Бестужевы. Ярославская ветвь

OBaskakov написал:

[q]

Адрес-календарь Костромской губернии

1910 г.
с.63. Нотариусы. Ник. Ник. Бестужев (контора – на Русиной улице, в д. Любимова)

[/q]

Остается ловить "отголоски, что случатся на моем веку". Методом ненаучного тыка

ЦИАМ, ф.363, оп.4, дело 5112.
Высшие женские курсы (Москва), дело 803.
Великосельская Елизавета Ивановна, родилась 8 июля 1891 г. в Костроме, дочь потомственного гражданина, костромского нотариуса Ивана Васильевича Великосельского. Окончила Костромскую Григоровскую женскую гимназию в 1908 году, 8 классов. Живет в г. Кострома на Никольской улице, в доме Вигилянского.

Также есть заявление ее отца, Ивана Васильевича Великосельского:
«1909 года июля 25 дня. Я, нижеподписавшийся, сим удостоверяю, что согласен на поступление дочери моей Елизаветы Ивановны Великосельской, на Высшие женские курсы в Москве. Костромской нотариус Иван Васильевич Великосельский, удостоверено мной в присутствии нотариуса Бестужева Николая Николаевича, костромского нотариуса, в конторе моей, находящейся в 1 части г. Костромы, в доме Любимовых».

Еще немного отголосков на моем веку ….

ГАКО 130-9-3612 л.562об. Исповедные росписи I - III благочиннических округов Костромы 1908 год
сын нотариуса Бестужев Владимир Николаев 8 лет

ГАКО, 458-1-108 л.37об
Учащаяся Смольяниновской гимназии Бестужева Нина

ГАКО, 459-1-361 л.52об.
Бестужев (имя не указано), родившийся 26.07.1903 г., сын дворянина, обучался во 2-м отделении второго класса в 1914-1915 г. По дате рождения понимаю, что младший сын белевско-костромского нотариуса, Александр Николаевич

Куда всех смыли вихри враждебные?

ГАЯО, Фонд № 204. Оп.1-2. Д. 978. Дело о продаже имения дворянской девицы Натальи Дмитриевны Загряжской за казенную недоимку

Л.4 Во исполнение Указа Ярославского Губернского Правления от 17 ноября 1852 года за № 9535 Земский суд представляет провести для продажи опись имения из дворян девицы Наталья Дмитриевны Загряжской (Н.Д.Загряжская – единоутробная сестра Бестужевых, прим. мое), описанному за неплатеж казенной недоимки в количестве 318 рублей 22 копеек серебром и провести вырученные деньги с оплатой в казначейство.
1853 года 30 сентября в журнале Романово-Борисоглебского Уездного Суда записано «произвести опись имения Загряжской».
Л.17 об. «Действительно, за покойной родительницей, Поручицею Надеждой Ивановой Загряжской осталось по сказкам 9 ревизии по селу Судилово девять душ, но из числа оных досталось лишь по наследству только пять душ, а именно: Ефрем Егоров, Конан Иванов, Ефрем Кондратьев с сыном Сергеем и Семен Андриянов. Прочие же как-то: Ефим Григорьев Селиверстов в 1842 году поступил во владение Г. Елизаветы Сергеевой Бестужевой, проживающей Костромской Губернии в Галичском уезде, а Евстафий Егоров с сыном Михаилом достался по наследству Г. Ивану Сергееву Бестужеву, жительствующему в городе Костроме, за которых они и должны уплачивать все государственные повинности. Однако они того не исполняли. Обращался ли к ним о том Романово-Борисоглебский суд мне неизвестно, из-за чего и накопилась в значительном количестве недоимка, платежу каковой я вовсе подлежать не должна, а следует мне только уплатить только за дошедшие пять душ; за кои по моему расчислению приходится не более 200 руб. серебром; в чем может удостовериться Романово-Борисоглебское уездное казначейство, а остальное за тем же должны следовать по взысканию с вышеуказанных гг. Бестужевых, и что точно остальная недоимка накопилась на доставшихся гг. Бестужевым душах, упомянутых мною, то и в этом удостоверить то же казначейство всеподданнейше и прошу».
Прошение сие со слов просительницы переписывал коллежский регистратор Иван Иванов сын Кондратов. Из дворян девица Наталья Дмитриева Загряжская руку приложила. Прошение сие подано губернскому секретарю Капитону Кириллову Мардоньеву.

Жительство имею в селе Гридкино

21 декабря 1853 года

Далеки были потомки костромского рода Бестужевых от декабристов, также как и последние от народа. Представители загибающейся ярославской ветви с вологодской примесью, пока на Сенатской площади копытами вздымали снег, вообще, у себя в Романово-Борисоглебском уезде «солили на зиму грибы, вели хозяйство, брили лбы …». Ниже – про представителя симбирской ветви, приходящемуся пра6внуком общему официальному (на сегодня ?) прародителю костромичей Семену Бестужеву.

ГАРФ, фонд 48, опись 1, дело 271 . Дело о расследовании вопроса о родстве братьев Бестужевых, привлеченных по делу тайного общества с командиром Московского полка Бестужевым, просившим о таком расследовании.

В деле командир Московского полка Григорий Бестужев отрицает наличие каких-либо связей и контактов с активным участником «Северного общества» Николаем Александровичем Бестужевым.

Бестужев Григорий Васильевич (1786 – 1845). Лбы не брил, но был масоном.

OBaskakov написал:

[q]

Ростовцев Владимир
Орден Св. Станислава III-й степени, прапорщик инженерных войск.

[/q]

Ключ к поиску трагического конца двоюродного прадеда

https://historical-fact.livejournal.com/58893.html

Ещё одним кровавым финалом противостояния 29 октября стал разгром вооружёнными матросами Школы прапорщиков инженерных войск, располагавшейся по адресу Кирочная улица дом 8. Имея информацию, что часть юнкеров этой школы присоединилась ещё до восстания к владимирцам и, подозревая Школу в целом, матросы ворвались в её помещения. При захвате здания был убит юнкер Ирбе (не прадедушка ли Артура Ирбе? - мое прим.) Вместе с тем красногвардейцы оцепили здание Михайловского артиллерийского училища, в результате чего, как передавал корреспондент большевицкой "Правды", был "арестован и уведён неизвестно куда помощник начальника Академии артиллерийского училища генерал-майор П.П. Карсачан". С тех пор его больше никто не видел.

Юнкера-владимирцы сражались до конца, и это упорство молодых русских патриотов вызвало ярость у красногвардейцев, которые устроили в последующие после 29 октября дни кровавые расправы над пленными по всему Петрограду. Эти расправы происходили при непосредственной заинтересованности и потворстве руководства большевицкого СНК: Ленина, Троцкого и Луначарского, о чем справедливо писал журналист газеты "Дело Народа" В. Сухомлин. По сообщению комиссара 2-го Адмиралтейского района, ещё вечером 29 октября группа матросов 2-го Балтийского экипажа учинила расправу над группой лиц в погонах у Поцелуева моста. Девять юнкеров, один офицер и несовершеннолетний кадет Ю. Вуич, сын одного из преподавателей Пажеского корпуса, были расстреляны и сброшены в Мойку. Через сутки их тела были извлечены. Юнкера Павловского училища в основном были направлены под арестом в казармы Гренадёрского полка, где один юнкер в тот же вечер был заколот кинжалом в спину (по некоторым сообщениям он был только ранен). В связи с этим городская Дума сразу же приняла решение направить в гренадерские казармы гласного Луцкого, с тем, чтобы обеспечить юнкеров хотя бы элементарными правовыми гарантиями. Большую часть юнкеров-владимирцев конвоировали в Петропавловскую крепость, где их предполагалось содержать под охраной.

Уже 30 октября красногвардейцы приступили к расстрелам юнкеров, которые производились небольшими партиями. Один из корреспондентов газеты "Народ" И. Кузьмин невольно стал очевидцем расстрела матросами десяти человек в крепости. В то же время депутаты городской Думы получили донесения прапорщика Кемулария о бессудном убийстве трёх безоружных юнкеров группой матросов около крепости. Причём прапорщик уточнял, что один из юнкеров бросился бежать и был застрелен в спину. Вслед за прапорщиком в Думу прибыл ещё один свидетель, сообщивший, что красногвардейцами расстреляно уже восемнадцать юнкеров. По воспоминаниям свидетелей, когда матросы конвоировали группу юнкеров, состоявшую из восемнадцати человек, "при них же шёл разговор, где с ними расправиться, здесь или внутри", то есть за стенами крепости. Гласный Думы, фиксировавший показания свидетелей, указал, что означенный прапорщик "участвовал во многих боях, был три раза ранен, проводил несколько разведок, но такого гнусного издевательства над человеческой жизнью и такого омерзительного отношения к своим собратьям он не встречал даже на полях битвы и в отношении своих смертельных врагов".

Петроградские газеты помещали неполные списки опознанных тел. Некоторое количество убитых и раненых оказалось в Петропавловской, Обуховской и Мариинской больницах. Похороны убитых юнкеров, не имевших родственников в Петрограде, осуществляла Объединенная организация Петроградского студенчества. Так, уже 6 ноября её усилиями были организованы похороны десяти человек, убитых 29 октября на Смоленском кладбище. Из них только один был юнкером Владимирского училища, двое юнкерами школы прапорщиков инженерных войск, в то время как сведений о чине остальных семи у организации не было. В условиях начавшегося красного террора городская Дума, а также редакции оппозиционных большевикам газет делали всё, чтобы максимально распространить информацию о том, где содержатся оставшиеся в живых пленные юнкера, печатали их поименные списки, дабы помешать большевикам уничтожить их. Очень скоро общественности Петрограда стало известно, что в Кронштадте в заключении находились 44 юнкера и 3 офицера, захваченные после боя за телефонную станцию, а в первом этаже екатерининского отделения Петропавловской крепости содержалось 129 юнкеров Владимирского училища, которых, по сообщению члена особого присутствия В.Н. Будеско, держали более двух дней без воды. Усилия Думы по спасению пленных, а также тот факт, что комитеты Волынского и Семёновского полков уже 30 октября выступили с новыми условиями нейтралитета, включавшими требование относительно скорейшего созыва Учредительного Собрания, заставили большевиков усомниться в прочности своего положения. В результате данного обстоятельства им пришлось к концу ноября отпустить практически всех оставшихся в живых юнкеров из-под ареста, хотя последовавший в ноябре роспуск Комитета Спасения Родины и Революции подвёл окончательную черту под всеми попытками организовать сопротивление большевикам в Петрограде.

Использованная литература:
Рабочая газета. 1 ноября 1917. N 200.
Дело народа. 30 октября 1917. N 194.
Петроградский листок. 8 ноября 1917. N 259.
Волков С.В. Трагедия русского офицерства. М., 2002. С. 39.
Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республике Советов 1917-1920 гг. М., 1988. С. 33.; Волков С.В. Указ. соч. С. 39.
Известия. 31 октября 1917. N 212.
Правда. 2 ноября 1917. N 176.
Новая жизнь. 30 октября 1917. N 267.
Воля народа. 31 октября 1917. N 159.

СМИ из первоисточника (А. Митрофанов "За спасение Родины, а не революции" / "Посев", 2005)

1 Рабочая газета. 1 ноября 1917. N 200.
2 Дело народа. 30 октября 1917. N 194.
3 Там же.
4 Петроградский листок. 8 ноября 1917. N 259.
5 Там же; Рабочая газета. 29 октября 1917. N 199; Дело народа. 30 октября 1917. N 194.
6 Вечерняя почта. 1 ноября 1917. N 1.
7 Петроградский листок. 8 ноября 1917. N 259.
8 Там же. 7 ноября 1917. -N 258.
9 Волков С.В. Трагедия русского офицерства. М., 2002. С. 39.
10 Рабочая газета. 1 ноября 1917. N 200.
11 Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республике Советов 1917-1920 гг. М., 1988. С. 33.; Волков С.В. Указ. соч. С. 39.
12 Известия. 31 октября 1917. N 212.
13 Правда. 2 ноября 1917. N 176.
14 Там же. И ноября 1917. N 186.
15 Новая жизнь. 30 октября 1917. N 267.
16 Петроградский листок. 8 ноября 1917. N 259.
17 Воля народа. 31 октября 1917. N 159; Дело народа. 6 ноября 1917. N 201.
18 Правда. 31 октября 1917. N 174.
19 Дело народа. 2 ноября 1917. N 197.
20 Воля народа. 30 октября 1917. N 158; Дело народа. 1 ноября 1917. N 196.
21 Новая жизнь. 30 октября 1917. N 267.
22 Народ. 2 ноября 1917. N 13.
23 Дело народа. 30 октября 1917. N 194.
24 Воля народа. 30 октября 1917. N 158.
25 Вечерняя почта. 6 ноября 1917. N 5.
26 Народ. 31 октября 1917. N 11; Дело народа. 1 ноября 1917. N 196.
27 Там же.
28 Там же.