Фамильная тема - история моей семьи

Довольно быстро фамилии у Крупышевых в метриках исчезают, где-то ориентировочно в середине-конце 1880-х годов и дальше мне на помощь приходит 10 ревизия 1858 года. Я, если честно, когда ее впервые открывал, вообще не думал, что там можно найти хоть что-нибудь, учитывая, что интересовавшие меня отчества (т.е., по сути, интересовавшие меня имена) довольно распространенные в целом... Но мне сильно повезло, а кое-где просто невероятно.

По ветке Степана Тимофеева мы можем найти его отца, Тимофея. Всего в этой ревизии в Поломе упоминаются два Тимофея, но один не подходит по возрасту (слишком молод), т.е. наш - Тимофей Петров:
По его семье в ревизской сказке написано следующее:

№10/9
л.50об - 52
Пётр Иванов 48 (55) лет, у него жена Прасковья Петрова 55 лет
у них дети:
1. Тимофей Петров 19 (26) лет, у него жена Домна Иванова 23 года
у них сын Андрей Тимофеев 1 месяц
2. Василий Петров 14 – умер в 1854 году
3. Фома Петров 12 (19) лет, у него жена Матрёна Иванова 21 год
4. Семён Петров 9 (16) лет (поступил на военную службу в 1863 году, по увольнении выбыл в отпуск и причислен в Макарьевские мещане)

Петра Иванова пасынок Алексей Осипов 26 (33) года, у него жена Пелагея Фёдорова 32 года
у них дети: Иван Алексеев 5 (12) лет,
Анна Алексеева 3 года




Так же на удивление легко находится отец мамы Степана Тимофеева, Синклитикии Федоровой. Он вообще один-единственный из подходящих по возрасту Федоров в Поломе, это удача:
По его семье написано:

№4/3
л.48об. - 50
Яков Иванов 51 – умер в 1855 году, у него жена Анна Михайлова 58 лет
у них дети:
1. Иван Яковлев 34 (41) года, у него жена Авдотья Дмитриева 41 год
у них дети:
Иван Иванов 10 (17) лет
Павел Иванов 6 (13) лет
Фёдор Иванов 1 неделя
Екатерина Иванова 10 лет
Александра Иванова 7 лет
2. Фёдор Яковлев 16 1/2 (23 1/2) года, у него жена Дарья Фёдорова 23 года
у них дочь Татьяна Фёдорова 2 года




По ветке Анастасии Ивановны все чуток попроще из-за более редких отчеств. Нам нужны Алексей и Савва. И тут меня ждал огромный сюрприз.

Сказать, что я был удивлен - ничего не сказать. Одной ревизией найти столько родственников, причем сразу, - я даже в самых сладких мечтах такого себе не представлял!.. Откровенно говоря, я вообще не думал, что смогу найти крестьян раньше 1850-х годов, а ведь впереди были еще 9 и 8 ревизии... Дух от перспектив захватывало!
Рисуем получившееся древо (снова ретроспективно, для иллюстрации текста), уже 37 человек:

Поскольку у нас целая семья переселенцев, стоит заглянуть к ним на "малые родины", там наверняка будет много интересного...

Верхнее Ярцево:
3
л. 42об44
Василий Евдокимов 7 лет (перемещен в Макарьевское мещанское общество в 1836 году)
его дядя Петр Иванов 32 года (перемещен в 1834 году с сыном Тимофеем в зятья к крестьянину деревни Полома Матвею Дмитриеву показанному по сказке под №10)
Петра сын Тимофей 3 года
Петра Иванова брат Степан Иванов 27 лет (перемещен в 1848 году в деревню Безсонова к крестьянину Артемию Максимову показанному по сказке под №2)
Петра Иванова двоюродные братья:
1. Наум Михайлов 30 (умер в 1843 году), Наума Михайлова жена Агрофена Ефремова 41 год
Наума Михайлова сын Михайло новорожд. (14 лет)
его же дочери Агрофена 17 лет
Марья 7 лет
2. Петра Иванова 2-ой брат Яков Михайлов 19 (35) лет, Якова Михайлова жена Наталья Петрова 26 лет
Якова Михайлова сын Дмитрий новорожд. (11 лет), его же дочь Соломанида 2 мес.




Заречье:
25
л. 15об17
Василий Иванов Костылев 45 (61) год, Василия Иванова жена Авдотья Дмитриева 60
его 1 сын Петр 23 (39) года, Петра Васильева жена Матрена Денисова 39
Петра Васильева сыновья Василий 6 мес. (16,5 лет)
Алексей новорожд. (2 года)
его же дочь Аграфена 9 лет
Василия Иванова 2 сын Кузьма 19 (35) лет, Кузьмы Васильева жена Александра Никитина 35 лет
его же дочери Анна 10 лет
Арина 2 года

Василия Иванова брат Осип Иванов 41 (57) лет, Осипа Иванова жена Федора Иванова 56 лет
Осипа Иванова зять Федор Иванов (перечислен в 1848 году из деревни Карькова Тимошинского сельского общества от семейства, показанного по сказке под №22) - 37 лет, Федора Иванова жена Марфа Осипова 35 лет.
Федора Иванова сын Василий новорожд. (1)
Федора Иванова дочь Евдокия 12 лет.



В Заречье под №41 написано следующее:
Алексей Осипов - 10 лет (перечислен сызмальства на жительство в деревню Полома к крестьянину Матвею Дмитриеву показанному по сказке под №10).



Вот и разгадка одной фамилии у двух семей. Алексей Осипов стал Крупышевым, хотя по факту был вообще родом из другой деревни...

Обратите внимание, что 9 ревизия по Зарецкой волости в ГАКО представлена двумя документами - 200_14_174 и 200_14_175. Они, кажется, идентичны по содержанию (но есть разница в сохранности по некоторым страницам).


Христорождественский собор и прилегающие части города Макарьева, гравюра из журнала Родина, 7 октября 1890, из личной коллекции.

Многовато стало непонятных подробностей и еще больше подробных непоняток. Дядья, зятья и проч., - тут становится интересно.
Далее в этой теме я уже составляю именно фамильное древо Крупышевых, которое несколько отличается от моего семейного - тут прибавляется много подробностей по моим родственникам очень дальней степени родства, которых я не нахожу нужным добавлять в свое семейное древо.

Но и тут будут ограничения. С высоты нынешнего моего знания, я понимаю, что в конкретно определенной степени родства (т.е. в той, которую можно было бы подсчитать по документам и древу, например 10-родный брат или 8-родный дядя) родственниками моей семье на начало 20 века должны были приходиться очень много людей из как минимум 6 деревень Зарецкой волости, которые существовали еще во времена Петра Великого. Я противник создания древ из 10-20-30 тысяч человек (в конце-концов, мы пишем свои фамильные и семейные истории, а не занимаемся этнографией уездов, волостей и проч.), поэтому довольно жестко ограничиваю рамки для своего семейного древа, указывая там лишь братьев и сестер моих прямых предков.

Например, дети Василия Иванова Костылева, несмотря на то, что он был родным братом моему прямому пра-пра...деду Осипу Иванову, не имеют никакого отношения даже к фамильному древу Крупышевых, поэтому указывается только он и его жена.

С другой стороны, создание именно фамильного древа требует смягчения этих правил. В другой моей теме, где я создавал фамильное древо засецких сторожей Безгубовых, я старался записать всех носителей фамилии, а когда фамилии исчезли - всех, кого четко мог соотнести с ними. Я попробую и здесь следовать этому правилу, несмотря на более запутанную фамильную историю в целом.

Пока же дополняю древо по той информации, что указана в 9-ой ревизии. По нему, кстати, теперь уже становится понятно, вот уж шутка, что фамилия Крупышевых берет свое начало из деревни Верхнее Ярцево, а не Поломы.

К большому сожалению, после 8 ревизии в собрании ГАКО образовалась огромная лакуна, и больше цитат ревизских сказок из их собрания тут не будет. Утерянными (хотя ГАКО в июле месяце начал реставрацию дел по 4 ревизии, так что надежда все-таки есть) оказались РС от 4 до 7:

III - 1763-1767
IV - 1782
V - 1795
VI - 1811
VII - 1816
VIII - 1834

Иначе говоря, разрыв растянулся на 71 год и это, на самом деле, огромная проблема. 71 год - это почти 3 поколения... Что же делать?

И, хорошо, допустим, что мне эти 70 лет и не нужны, а дальше-то где искать? Ранние ревизии (Ландратская перепись и I-III РС) хранятся в РГАДА и, когда я об этом узнал, то прямо пал духом. С одной стороны, мне особо-то и терять нечего - я прошел по крестьянской ветке более чем на 250 лет назад и желать большего даже как-то и нескромно, но с другой стороны, а почему бы, собственно, и не попробовать что-то дальше придумать?.. Ехать в РГАДА?
На мое счастье, есть в интернете ресурсы, где можно найти интересующие меня дела из РГАДА, сфотографированные энтузиастами (низкий им поклон и огромная благодарность за эту работу)...

---

Прежде, чем мы пойдем дальше, тут необходимо дать небольшую историческую ремарку. На мой взгляд, для того, чтобы более менее комфортно работать вообще с генеалогическими документами, нужно понимать общую канву исторических событий и разбираться в географии и, соответственно, в административно-территориальном делении того времени, которое мы изучаем. Если в 8-10 ревизиях и в метрических книгах крестьяне Крупышевы были помечены как государственные Зарецкой волости Макарьевского уезда, то искать государственных крестьян в 1-3 ревизиях в Макарьевском уезде - дело бессмысленное и даже вредное (для глаз прежде всего, ибо скоропись 18 века не легкое чтиво само по себе ).
Почему? По двум причинам. Макарьевского уезда еще не существовало, а крестьяне не были государственными.

Упрощенно и кратко говоря, в 1764 году императрицей Екатериной II была проведена секуляризационная реформа, т.е., изъятие части церковных земель, упразднение вотчин монастырей и т.д., основной целью которой было увеличение эффективности сбора налогов. Интересующиеся подробностями могут начать со статьи в Вики, вообще же по этой теме есть большое количество литературы. Макарьево-Унженский монастырь так же подвергся секуляризации, но в 3 ревизии и ранее крестьяне деревень Зарецкой (и Завражной) волостей будут записаны в качестве собственности монастыря.

Что касается географии и административно-территориального деления. Река Унжа с древних времен являлась удобным водным путем, особенно для перевалки леса, которым так богата Костромская земля. Однако, исторические процессы многообразны и поэтому в разное время различные населенные пункты могли как приходить в упадок, так и возвышаться. Так произошло с тамгой, осадой, а позднее городом Унжа, который, будучи основан в неясные исторические времена, был упомянут в документах в 1219 году, задолго до основания Макарием Желтоводским монастыря (по имени которого позднее назовут город Макарьев). Административно-территориальное деление тех давних времен несколько запутано, многократно менялось, но для дальнейших поисков в документах начала-середины 18 века достаточно знать, что в те времена Макарьев не был еще городом, и не являлся административным центром. Центр был в городе Унжа, который позднее утерял свое значение и с 1796 года состоял заштатным.

Таким образом, в Ландратской книге и I-III ревизиях нас интересуют монастырские крестьяне вотчины Макарьево-Унженского монастыря, расположенного в Унженском (или Унежском) уезде Понизовской волости (т.к. Заречье еще не было селом).