Хорошая детская книжка...

[q]

В книгу входят две повести о пионерах: «Дельфиний мыс» и «Трава и солнце». Это повести о пионерском лете, о вожатой, сумевшей зажечь ребят интересными делами, о борьбе за судьбу товарища, о дружбе и подлинной смелости.

[/q]

[q]

Всё дело в том, что в Австралийских степях, которые австралийцы называют бушем, в густых зарослях кустарника живут очень странные маленькие существа - Злохвосты и Ляпики.

[/q]

[q]

Предисловие

Представляя вам необычную рукопись капитана Картера, я позволю себе предпослать ей несколько слов, посвященных этой замечательной личности.

Мое первое воспоминание о капитане Картере относится к немногим месяцам, проведенным им в доме моего отца в Виргинии, перед началом гражданской войны. Я был тогда пятилетним ребенком, но хорошо помню высокого, смуглого, безбородого человека атлетического сложения, которого я звал дядей Джоном.

Он всегда был спокоен и приветлив. С детьми он играл с тем же добродушным весельем, с каким принимал участие в развлечениях взрослых мужчин и дам. Он мог целыми часами сидеть с моей старой бабушкой, занимая ее рассказами о своих необыкновенных похождениях во всех частях света.

Мы все его любили, а наши слуги просто поклонялись ему.

Он был воплощением мужской красоты. Рост его достигал шести футов и двух дюймов, плечи его были широки, бедра узки. У него была осанка тренированного спортсмена. Черты лица чрезвычайно правильны и резко очерчены. Его коротко подстриженные волосы были черными, стальные глаза полны огня и решительности, в них отражался его сильный и прямой характер.

Манеры его были прекрасны, и он отличался изяществом, типичным для южных джентльменов высокого происхождения.

Его умение ездить верхом было настоящим чудом и вызывало восторг даже в этой стране великолепных наездников. Я часто слышал, как мой отец предостерегал его от неудержимой отваги, но он в ответ только смеялся, говоря, что не родилась еще та лошадь, со спины которой он упадет и разобьется.

Когда война началась, он покинул нас, и в течение пятнадцати или шестнадцати лет я его не видел. Он вернулся внезапно, и я с удивлением заметил, что он почти не постарел и не изменился ни в каком отношении. В обществе он был таким же веселым, жизнерадостным товарищем, каким мы его знали раньше, но когда он оставался наедине с собой, я видел, как он часами сидел, устремив взгляд в пространство; лицо его выражало тоску и безграничное горе. Он просиживал ночи напролет, устремив взор в небеса. Лишь несколько лет спустя я узнал причину подобного поведения.

Он рассказал нам, что после войны он занимался изысканиями и разработкой копей в Аризоне. Что он проделал это с успехом, было видно по колоссальному состоянию, которое он имел. О подробностях своей жизни за этот промежуток времени он говорил очень сдержанно, вернее, совсем не желал говорить.

Он прожил с нами приблизительно год и отправился потом в Нью-Йорк; там он приобрел небольшой клочок земли на Гудзоне, где я навещал его раз в год во время моих посещений нью-йоркского рынка — мой отец и я в это время имели целый ряд небольших магазинов в Виргинии. Капитан Картер владел маленьким, но красивым коттеджем, расположенным на возвышенности, с прекрасным видом на реку. Во время одного из моих посещений я заметил, что он был очень занят писанием, как я теперь полагаю, этой самой рукописи.

[/q]

[q]

Кейт ДиКамилло начинала как автор книг из серии "Звездный путь" и "Звездные войны", но именно детские книжки принесли ей всемирное признание и множество наград, в том числе золотую медаль всеамериканского общества "Выбор родителей" и "Медаль Ньюбери" за особый вклад в детскую литературу. Российским читателям ДиКамилло запомнилась благодаря удивительной истории о веселой дворняге Уинн-Дикси.
Библиотека Конгресса назначила Кейт Дикамилло Национальным послом детской литературы на 2014—2015 годы

[/q]

[q]

Фарфоровый кролик Эдвард однажды путешествовал со своей хозяйкой, девочкой Абилин, и упал с борта океанского корабля. С этой минуты жизнь благополучной игрушки переменилась: Эдварду предстоят трудные и опасные приключения. А мы становимся свидетелями настоящего чуда: даже бесстрастная фарфоровая кукла может научиться любить. Потери и утраты делают эту любовь только сильнее.

[/q]