Нижний Новгород и его обитатели

Орлов, Яков Васильевич (1779 – 1819).
http://www.nounb.sci-nnov.ru/kp/books/5.html

Моё отдохновение для отдыху другим / Сочинённое Нижегородской главной школы учителем истории натуральной, истории гражданской и географии Яковом Орловым. – [Н. Новгород]: Иждивением сочинителя: Тип. Нижегородскаго губ. правления, 1799. – [2] , III , 184 с. ( СК XVIII 5022)
025256 (Переплёт составной, корешок не сохранился. На форзацном, титульном листе и обороте титульного листа шрифтовой экслибрис «Домашняя библиотека А. А. Белозёрова», на обороте с. III – проба пера).
Ц4847.1 (Переплёт картонный, корешок коленкоровый, экземпляр дефектный, отсутствуют страницы 1–48, 177–184. На титульном листе владельческая надпись (неразборчива)).

Орлов Яков Васильевич родился в 1779 году в Переяславской епархии, образование получил в Троицкой духовной и в Петербургской учительской семинариях. Ещё во время прохождения курса в Петербургской Учительской семинарии получал неоднократно отличные аттестации: «Студент Яков Орлов – дарований и успехов похвальных». Позднее, в своей книге «Моё отдохновение» он с восторгом вспоминает годы учёбы в Троицкой духовной семинарии:

«О! Лавра, с Никоном где Сергий почивает,
К тебе мой дух парит, тебя мой глас взывает.
В тебе я жил, в тебе учился жить везде;
Скучал, чтоб не скучать теперь уже нигде…»
(«Мои чувствия к Лаврско–Сергиевой семинарии», С. 36).

После успешного её окончания в 1794 году синодальным начальством был переведён в Санкт-Петербургскую учительскую гимназию, а в декабре 1796 года определён учителем истории и географии в Нижегородское главное народное училище. Когда это училище было преобразовано в гимназию, Орлов был определён в ней старшим учителем. В неопубликованной истории Нижегородской гимназии, составленной её учителем А. Ф. Мартыновым, говорится: «Из учителей: историко-географических наук Яков Васильевич Орлов, 31 года … в настоящей должности 1796 г.».

Отличавшийся пытливостью ума и художественной одарённостью, Я. В. Орлов стал заметным в городе просветителем. В небольшом помещении Дворянского собрания, что находилось в то время на Благовещенской (ныне пл. Минина и Пожарского) площади собирались, главным образом в дни прихода почты, любители российских словесности. Они устраивали совместные чтения книг и журналов, обсуждали и спорили о прочитанном. Популярность Я. В. Орлова среди нижегородцев росла год от года, он часто откликался своими виршами на злободневные события городского общества. В «Нижегородском литературном кружке» он часто декламировал стихи, как свои, так и других отечественных пиитов. Вызывали интерес у посетителей и его выступления, посвящённые чистоте и правильности русского литературного и разговорного языка.

В 1799 году в типографии Нижегородского губернского правления была издана его книга «Моё отдохновение для отдыху другим». Это была не только первая книга поэта, но и одно из первых гражданских сочинений, напечатанных в местной типографии. Издание напоминает своеобразную записную книжку, в которую автор старательно вносил облечённые в стихотворную форму свои суждения и мысли, записи прочитанного и слышанного.

Вослед писателю и поэту А. П. Сумарокову, выпустившему сочинение «О истреблении чужих слов из Русского языка» Яков Орлов также выступил поборником чистоты родного языка. Он приводит объяснения некоторых профессиональных терминов и названий из минералогии и ботаники:

«Минералогия состоит из еврейского слова Мин – из, и Ерец – земля, и ещё Греческого логос – слово; следовательно Минералогия по Российски изкопаемословие».

«Купорос состоит из слов купрум – медь и рос – роса; по Российски медяная роса» («Произведение некоторых Минералогических слов», С. 92, 98).

Некоторые термины из ботаники выглядят очень забавно, например, слово крыжовник он производит от «крыженосцев», или «крестоносцев». («Произведение некоторых Ботанических слов», С. 101).

В ряде стихотворных строк поэт–нижегородец «развёртывает курс торгово–промышленной географии России»:

«Казанец юфтодел и славный земледел,
Нижегородчанин чего бы не имел?
Владимирец себя прославил вишневодством;
Перееславец стал известен сельделовством…
Отменны калачи во Муроме пекут;
Из Шуи крепкое повсюду мыло шлют;
Гордится пудрою, Гавриловка конями;
Украйна славится садами и кладами
Ружьём и шпагами снабжает Тула всех;
Калуга продаёт мед, тесто, воск и мех;
Град Боровск лук даёт, Орёл хлеб разсылает;
Себя Курск ярмонкой, конями прославляет;
Шлёт в море Чёрное Теплинской Харьков дуб;
Деревья Мачтовы туда же Стародуб;
Град Глухов глиною фарфоровой пленяет;
А Ромень табаком рты, носы привлекает.
(«Россия», С. 31–32).

Не обходит своим вниманием поэт и Нижний Новгород. Очень характерным является его стихотворение «Разговор с эхом». Поэт сравнивает месторасположение нашего города с земным раем:

«Где Окска с Волжскою мешается вода,
Не должно ль землю ту Едемом звать всегда?»
(«Разговор с эхом», С. 1).

В своём стихотворении Я. В. Орлов вспоминает выдающихся людей Нижегородской земли: К. Минина, И. Кулибина, В. Баранщикова:

«Вот Нижний каковых на свет людей рождает…»
(«Разговор с эхом», С.1).

Книга Орлова была рассчитана на невзыскательные вкусы губернского чиновничества, купцов и мещан. Отсюда порой незначительность и наивность некоторых стихотворных тем, но в то же время поэт был не чужд и широких общественных проблем.

Из других его трудов известны: «Памятник событий в церкви и отечестве» в пяти частях» (1818 г.), «Дух российских государей Рюрикова дома: Существенные изображения Россиян» (1818 г.), «Всеобщий памятник достопримечательных происшествий, повествуемых историей Ветхого и Нового завета…» (1820 г.) . За книгу «Историко–статистическое описание Нижегородской губернии» он был удостоен высочайшей награды – бриллиантового перстня.

В 1809 году он назначается бакалавром в только что открывшуюся С.- Петербургскую духовную академию по классу исторических наук и навсегда покидает наш город. На следующий год Яков Орлов возводится в звание ординарного профессора. В столице Яков Васильевич стал действительным членом Вольного общества российской словесности. Упорный труд подточил здоровье Я. В. Орлова, и он скончался в самом расцвете своего таланта в феврале 1819 года. Хотя нижегородский период его жизни был недолог (12 лет), но он оставил заметный след в истории нашего города.

Литература:

Русский биографический словарь: Обезьянинов – Очкин ⁄ изд. под наблюдением пред. Имп. Рус. ист. о-ва А. А. Половцова. – Санкт-Петербург: Имп. Рус. ист. о-во , 1905. – С.363.
Галай, Ю. Г. Книжний Нижний. – Н. Новгород: Книги, 2007. – С. 27–38.
Мартынов, А. Ф. История Нижегородской гимназии: Рукопись. – Л. 9, 62.
Н.Д. Голубева

Perrula

Извините за вторжение на Ваше пространство. Хочу предложить Вам материал о Николае Ивановиче Храмцовском, которого современники называли «отцом истории Нижнего Новгорода». Если посчитаете, что он здесь лишний, удалите.


Н. И. Храмцовский родился 15 декабря 1818 года в городе Вологде. По семейному преданию, его фамилия произошла от польских дворян Храмцевичей. Будущий историк Нижнего Новгорода не имел систематического и всестороннего образования. Начатки знаний он приобрел в доме своей бабушки, где его главной во¬спитательницей и учительницей была сестра матери. Кроме того, на уровень его образования большое влияние оказал чиновник А.М. Приликаев, которого краевед вспоминал с величайшей бла¬годарностью.
Таким образом, Николай Иванович получил лишь домашнее воспитание, но любовь к книге и постоянное упорное самообразо¬вание сделали его человеком весьма начитанным и грамотным.
Нижний Новгород, куда в 1828 году переехали Храмцовские, в культурном отношении был более развит, чем Вологда. Храмцов¬ские старались не отставать от культурной жизни города, в частности, часто посещали театр, беря с собой Николая. Зародившуюся в те годы любовь к сцене он пронес через всю свою жизнь.
Восемнадцати лет Николай Иванович поступил письмоводите¬лем в Нижегородское соляное правление, где дослужился до сче¬товода, затем казенного приказчика и, наконец, как и отец, стал помощником комиссионера по перевозке соли. Начальством он аттестовался «самым исправным и благонадежным человеком».
По делам службы ему приходилось разъезжать не только по Ни-жегородской губернии, но и бывать во многих городах империи, что расширило его кругозор.
Во время частых поездок по делам службы Николай Иванов вел служебные записи и дневники. Постепенно накапливался интересный бытовой материал, который требовал выхода. В результате появилась напечатанная в московской типографии Августа Семена книга «И русское сердце не камень. Были из жизни на святой Руси» (1846 г.).
Первый опус молодого литератора был встречен критикой прохладно, если не сказать большего: Вывод автором был сделан быстро и решительно: изящная литература не для него. Тем не менее, благодаря вышедшей книжке он слыл в Нижнем за писателя.
Чиновника привлекла история. По его признанию, он еще в 40-х годах в своих служебных поездках с любопытством осматривал памятники старины, храмы и надгробия.
По всей видимости, толчком к изучению нижегородской истории послужило знакомство Николая Ивановича с любителями местных древностей архимадритом Макарием, впоследствии известна историком церковных древностей, и П. И. Мельниковым (будущим писателем Мельниковым-Печерским). Именно они привлекли его к обработке старых документов, которые усердно собирала учрежденная в 1849 году для разбора древних актов и рукописей Нижегородская временная комиссия. Хотя он и не являлся ее членом, но участвовал в работе, так как, по утверждению современников, «очень легко читал неразборчивые старинные рукописи и свитки, переписывая их на современную русскую скоропись».
Увлекшись нижегородской историей, Храмцовский стал выискивать сведения о нашем крае в различных специализированных изданиях. В его личном архиве сохранились выписки из таких редких изданий как: «Древняя российская Вивлиофика» выпущенная в коня XVIII столетия Н. И. Новиковым, «Акты исторические», «Акты Археографической экспедиции» и «Собрание Государственных грамот и договоров». Почерпнутые сведения пересказывались друзьям и знакомым, что создало ему славу знатока местной истории.
Благодаря этому он был допущен как «свой человек» в узкий кружок губернской интеллигенции, собиравшейся у богатого и умного, к тому же любителя старины и коллекционера, маклера нижегородской судоходной расправы Д. Г. Усова. Храмцовский — по отзывам современников «лицо благородное, деликатное, шутник и весельчак» - живо участвовал в застольных беседах, завязывал интересные знакомства. За хлебосольным столом сыпал поговорками и крылатыми словами В. И. Даль, потчевал гостей толковыми рассказами из седой старины П. И. Мельников, делился своими архивными находками архимандрит Макарий. Не отставал от них и Николай Иванович.
Не исключено, что именно на посиделках в доме Усова возникла мысль о написании обширной истории Нижнего Новгорода. Это событие ускорила встреча двух людей: известного издателя «Русского художественного листка» В. Ф. Тимма, приехавшего на яр¬марку, и мелкого чиновника Д. Я. Быстрицкого, служившего в нижегородском ярмарочном гостином дворе.
Художник-самоучка Дмитрий Яковлевич Быстрицкий усердно зарисовывал наиболее полюбившиеся ему места родного города. Пользуясь случаем он принес Тимму свои рисунки, заинтересовавшие известного издателя. Последний показал их нижегородско¬му губернатору Ф. В. Анненкову, рекомендовав напечатать некоторые из них, главным образом виды церковного зодчества. Начальник губернии согласился с тем условием, что к рисункам будет соответствующее описание.
Быстрицкий, пo словам его сына Ивана, не посмел взять на себя такой ответственный труд и рекомендовал обратиться к свое¬му другу Храмцовскому, которого и представили губернатору.

Его деятельность на поприще нижегородского краеведения была отмечена библиографами того времени и несколько работ историка удостоились чести быть внесенными в известную «Русскую историческую библиографию за 1865—1876 гг.»
Что же касается частной жизни Н. И. Храмцовского, то испытывая материальные затруднения и удостоверившись, что литературными трудами не проживешь, он в навигацию 1859 года служит помощником капитана в пароходном товариществе «Нептун», где с октября того же года и по февраль 1861 занимает должность приказчика в селе Черный Затон около Астрахани. Потом переходит в пароходное общество «Кавказ и Меркурий», откуда в октябре 1862 года был уволен по сокращению штатов.
Летом 1864 года Н. И. Храмцовский возвращается в Нижний и чуть больше года заведует частной конторой по имению В. П. Шереметева. По учреждении земского управления он переходит туда и почти семь лет служит в Балахнинском, Васильском и Семеновском уездах, исполняя должности секретаря, делопроизводителя и бухгалтера.
Свои впечатления от этой новой для него деятельности oн изложил в неопубликованной статье «Заметки о семилетней службе трех уездных земских управах», показав себя в ней заинтересованным сторонником широкого распространения земского самоуправления. Люди, знавшие его, отмечали, что к своим обязанностям Николай Иванович относился с душой, «принимая живое участие в земском деле».
В 1872 году, покинув земство, Храмцовский опять поселяется в Нижнем Новгороде. Здесь он исполняет письмоводительские дела у мирового судьи, адвокатов и даже в 1875 году ненадолго становится управляющим конторой пивоваренного завода Р. И. Вихмана.
Ведя речь о служебной карьере историка, нельзя обойти вниманием его деятельность на общественном поприще. В феврале 1865 года он, как «желанный и полезный работник» избирается действительным членом Нижегородского губернского статистического комитета.
Николая Ивановича можно также назвать инициатором очень южного для города дела — создания Нижегородского всесословного клуба.
Но, пожалуй, самой большой заслугой Храмцовского перед городом было учреждение Кулибинского речного училища. В 1868 году исполнялась печальная дата — 50 лет со дня кончины великого изобретателя И. П. Кулибина, и Храмцовский еще в 1865 году через «Нижегородский ярмарочный справочный листок» призвал ниже-городскую общественность почтить память славного земляка осно-ванием училища для детей «торгово-промышленного сословия, для которых гимназия и Александровский институт не по плечу». В течение последующих десяти лет ему пришлось пробивать косность и невежество нижегородцев, чтобы осуществить свой замысел.
Есть сведения, что Николай Иванович активно участвовал еще в одном гуманнейшем деле — открытии нижегородской колонии для малолетних преступников.
Необходимо упомянуть еще об одной интересной затее Храмцовского. В июне 1873 года он подал в Главное управление по делам печати прошение о разрешении на издание в Нижнем Новгороде частной газеты «Нижегородские известия». Однако его попытка за-кончилась безрезультатно не только из-за обширной программы издания, но и ввиду того, что проситель не имел даже среднего образования. Это последнее обстоятельство, по мнению цензуры, не давало «никаких гарантий к благонадежному ведению газетного дела».
Вторая попытка была предпринята Храмцовским в 1875 году, когда он совместно с И. А. Жуковым задумал выпуск «Нижегородских биржевых ведомостей», которые стали выходить с 6 мая того же года, но уже 10 июля контракт был, расторгнут по причине фи¬нансовых претензий Храмцовского к компаньону. Последнему при¬шлось уплатить краеведу 800 рублей неустойки.
Все эти неудачные предприятия, а также невысокие должности, которые занимал Храмцовский на службе, вынуждали его вест¬и более чем скромное существование. При том он часто болел и в результате этого ему отказывали от мест. Пришлось даже продать свой домик. В один из таких черных дней при помощи своих друзей и почитателей Храмцовский в 1879 году переезжает к своим богатым родственникам в Вологду, где и проживает на их попечении. Несмотря на одолевающие его различные недуги, он упорно продолжал заниматься краеведением и историей до самой кончины, последовавшей 16 ноября 1890 года.
Следует признать, что лучшие годы жизни и творчества Николая Ивановича Храмцовского связаны с Нижним Новгородом, который он полюбил и воспел в своих исторических трудах. И надо сказать, чтo сограждане отблагодарили его — по ходатайству Нижегородской губернской архивной комиссии городская дума постановила учредить в нашем городе «Училище имени Н. И. Xрамцовского, историка Нижнего Новгорода», которое было открыто в сентябре 1899 года в деревянном доме Гогина на улице Звездинке.

Ю. Галай. Предисловие к изд. «Краткий очерк истории и описание Нижнего Новгорода»

Perrula написал:

[q]

Надеюсь на продолжение обмена старинными нижегородскими новостями

[/q]

Cпасибо большое за гостеприимство. Буду заходить!

Perrula
Большое спасибо за ссылку и Ваш труд. С интересом читаю Ваши сообщения.