 году, числа, месяца выдавалась справка (иногда это помогает). Из более поздней записи узнали, что Мирьям – Еремеева и что в 1928 году делалась выпись.
И, в принципе, всё. Но ключевым моментом на этом этапе стало вот это: «Мариупольский 2ой гильдии купец…».
Следующим номером нашей программы был просмотр фонда № Ф-113: Мариупольская городская управа, г.Мариуполь, Мариупольского уезда, Екатеринославской губернии. А именно – разного рода списков купцов (и не только). Списки эти и от 1892 года, и от 1893-го, и от 1896го, 1897-го, 1901-го, 1902-го, 1908-го, 1909-го…
Скажу сразу: смотреть нужно все. Почему?
Во-первых, становится понятным, когда стали купцами. Иногда это соответствует времени появления на территории современной Донецкой области.
Во-вторых, списки дополняют друг друга.
Например, из списка за 1901 мы узнали, что родителями Хонона были Залман Афроимов, 47 лет и Цива Юделева, 45 лет.
Кроме самого Хонона в семье было ещё три (как потом оказалось - четыре) сына и три дочери:

- Афроим, 26 лет;
- Хонон, 25 лет;
- Мейер, 13 лет;

- Эсфирь, 16 лет;
- Бейля, 11 лет;
- Сарра, 6 лет.

Почему нужно смотреть все списки? В нашем случае год спустя появился Берц, 25 лет.
В списке от 1908 года Цива Юделева уже вдова. И допись: «Умерла – сын выбир. самостоятельно докум. в купцы». Допись «глаголет», что вдова Цива умерла в 1907 году. Записано согласно заявлению её сына. Т.е. документ о смерти не предоставлялся (и можно было предположить, что Цива умерла не в Бешево).
В более поздних списках появляются жены у Хонона и Берца (Берко) и дети. У Хонона – Феня, а у Берца (Берко) – тоже Феня, но на год младше.
Куда-то «деваются» Афроим и сёстры.
В документах за 1908 год (фактически, уже после смерти Цивы Юделевны), Городская Управа г. Мариуполя просит Сельское Управление села Бешевское известить Циву Юделевну или кого-либо из сыновей, что она исключена из купеческого сословия. 07.04.1908 года отношение было вручено сыну Александру Школьникову.
Помните Еремея Александровича? Так вот: в метрических книгах мариупольской синагоги и в списках купцов отец Еремея писался Хононом. Но в обычной жизни звался Александром.
И, кстати, ныне живущим Школьниковым он тоже был известен как Александр. О Хононе впервые узнали из записи о рождении Еремея!
Мариупольская купеческая история Школьниковых заканчивается в 1909 году. В списках их уже нет. Но января 12 дня 1909 года выдаётся копия посемейного списка на семейство бывшей Мариупольской 2-й гильдии купчихи Школьниковой для представления в Казённую Палату.
Здесь можно было бы вернуться и к метрическим книгам мариупольской синагоги. Но вот незадача: кроме рождения троих детей у Хонона – больше ничего. Ни у Афроима, ни у Берца (хотя мы точно знаем и о жене, и о дочери), ни у Мейера.
Справедливости ради нужно отметить, что записи о рождении младшего брата и сестёр Хонона в МК были. Кстати, со «смещением» в 1-2 года по сравнению с возрастом, указанным в списках купцов.
Кроме того, узнали о рождении в 1886 году близнецов Иуды и Сары. Но дети эти, похоже, не выжили. Т.к. в посемейных списках их уже не было.
Но где же у Афроима? Где же у Берца? Где же у Мейера?
Здесь на помощь пришла полная база родившихся.
Потенциально перспективными оказались четыре индекса о рождении:

- ШКОЛЬНИКОВ А.А., 1905 (Преображенская церковь пос.Юзовка Бахмутского уезда);
- ШКОЛЬНИКОВА А.А., 1906 (Успенскя церковь сл.Макеевка Таганрогского округа Области Войска Донского);
- ШКОЛЬНИКОВ И.А., 1909 (Архангело-Михайловская церковь с.Авдеевка (Орловка, Яковлевка) Бахмутского уезда);
- ШКОЛЬНИКОВА Ц.Б., 1911 (Синагога г.Бахмута).

Первые трое оказались крестьянина Орловской губернии Карачевского уезда Дроновской волости деревни Яковлевки Андрея Евдокимова Школьникова и законной жены его Афанасии Авраамовой (оба православные).
А вот четвёртая!
Запись о рождении дочери у мариупольского купеческого сына Берко Залманова Школьникова и его жены Ханы Юделевны. Указано, что родители проживали при станции Енакиево.
Ну, и последний штрих: откуда бешевские Школьниковы и когда они появились в Бешево под Мариуполем?
На первый вопрос получаем сразу четыре одинаковых ответа. Записи о рождении пятерых детей Залмана содержат краткую, но ёмкую информацию: гомельский мещанин.
Со вторым вопросом сложностей тоже не возникло. Эсфирь, 1885 г.р., была в посемейном списке купцов, но её не оказалось в МК синагоги (записи за этот год сохранились).
Следующими, как мы знаем, был год рождения близнецов – 1886-й. В МК синагоги они уже были.
Таким образом, можно с большой долей вероятности предположить, что Школьниковы в Бешево прибыли между 1885 и 1886 годами.
А что же Хонон, спросите вы… Ввиду того, что в МК мариупольской синагоги записи о рождении детей у Залмана начинаются с в 1886 году, а Хонон родился в 1876-м, запись о его рождении следует искать в Беларуси.
Загадки, конечно, остались. Чем именно занимались Школьниковы, если один сын жил в Бешево под Мариуполем, а другой – при станции Енакиево? Почему запись о рождении дочери у того, что в Енакиево – в МК синагоги Бахмута, если в Енакиево была собственная синагога (МК не сохранились)? Где умерли Залман и Цива? Возможно, ответы на эти вопросы мы бы получили из МК синагоги Енакиево… Если бы они сохранилась…
Ну и небольшая ремарка. В документах, которые велись православными, имена евреев искажены. Анюта вместо Ханы. Афроим вместо Эфроима. Мария вместо Мирьям. Сарра вместо Сары. Феня вместо Фейги. Цива вместо Цивье.
И последнее. А что делать, если евреи Мариуполя не были купцами? Потенциально перспективными являются дела, содержащие сведения о призывных списках.
Да и, как показала практика, евреи довольно активно «легитимизовали» своих детей и через несколько лет после их рождения. Писались прошения, проводились дознания, собирались свидетельские показания… Конечно, здесь как повезёт. Но, если запись не сохранилась, можно поискать и здесь.

Только вопросы об архиве, его работе и фондах. Поиск по населенным пунктам и фамилиям в географическом и фамильном разделах.