Аргуновская волость

Книга Нины Васильевны Большаковой "Древнее Аргуново" оцифрована проектом "Цифровое краеведение под Покровом" и выложена тут https://www.digitalpokrov.ru/pages/books.php
В прилагаемых к карте географическом и алфавитнои указателях, в конце книги, цифры были напечатаны со смещением (после пометки), будьте внимательны!

Грамота царя Бориса Годунова владимирскому губному старосте. Н. Зловидову о подавлении выступления крестьян Аргуновской вол. и их столкновение с властями Троице-Сергиева м-ря

По государеву цареву и великого князя Бориса Федоровича всеа Русии слову боярина и дворецково Степана Васильевича Годунова в Володимер, губному старосте Несмеяну Зловидову.

В нынешнем в 113-м году писал еси ко государю царю великому князю Борису Федоровичю всеа Русии – приезжал ты по государеве грамоте, по челобитью Троецкого архимандрита Кирила з братьею, сыскивать про спорную землю деревни Омутища и деревни Крутые Поляны, что аргоновские крестьяне межи переорали и грани испортили. И Аргуновские волости староста Петруша Седельцо, да целовальник Якушко, прозвище Гудок, да крестьяне Обросим Ондреев, да Михалко Семенов, да Куземка Фролов, да Одинец Васильев, собрався со многими людьми, вышли с ослопы, и с рогатины, и с самопалы, голсударевы грамоты у тебя не послушали, и сыскивать не пустили, и окольних людей, и старожильцов, и троецкого приказщика Федьку Конищева хотели убити насмерть, а губново целовальника и убили. И в Приказе Большого Дворца аргуновские крестьяне Обросимко Ондреев да Митька Лихачев Троица-Сергиева монастыря с служкою, с Федькою Конищевым, очи на очи ставлены, и про спорную землю деревни Омутища и деревни Крутые [Поляны] сыскивано государевыми жалованными грамотами, и вотчинниковыми данными, каковы дано Троецкому монастырю, и писцовыми книгами: почему Аргуновские волости крестьяне называли те деревни аргуновскими деревнями. И по тем государевым жалованным грамотам и по данным деревнею Омутищи, и деревнею Крутою Поляною, и тех деревень всякими угодьи довелось владети живоначальные Троицы-Сергиева монастыря архимандриту Кирилу, да келарю старцу Илье з братьею, а Аргуновские волости крестьяном в те деревни и в угодья вперед вступатись не довелось, и челобитья их слушати не велено, потому что в писцовых книгах те деревни в Аргуновской волости не написаны, опричь того, что называли крестьяне писцом Федору Наумову, и называли те деревни своими, а суда и сыску в тех книгах не написано, и не укреплены те деревни у Аргуновской волости ничем.

И как к тебе ся грамота придет, и ты б деревню Омутища и деревню Крутую Поляну со всеми угодьи в Троиецкой монастырь архимандриту Кириллу да келарю старцу Илье з братьею, а Аргуновские волости крестьяном сказал, что они вперед в те деревни и в угодья не вступались никоторыми делы, а учнут вступатца, и государь, сыскав, велит им указ учинить. А того еси берег накрепко, чтоб у аргуновских крестьян с троицкими крестьяны в той земле и в угодьях, и на земле, и на угодьех бою и драки такие, как у них было наперед сего, не было никоторыми делы, и нихто б в чужие земли не вступался. А которые крестьяне учтут в те деревни и в угодья вступатца или учинит хто на земле драку и бой, и на тех бы еси людей писал ко государю царю и великому князю Борису Федоровичю всеа Руси к Москве именно и велел отписки отдавати в Приказе Большого Дворца мне, боярину и дворецкому Степану Васильевичю Годунову, и государь о том велит указ чинить. А что государевы царевы и великого князя Бориса Федоровича всеа Руси грамоты у тебя Аргуновские волости крестьяне, староста Петрушка Седельцо с товарищи, не послушали про спорную землю деревни Омутища и деревни Крутые [Поляны] сыскивати не пустили, и окольних людей и старожильцов, троецкого приказщика Федьку, хотели убить на смерть, а губного целовальника и убили, и за то старосту Петрушку с товарищи, трех человек, передо всеми волостными людми, розболокши, велел бы еси бити батоги нещадно, чтоб неповадно было так воровать иным крестьяном, государевых грамот ослушатца, и приказных людей и старожильцов и окольных людей бить.

А прочет сю грамоту и списав с нее список слово в слово, отдал бы еси ее Троицы Сергиева монастыря архимандриту Кирилу да келарю старцу Илье з братьею, и оне ее держат у себя наперед для иных приказных людей. К сей грамоте боярин и дворецкой Степан Васильевич Годунов печать свою приложил.

Лета 7113, марта в 18 день

На обороте: Дъяк Филипп Голенищев.

Отметка о получении грамоты: 113-го апреля в 21 день привез грамоту троецкой слуга Григорей Хохлов.

Народное движение в России в эпоху Смуты начала XVII века, 1601 – 1608. Сборник документов. М., 2003. С. 43 – 44.

От составителей издательства «Наука»:

Грамота Бориса Годунова воссоздает один из эпизодов упорной борьбы крестьян Аргуновской вол. с властями Троице-Сергиева м-ря за спорные земли у дд. Омутищи и Крутые Поляны, присвоенные монастырем. Противоборство сторон началось во второй половине XVI в., с того времени, когда царские писцы, несмотря на протесты аргуновских крестьян, без сыска и суда, отнесли по писцовой книге издревле принадлежавшие им земли к вотчинным владениям монастыря. В 1604 г. аргуновские крестьяне самовольно перепахали межи и испортили грани на спорной земле. Когда же туда прибыл для производства дознания губной староста со своими людьми, монастырский приказчик со старожильцами, крестьяне оказали им вооруженное сопротивление, явившись всем миром с дубинами (“ослопами”), рогатинами и самопалами. В происшедшей стычке взбунтовавшиеся крестьяне взяли верх, убили старосту, отказались слушать царские грамоты. Разбирательство конфликта было перенесено в Москву, в Приказ Большого Дворца, где дело было решено в пользу монастыря, что и было объявлено в царской грамоте. В соответствии с ней подтверждалось право вотчинного владения Троице-Сергиева м-ря земельными угодьями указанных деревень, а зачинщиков выступления аргутинских крестьян, волостного старосту Петра Седельца и троих его сообщников, предписано было “передо всеми волостными людьми” публично “бити батоги нещадно, чтоб неповадно было так воровать иным крестьяном, государевых грамот ослушатца, и приказных людей, и старожильцов, и окольных людей бити”.

http://illuminats.ru/component...2-07-19-05

1827 г., июня 17. – Запись контракта крестьянина д. Новоселовой Покровского у. Владимирской губ., вотчины графини В.С. Васильевой, плотничных работ подрядчика Демида Патрикеева сына Воинова, данного ротмистру Николаю Афанасьеву Замяткину на выполнение плотничных работ в казенном винном магазине в Сергиевском посаде.

(л. 4) 1827 года июня 17 дня я, нижеподписавшейся Владимирской губернии Покровскаго уезда деревни Новоселовой вотчины ея сиятельства графини Варвары Сергеевны Васильевой крестьянин, плотничных работ подрядчик Демид Патрикеев сын Воинов, дал сие условие г. ротмистру и кавалеру Николаю Афанасьевичу Замяткину в том, чтоб мне, Воинову, в Сергиевском посаде в казенном каменном вин[н]ом магазине по плану и фасаде, данному г. Замяткину от московской казенной палаты, обстроить плотничною работою как следует весь и при оном зделать для въезду вороты.

За которую работу получить мне, Воинову, с г. Замяткина четыреста рублей (л. 4 об.) ходячею монетою. Денги получать мне с него по усмотрению моей работы, а достальные все, сколько причтется, получить по снятии от меня работы. А что будет найдено противно плану и фасаде или непрочно зделано, то обязуюсь все переделать из его материала и за переделанное мною от г. Замяткина денег не требовать. В задаток получено мною дватцать семь рублей, а прочие деньги, получаемые мною, записывать на сем условии г. винному приставу Николаю Андреевичу Генке или кого я за себя росписаться упрошу. Сие условие с обоих сторон нам хранить свято и нерушимо. Для чего и записать оное у маклерских дел в книгу, и таковое иметь при себе ему г. Замяткину.

К сему условию ротмистр и кавалер Николай Афанасьев Замяткин руку приложил. К сему условию помещицы графини Васильевой крестьянин Демид Патрикеев сын Воинов руку приложил.

Помета писца: 1827 года июня 28 дня Московской губернии в ратуше Сергиевскаго посада сие условие представленное при объявлении Владимирской губернии Покровскаго уезда деревни Новоселковой графини Васильевой от крестьянина Демида Патрикеева Воинова явлено и вследствие состоявшейся того ж числа резолюции в маклерскую книгу под № 5 записано. Подписал бургомистр Лаптев. Скрепил секретарь Ефимов. Справил повытчик 14 класса Синьковский. У той явки ратуши печать.
Условие от явки получил кресьянин Демид Воинов.

ЦИАМ. Ф. 73. Оп. 2. Д. 70. Л. 4 – 4 об.

Из материалов о сложении недоимки и пени губернского сбора по уездам Владимирской губернии, 1905 год.

Аргуновская волость

Моисейцев Дмитрий Федорович, деревня Барсково (Боярсково). Мелочная лавка. Закрыта.

Родился Иван Михайлович Мешков в 1831 году в деревне Большие Горки, расположенной на реке Шередарь в 17 верстах от деревни Хмелево. Жители деревни Большие Горки были приписаны к Никольскому храму села Овчинино. Судя по количеству земли, которой владела его семья, они относились к богатым крестьянам. Как и большинство жителей Покровского уезда, в семье занимались плотничеством и столярным делом.

Скопив необходимый капитал, Иван Михайлович открыл в Москве столярную мастерскую. Впоследствии приобрел в Москве несколько доходных домов: на улице Коптельской и Комиссариатской набережной (доходный дом - дом с жилыми квартирами, которые сдавались внаем), имел собственный дом в Красносельской Слободе. В 1887 году Мешков был зачислен в Московское купеческое сообщество и стал купцом 2-й гильдии.

Он был женат на крестьянке Марфе Сергеевне (1833 - 1902). Имел троих сыновей и дочь. Его сын Семен также владел столярной мастерской в Москве. Более десяти лет Иван Михайлович был старостой единоверческой церкви Живоначальной Троицы, что у Салтыкова моста через реку Яузу, бывшей для семьи Мешковых приходским.

В 1894 году Иван Михайлович с семейством был возведен в потомственное почетное гражданство. Причисление купца 2-ой гильдии к потомственному почетному гражданству решалось Правительствующим Сенатом (департаментом герольдии). При этом просящий должен был иметь либо государственную награду, либо не менее десяти лет заниматься полезной деятельностью на благо отечества14. По-видимому это звание он получил, за длительное безупречное служение Русской Православной Церкви.