Улица первая. Тормасова. Улица вторая. Красноармейская : ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Уважаемая, irena_s!

Спасибо за ссылку на сайт Районных будней. Прочитал заметки про костел, Р.Шырму. Я так понял, архивисты Палацыка оправдывают свою профессию и работают не покладая рук. Смею предположить, что в данном музее находится много интересного. Надеюсь, что мы скоро сможем увидеть новые материалы? Ирина, Вы, случайно к ним в гости не захаживаете? Помещаю фотографию матушки К.Пилинкевича - Евгении Константиновны Пилинкевич. Фото сделано в Гродно в мастерской Карасика, даты, к сожалению нет. Предположительно снимок сделан в конце 19 в.

thistle

Спасибо за снимок и за добрые слова. Мы, конечно, хорошо сотрудничаем с музеем, но параллельно даём и немало исследований так сказать, независимых авторов -- местных краеведов, и собственных материалов. К сожалению не все публикации исторической тематики пока выкладываются на сайт: он у нас "юный" и в полную силу не используется ещё.

Изумительно интересная женщина матушка Евгения Пилинкевич. (Или будущая матушка, видимо, снимок сделан до замужества. Предполагаю, нахватавшись поверхностных знаний на форуме, что это может быть период 1895-1905 г.).

irena_s

Размещая фото Е.К.Пилинкевич я, не зная точной его даты, сделал такие же предположения. Соглашаюсь с Вашими. А какая стать! Глаз просто не оторвать! Прикрепляю оборотную сторону фото:

Перебирая старые фотографии нашел знакомые виды. Оказывается, Шерешевские достопримечательности привлекали к себе и в начале тридцатых прошлого века. Местная молодежь любила здесь назначать свидания, прогуливаться, да и просто проводить время.

А еще сохранился уникальный семейный документ-выписка из метрической книги. Удивляет и восхищает то, что не глядя на времена и исторические события, он дожил до сего дня. Кроме всего прочего заслуживает внимание печать. Фамилии людей в документе для того времени в Пружанах и в Шерешево известные, если кто-то что-либо знает, то поделится информацией о данных персонах.

thistle

Вы меня балуете чудесными снимками. Спасибо. Справа, похоже, капличка возле костёла? Или я ошибаюсь? А вид на колокольню ещё не портит Дом быта. А фото самой Пречистенской церкви у вас нет случайно?

irena_s

Рад, что своим участием в Вашем дневнике приношу положительные эмоции и, как Вы говорите, балую информацией. К сожалению фото церкви нет. Зато есть довоенное (II МВ) фото каплицы на православном кладбище в Пружанах, естественно еще до реставрации, и фото Котранской церкви. Обязательно скоро покажу.

Раз мы уже заговорили про Шерешево, позволю себе продолжить тему.
Эту статью я публиковала больше года назад в районной газете, но в интернете не выкладывала. В принципе, ничего за это время не изменилось.

***
Обратить внимание на Шерешево меня вынудили, как ни удивительно, собственные заметки “Улицы моего детства”. Оказалось, что фраза в последней их части: “Небольшое местечко, которое и городским поселком, похоже, назвали по какому-то недоразумению”, -- может ущемить чувства тех, чьи улицы детства пролегали именно через этот посёлок. С женщиной, которая возмутилась якобы «унижением» Шерешева, мы встретились и даже подружились. За её обидой стояла боль за судьбу древнего и некогда славного поселения, которое понемногу утрачивает население и не сегодня – завтра рискует превратиться в обычную деревню. Во всяком случае, корреспондент газеты “СБ -- Беларусь сегодня”, побывав в поселке, увидела именно в изменении статуса возможность повышения уровня жизни местного населения: за счет сельских дотаций и надбавок к зарплатам, льгот для выпускников при поступлении... (“Статус не по росту”, “СБ”, 14.07.2010 г.). В этом месте надо было бы рассказать про свое видение выхода из ситуации. Беда только, что программы такой у меня нет. Наверное, решение по этой проблеме будут принимать все же не журналисты, вот только гордость местных старожилов за славное прошлое мало чем поможет. Один из путей приобщения городского поселка к цивилизации жители его видят в новой автодороге -- обходе Беловежской пущи, с которой Шерешево соединяют всего два-три километра гравийки. К сожалению, надежды на то, что и этот участок будет не просто благоустроен, но и станет частью автомагистрали, не сбылись.
Вообразим однако, что самые смелые мечты осуществились, всевозможные инвестиционные проекты сработали, в поселок поехали туристы и...
Что их заинтересовало?
Типовая столовая с рядовым меню, в которой можно перекусить (хотя, замечу, что готовят здесь вкусно) перед дальнейшей дорогой? Магазины, шопинг в которых притягивает жителей окружающих деревень? Пара скульптурных изображений «производства» 1950-х? Аксиома: туристов интересует древность. И не только местные костел, церкви, колокольня – всё это духовно-архитектурно-историческое наследство, про которое все знают, все пишут, и ценность которых бесспорная. История городка – это и три-четыре старые липы, которые сохранились на бывшей Липовой улице, где (видимо, на месте сегодняшней школы) стоял некогда дворец князя Чарторыйского. Это и четыре “еврейские” дома на центральной площади. Боже, в какой современно-пронизывающий цвет окрасили крайний! Но ему все равно повезло: в доме напротив, том, что еще недавно имел замысловатый фронтон (говорят, они принадлежали двум братьям), вообще сделали евроремонт...

Таким был (слева) дом на площади, в котором некогда помещалась местная библиотека, — и таким он стал (справа) после ремонта: удобным для жилья, гармонирующим по стилю со зданием «Беларусбанка» рядом. Навсегда утратившим неповторимую ауру древности. Хорошо, что за ремонт знаменитой колокольни не взялись.

История Шерешево – это и известные личности, которые тут жили, работали, творили. Один из их – Михаил Кириллович Бобровский. Он родился два с четвертью века назад (историки так и не пришли к единому мнению, 1785 или же 1784 год это был), 19 ноября по новому стилю, не очень далеко от Шерешево, но по ту сторону современной границы с Польшей — около Бельска Подлясского.
Путь его был, можно сказать, предопределен с детства: как и отец, он стал униатским священником. Образование имел очень широкое и основательное: в духовной семинарии при Виленском университете не только получил магистерские степени по философии и богословию, но и выдержал экзамен по литературе, поэзии, греческом и латинском языках, прослушал курс уголовного и гражданского права, изучал итальянский и еврейский языки. В 1814 году он стал преподавателем семинарии, а через год, после защиты диссертации, профессором Св. Писания.
Командировка в 1817-1822 годах в Европу дала Бобровскому возможность совершенствовать знание славянских языков и славянских литератур, изучать древние рукописи в библиотеках Ватикана, Праги, Парижа, заниматься библиографической деятельностью. В это время он не только усовершенствовал знание славянских, но изучил даже арабский язык (считается, что Михаил Бобровский всего знал 17 языков!). Он заинтересовался деятельностью Франтишка Скорины и фактически стал первым исследователем его наследия. После этой плодотворной поездки Бобровский был назначен преподавателем, а вскорости и профессором Виленского университета...

И вдруг все рухнуло.
Можно назвать это обычным невезеньем по жизни. Но еще препятствовали ему собственный талант и собственный ум, которые раздражали менее способных и более честолюбивых. Несмотря на блестящие успехи в качестве лингвиста, слависта, проповедника, он оказался бессильным против происков в университете. Прочитав оригиналы священных книг, профессор выявил неточности в имеющихся переводах и толкованиях и предлагал их исправить. Похожие реформы в богословских курсах не нашли поддержки коллег, а напротив, вызывали недоверие. А тут еще дело по обществу «вольнодумцев» -- филоматов-филаретов, в деятельности которого Бобровский, как человек демократических взглядов, принимал участие. Михаил Кириллович был снят с должности и в августе 1824 г. в буквальном смысле сослан в Жировичи под духовное наблюдение.
Теперь свой досуг Бобровский посвящал работе в архивах Жировичского и Супрасльского монастырей. Именно в последнем он и нашел знаменитый летописный сборник первой половины XVI столетия, который получил название Супраcльского кодекса. (В 2007 году эта летопись была внесена в список Памяти мира (Memory of the World International Register), международного проекта ЮНЕСКО, цель которого — собирать и надежно сохранять самые ценные исторические документы). Примерно через полтора года вынужденного отшельничества Бобровский, благодаря поддержке сторонников своего таланта, в том числе и тогдашнего министра просвещения Шишкова, получил возможность вернуться в Вильно, где опять заведовал кафедрой, в 1829 году стал виленским благочинным, еще через год – соборным протоиереем Жировичского кафедрального собора и все время занимался наукой. Следующей преградой в его деятельности стало освободительное восстание 1831 года. Университет после него закрыли. Бобровский какое-то время работал в семинарии, но в 1833 году подал (фактически, вынужден был подать) в отставку и получил богатый шерешевский приход и деревню Обруб в пожизненное пользование.

Благовещенский монастырь в Супрасле (Белостокская гмина, Польша).