Поникаровы, Докины, Лисовы, Староверовы...

Лист 4
Но зато ярче запомнился голодный 1921 год. Было по осени, когда начался грибной сезон, бабушка каждое утро одевала меня, давала посильную корзину и отправляла в лес за грибами (четырехлетнего-то! ). Я с ревом сопротивлялся, т.к. эти грибы мне опостылели, их бабушка готовила без соли, а есть приходилось без хлеба.
Грибы росли прямо под окном. Под нижними ветками ёлок, на четвереньках собирал осторожно только белые грибы, самые молодые, черноголовые, плотненькие, душистые.
Через полчаса я уже стоял довольный перед бабушкой с полной корзиночкой грибов. Конкурентов у меня в этом деле в то время не было.
Отца в 1921 году брали на время на военные сборы, но уже с 1922 года он вплотную занялся хозяйством.
Первоочередной задачей была вырубка леса. В одиночку с этим справиться было трудно – слишком много потребовалось бы времени. Мужчины решили это проще – артельным способом. В воскресный день собирались артелью по 8-10 человек. Каждый приходил со своим инструментом (топор, пила, веревка с кошкой на конце), делились на группы, и начиналась работа. Один подрубает корни, двое помоложе и половчее цепляли веревку с кошкой за вершину кроны дерева, раскачивали и валили дерево. Его очищали, разделывали, отделяли и собирали отдельно в кучу пни, убирали сучья, деловую древесину складывали в штабеля. Через 5-6 часов полдесятины чистой вырубки, все убрано под метелку.
А у хозяек уже на улице накрыт стол. Плотный обед под первачок, гармошка, песни, пляски, раскрасневшиеся, довольные расходятся мужики по домам, договорившись у кого встречаются в следующее воскресенье.
Так в течение одного лета был вырублен почти весь лес на первых четырех десятинах. Ближе к августу пни вывозили с вырубки, в погожий день сжигали весь хворост. Часть вырубки бороновали (боронили) железными граблями и засевали озимой рожью. Остальную часть начинали распахивать под посев яровых.

Лист 5
В 1924 году было перевезено еще две десятины земли, в 1926 году еще три. С этим наделом в десять десятин семья вступила в колхоз.
Но земля – землей, а семья – семьей. Растут не только наделы земли, наливается живительным соком хозяйство, но растет и семья.
В 1921 году родилась дочь, нарекли ее Евфалией.
В 1924 году родился сын – Константин.
С рождением второго ребенка мое детство утратило свою прежнюю прелесть.
С расширением объема работ в поле бабушку приходится отрывать от домашнего хозяйства, а часть ее функций – уход за малыми детьми перекладывается на мои плечи. Так я превращаюсь в няньку у Евфалии, как только она стала самостоятельно переставлять свои немощные ножки. Потом прибавился Костя.
Но меня успокаивали тем, что, смотри мол, у людей держат специально няней, а ты у нас превосходно и сам справляешься. Успокоению этому сопутствовали еще два обстоятельства: первое, что по близости у меня не было сверстников, и удрать из дома было некуда, а второе – под руками всегда была бабушка, которая чистосердечно сочувствовала мне в том, что возиться с голоштанниками не «мужское дело» и часть функций принимала на себя.
Вспоминается зима 1924 года. Стужа стояла невыносимая, снег на таком морозе даже светился ночью искрами. Нас ребятишек на улицу не выпускали, туда, как говорят, носа нельзя было высунуть. Стоял трескучий мороз, печи топили дважды в сутки.
Но верующих людей ничего не удержит. В один из таких дней бабушка ушла на богомолье в церковь в село Нелазское, никакие уговоры не помогли.
Сказала, что самую стужу поживет на Панфилке у Павла с Мариной, давно не бывала, как там они.

marishkayak

[q]

Фамилия от имени Поникар, разговорная форма имени Поликарп. Такая форма была активной в устюжских говорах.

[/q]

Здесь дело не в говорах.

Мужское имя:Поникар
от греч. [polikarpos] – плодородный

Мужское имя:Поликарп
греч. [polikarpos] - плодородный

Имена-тезки по значению.
http://www.polnyetezki.ru/?action=sprname&id=10837

Удачи в поиске!

marishkayak

[q]

Я задавала вопрос о значении фамилии здесь на форуме

[/q]

Не видела Вашего вопроса раньше.

[q]

задавала вопрос о значении фамилии на сайте "Российской газеты" Суперанской.

[/q]

Вот и будет возможность проверить найденную "расшифровку".
***
Креплю Вам ссылки на источники (работы Чайкиной) в открытом электронном виде, вдруг пригодятся.
Ю.И.Чайкина. «Вологодские фамилии».Словарь
http://www.booksite.ru/fulltex...urname.pdf
***
Ю.И.Чайкина. Географические названия Вологодской области.
http://www.booksite.ru/fulltext/cha/iki/na/index.htm

Всего доброго!

Лист 6.
А морозы не сходили. Бабушка вернулась в конце января, вошла с мороза в дом, как сказочная царевна, малыши на радостях бросились раздевать и отогревать ее, мама поставила самовар.
Отогреваясь за чаем, рассказывала о деревенских новостях, о том, сколько снега на дорогах, а взрослым поведала, что батюшка служил молебен за упокой Владимира Ленина. Мы шпингалеты из этого рассказа мало что поняли, а лицо отца посуровело.
Потом он в тепле на печи рассказывал нам с Евфалией, что умер дедушка Ленин, выступление которого он слушал в Петрограде в 1917 году, что он боролся за то, чтобы все люди на земле были счастливыми, чтобы жили легко и не убивали друг друга, чтобы не было буржуев-мироедов.
Позже, когда я пошел в школу, и появились первые портреты Ленина, нам подробно о нем рассказывала учительница Антонина Садофьевна.
1 сентября 1925 года нарядный, с холщевой сумкой через плечо, с пеналом с карандашами и чистыми тетрадями в ней, торжественно переступил порог Шулмской четырехлетней школы. Все четыре класса размещались в одном помещении, и учительница Антонина Садофьевна мужественно справлялась с этой многоликой публикой.
Учеба давалась легко, поэтому родителей мало чем докучал, но если что случалось, то Антонина Садофьевна была у всех хуторян своим человеком в доме и все недоразумения чаще решались с бабушкой, без вмешательства родителей. Слово бабушка войдет в мою сознательную жизнь как символ добра, поэтому прошу не удивляться, что я его так часто и с любовью повторяю.
Школьный распорядок дня был следующий: вначале занятий исполняли хором «Интернационал», затем шли уроки, после окончания предметных уроков снова хоровая песня («Картошка» или «Не ходил бы ты Ванёк во солдаты») и веселая разношерстная ватага ребятишек высыпала на улицу.

Лист 7
С увеличением земельных наделов добавилось работы в хозяйстве.
В декабре 1925 года родился еще один сын – Вольтер, семья стала семь человек.
Отец настойчиво и упорно укреплял хозяйство. У нас уже были две лошади, сивая в годах, неторопливая, но большая безотказная труженица и молодая, гнедая, стройная как лань – Тамарка.
Отец был неравнодушен к лошадям, почти весь молодняк для объезда, (одеть хомут, и впрячь в легкие сани) приводили к нему.
Приходилось удивляться его ловкости и сноровке, с которыми отец успевал прыгнуть в сани и вихрем умчаться по дороге. Через час он возвращался на взмыленной лошади, послушно ступавшей и ронявшей пену с уделов. Её распрягали, насухо протирали, выводили по двору, и лошадь была готова для последующих послушных запряжек.
Много хлопот пришлось испытать отцу при объезде молодой Тамарки: при попытке одеть хомут она делала свечку, а когда это удавалось ее никак нельзя было поставить в оглобли и набросить седелку. В первый раз ее запрягали человек пять и, когда отец стрелой вылетел со двора, не все рассчитывали, что он вернется целым. Была снаряжена вторая повозка и двое умчались по следу. Но все обошлось благополучно.
Все время до вступления в колхоз она сохраняла за собой право обратать её в стойле или в поле только за отцом и за мной, никто другой к ней не подступался.
В поле (на цепи), когда нужно было привести ее домой она, прижав уши бросилась на тебя, делала свою знаменитую свечку, опускалась послушно на все ноги, получала посоленный кусок хлеба, давала одеть обрать, отстегнуть цепь и послушно, как ягненок, шла за тобой.

Лист 8
Но когда в колхозе свели лошадей в конюшню и разрешили пользоваться для работы любой свободной лошадью, через неделю конюхи в один голос заявили – Алексей Иванович, забирай своего зверя, она у тебя неуправляемая. Так она и стояла у нас дома на дворе, и работали на ней только наши домашние.
С девяти лет отец стал приобщать к работе в поле: в основном боронить пашню. Запрягал Тамарку, садил меня к ней на круп, и мы с ней, не торопясь, бороздили поле, она была послушна подо мной, и никогда не баловалась.
Летом, в свободное от сельхозработ время, все, по возможности, (в основном мужчины) уходили на отхожий промысел на Сойволовскую фабрику: мужчины на выкатку древесины, женщины на её распиловку, молодежь на сплав леса. Биржа у фабрики была объёмистая, древесины требовалось много, техники никакой не было. Нас, пацанов, использовали в качестве гонщиков лошадей. Взрослые на воде цепляли воз цепями, а дело гонщика было поднять воз на берег, доставить на место, где взрослые освобождали концы цепи. Дальше лошадь с цепями отгонялась обратно на берег, гонщик забрасывал цепи для выкатки нового воза и так целый день. Вечером пластом сваливались на сено в телегу, сонных, отвозили домой, а утром опять в путь-дорогу. Это была для ребятишек самая изнурительная работа. Работа на бирже хорошо оплачивалась, кроме денег платили натурально: выдавали мануфактуру, яловые сапоги, пшенную крупу, сахар, махорку, сбрую для лошадей. При расчете товар привозили целыми возами. Женщин особенно прельщали красочные ткани, которые негде было в те времена приобрести, а мужчин – махорка.
Во время сенокоса работы было много, но около дома, в кругу сверстников, с которыми иногда можно было позабавиться и укрыться за спиной сердобольных бабушек, а главное, в сенокос можно утром подольше поспать до прихода косцов на завтрак. После заватрака косцы отдыхали, а мы шевелили валки и растряхивали вчерашние копны.

Лист 9
Затем был обед и уборка сухого сена в стога и сеновалы. Эта работа до самого позднего вечера. Вечером, дома чаепитие и общий отбой. Глубокий сон на свежем пахучем сене, сплошное блаженство. Всё благоухает ароматом трав и цветов – самая лучшая пора года в деревне. Страшный бич сенокоса – это дождь. Но сколько я помню, в основном лето в эту пору было устойчивым.
Осенние полевые работы начинались с посева озимой ржи. Уборку хлебов обычно начинали с третьего спаса (19 августа). С каким нетерпением ждали первого каравая с нового урожая. Жернова были в каждом доме, и никто не ждал муки мельничного помола. Испеченный прямо на поду или капустном листе круглый хлеб излучал удивительный аромат. Проходя мимо домов, было можно безошибочно почувствовать по запаху, кто печёт хлеб из свежего урожая. Все работы по уборке хлебов были ручными: жатва серпом, молотьба цепом, даже веяли зерно на ветре.
Последним убирали лён, который сеяли помногу, как для собственных нужд на полотно, так и на продажу. Лён – самая трудоёмкая культура в нашем земледелии. При тереблении не должно быть ни одной посторонней травинки в снопу. Выдержать в бабках, сушить, колотить, разослать на луг, собрать и вязать слабо в снопы, мять, трепать, чесать и только после двух последних, самых грязных операций у вас в руках окажется прядь чистого, серебристого, мягкого, нежного, но прочного льняного волокна. И вся эта работа лежала на плечах женщин.
После окончания полевых работ, отец запрягал лошадь в сноповою телегу, загружали всю плетеную посуду, всем по корзине в руки, и всей семьей в лес за грибами. В лесу лошади задавали корм, а сами рассыпались по лесу. Отец с матерью собирали солонину, моя забота – это белые грибы, мелюзга носит и ссыпает всё съедобное. Вся посуда на возу наполнена, да и лес на версту с лишним вокруг очищен подчистую.