Старина и Былое

Gul написал:

[q]

В Государственном музее истории религии

[/q]

Огромное спасибо!

Gul, Гюльнара - огромное Вам спасибо за Ваши изумительные рассказы! Читаю всегда с придыханием - удивительно интересно и познавательно!

Леон Бакст (1866--1924) и мода

Художник, сценограф, книжный иллюстратор, мастер станковой живописи и театральной графики,
один из виднейших деятелей объединения «Мир искусства» и театрально-художественных проектов С. П. Дягилева.



Cм. https://forum.vgd.ru/post/614/31748/p956399.htm#pp956399

https://forum.vgd.ru/post/614/31748/p958133.htm#pp958133


Детство и юность провел в Петербурге. В 1883 окончил 6-ю классическую гимназию и по совету М. М. Антокольского
поступил вольнослушателем в ИАХ. В 1887 покинул ИАХ под предлогом болезни глаз.



В 1887–1890 работал в мастерской учебных пособий, организованной писателем и педагогом А. Н. Канаевым.
Иллюстрировал детские книги для издательств А. А. Холмушина и А. Ф. Девриена.
С 1889 подписывал свои работы: Бакст (от Бакстер – фамилии бабки по материнской линии).



В 1890–1893 делал репортерские наброски для журналов «Художник» и «Петербургская жизнь».
В эти годы писал картины в манере передвижников: «Супруги (Мезальянс)», «Философ (Пьяный факельщик)»,
«Старуха еврейка», «Отчаяние», «Иуда, беседующий с Христом».
В 1890 начал изучать технику акварели под руководством академика Альберта Н. Бенуа, познакомился с его младшим
братом Александром Н. Бенуа и его окружением.
В 1898 стал одним из основателей кружка «Мир искусства».
Был главным оформителем журнала «Мир искусства», участвовал в оформлении «Ежегодника Императорских театров»
(1899–1902), журналов «Художественные сокровища России» (1901–1902), «Весы» (1904–1909), «Золотое руно» (1906), «Аполлон» (1909), рисовал для журнала «Сатирикон» (1908) и для открыток Общины св. Евгении (1902–1905).
Оформлял книги для петербургских и московских издательств, поэтические сборники «Снежная маска» А. А. Блока (СПб., 1907), «Anno mundi ardentis» М. А. Волошина (М., 1910) и др.
Графический стиль, разработанный им совместно с А. Н. Бенуа и К. А. Сомовым, два десятилетия господствовал
в области оформления книг и журналов.



С 1907 Бакст жил в основном в Париже и работал над театральными декорациями, в которых произвёл настоящую революцию.
Он создал декорации для греческих трагедий, а с 1908 вошёл в историю как автор декораций для дягилевских
Ballets Russes («Клеопатра» 1909, «Шахерезада» 1910, «Карнавал» 1910, «Нарцисс» 1911, «Дафнис и Хлоя» 1912)

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Юлия Демиденко

Подиум Серебряного века
(фрагмент статьи из ж. Наше Наследие № 63-64 2002)

Подбор иллюстраций--мой (Gul)

Среди русских художников, обратившихся тогда к этому новому виду творчества, особое место принадлежит Баксту.
Он единственный добился в этой области мировой известности.



Л. Бакст. Фантазии на темы модерна




Однако если театральные работы Бакста известны достаточно хорошо, то его деятельность в области модного костюма
в России до сих пор не получила заслуженной оценки. Между тем его имя, ознаменовавшее собой целую эпоху
в развитии вкуса и моды, в 1910-е годы с восторгом повторяла английская, французская, американская пресса;
о модных фасонах Бакста упоминали в своих романах Дж.Пристли и О.Ситуэлла;
он был любимым художником подруги Г.Д’Аннунцио маркизы Луизы Касатти, для которой придумал множество нарядов,
самым экстравагантным из которых была полупрозрачная золотая пижама…
Шумный успех окружал его и в Америке в начале 1920-х годов, когда складывался потрясающий стиль
раннего Голливуда и появились первые женщины-вамп.
Фотографии с выполненных по его эскизам моделей публиковались в международных журналах мод,
в частности в «Воге», а сам Бакст незадолго до смерти в 1924 году собирался открывать собственный модный дом…
Ему удалось не только стать создателем новых мод, удачливым иллюстратором парижских журналов и автором
популярных лекций о костюме, но и разработать собственную теорию моды, достаточно стройную и вполне
передовую по тем временам.

С понятием моды неразрывно связано представление об идеале человека.
По мнению современников, из всех русских художников лишь Баксту удалось воплотить в своих женских портретах
представление о женщине эпохи, «соединить жизнь с мечтой».
Известно, как серьезно относился к выбору своими моделями костюма для позирования В.А.Серов, с
какой фантазией придумывал туалеты своим моделям А.Я.Головин; самое активное участие в подборе платьев
своим знаменитым заказчицам принимал К.А.Сомов…
От искусства портрета лишь один шаг до искусства моды.
В том же 1909 году, когда портреты Бакста получили столь высокую оценку, художник сформулировал свое понимание моды
: «…То течение, то правильное чередование вкусов культурной части человечества, которое называется не без некоторой усмешки Модою, есть, в сущности, один из значительнейших, глубочайшего смысла и важности, показателей истинных колебаний художественной идеи в человечестве».

Дизайны костюмов для Вацлава Нежинского и Иды Рубинштейн





На рубеже веков одним из источников формирования новых мод наряду со скачками, вернисажами и светскими раутами
был театр. «Теперь можно уже ясно предсказать, что будут носить летом. На это имеются ясные указания
как в сезонных костюмах в Ницце, так и в туалетах, появляющихся на сцене» — так или почти так начинался раздел
мод в любом дамском журнале. Эту особенность театра быть одновременно и вдохновителем и средством пропаганды моды тонко подметил сам Бакст, выстраивая собственную формулу успеха:
«Парижанки так уж созданы, что все их поражающее на сцене находит себе живой отклик в моде»
Премьера балета «Шахеразада», состоявшаяся в Париже в 1910 году, определила дальнейшую судьбу художника.

Костюмы к балету Шахерезада



С его легкой руки в моду вошли восточные тюрбаны с перьями, яркие, легкие ткани, горячий «южный» грим и шаровары.
Восточным шароварам Бакст придавал особое значение, полагая, что именно они отражают основную тенденцию костюма будущего - уничтожение «особенной разницы между мужским и женским костюмами».

Домашний костюм-пижама с шароварами получил у модниц название «Утренний Бакст».
Занавес к «Шехеразаде» сверкал оттенками синего и зеленого, и фирма «Картье» стала выпускать изделия с сапфирами и изумрудами. Распространению этой «ориентальной» моды способствовали и другие постановки,
оформленные художником, - «Синий бог», «Восточная фантазия», «Пери», «Индийская любовь»...
Постановки «Клеопатры» и «Пизанеллы» привели к тому, что цветные парики вслед за Идой Рубинштейн
стали носить парижские, лондонские, а затем и петербургские дамы.
Особенным шиком считались золотые и серебряные волосы.
Вызывающая поначалу сенсации и скандалы, эта мода в 1913—1914 годах получила самое широкое распространение
благодаря «балам цветных париков», которыми увлекались в петербургском свете.

Целый сезон благодаря Баксту особой популярностью пользовались красные и розовые цвета; из его театральных
постановок пришла мода на платья с разрезами и котурны; он первым начал украшать каблучки дамских туфель
бриллиантами и расписывать открытые части тела.



В России, в вопросах моды следовавшей задаваемому Парижем, Веной и Лондоном тону, появившиеся благодаря
Баксту новые виды женского костюма воспринимались, в основном, лишь как последнее достижение именно парижской моды.
На родине широкий размах деятельности Бакста далеко не всегда встречал понимание.
«Типичным образчиком… не знающей никакого удержу рекламы служит шум, поднятый вокруг имени г.Бакста
<…> Уже одно это сочетание художника с законодателем мод должно навести на весьма грустные мысли», — писала пресса.
«Женщина по Баксту» стала темой многочисленных газетных фельетонов и карикатур, автором одной из которых был В.Дени.

Заключив в 1910—1911 годах контракт с модным домом Пакэн, Бакст занялся созданием и не предназначенных для сцены, чисто бытовых костюмов. Рисунки Бакста с фасонами женских платьев появлялись на страницах «Gazette du Bon Ton» и «Journal des Dames et des Modes».





Его серии костюмных эскизов «Fantasie sur le costume moderne» и «Robes Réformes», как и театральные работы художника, имели в своей основе исторический костюм, представляли изысканные стилизации античных, средневековых, египетских мотивов, напоминали эпоху Директории или воскрешали русские мотивы.



«Создавая эти модели, Бакст словно чувствует себя режиссером… карнавала», —
справедливо полагает исследователь творчества художника.
Эта отличительная черта Бакста-модельера была по достоинству оценена во время последнего и самого блестящего светского сезона Петербурга 1913—1914 годов, когда он оформил несколько роскошных костюмированных балов в домах Шуваловых, Половцевых, Клейнмихель…

Эскиз модного костюма. 1913




Стремление к театрализации и маскараду, ставшее отличительной чертой русской культуры начала ХХ столетия,
было одной из серьезных причин, по которым искусство костюма приобрело в России столько приверженцев.
Знаменитый мирискуснический пассеизм и символистские «мечты о прошлом» вызвали к жизни не только ретроспективную живопись, но и роскошные костюмы Бакста, а также и собственные костюмы многих мастеров — «онегинский» сюртук И.Я.Билибина и затейливые мушки,
которые для М.А.Кузмина вырезали К.А.Сомов и С.Ю.Судейкин…


Успешную карьеру модного дизайнера Л. Бакст продолжал и в 1920-е годы, предприняв в качестве европейской знаменитости громкое турне по городам Америки с лекциями по истории костюма и беседами о современной моде.

Среди его клиенток были богатейшие женщины мира, а фотографии с его моделей публиковал журнал «Vogue».

Костюмы к балету Карнавал 1931




Рисунки для текстиля



Автограф Бакста


--------------------------------------------------------------------------------------------------
И. Стравинский, С. Дягилев, Л. Бакст. 1915. Швейцария



В 1918 Бакст окончательно разорвал отношения с Дягилевым и Ballets Russes.
27 декабря 1924 года умер в Париже от отёка лёгких.



Костюмы к опере Садко

Елизавета Бём. Открытка из детства

---

Вот эта самая открыточка из маминого детского альбома

В мамином харбинском детском альбомчике было несколько детских открыток Елизаветы Бём нравоучительного содержания,
но это почему-то была самой любимой. Среди множества открыток Бём, выложенных в Сети,
я еще не встречала именно эту открыточку. Кстати, она издана в Париже изд-вом Ришар

В конце XIX – начале XX века имя Елизаветы Бём было широко известно и любимо не только в России,
но и далеко за ее пределами. В редком доме не знали книг с ее иллюстрациями, поздравительных открыток,
альбомов с силуэтами



Елизавета Меркурьевна Бём (в девичестве Эндаурова) родилась в 1843 в Петербурге. У нее были сестры и братья.
Одна из ее сестер Любовь Эндаурова тоже стала художницей. Немного попозже я попытаюсь о рассказать о ней.

Детство провела в имении родителей – селе Щипцы Пошехонского уезда Ярославской губернии.
Деревню и деревенский быт Елизавета Меркурьевна любила:
“Самые лучшие воспоминания у меня связаны с деревней и я сожалею тех детей, которые лишены этих радостей”
Сельское приволье, природа, дружественные отношения в семье во многом сформировали ее характер и наклонности.
Семья была большой и очень дружной. Мать Юлия Ивановна - "олицетворение доброты и кротости, одна из тех
русских личностей, которых вы не можете представить без приветливой улыбки, так и озаряющей вас при встрече” .
Меркурий Николаевич - живой и подвижный, “страстный меломан”, любитель русской и итальянской оперы.
Между детьми всегда были близкие отношения, которые сохранились на всю жизнь. Елизавета выделялась развитым воображением, сильным характером и добрым нравом

В 14 лет Елизавета поступила в Рисовальную школу Общества Поощрения художеств, где ее руководителями были Крамской,
Чистяков, Бейдеман и другие. Через Крамского Елизавета Бём познакомилась со Стасовым и четверть века поддерживала
с ним дружеские отношения. В круг общения художницы входили Толстой, Тургенев, Гончаров, Григорович, Лесков, Гаршин, Некрасов, Полонский, Майков, Рубинштейн, Врубель, Репин

Елизавета Меркурьевна была замужем за известным скрипачом, профессором Петербургской
консерватории Людвигом Бёмом. И семейная жизнь ее была спокойной и счастливой



Творческое наследие Е. Бём велико и чрезвычайно разнообразно. Первую свою награду – медаль Академии художеств
– она получила в 1870 за рисунки животных.

Работы Бём отличали прекрасный рисунок, ум и тонкая наблюдательность, умение правдиво передать чисто
русские типы детей разных сословий и составлять из черных фигурок сцены, полные жизни и грации.
В 1885 журнал «Художественные новости» отмечал:
«Силуэты Е. М. Бём понятны как взрослым, так и детям. У первых они вызывают отрадную улыбку, вторых заставляют радостно смеяться. Так действовать на два разных возраста может не всякий, а лишь истинный талант»

Силуэт из кн. Из деревенских воспоминаний , 1882



Типы из Записок охотника




Репка


Энергия и работоспособность Е. Бём были поистине безграничными. Она выполняла рисунки по заказам частных лиц:
несколько молитвенников с живописью по пергаменту, веера – для серебряной свадьбы греческой королевы и
для бракосочетания великой княгини Ксении Александровны.
Более всего ею было выполнено акварелей по заказу великого князя Сергея Александровича и графа Шереметева,
постоянных ценителей творчества художницы.
За веер, силуэты и изделия из стекла Е. Бём была присуждена медаль на Всемирной выставке в Чикаго.
Изделия художницы пользовались огромной популярностью и в России, и за границей.

Поэт Аполлон Майков посвятил ей стихотворение:
Ваш карандаш – моя обида,
Зачем не мне он Богом дан?
Я не показываю вида,
А в сердце целый ураган!

Большое место в творчестве Е.М.Бём занимали работы для открытых писем.
Расцвет искусства открытки непосредственно связан с развитием стиля модерн.
Сначала появились открытки художественные, или, как их еще называют, иллюстрированные, которые печатались
по рисункам, специально для них сделанным, а позднее стали выпускать и репродукционные, с известных картин.
Рядом с модерном в открытке параллельно существовал и русский стиль, приверженцами которого оставались
авторы одних из первых русских художественных открыток – Николай Каразин и Елизавета Бём.
Но они не были идеологами, они подхватили дух времени
Своими маленькими картинками, сценками из детской жизни, с народными присказками и поговорками,
Елизавета Бём пыталась донести знания простым людям. По ее произведениям можно изучать русские народные пословицы и поговорки, национальные, исторические костюмы, предметы быта, – все это изображалось ею с как можно большей точностью.



Бём писала акварели для открыток к Пасхе, Рождеству, Новому году, сопровождая их фольклорными текстами или стихами К.Романова, Н.Некрасова, А.Пушкина, сотрудничала со многими издателями, но больше всего –
с Общиной Св. Евгении, «Ришаром» и И.Лапиным, который распространял ее работы в Европе.

Открытки Е.М.Бём печатались способом фототипии, цветной автотипии, литографии и хромолитографии, которая более точно передавала эффект акварели, издавались и переиздавались большими тиражами



Примерно в 1910-х годах вышла серия «Типы Л.Н.Толстого»--- Катюша из «Воскресения», Анна из «Анны Карениной»,
Наташа из «Войны и мира», Маланья из «Тихона и Маланьи».



К этому же времени относится очень популярная открытка «Л.Н.Толстой среди яснополянских детей» (Ришар),
нарисованная с фотографии

Скончалась Елизавета Меркурьевна Бём 25 июля 1914 года в своей квартире на Могилевской улице в Петербурге.
До конца своих дней она не переставала работать, делала эскизы к новым акварелям



Продолжение следует

--------------------------------------------

О русском силуэте см. здесь

https://forum.vgd.ru/post/614/31748/p743726.htm#pp743726

Елизавета Бём

---

Своим главным учителем Елизавета Бём всегда считала создателя «Незнакомки» — Ивана Крамского.
«Если я хоть малость понимаю в рисунке, то обязана этим исключительно Крамскому», — напишет Елизавета, повзрослев.
В школе Елизавета была не только первая ученица, но и первая красавица — ее появление на рождественском балу
1862 г в костюме Дианы произвело настоящий фурор.



У Елизаветы Меркурьевны и Людвига Францевича было несколько детей. Но муж всегда поддерживал супругу:
«Я прямо отдыхаю на ея рисунках…», — говорил он.



Ее любимый стиль — силуэты и акварели, любимые натурщики — дети, часто крестьянские.
Их изображения она сопровождает пословицами и поговорками, вызывая восхищение знанием фольклора.
А ребятишки зовут странную барыню «Бёмиха» и соглашаются позировать за грошики и сладости.

За свою жизнь Елизавета Бём издала около десятка художественных альбомов — «Силуэты» (1879 ),
«Силуэты из жизни детей» (1877), «Пословицы в силуэтах» (1884) и другие.
Они получили признание и в России, и в Европе
На память о Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде 1896 г.




Выдающиеся люди эпохи ценили Бём за знание сельской жизни, точность деталей в портретах, что редкость в технике силуэта.
В эту технику художница внесла своё видение: силуэтом выполнялись только фигуры людей, а окружающие
их предметы — пером. Это создавало ощущение пространства.

В детской книге "Пирог", изданной в 1880 , из картинки в картинку рассказывается незатейливая история маленьких сладкоежек, самостоятельно пожелавших испечь кулинарный шедевр.



Композитор Антон Рубинштейн лучшим своим портретом из всех существующих считал тот, что
Елизавета Меркурьевна второпях набросала прямо на программке во время концерта.
Рисунок имел огромный успех, а художница осталась в недоумении: ведь работа выполнена случайно.
Она предложит Рубинштейну сделать повторный портрет, но музыкант скажет:
«Лучше того, который вы сделали силуэтом, желать нельзя».


------------------------------------------------
АЗБУКА


Серия Народы России




Незаполненный бланк меню обеда в честь бракосочетания графини А.С. Шереметьевой и А.П. Сабурова
в Кусково 29 июня 1894 года. 1894.



--------------------------------------------------
С.Чапкина. Русский стиль Елизаветы Бем: альбом М.: "Захаров", 2007

http://www.allabout.ru/a16104.html