Шляхта Речи Посполитой.

О Польских гербах.

В Польше гербы появились немного позже, чем в Западной Европе, в которой они появились ещё в XII веке. В XIII веке уже встречаются первые изображения гербов на княжеских печатях, а в XIV веке гербы польского рыцарства уже появляются во многих западных гербовниках.Гербы польской шляхты, учитывая немного другое формирование в Польше рыцарского сословия чем на Западе, имеют некоторые своеобразные, характерные признаки.В отличие от Западной Европы, польский герб предоставлялся не только одному лицу или семейству, но, и так называемым гербовым родам, в те времена которые назывались так же — гербовые кланы. Гербовый род группировал часто несколько десятков, порою несколько сотен семейств использующих один и тот же самый герб.Польские гербы изначально не имели никаких отличительных признаков достоинства, учитывая принцип дворянского равенства и запрет применения аристократических преимуществ. Митры и графские короны начали появляться в польской геральдике относительно поздно, особенно в период упадка Речи Посполитой.
***************


Адопция (усыновление) - получение шляхетсва путем усыновленя, когда особа не шляхетского происхождения включалась в рыцарский род. Эта форма была распространена в XV в., но начиная с XVI в. подверглась ограничениям. Самым известным актом адопции был Городельский акт, когда 47 польских рыцарских родов приписало к своим гербам столько же боярских родов из Литвы. Сейм 1616 г. окончательно запретил практику адопции.
***************


Шляхетские гербы - одним из главных признаков принадлежности к шляхте являлся герб. Как известно, в Польше существовала отличная от западно-европейской геральдическая традиция. Одним гербом часто пользовались несколько сотен фамилий, причем не всегда родственных, образуя т.н. геральдический род. Кроме того, каждый герб имел свое имя, которое присоединялось к прозванию лица его употреблявшего. В XV в. в Польше бытовало 247 гербов. Эти гербы имели свои модификации, которых было около 500. Отсутствие в Речи Посполитой института герольдии, привело к тому, что многие шляхетские семьи пользовались чужими гербами, узурпируя их или принимая герб однофамильцев. Чтобы как-то изменить эту ситуацию, сейм в 1601 г. принял положения защищающие гербовладельцев и их гебы. В 1633 г. решением сейма узурпатор герба лишался шляхетского звания, однако это мало повлияло на ситуацию. В XVI-XVIII вв. частными лицами был издан ряд "Гербовников" (Herbarz) (Окольского, Папроцкого, Несецкого и др.), содержавших сведения по шляхетской генеалогии и геральдике, однако ни один из них не был полным. Кроме рождения в шляхетской семье, существовало несколько способов получения шляхетства: адопция, нобилитация и индегинат, а так же личное шляхетство
**************

Потомственное шляхетство (szlachectwo dziedziczne) - согласно Вислицкому статуту Казимира Великого 1346-1347 гг., к шляхте принадлежали лица родившиеся от законного брака где оба родителя были шляхетского происхождения. Конституция 1505 г., допускала шляхетское происхождение одного отца, но от него требовалось владение поместьем. Шляхтич по праву рождения, передавал свои права и состояние законной жене, независимо от того, из какого она была сословия, и законнорожденным детям обоего пола. В Речи Посполитой не существовало офицальных родословных книг по типу рыцарских матрикулов. Каждый, мог доказать свое шляхетское происхождение представив в суде свидетелей от рода отца и матери т.н. "вывод шляхетсва". Часто, с помощью подкупа свидетелей таким образом удовалось проникнуть в шляхетское сословие.
**************

Этнический и конфессиональный состав шляхты. По своему национальному и религиозному составу шляхта не была однородной. При присоединении или завоевании новых земель, правами шляхты наделялась местная знать. Так, после Кревской унии (1385 г.), Ягайло Ольгердович дал привилей боярам пререшедшим в католицизм. Польско-литовская уния в Городле (1413 г.) наделила новыми правами литовскую шляхту, в том числе правом на герб. В 1432 г. православные бояре были признаны равными с католической шляхтой. Окончательное уравнение русских и литовских князей и бояр с поляками осуществлено в 1477 г. и расширенно привилеями 1492 г. и 1506 г. В 1454 г. Королевство Пруссия признало себя вассалом Польши. Дворянство этих земель состояло из родов немецкого, польского и прусского происхождения. В 1455-56 гг. к Польше присоединены княжества Освенцим и Затор в Силезии, однако полное введение польских законов состоялось здесь только в 1564 г. В 1521 г. включено Мазовецкое княжество, многочисленная шляхта которого еще долго сохраняла свою самобытность. В 1561 г. к Польскому королевству отошла часть Ливонии (Инфлянты) населенная немецким дворянством. После Люблинской унии (1569 г.) короне были переданны Волынь, Подляшье, Киевщина и Буковина. В 1790 г. присоеденено княжество Сиверия, которым как вассал короны правил епископ краковский. Во всех случаях местное дворянство было уравнено в правах с польской шляхтой. Отдельную группу составляла татарская шляхта (польско-литовские татары) права которой были закреплены привилеями Зигмунта Августа в 1561 и 1568 гг. и неоднакратно продтвержденны последующими королями.
**************

Шляхетские привилеи. На протяжении своей истории шляхта постоянно боролась за усиление и расширение своих прав, в чем находила поддержку от польских королей, которые тем самым пытались ослабить власть магнатов. Основой могущества шляхетского сословия были королевские привилеи и статуты. Кошицкий привилей (1374 г.) Людовика І Анжуйского - за несение воинской службы освобождал шляхту от всех повинностией кроме оплаты поземельного налога по 2 гроша с лана, наделял ее фискальным и судовым имунитетом на земли, а так же даровал исключительным правом на государственные должности (уряды). Краковский привилей (1433 г.) Ягелло - гарантировал шляхте личную неприкосновенность. Цереквицкий привилей, позже потвержденный Нешавским статутом (1454 г.) закрепил за шляхтой законодательные права: через шляхетские сеймики она влияла на издание законов, решала вопросы войны и мира. Пиотрковский привилей (1496 г.) Яна Ольбрахта ввел монополию шляхты на владение землей, узаконил закрепощение крестьян и освободил шляхту от уплаты пошлины при ввозе заграничных товаров. В 1573 г. Генрих Валуа узаконил право шляхты принимать участие в выборах короля, превратив Польшу в шляхетскую республику (rzeczpospolita szlachecka). Лешек Черный уравнял своим привилеем 1225 г. с рыцарством всех жителей Кракова. Этот привилей позже был неоднократно потвержден последующими королями. В 1493 г. Ян Ольбрыхт включил краковских мещан в состав шляхты Речи Посполитой.
*************

Шляхта (пол. Szlachta от древневерхненемецкого slahta - род) - дворянство в Польше и Великом княжестве Литовском. В XVI в. в Речи Посполитой насчитывалось примерно 25 тыс. шляхетских родов, составлявших 6,6% (около 500 тыс. чел.) от общей численности населения страны в 7,5 млн. чел. В 1791 г. эта цифра увеличилась до 8% (в некоторых областях до 15%), что было намного больше, чем в других странах Европы. Польская шляхта делилась на три неравные по численности группы: магнаты, средняя и дробная шляхта. Магнаты (magnateria) - нескольким десяткам семей из этой группы принадлежали огромные земельные владения и высшие посты в государстве (сенаторские звания). Многие магнатские семьи имели собственные армии (Потоцкие, Радзивиллы и др.) Средняя шляхта (zamozna szlachta) - шляхта которой принадлежало от одного, до нескольких населенных имений. Из ее среды выходила основная масса урядников. Составляла около 20 % шляхты. Дробная шляхта (drobna szlachta) - мелкая шляхта, которая составляла более 70 % от общего количества сословия. Подразделялась на застянковую, околичную, загородовую и т.д. Земельное владение этой группы ограничивалось частью участка. После разделов Речи Посполитой между Россией, Австрией и Пруссией, шляхта должна была доказывать свое благородное происхождение перед новыми властями. Большая часть дробной шляхты не обладала необходимыми документами, в результате чего, многие роды не смогли подтвердить свое шляхетсво и были записаны в податные сословия
***********

Камоцкие&Кмоцкие приписаны сразу к четырём гербам Польской шляхты.
-Елита, или Козляроги
-Слепо́врон
-Прус І
-Прус ІІ

---

---

Во многих родовых и территориальных гербах России, Беларуси, Украины используются польские гербы. Это связано как с памятью о польском владении этими землями, так и с особенностями развития родовой геральдики на западе России, в Беларуси и Украине. Герб в Польше принадлежал не отдельному семейству, а большой группе семей, выступавших под единым знаменем. С развитием польского государства и включением в его орбиту западнорусских земель местная знать в XVII веке "приписывалась" к определенным польским гербам, которые становились их родовыми гербами. Позже многие русские семьи, даже не связанные с Польшей, также принимали гербы по польским прототипам, иногда просто по созвучию своей фамилии с названием польского герба. Среди гербов русского дворянства многие были польскими: "Аксак" Аксаковых, "Тржаска" Глинок.
Польские корни наблюдаются и в современных муниципальных гербах. Например, польских герб "Лис" изображен в гербах пос.Бешенковичи, д.Гольшаны, герб "Корибут" изображен в гербе г. Брагин, "Абданк" изображен в гербах Ветковского района, г. Воложина, пос. Вороново, герб "Домброва" изображен в гербах Дрибина, города Любчи, герб "Сестринец" изображен в гербе Житковичей, герб "Друя" использован в гербе Озаричей, герб "Гоздава" изображен в гербе Ивацевичей, герб "Тронбы" изображен в гербе города Сморгони и т.п.

[q]

Георгий Галенченко
«Шляхетская демократия» в Великом княжестве Литовском XVI-XVIII вв.
“Белоруссия и Россия: общества и государства”, 1998 год

[/q]

Политическая система Великого княжества Литовского (ВКЛ), в отличие от некоторых аспектов его социальной и экономической организации, в новейшей российской и белорусской историографии практически не изучалась. Существовало официальное представление, что этот политический строй представлял собой всевластие шляхты, тяготевшей к Польше и подвергавшей народные массы, стремившиеся к «воссоединению» с Россией, двойному - социальному и этнокон-фессиальному - угнетению. Между тем исторический опыт ВКЛ до образования Речи Посполитой (РП) знакомит нас с одним из трех, самых «перспективных» в то время (и одним из двух - самых драматичных) вариантов общественного развития в Восточной Европе. Москва, Новгород и Вильня воплощают три разных пути социальной и политической эволюции.

[q]

Георгий Галенченко
«Шляхетская демократия» в Великом княжестве Литовском XVI-XVIII вв.
“Белоруссия и Россия: общества и государства”, 1998 год

[/q]

Польское влияние
В сословном формировании шляхты ВКЛ и в эволюции государственного строя существенное значение имели связи с Польшей (1).

Во многих современных публикациях подробно описываются внешнеполитические конфликты ВКЛ с Польшей, его противостояние политическим амбициям и планам правящих кругов Короны. Мало кто с этим спорит. Попытки действительного объединения Польши и ВКЛ долго не могли увенчаться успехом. Ни кревская, ни городельская унии не реализовали всех заложенных в них политических постулатов.

Меньше внимания уделяется другому историческому феномену: длительному и довольно эффективному сотрудничеству двух крупных самодостаточных держав. В исторической ретроспективе конца XIV-XVI вв. его трудно объяснить только возраставшим внешнеполитическим давлением - враждебными отношениями с Орденом, Священной Римской империей. Московской Русью, Крымскими ханствами и стоящей за их спиной Оттоманской Портой. Ведь в конце концов этапы мирного сожительства ВКЛ почти со всеми соседними державами превышали по своей длительности периоды военно-политического противостояния. Дело отнюдь не только во внешней политике и совместной обороне.

Дело еще и в том, что со времен кревской и городельской уний конца XIV - начала XV в. начинается глубокое воздействие значительно более развитой польской культуры и польских порядков, сословно-представительных институтов Польши на привилегированные слои ВКЛ. причем шляхта ВКЛ была заинтересована в этом воздействии. С другой стороны, более авторитарная власть монархов в ВКЛ, наследственном владении Ягеллонов, придавала большую устойчивость и унии. II в какой-то мере самой Польше. (Почти все короли Польши с конца XIV в. были первоначально избраны в ВКЛ великими князьями. а уже потом, иной раз без особого энтузиазма, посажены и на польский престол.)

Законодательные акты 30-х-40-х годов XV в. оформили политэт-ничный статус шляхты ВКЛ. В течение нескольких десятилетий она обрела многие из тех прав и привилегий, которых польское рыцарство добилось раньше, но добивалось намного дольше и сложнее. Несмотря на формирование шляхетского сословия, что в конце концов должно было привести к созданию аналогичного или близкого польскому общественно-политического строя, дальнейшее развитие ВКЛ. однако, отличалось от коронного. Основной причиной этого было. очевидно, стремление великих князей литовских сохранить свою власть в огромном поли-этничном государстве со сложным взаимодействием центростремительных и центробежных тенденций, неоднородным территориально-адми-нистративным устройством и этнорелигиозными диспропорциями. К тому же почти весь XV в. был временем хоть и замедлившегося, но тем не менее еще продолжавшегося территориального расширения ВКЛ, что в свою очередь требовало сильной великокняжеской власти. Верховная власть, заинтересованная в поддержке влиятельной знати, придворных кругов и шляхты-рыцарства, щедро расплачивалась за это раздачей земель из господарского домена, номинациями на государственные «вряды», предоставлением всему стану или отдельным лицам имму-нитетных и других привилегий. Вторая половина XV в. - время формирования новой феодальной элиты крупных собственников-«панов», значительнее потеснившей родовую (княжескую) аристократию.

[q]

Георгий Галенченко
«Шляхетская демократия» в Великом княжестве Литовском XVI-XVIII вв.
“Белоруссия и Россия: общества и государства”, 1998 год

[/q]

Люблинская уния 1569 г.
Реформы 1564-1565 гг. приблизили общественно-политический строй ВКЛ к польскому. По мнению Ю. Бардаха, эти преобразования были обусловлены продуманной рецепцией польских образцов и поэтому они отличались большим рационализмом и последовательностью (3)

Акт Люблинской унии от 1 июля 1569 г. очертил основные конструкции общественно-политического строя РП и сословные права шляхты. Присутствовавшие на сейме прелаты, светские и духовные паны-рада, князья, государственные чины, земские послы ВКЛ и Польши объявили, что во исполнение прежних соглашений они заключают новый договор о возобновлении и исправлении «частично нарушенной унии и самого соединения». Польское королевство и ВКЛ провозглашались «единым нераздельным и неразрозненным телом», общей Речью Посполитой, слившей «в один народ два государства и народа» (4).

В состав Короны, в значительной мере по желанию местной шляхты, вошли земли Волыни и Киевского воеводства.

Акт унии предусматривал отказ от принятой ранее процедуры обособленного избрания и возведения на престол великого князя литовского - «чтобы никакого следа и ничего подобного прежним церемониям не было». Общий монарх должен был избираться совместно и короноваться в Кракове. Отсутствие одной из сторон не должно было стать препятствием для избрания монарха. Поскольку, однако, сохранялся государственный титул и отдельная администрация ВКЛ (urzеdy), то провозглашение избранного короля великим князем литовским, русским, прусским, мазовецким, жмудским, киевским, волынским, поляш-ским и инфляндским должно было осуществляться одновременно.

Уния вводила общий (вальный) коронный сейм для «обоих народов под королем польским», общее представительство «панов польских и литовских» в сенате, равно как и послов в «посольской избе». Оговаривались возможность обсуждения своих проблем на сеймовых сессиях и вне их, в самой Польше и в ВКЛ, глухо упоминалась взаимная помощь во всех возможных «невзгодах». Ликвидировались таможенные пошлины (кроме купеческих), устанавливалась единообразная монета.

В отношениях с другими государствами РП выступала как единая держава, предполагалось осуществление единой политики в «делах важных для обоих народов», совместная организация посольств и подписание договоров. Сама РП была построена по федеративному принципу: Корона и ВКЛ сохраняли свою территорию, администрацию, скарб, войско, судебную и правовую системы. Признание специфических особенностей и интересов ВКЛ вскоре после Люблинской унии было зафиксировано также так называемыми литовскими конституциями. с 1581 г. нередко дополнявшими общие решения («ухвалы») вальных сеймов (5).

Другие ключевые статьи оговаривали социально-правовые проблемы: новый монарх обязывался уже во время своего коронования публично подтверждать в одном акте права, привилегии и вольности обоих народов и государств. В особых статьях конкретизировались эти обязательства: сохранение действующих законов, уставов, судебных решений, касающиеся всех сословий и прежде всего «княжеского стана и шляхетских фамилий». Подтверждалось право собственности на движимое и недвижимое имущество, пожалования и доходы, связанные с высшими должностями, владение землей и угодьями на основе письменного и обычного права.

Магнаты ВКЛ добились включения в акт унии статьи, запрещавшей процесс экзекуции, осуществленной в середине XVI в. в Польше, -проверки и пересмотра великокняжеских пожалований, привилеев, выданных разным народам, землям, поветам, обывателям, конкретным лицам и шляхетским родам, различных сделок с владениями и т. д. Прекращалась дальнейшая раздача господарских владений в ВКЛ, кроме тех, которые могли отойти к ним впоследствии из собственности князей, шляхты, вельмож. Эти имения король мог жаловать шляхте Короны и ВКЛ для обеспечения земской военной службы. Шляхта обоих народов получила возможность приобретать земли как в Польше, так и на территории ВКЛ.

Люблинская уния, как видим, была заключена на принципах правового равенства Польши и ВКЛ, но реальная политическая ситуация существенно изменилась. Среди 140 сенаторов на вальных сеймах только 27 были литвинами. Подобная диспропорция сохранялась и в дальнейшем, хотя численность членов высшей палаты несколько возросла после присоединения Инфляндии в 1598 г., завоевания Черниговской земли и воссоздания Смоленского воеводства в 30-х годах XVII в. В посольской избе из 114 послов литвинами было 48 (6).

Эти различия были обусловлены большей численностью соответствующих должностных и духовных лиц в Польше (воевод, каштеля-нов, министров, католических бискупов), тем более после инкорпорации Подляшья и украинских земель. Понятно, что вместе с монархом-католиком это давало определенные преимущества польским представителям в сейме при рассмотрении дел всеми сеймующими станами (король, сенаторы и послы Польши и ВКЛ).

От Люблинской унии и выиграли, и проиграли все стороны. Польша получила значительные территориальные приращения в виде земель, ранее входивших в ВКЛ, перспективу шляхетской колонизации огромных пространств и беспокойную межу с Великим княжеством Московским. Непомерно разросшееся юго-восточное подбрюшье обещало ей новые столкновения с Крымским ханством и его могущественным протектором - Оттоманской Портой. Отношения с казацкой вольницей, слава богу, представлялись еще туманными. Кроме того, воленс-ноленс, в актах унии было записано обоюдное обязательство сторон поддерживать друг друга в случае широких военных действий и других крупных политических осложнений. (Польше это обходилось дороже: черная дыра коронных расходов на квартовое войско, реестровое казачество, да и на большее посполитое рушенье.)

ВКЛ в результате подписания реальной унии потеряло украинские земли, но продлило существование на несколько столетий, почти полностью избавилось от постоянной угрозы крупных набегов крымчаков и масштабной войны с Турцией. Уния дала возможность добиться перелома в Ливонской войне, закрепить ленные права на Инфляндию совместно с Польшей (7).

В начале XVII в. возможности РП казались настолько значительными, что была предпринята попытка передела Восточной Европы. Иллюзии, порожденные масштабными «московскими экспедициями» и претензиями на московское царство рассеялись только после неудачных походов нового короля и великого князя литовского Владислава IV в 30-х годах XVII в.

С усилением польского влияния и культурно-конфессиональной полонизацией магнатерии и значительной части шляхты и городских верхов возросло также участие шляхты ВКЛ в политической и духовной жизни Короны и всей Речи Посполитой, расширились связи с польской и западной культурой.

Правящая элита ВКЛ стремилась реально сохранить государственный суверенитет в тех пределах, что были оговорены унией, или даже расширить его, опасалась чрезмерного возрастания польского влияния, передела собственности, втягивания в опасные внешнеполитические акции, не отвечавшие собственным интересам Княжества. Статут ВКЛ 1588 г., завершивший интенсивный процесс кодификации общегосударственного права, не был представлен вальному сейму и был введен в действие благодаря личным связям подканцлера Льва Сапеги и привилею Сигизмунда III. Ничто так не разгораживало две державы на протяжении нескольких столетий, как разные правовые системы.

Не очень спешила шляхта оказывать помощь Польше и в ее войнах с Портой, Швецией, крымчаками, в подавлении бунтов и восстаний на украинских землях; бдительно следила за соблюдением норм Статута о предоставлении государственных должностей только урожденной шляхте ВКЛ («тубыльцам»).

По завершении Ливонской войны оставались острые проблемы заключения длительного мира с Москвой. Часть московских бояр, эмигрировавших в ВКЛ, поддерживала партию войны в расчете на возвращение к своим отчинам. Упоминая в 1586 г. об одной из таких попыток беглого боярского сына, кн. Миколай Крыштоф Радзивилл с большим раздражением писал о «росказнях этого хлопа», подстрекавшего к продолжению Ливонской войны. «Да и что может дать она Литве? Хоть бы король овладел всем вплоть до золотой бабы (8) что Литве с того? Что за права Литвы к русским землям? Разве что волчьи... А нас снова завоюют по-старому... Лучше лежать упитым, чем убитым» (9).

Не вдаваясь в рассмотрение всех многозначных последствий альянса с Польшей, стоит отметить только, что для шляхты ВКЛ образование РП значило важный этап ее политической и социальной эмансипации.