ВЕРНИСАЖ

ЭПИСТОЛЯРНАЯ ИСТОРИЯ С ПОЭТИЧЕСКОЙ ПРОЗОЙ, СТИХАМИ И ОБЫКНОВЕННОЙ ЖИЗНЬЮ

НАЧАЛО https://forum.vgd.ru/post/635/31881/p2783864.htm#pp2783864

Письмо 2

Курорт Тиберда. Альплагерь Алибек 11.08.1957
Здравствуй…
Вот уже неделю живу в Алибеке. Это какая-то сказка. На высоте 2000м, в красивейшем ущелье – лагерь.
Над ним до 4000м – горы и ледники, между ними и вершинами – облака.
В лагере всё: корты, баскет, волейбол, пинг-понг, бассейн и даже вышка на 5м. Правда, вода в бассейне из горной речки Алибек, т.е. с температурой тающего снега. Но это даже интересно.
Живём хорошо. Меня ведь всегда тянуло к палаткам, кострам, спальным мешкам и тому подобным вещам.
Очень хорошие здесь ребята, дружные и отчаянные. Здесь приличная библиотека. Вот читал Ольгу Берггольц – словно про меня самого:
«…Вот видишь, проходит пора звездопада. И время навеки с тобой расставаться. А я лишь теперь понимаю, как надо любить и жалеть, и прощать, и прощаться.»

Письмо 3 Прииск Неожиданный. 11.10.1957

Здравствуй…
Вот только два дня, как устроился на работу. Это оказалось делом довольно сложным, а в самом Красноярске, даже невозможным. Я ведь думал зиму проводить в Красноярске, а летом выезжать в тайгу с экспедициями. Но нас («нас» -это меня и В.Серебрийского) направили в Балыксинскую ГРП. Это в Кузнецком Алатау, на юге Красноярского края. Летели мы туда на маленьком 3-х местном самолётике «ЯК-12».
Места оказались довольно красивыми, чем-то напоминают Карпаты. Леса хвойные, лишь на южных склонах смешанные. Смешанные все такие светлые, всё больше из берез.
В партии нас принять отказались: нет мест, перенабор 10 человек. Дали запрос в Красноярск. Ответ пришел лишь через восемь дней: принять на работу на должности старших коллекторов. Это только 840 руб.
Спасают лишь 80% надбавки полевых и круглогодичных.
Поселились мы на прииске Неожиданном. Будем камеральничать, обрабатывать летние материалы .
А летом – в тайгу. Хорошо, что недалеко: метров 500.
Живём в маленькой-маленькой избе. За это приспособление к жизни платим хозяйке 150 рублей. В комнате две кровати, стол и печка. Жилищный кризис объясняется тем, что в 15 км от нас строят железную дорогу Сталинск – Абакан. Много рабочих. На прииске есть почта, школа, больница и столовая. Говорят, что бывает и кино.
Жить, кажется, можно, но уточню…

Письмо 4. Прииск Неожиданный. 28.11.1957

Здравствуй…
… мне дьявольски нравятся здешние места. Так хорошо в лесу после снегопада! На ветвях елей столько снега, сколько у нас выпадает за всю зиму. По утрам солнце освещает только вершины гор и тогда снег на них становится багровым. А в прозрачном воздухе над Неожиданным прямые, как свечки, столбы дыма…

Письмо 5. г. Октябрьский. 23.01.1958

Здравствуй…
Пишу из очень хорошего города Октябрьского, куда судьба забросила меня на первенство РСФСР по лыжам. Город хороший потому, что ему всего 10 лет, что в нем большие светлые дома, что в нем нет окраин, что по его улицам носятся чешские автобусы «Shkoda», каких нет у нас. Сегодня соревнования закончились и я вновь еду на восток, в Хакассию, страну чудес и недоразумений.
Вот уже месяц, как я, оставив Володьку на прииске, уехал оттуда. Виделись мы с ним лишь несколько дней т.к. вернулся из командировки он в конце декабря. Правда, на Новый год я ездил к нему, бросив сборы ко всем чертям. Поезд не довёз меня 40 км. В вагоне даже поговаривали, что придется праздновать в дороге.
Однако, я встал на лыжи и ночью был на прииске. Гуляли славно.

P.S. Последний месяц я жил среди ужасных людей. Они грубы и ограниченны. Лучше они не будут, конец летальный. Первый раз пишу я так о людях, дай бог – последний.

Письмо 6. Прииск Неожиданный. 28.01.1958

Здравствуй…
Вот вернулся на прииск…
… За время соревнований мне удалось прочитать несколько новых книг издательства « И.Л.». Это
«Необходима осторожность», « Люди или животные» и «Дорога в никуда». Книги сильные. Они учат по-новому смотреть на мир. Только у меня есть подозрение, что переводы даны неточно. Это видно уже из переводов названий. Из русских писателей сейчас покупаю, запрещенных ранее, А. Грина и Бабеля. Читаю Вересаева…
Сейчас все мы, наша камералка, ждём ответа из Министерства Геологии. Дело в том, что мы просили отправить нас на работу в Сирию. Шанс тысячный, но шанс!

Письмо 7. Неожиданный. 10.03.1958

Здравствуй…
… Здесь такие красивые горы… Здесь яркие звёзды над головой, смотреть на которые не мешают электрические фонари. Здесь так тихо и здесь так хорошо отдыхать.

«…Лишь по праздникам, когда мужики вновь горланят пьяные песни,
Я с ума схожу от тоски по Тебе, что нету чудесней…»

Письмо 8 . Неожиданный. 18.03.1958
Здравствуй…
… Паустовский мне нравится, хотя я знаю его и не полностью. Помнишь, я рассказывал о том, как он выступил в защиту «Не хлебом единым»? Старик один из всего ССП сказал то, что думал.
А, когда Грин (Александр) был в «изгнании», Паустовский требовал его публикации. И в первом же издании «Алых парусов» его вступительная статья. Это какой-то кристалл, весь чистый, прозрачный и светлый. А «Золотая роза» его – совершеннейшее откровение. Мне даже не стыдно признать, что она сильно повлияла на моё мировоззрение.

P.S.
« Когда шумит метель за ставнями, грозя наш дом сорвать порой,
- с его озерами и плавнями, я вспоминаю край родной.
Закат, в котором столько алости, что кровью кажется вода.
И ту девчонку, что осталося Забыть иль Ждать?»

Письмо 9. Неожиданный. 05.04.1958
Здравствуй…
…Так хорошо и ровно прошла зима, а « подлость-весна топит душу и сердце к маю, издеваясь,
она и сейчас, горло слезами сжимает. Я не хочу… Не надо! Это нож в спину.»

Вчера было полнолуние. Луна занимала почти половину неба, её свет, не изменённый электричеством и пр. цивилизацией, притягивал словно магнит. Я не лунатик, но я не мог уснуть. Около часа ночи одел лыжи и поднялся на «свою» гору над Неожиданным. В лесу было немного страшно, т.к. он всегда живет своей и не вполне понятной жизнью. Грешный человек – я шел с винтовкой. А зря. Медведи ещё спят, следы рыси видели всего один раз за всю зиму. Однако на самой горе, на вершине, деревьев нет. Долго стоял я в полнейшей тишине и смотрел, смотрел на сказочное царство вокруг себя. Но свет луны оставил впечатление чего-то мертвого, Это не живой свет.
Ну, а на прииск, как и всегда, долетел за две минуты.

Письмо 10. Хакассия. Прииск Неожиданный. 11.04.1958
Добрый день…
Завтра к нам должен прилететь последний, за весну, самолет.
У нас весна. Уже три дня на небе ни облачка. Ослепительное солнце слегка растапливает снег. Ночью он замерзает, а днём начинается всё с начала. При таких темпах, он (снег) должен сойти числа 15 мая.
А т.к. в Таштыпе, откуда нам возят почту, снега уже нет, там авиация перешла на колёса. Теперь письма нам будут сбрасывать с воздуха. Это будут настоящие «авиа».
До этого времени слово «авиапочта» ассоциировалось у меня со словом «лошадь». Часто мы с тоской смотрели на наш «почтамт» - не появилась ли около него лошадка с аэродрома.
Помнишь, я любил болтать о сумасшедших. А теперь узнал нечто совершенно интересное. Оказывается, с ума могут сходить машины(?!) В МИФИ сложнейшие счётно-электронные машины вдруг перестают работать, начинают выбрасывать одни и те же числа в ответ на любые задачи. Полный пересмотр машины ни к чему не приводит, все узлы в полном порядке. Тогда машину на некоторое время освобождают от работы. И через месяц машина, без всякого ремонта, в состоянии снова решать сложнейшие уравнения.
Может быть, люди приближаются к тому времени, когда машины смогут мыслить гораздо лучше их.
Можно попробовать даже провести параллель: ведь построили люди машины, способные в тысячи раз превзойти их физически. А умственная работа – всего лишь иная форма существования тех же клеток.

P.S. Здесь как раз осталось место для маленького этюда.

«От восторга кричат любители, получает медаль гимнаст…
У меня же, в лесной обители, вновь под лыжами плачет наст.
Я опять свой рюкзак собрал, ждут меня голубые дали…
Кто-то должен искать металл, из которого льют медали.»

Письмо 11. июнь 1958
Здравствуй…
Я уже в тайге. Здесь очень тяжело. Почти каждый день идут дожди. Это значит, что всегда мокрый с головы до ног, т.к. вода долго держится на траве и деревьях. От укусов комаров горят лицо и руки. Но это ерунда: из меня уже вытянули 6 клещей, прижигал места укусов спичками. Прививок мы не делали. Здесь много змей. Медведей ещё не встречал, но, когда маршрут выходит на свежие медвежьи следы, меняю заряд в «Белке» с дроби на пулю. По ночам холодно. Ведь на вершинах ещё снег, а наш лагерь в 200 м от вершины.
Но, вопреки всему, на судьбу не сетую. Знаю, что если уеду в цивилизованные места, буду до боли грустить о тайге, о кочевой жизни. Вечерами так славно у костра, девушки поют, а голос моей мандолины вливается в нестройный шум тайги.

Письмо 12. 08.08.1958

Добрый день…
…Сибирь, в своё время, поразила меня своей бесконечностью и печалью. День и ночь стучат колёса, за окном бегут бескрайние поля, а на сердце примерно так, как писал мой друг, А.Н. Грызлов :

«За окном вся Россия кружится, ходят волны, по морю полосы.
Ветер с ними никак не сдружится, спутал взгляды, улыбки, волосы.»

Чего только не придумывает жизнь! Вот уже два месяца, как я с отрядом в 4 человека скитаюсь по тайге.
Бывает всякое. Приходится быть жестким, почти грубым. А когда становится особенно трудно, вспоминается финал фадеевского «Разгрома»: « Нужно было жить и выполнять свои обязанности.»
Охотясь на рябчиков, я уже не терзаюсь мыслью о том, что ведь это же «птаха»!
Вечерами сидим у костра. Холодно, по ночам уже 0. Поём песни своими отвратительными голосами.
Мне стали нравиться простые песни, вроде «Тонкой рябины», которые раньше я никогда не пел.
И ешё… Я стал интересоваться политикой?! Этого тоже раньше не было. Стали понятны и близки образы русских дедов начала столетия, долго смакующих газеты и рассуждающих о «германце».

Письмо 13.Письмо 16. 09.09.1958 Хакассия.

… от работы я не устал, но есть ещё т.н. «отношения» с начальством, которые у меня сложились очень скверно. Лишь уйдя в маршрут несколько отдыхаешь.
Сейчас тайга чудо как хороша. На фоне желтых берёз и осин синим морем выступают кедры и пихты. Много орехов, ягод. А рябины после первых заморозков так покраснели, что больно смотреть на них.
Все мы живём одной мыслью – домой! Об этом и разговоры и песни. Скорей бы закончить поиски , сдать отчёт…

Продолжение (примерно, столько же) будет

Финал истории от 2 ноября с.г.

Письмо 14. Красноярск 27.01.1959

...На работе у меня ожидаются большие перемены. Ухожу я из экспедиции, горы взяли своё. Где-то в Саянах начинают геол. съёмку м-ба 1:200000. Это без шурфов и канав, на высоте более 3000 м. Места интересные, съёмка проводится 1-й раз. Заброска туда вертолётами. И ещё одно немаловажное обстоятельство: зима будет проходить в Красноярске. Вот только может сгореть отпуск за два года. Заброска партии будет в мае-апреле, так что на отпуск остаётся слишком мало времени.

Два раза подряд смотрел «Колдунью» - удивительную сказку, которой я верю до конца. Передать впечатление трудно…

Письмо 15. Красноярск. 18.04.1959

…Я уже 4 дня на работе. Числа 5 -10 мая вылетаем. В Таштыпе буду до 15 мая. Хочу отправить тебе пару книг. Вот Грин. Не знаю, что я могу сделать в жизни, минуты испытания не кажутся мне значительными, но хочется быть ближе к людям, нарисованным в «Четырнадцати футах» и «Словоохотливом домовом».

«Где ты, милая, где ты? Выйду я в лес с рассветом.
Кедры снегом одеты. Где ты, милая, где ты?
Только не здесь, где ветер, только не здесь, где синицы песни поют с рассветом.
Это только приснится… Где ты, милая, где ты?
Солнце роняет спицы. Путает спицы ветер.
Иней покрыл ресницы, так хорошо на свете. Где ты, милая, где ты?
Я искать не устану. Сквозь наступивший вечер выйду я на поляну,
где берёзы, как свечи. Где ты, милая, где ты?
Вот и ночь над полями. Где ты, подруга-мрия?
Дни пролетают за днями… Снежная феерия… Где ты, милая, где ты?
Где же ты, моя жизнь? Песня моя неспетая.
Я прошу, отзовись. Где ты?»

Письмо 16. Абакан. 30.03.1959

…« Вчера говорил с тобой… Нежностью каждое слово взвешивал.
Я не знал, что встречусь с такой, чтоб влюбила глупо и бешено.»

Вот мы летим. Нач. партии и гл. геолог пока в другом районе. Один. Рабочие и техники, кажется, хороший народ. После холодного Красноярска (потеплело лишь за последние 5 дней), Абакан нас встретил теплом и цветущими яблонями. Выслал тебе «Три товарища» - это очень сильная вещь.
Нежданно - негаданно нам прислали 3-х студенток на практику. Мечты на мужское уединение рухнули. Ничего. Будут многодневные маршруты. Это – для себя, для раздумий.

Письмо 17. Каратошская застава. 07.09.1959

… сам всё ещё словно в седле. Два дня дороги по Оне, по звериным тропам, по высоким «скопам» объезжая скалы, а где это невозможно сделать, переправляясь через Ону. Один брод был неудачным: течением резко развернуло лошадь, она осела на задние ноги и прежде, чем меня прибило к берегу, утонуло много хороших вещей, вроде плаща и телогрейки. Вода мне показалась невкусной, а часы вообще отнеслись к ней отрицательно. Стоит изумительная погода, последние тёплые дни. Скоро пойдёт снег, нужно выбираться в последние маршруты.

Письмо 18.

… Лето пронеслось, как сон, в непрерывной работе, в маршрутах от зари до зари.
22 августа первыё раз попал на заставу. А 23 пришла группа ленинградцев из Тувы. Мы предложили им с планшета выходить геологическим маршрутом, разбили на две группы и со старшим геологом вывели на устье Бол. Оны. Сейчас туристы переправляются через реку.

Горы хороши. Ледников пока нет, будут южнее. Но снега много, а значит ночёвки были без дров, без воды.
Был весёлый маршрут, когда скалы продержали нас 7 дней, вместо запланированных 5. Зверя много. Встречаю лосей, маралов и медведей. Инцидент с медведем кончился благополучно для нас обоих.

Письмо 19. Красноярск. 18.04.1960

… О себе писать совершенно нечего. Ну живу, ну работаю. Уже очень ждём выезда на работу, хотя оформление отчёта в полном разгаре. Горы не увидят моей куртки, её украли хорошие люди. Для хороших не жалко.
В восторге от «Новогодней сказки» Дудинцева. Это в «Новом мире» №1. Найди обязательно.

Письмо 20. Каратошская застава. 03.06.1960

Прилетел 24 на базу, а 26-го выпал снег, сильно похолодало. Уже неделю играю в префер, проигрываю дико. Лето обещает быть интересным. Вместо рабочих в основном студенты, спортивный народ. Проходимость групп будет большая.
Начальнику моему мало печального опыта прошлого сезона: у нас опять 4 женщины. Мне кажется, что из них нам нужна для дела только одна, которая будет сидеть на базе, обрабатывать карты и образцы. А вообще то к концу лета начнутся драки.

Письмо 21 река Б. Она. 4 июля 1960

Лето в разгаре, работа с утра до ночи и время летит самимильными сапогами. Уже прошел 150 км маршрута, уходил на 4-5 дней. Работу начали рано, снег ещё не сошел с отметок 2000 м. Выпадал он и во время маршрутов. Теперь тепло, хотя начался период дождей. Это значит, что из 5 дней последнего броска 3 было абсолютно «мокрых». Где-то в «обеденный перерыв» разводим костёр (мы пока ещё в зоне тайги и гольцов, в скалы ещё рано) и высушиваем на себе всё-всё. А потом мокнем до вечера. В этой несколько монотонной жизни есть своя «радость труду».
Дней 10 назад шел маршрутом на одно черное озеро. Вышел на него в сумерках, озеро отражало последние лучи заката. По колено в воде стоял красавец лось. На утро на другом берегу гулял марал. Подпустил нас на 100 метров. Я фотографировал, результаты узнаю осенью.
В смысле зверья пока хорошо: съели марала, медведя и 2х медвежат. Лишь бы не поменяться ролями!.(верный себе хожу без ружья). Скоро опять пойду на то озеро, первый раз думаю охотиться сам.
Сейчас сильно вздулись реки, студенты ( у нас почти нет рабочих, одни студенты) уже валились с брёвен на переправах. Среди студентов 4 харьковчанина и 6 томичей. Харьковчане слабы, хоть и носят исключительно спортивные костюмы. Наши их назвали «спорттоварами». Силён лишь один, да и тот не геолог, а лыжник из «Педа». Он приехал, собственно говоря, ко мне, хочет менять профессию.
Что ещё о себе? Усиленно занимаюсь тувинским, так как все переговоры с тувинцами-погонщиками (их трое) идут через меня. И как «докторский сынок» лечу от всех болезней всю партию.

Письмо 22. Застава. 27.07.1960

Я не узнаю нашего тихого и скромного планшета. Представь себе такое окружение:
На Востоке планшета встали ленинградцы-изыскатели (дорожники). Строящаяся дорога входит в строй в 1962г, асфальтируется в 1964г. Восточнее в этом году начал работать один красноярский геолог. На Западе - ВАКТовцы, москвичи. Южный лист снимают сразу 3 партии, тоже ВАКТ. Через планшет прошли 2 партии ВСЕГЕН.
Короче говоря, застава стала чем-то вроде маленького Парижа. Кальвадос заменяется брагой местного производства. Москвичи все милые люди, приглашают в гости, но адресов почему-то не оставляют.
На заставе пробуду дня 3, потом в горы. Всё, что было до сих пор – ерунда по сравнении с предстоящим.
Беспокоюсь за ребят, немного и за себя, т.к. начальник партии улетает и я остаюсь «И.О.» - изумительная кличка!

Письмо 23. Тува, оз. Кастыхоль. 9 августа 1960

После Анзеркуля 4 дня отдыхали на базе. Кто-то открыл во мне способности парикмахера и пришлось стричь всех ребят. В это время начальник вылетел в Кр-ярск и вертолёт привез нам чудо: корреспондента
Лит. газеты (члена ССП) и кинооператора из экспедиции.
Старший геолог работал на востоке, я остался и.о нач. Пришлось самому вести партию на юго-запад, в те самые горы, на которые я с восторгом посматривал уже 2 года. Работу начали двумя группами , работников искусства отправил со ст. геофизиком по более лёгкому ходу. Как-то стыдно было самому лезть под объектив киноаппарата. Я ушел с 2 парнями и маленькой палаткой, которую удалось получить лишь к концу лета. Был небольшой дождь, который на высоте более 3-х км сменился снегом. Весь второй день крутился вокруг «Острого Пика» - есть у нас такая гора на карте. Выглядит он здорово и страшно захотелось на нём побывать. День отдыхал после 3-х дней пути, а затем опять ушел в р-н «Острого», на этот раз с представителем печати. Тот буквально не выпускал блокнот из рук – так поразили его наши места и наша работа. На второй день, оставив его и студента- харьковчанина в долине, ушел на «Пик Острый».
Со мной был один томич, парень не в пример мне, олимпийского сложения. И ещё у нас было 40 метров тонкой капроновой верёвки, слишком тонкой, чтобы выдержать человека и её приходилось складывать вдвое. Всё остальное – мечта и страшный сон.
Последние 70 м мы поднимались по узкому, около метра, провалу в стене. Упирались спиной и ногами, есть у альпинистов такой способ. И вдруг, передняя стенка «камина» стала ледяной. Продвигались лишь по боковым вертикальным стенам. Если бы «камин» был шире, мы бы разбились. К счастью, метров через 15 лёд кончился. Осталось подняться на саму иглу. По трещине перешли на другую сторону, поднялись почти до вершины и вдруг гладкая отвесная стена около 2,5 м. До самОй вершины было метров 8. Только с его вытянутых рук я смог лечь на покатую скалу, потом дополз до трещины, зацепился и он вылез ко мне на верёвке. И вот мы лежим животами на вершине и вбиваем консервную банку в трещину. «год. число, две подписи» - всё.
Спускались по снежнику с уклоном около 60 градусов. Я учился этому на Кавказе, а теперь рассказал Виталию, как это делается: стоишь как на лыжах на ногах и молотком, вместо ледоруба регулируешь скорость. «Глиссировали» на длину верёвки, потом верхний на этой верёвке вытаскивал молоток к себе и спускался вниз ит.д. И Виталий сорвался. Сорвался, когда подъезжал сверху ко мне, когда верёвка и молоток были у него в руках. Я учил его и он сразу перевернулся на живот и, вогнав молоток в снег, почти остановился. И тотчас вновь сорвался. «Зарубайся, зарубайся!!!» - он бьёт молотком по снегу, но это не ледоруб, скорость не уменьшается, а растёт; и вот он уже летит, переворачивается на выступающих из снега камнях и скрывается метрах в 100 от меня за поворотом. Я беспомощен помочь ему, я без молотка и верёвки, проехав по снегу метра 3, падаю и в тот же миг вгоняю руки едва не до плеч в снег, упираюсь носками ног. «Прилип!» И в это время там, где ещё стоит снежное облако – крик Виталия. «Жив!»
Выбиваю ногами ступени, пересекаю склон (всего-то метров 15!) поперёк и по скале спускаюсь к нему. Ни одного перелома, только содрана кожа на руках и бедре! Бинтуемся и вновь путь по снежнику, теперь на верёвке и без происшествий. Это было 6-го числа. Сегодня сдал дела вернувшемуся начальнику, завтра «гости» уезжают… А я завтра уйду в маршрут дня на 4.

«Грозно скалы стоят в неприступных Саянах
Ледяным водопадом застыла струя.
Там мы будем бродить, восхищением пьяные,
И немного грустить о далёких друзьях.
Этот край не сравнить с Пятигорском и Нальчиком
И из этого края мужской красоты
Я прощенье пришлю тем зелёным мальчикам,
Что подарят тебе голубые цветы.»

май 1961. Красноярск.

… меня назначили начальником новой геологической партии. Буду работать в Восточном Саяне, в местах, где на 500 МОИХ квадратных километров нет ни одного жилья и ни одной дороги. Сейчас занимаемся организацией и снаряжением партии. На мне лежит ответственность за всё, начиная от людей и кончая последним гвоздём для подков. Партии ассигновано 1.800 тыс на 3 года работ. Бухгалтера у меня нет, не положено. А по молодости даже не знаю, на чём можно прогореть…

К О Н Е Ц

.

Публикации картин, музейных экспонатов, личных коллекций всех времён, включая сегодняшний день.