🎨 Кубышка

Лев Толстой у дерева бедных в Ясной поляне.Похитонов И.П

вологжанка написал:

[q]

Лев Толстой у дерева бедных в Ясной поляне.Похитонов И.П

[/q]

Верно Лариса, мои поздравления.
Руслан, Вы были на правильном пути.

---

Черновая родословная художника Похитонова Ивана Павловича
Род восходит к запорожским казакам. При Екатерине II было получено дворянство.

[q]

1. Похитонов Павел Данилович, отставной артиллерийский офицер.
жена - Варвара Алексеевна (урожд. Белич). Из семьи сербских переселенцев.
1.1. Похитонов Иван Павлович (1850 - 1923 Брюссель), урож. имения Матреновка (Похитоново) Бобринецкого (в дальнейшем Елизаветградского) уезда Херсонской губернии (ныне Матреновка вошла в состав села Зеленый Гай Кировоградской области на Украине).
Жена 1 - Похитонова Матильда Константиновна (1856-1927) - (Бракосочетание состоялось 18/30 октября 1882 года в городе Черновцы) – (Родилась в семье полковника в отставке барона Константина фон Вульферта, немецкие предки которого переселились в Россию и на протяжении двух столетий проживали в Минской губернии. Ее мать, Александра фон Вульферт, была шведкой). 1891 г. - Происходит окончательный разрыв отношений Ивана Павловича с Матильдой К. (сложились отношения с художником В.В. Верещагиным).
(Гражданская жена) 2 - Вульферт Евгения Константиновна (младшая сестра первой жены) – (30 июля/12 августа 1892 г. - Уезжает с младшей сестрой жены Евгенией Константиновной Вульферт в Италию).
1.2. Похитонова Анастасия Павловна
Муж - И. И. Лазаревич
1.1.1. Похитонова Вера Ивановна (от первого брака) (1883-1967)
1.1.2. Похитонова Нина Ивановна (от первого брака), 1885 г.
1.1.3. Похитонова (по мужу Маркевич) Зоя Ивановна (от первого брака) (1888-1972)
1.1.3. Похитонов (Вульферт) Борис Иванович (от Е.К.) (1893-1963)

[/q]

https://www.tg-m.ru/articles/s...okhitonova
https://www.tg-m.ru/articles/s...khitonovoi

Tomilina написал:

[q]

1. На картине место историческое.

[/q]

[q]

У дома Л.Н.Толстого в Ясной Поляне на протяжении всей жизни писателя рос Вяз. Дерево пережило писателя на 60 лет!
Много связано с этим Деревом в жизни писателя. Стоя у входа в дом, Вяз стал свидетелем многочисленных событий. На скамейке под ним Толстой беседовал с Горьким, Репиным и другими замечательными людьми своего времени. Здесь же по утрам его ждали крестьяне, различные просители, больные, нищие за подаянием, читатели и почитатели за книжками, странники-богомольцы... С лёгкой руки одного из гостей Вяз получил наименование «дерева бедных». Прикрепленный к Вязу колокол собирал членов семьи и гостей к столу.

Старшие сотрудники музея ещё помнят и этот Вяз, и оставленный на нём, навсегда замолкший после смерти Льва Николаевича колокол, с годами вросший в плоть дерева. Уже в музейный период Дерево бедных разрослось так, что перекрывало почти всю крышу барского дома. Сухая листва гнила на кровле из года в год, во время бурь и непогоды Дерево било ветками по крыше, местами пробивало жесть, и знаменитый Дом стал протекать...
Но ничто не вечно: под гнётом лет и техногенных воздействий, загрязнений воздуха, могучее Дерево стало болеть, сохнуть. 60-е годы ознаменовались в жизни музея рядом "подарочков" от построенного совсем рядышком, как по заказу, химического завода. Много тогда погибло в Ясной живого, не устоял и могучий старик Вяз.
В 1966-1968 годах Вяз снизил прирост, а весной 1970 года листья на нем не появились...
Неожиданная гибель Дерева вызвала беспокойство. Как сохранить его хотя бы в виде памятника писателю? Профессор А.А.Молчанов, первым обследовавший Вяз-богатырь, сообщил о его усыхании Сенежской лаборатории консервирования древесины Минлеспрома СССР.
Планы «бальзамирования» умерших деревьев, с которыми связана жизнь замечательных людей, возникали и раньше, но не осуществлялись из-за отсутствия необходимых антисептиков и способов их введения на большую глубину без погружения в ванну.
Сотрудники Института консервации древесины приехали в Ясную Поляну, спилили Дерево бедных, очистили от веток, погрузили, увезли в Москву, высушили в своих печах, и законсервировали.
Для консервирования применили новый способ так называемой панельной пропитки. Вяз плотно обернули фильтровальной бумагой и полиэтиленовой пленкой, на нем установили питающие резервуары, в которые заливали раствор специального препарата.
Так из недавно ещё живого Вяза был "изготовлен" вяз-памятник, установленный, по предложению тогдашней дирекции музея, в нескольких метрах от старого места, как и раньше - напротив входа в Дом, но ближе к "Красному" яблочному саду. На этом месте нетленные мощи "Дерева бедных", ставшего памятником, простояли долгие годы и молодые поколения наших посетителей могли видеть Вяз (и фоткаться рядом с ним!) уже только в этом виде...

[/q]

В печатных изданиях (и по сети) о жизни Льва Толстого много фотографий, в основном, у этого Вяза.

«Перед крыльцом до 1970 года росло знаменитое „дерево бедных“ — ста­рый вяз, под которым была скамейка, где обычно по утрам поджи­дали выхода Толстого самые разные посетители — чаще других нищие, бродяги, богомольцы; отсюда и название дерева. Когда-то на суку этого вяза висел колокол, в который звонили, чтобы созвать всех к обеду и к чаю. Я застал уже то время, когда колокол почти целиком врос в де­рево и никто в него уже не звонил. Погибшее дерево законсервировали и перенесли в Красный сад , а вме­сто него посадили другой вяз, похожий по очертаниям на преж­ний».

Илья Толстой, правнук писателя. «Свет Ясной Поляны», 1986 год

Спустя два дня после своего приезда в Ясную Поляну Похитонов пишет жене: «Я не помню в своей жизни случая, когда бы я, встретившись в первый раз с человеком, почему-нибудь для меня интересным, думал бы так мало о том впечатлении, какое я на него произведу, как в данном случае. Толстой был так прост, так обыден, так зауряден, сказал бы я, если бы речь шла о чем-нибудь другом, и если бы в нем не было неожиданных проблесков покойного [Тургенева] - определенного ума, которому ты подчиняешься, как подчинилась бы резюме своей собственной логики после долгой и упорной работы мысли. По наружности это русский мужичок, какого ты можешь встретить на каждом шагу; блуза и легкая с большими полями шляпа мешают [этому] полному сходству, и глядя на него в этом костюме, мне кажется, что таковы должны быть квакеры в Америке или буры в Африке; особенно когда он легко и как-то бочком сидит на сухой огнистой лошади»

Софья Андреевна Толстая писала : "Вчера, когда мы пошли с Левушкой спать, он сказал мне: я редко встречал такого милого человека, как этот Иван Павлович, да и к тому же, кажется, и большой умница. Вот видишь, Нютик, ты прими сие к сведению, так как за неимением усов ты себе этого намотать не можешь»
ЖУРНАЛ «ТРЕТЬЯКОВСКАЯ ГАЛЕРЕЯ»

6. Подсказка