НОВОСТИ геногеографии, популяционной генетики, археологии : ВГД

15 ФЕВРАЛЯ 2013 ГОДА
Павел Павлов: "Исследуя ДНК, поймем, откуда пришли древние коми"

Ученые Коми научного центра УрО РАН намерены узнать, с какого времени коренные народы Урала обитают на этой территории. В прошлом году в КНЦ был специально создан Центр молекулярных исследований. Сопоставив ДНК-марки современных народов Урала с ДНК человеческих останков, найденных в древних могильниках, можно будет ответить на заданный вопрос с абсолютной достоверностью. Подробнее о планах исследователей наш корреспондент побеседовала с одним из руководителей этого проекта, доктором исторических наук, заместителем председателя Коми НЦ УрО РАН по научно-организационной работе Павлом Павловым.

– Павел Юрьевич, обычно ученые загораются подобными идеями, чтобы подтвердить или опровергнуть какую-то определенную гипотезу. А что именно намереваетесь проверить лично Вы?

– Все мои исследования были связаны с проблемами первоначального заселения человеком Уральского региона. Полагаю, нет необходимости доказывать, что на Урале человек произошел не от обезьяны, а в какое-то время откуда-то туда пришел. Я занимался и занимаюсь археологическими памятниками, возраст которых более 10 тысяч лет. И вот после 25 лет исследований я пришел к заключению, что в интервале от 40 до 10 тысяч лет назад было две волны колонизации Урала. Первая, ранняя, волна – это промежуток от 40 до 28 тысяч лет, а вторая – от 18 до 9,5 тысячи лет назад. Так вот, от первой волны на Урале не осталось никакого населения. Трудно судить, что это были за люди. Известно, что заселение шло по направлению с юга Восточной Европы. Кстати, самый древний памятник того периода (около 38 тысяч лет назад) находится на территории Коми – это Мамонтова курья в Воркутинском районе. Но потом, сколько мы ни искали, на всем Урале не нашли ни одной стоянки, существовавшей в промежутке от 28 до 18 тысяч лет назад. Это время совпадает с периодом максимального похолодания в последний ледниковый период. На территории современной Республики Коми вообще простиралась полярная пустыня. Даже трава не росла. А вторая волна колонизации началась после окончания максимального похолодания около 18 тысяч лет назад. И направление миграции было совершенно другое – люди шли с юга Западной Сибири. С того момента на всем Урале, от Южного до Приполярного, развивалась одна культура. Так вот, я считаю, что это древнейшая культура современных уральских народов.

– Как это можно проверить?

– Будем проводить этногеномические исследования. Посмотрим основные антропологические типы уральских народов, проанализируем их ДНК. Что это нам даст? Мы сможем выявить общие для современных уральских этносов гаплогруппы. Так вот, если окажется, что у современного и древнего населения Урала общие гаплогруппы, то значит, мы своей цели достигли – нашли подтверждение своим предположениям. Но палеогенетические исследования – сложные и дорогостоящие, они будут проводиться в дальнейшей перспективе.

– А с чего начнете?

– Сейчас будем заниматься изучением этногеномики современного коми населения. Нам надо иметь какой-то репер, на который мы будем ориентироваться в дальнейших палеогенетических исследованиях.

Основные антропологические расовые типы коми – это беломорский, восточно-балтийский и вятско-камский. Наиболее яркими представителями беломорского типа являются удорчане. Обязательно будем брать ижемцев. По сути, это представители одного антропологического беломорского типа. Приблизительно знаем, где искать представителей так называемой сублапоноидной группы – вятско-камской. Этот тип отличается большой примесью черт монголоидной расы. Полагаю, таковых придется искать в южных районах. К этому же типу с некоторой долей условности относятся и вычегодские коми.

Отталкиваться будем от балтийского типа. Наша задача выбрать хороших доноров. Придется смотреть по церковно-приходским книгам. Во всяком случае, в таких больших селах, как Летка, они сохранились. Это село мы уже отметили на карте своих поисков, а вот по остальным населенным пунктам пока не определились. Понятно, что в результатах исследований будут погрешности, поскольку нельзя сбрасывать со счетов межэтнические контакты, миграционные процессы и прочее. Но с чего-то же надо начинать!

С другой стороны, в этногеномике можно даже расовые контакты вылавливать и сопоставлять их с культурой. Предположим, по генетическим исследованиям выявилось, что 8 тысяч лет назад сюда пришли люди откуда-то с Кавказа, а в культуре это никак не прослеживается. Тем не менее за основу будем брать данные этногеномики. Что касается вопросов этногенеза разных народов, то я абсолютно уверен, что только на основании исследований этногеномики можно будет делать достаточно обоснованные выводы. Это наука точная, почему я и ухватился за этот проект. Осуществив его, можно получить объективное знание этнической истории народа коми. Может быть, вся история коми закончится в XII веке, когда современные гаплогруппы сопоставим с гаплогруппами, полученными из останков вымских могильников. Но если гаплогруппы окажутся общие, значит, родственнички наши жили тут в XII веке. Пойдем еще дальше, и окажется, что, ага, родственнички были и в VI веке. Еще дальше, и вот в I веке до нашей эры окажется, что нет, не они. Дальше надо будет искать где-нибудь на другой территории. Одни ученые считают, что коми – это автохтонное население, другие исследователи полагают, что древние коми пришли с запада, и достаточно поздно. Вот все это мы и проверим.

– Вам понадобятся добровольцы, готовые пожертвовать немного своей крови для научного эксперимента. Кто их будет отбирать?

– В принципе мы можем даже без крови обойтись. Взять мазок слюны, и все. Хотя, конечно, считается, что кровь лучше. Доноров будет искать и определять этнограф Ирина Ильина. Именно она будет решать, кого записывать в добровольцы. Первый этап за ней, а потом предстоит подключиться Дарье Перегудовой. Это молодой специалист-биолог, только-только закончила университет, сейчас поступила в аспирантуру к Владимиру Володину. Несмотря на молодость, она очень толковый специалист и, что самое главное, заинтересована в проведении генетических исследований. Пока она будет работать с современной ДНК, потом ей придется поехать на стажировку в Новосибирский университет, где есть лаборатория палеогенетики.

Если брать Урал – это исследования уже на десятилетия. А если только Коми, то, наверное, лет на пять. Во многом успех будет зависеть от того, как мы сможем работать с древней ДНК. Если современная ДНК свеженькая, хорошенькая, то древняя уже частично разрушена. Ее придется восстанавливать, а это достаточно сложная процедура, включающая компьютерное моделирование. Начнем, наверное, с могильников вымской культуры (близ села Туръя Княжпогостского района). Там есть еще нетронутые могилы. Считается, что в них находятся останки предков коми. Но результат предугадать невозможно.

Недавно проводили исследования русского населения Севера. Так вот, оказалось, что по генам часть населения – это финно-угры. Они утратили свою первоначальную национальную идентичность, включая язык. По культуре они русские, но происхождение у них финно-угорское. В Якутии тоже получили парадоксальные результаты. Исследовали гаплогруппы современного якутского населения, а потом сравнили с данными, полученными из захоронений 4 тысячелетия до нашей эры. Так вот, ничего общего не нашли.

– У коми, судя по языку, самые ближайшие родственники – это удмурты. А по крови могут оказаться совсем другие данные?

– Вполне возможно. У удмуртов может быть большая примесь монголоидной расы. Они расселены южнее, и тюркское влияние, естественно, сильнее проявлялось.

– Можно назвать имена тех, кто будет заниматься этим проектом?

– Я уже упоминал Дарью Перегудову, Владимира Володина, Ирину Ильину. Кроме меня в группу входит еще лингвист Галина Федюнева и физиолог Евгений Бойко. У нас пока нет физического антрополога. Придется, видимо, искать на стороне, за пределами Коми. В республике таких редких специалистов нет.

Конечно, сложностей будет много. У нас и древних костей мало, и они плохо сохранились. В нашем распоряжении в основном только зубы, но и из них вроде тоже можно извлекать необходимый нам генетический материал. Можем волос взять. Для определения древней ДНК чаще всего пользуются как раз волосом. Это проще всего.

– Из каких источников будет финансироваться этот проект?

– Будем искать дополнительное финансирование. В декабре я выступал с докладом на президиуме Уральского отделения, этногеномические исследования не были темой этого доклада, но я там говорил, что планируем начать такой эксперимент. Реакция первых лиц была положительной. Решение было – составить программу общеуральского масштаба и подать заявку в Российский фонд фундаментальных исследований. Фонд как раз специализируется на междисциплинарных естественно-научных исследованиях. Будем надеяться, что получим грант.

Вообще, нынешний век называют веком молекулярной биологии. Если XX век был веком кибернетики, ЭВМ, то теперь на острие науки именно такие исследования. Будущее за биологией. Башкирия и Татарстан проводили подобные исследования, но они не имеют отношения к Уральскому региону. Кроме того, они не стремятся идти вглубь. Изучают пока современные популяции. Поэтому на той стороне Урала, в Новосибирском университете, например, будет много желающих получить образцы от коми населения. Если мы сами не начнем этим заниматься, сюда придут другие.

– Говорят, Исаак Ньютон открыл закон всемирного тяготения, когда сидел в саду и на его голову упало яблоко. Вряд ли это так, но почему-то все охотно этой истории верят. Очевидно, потому, что серьезным научным открытиям чаще всего предшествуют какие-то пустяки. Возможно, и к этому проекту Вы подошли вплотную в результате какого-то малозначительного события...

– Когда в 2011 году я перешел работать на должность заместителя председателя президиума КНЦ, как-то в разговоре с другим заместителем, доктором биологических наук, профессором Владимиром Володиным, речь зашла о приборе под названием секвенатор. Это прибор, который позволяет изучать структуру ДНК. Биологи исследовали с его помощью структуру ДНК растений, но в принципе его можно использовать и при изучении ДНК человека. В это время как раз появились публикации про исследования генома денисовского человека, тогда-то меня и осенило: а что если нам на своей базе попробовать начать проводить этногеномические исследования? Вот так и родилась эта идея.

Беседовала Ольга САЖИНА.

Фото Дмитрия НАПАЛКОВА.

Одни ученые считают, что коми – это автохтонное население, другие исследователи полагают, что древние коми пришли с запада, и достаточно поздно. Вот все это мы и проверим.

Большой интерес в научном мире вызвала статья Павла Павлова в соавторстве с французскими исследователями во всемирно известном журнале «Science». Эта статья изменила взгляды ученых на период существования и ареал распространения неандертальцев.

Павел Павлов и французские исследователи-археологи в 2011 году проводили раскопки на палеолитической стоянке Бызовая (на правом берегу реки Печоры, чуть к западу от Северного Урала). Ученые обнаружили кости животных, живших 31-33 тысячи лет назад. Также они нашли каменные орудия, принадлежавшие неандертальской культуре. Ранее считалось, что неандертальцы исчезли в Евразии около 37 тысяч лет назад, уступив место современному человеку. Судя по данным П.Павлова и его коллег, последние неандертальцы на планете, возможно, нашли себе убежище на Полярном Урале, где их популяция существовала еще несколько тысяч лет после общепринятой до сих пор даты исчезновения этого вида людей. Именно Бызовая могла быть последним пристанищем для неандертальцев. Стоянка была обитаема в то время, когда неандертальцы уже вымерли почти по всей Евразии. Правда, костей самих неандертальцев археологам найти так и не удалось, так что вопрос о времени их исчезновения пока остается открытым.
http://www.gazeta-respublika.ru/article.php/56914

НОВОСТИ геногеографии, популяционной генетики, археологии

из СМИ