Письмо в 19 век.
Дорогой мой прадедушка Федор Васильевич!
Я пишу тебе из далекого 21 века, сама уже прабабушка 10-летнего правнука.
Должна сознаться, что я уже много о тебе знаю – от самого рождения и до
смертного часа.
Знаю день твоего рождения, город, имена родителей и даже восприемников.
Часами изучала Формулярный список, впитывала каждую строчку,
перечислявшую продвижения по службе, поощрения и награды.
Все награды пропустила через свое восприятие. Просмотрела список печатных трудов.
Он небольшой, но говорит о тщательной работе ума и заинтересованности
в народном просвещении.
В газете прочитала о твоем знакомстве с инспектором Ульяновым И.Н.
Это было тоже приятное упоминание.
Дорогой дедушка, так получилось, что дети и внуки
не пошли по твоим стопам,
но твое знамя подхватил праправнук, мой сын. Он пошел еще дальше –
преподает студентам. И в этом продолжил линию твоего зятя,
мужа старшей дочери Лели, который в науках и преподавательской
деятельности достиг больших высот, несмотря на многие жизненные препятствия.
Все-таки не все из твоей жизни, особенно детства и юности удалось узнать.
Хочется более зримо осязать личности твоих родителей, какими они были,
чем занимались по жизни, какой след оставили в твоей душе.
А твой дядя Николай Федорович? Что он? Чиновник – это ясно,
но какой он, была ли семья, есть ли современные потомки?
И, наконец, твоя родная сестра Людмила, о рождении которой я только
сейчас узнала, но уже нежно ее полюбила.
Приходится фантазировать бесконечно, придумать ей юность, замужество,
привязать к ней известное мне имя Лида, которую твои дети назвали двоюродной сестрой.
Дорогой мой далекий предок, видела и Аттестат твой гимназический,
и Диплом об окончании института и даже билет в таинственную Можгу на каникулы.
Кто приоткроет эту завесу, кто ответит на все вопросы?
Но, золотой мой, нежно любимый прадед,
ты умер, едва дождавшись старшего внука.
Остальные родились и росли уже без тебя…
Твоя верная подруга, соратница, любящая мама, взяла всех под свое крыло,
пестовала, растила. Судьба у детей была разной, у некоторых трагической,
но они выстояли, потому что были сцементированы любовью,
дружбой, взаимной выручкой всем укладом семьи,
которую ты создал вместе с дорогой подругой.
Она прожила долгую жизнь, и уже дети заботились о ней,
полноценно и трогательно, проводили в последний путь.
Недавно ушел из жизни тот, кого ты и видел только родившимся, мой папа,
ушел последним из внуков. Осталась я, старшая правнучка,
и я постараюсь поведать тебе, как жили все эти долгие десятилетия
твои потомки. Расскажу все, что знаю, но многое еще предстоит выяснить,
узнать, расспросить, отыскать.
Наберись терпения. Путь будет долгим: из Симбирска в Москву,
в Германию, на Колыму, по дорогам войны и мира.
Да, Наталочка, вот был порыв: захотелось мысленно поговорить через
столетия, ведь родился он аж в 1858 году, а вдруг захочет узнать, как мы здесь.
А я и тут как тут.