Илиничи в Литовской метрике. РГАДА. Фонд 389.

Не очень ясно, что за скарбник Илинич умер в 1724 г. Считала, что Самуил-Казимир и скарбником именно в этом году стал другой Илинич (считала, что сын Леон).

Однако:

[q]

Дело по жалобе митрополита Леона Кишки на мстиславского скарбника Леона Илинича и витебского подстолия Яна Гурко за незаконный постой на митрополичьем
дворе Литва близ Новогрудка. П., 31.10.1718, д.1185, 14л.

[/q]

Помещу карту имений (обвела красным), где пересекаются два Константина - того, которому Дедичи и пр. около 1732 г. достались и того, который пишет письмо брату-благодетелю - Константин Илич.

Интерес представляет Речицы. Она же, вероятно, Радчица и неопознанная Ратчевщизна из ЛМ.

Тут любопытно, во-первых, то, что сыновей Франца называют ловчими речицкими. А что, если речь не о Речицком повете, где они ни разу не фигурировали, а о державе Речицкой, к примеру. Если она попала к Илиничам аж в начале 17 века, то вполне могло и название приклеиться к Илиничам из этих мест.
Однако, в Радчице (Речице?) фигурируют и Адам Вавринец Илинич (у которого брат Адам), и Рейнгольд Илич инфулат Мстиславский....

И сосед по имениям - Горбацкий. В результате, в 19 веке из всех Илиничей в этих местах остался сын Каэтана Францевича - Владислав. Однако, женат он на Горбацкой.
Что касается сыновей Константина Илича (Илинича), то Виктор - урядник в другом повете, Рейнгольда выслали в Польшу, когда он сопротивлялся новым порядкам в отношении католической епархии со стороны Москвы. Имения могли продать...в конце 18 века.
Остается понять - одно ли лицо Константин сын Самуила(?) и Константин Илич.
И, конечно, что для меня важно, в каком родстве этот Константин состоял с братьями Адамами, потому как моя ветка - от одного из них.
Подсказкой может служить, что сын Адама из Радчицы - Станислав, фигурирует в выводе моей ветки (его писали и как Стефан). Это сын Адама Александровича, то есть двоюродного брата Адама Иосифовича. Однако, возможно, они родные братья по матери Анастасии Дроздовской.

А тут уже знакомый Александр Илинич и жена его из Гижицких. Купил имение у уж покойной Марины из Немиров Путяты и продает еговойту Чаусскому Полупенте. Имение Нижняя Слободка и Якутовщина. Где находятся, не понятно. Записано - в круге Любановском.
Как и Ждан Илинич, Александр - земянин Оршанского повета.
Ждан Илинич - возный оршанский.


Любопытно, тут и Любаны, и Немира, и даже Гижна, Гиженка:

[q]

Любаны веска у гиженским сельсавеце у гистарычных крыницах упаминаецца у 1555 г як сяло Любанавичы (у 1572 Любаны) паводле мясцовага тлумачення назва вески паходиць ад таго, што жыхары вески Любаны зьяуляюца не прыгонными а казенными сяланами и памиж ими и панами была заключана (палюбоуная сказка), веска належала ротмистру полацкага замка Василию маркавичу нямиру и пасля 1581г.
У 1783г 33 двары у 1873г карчма и 8 бабылеу. У 1910 у лабанаускай власти черыкаускага павета на лежала сельскаму таварыству 107 двароу 726 жыхароу

[/q]

Если речь об этих Любанах, то до имения Илиничей 19 в. Лютеровка около 7 км.

Если оттолкнуться от Дедич и Радчицы, то к ним имели отношение:
1 поколение - Ждан земянин могилевский, возный оршанский (упоминается ок. 1578 г., 1603 г.)
2 поколение - Александр, Богдан, Стефан, Федор, Ежи (Григорий), упомин. в 1601-1630 г.г. (Федор вполне мог быть тот самый Федор Илинич Свита,женившийся на дочке радомльского попа).
Казалось бы, потомство по мужской линии должно быть многочисленное.

Однако в 1654 г Дедичи по смерти братьев родных переходит к Габриелю. (Возможно, тому самому "быховскому шляхтичу")
А в 1660-1662 г.г. Илинич по смерти Илиничей получает все 16 влок в Могилевской экономии, включая Дедичи.

Тут важно, что это один Илинич, то есть одна ветка связана с этими Дедичами. Варианты: либо это Базилий, либо Андрей. Те, что в родословной Яновичи (но, учитывая дублирование имен, не исключаю, что все четыре брата , а именно Андрей, Тимофей, Ян и Базилий - сыновья Константина. То есть один из братьев - Ян погиб около 1654 года. Оставив одного сына Александра.

Судя по другим источникам, после событий 1654-1662 года, это мог быть Андрей Илинич. Один Андрей Илинич записался в Могилевское православное братство после 1634 года.
Однако, в это время было два Андрея - один ясновельможный пан, а другой - просто пан, у одного 11 дымов - Рыловщина, у другого - один, под Рясной.

Что-то мне подсказывает, что православный Андрей Илинич этот тот, что под Рясной, и он - сын Константина.

Кто из этих двоих мог наследовать оставшиеся земли Габриеля Илинича (если это на самом деле Гаврила Илинич из Быхова, то земли могли и отнять как у предателей)? Больше похоже на то, что это ясновельможный пан Андрей из Рыловщины. Но он - не сын Константина. Хотя и не из ветки Ждана, скорее всего, которая вот так трагически оборвалась на Габриеле.

А ведь была еще одна ветвь Илиничей в начале 17 века:
1 поколение - Константин (держава радомльская 1603, под Мстиславлем 1622 г.)
2 поколение - Иван (Гарбовичи, Слонимский повет, Рясна), Андрей (Рясна)

Ивана убивают около 1654 года. Андрей, судя по тому, что его сыновья наследуют все ту же Рясну, имениями не разжился. Да он и ни разу не фигурирует в ЛМ в числе Илиничей, которым привилеи пожалованы (может, по причине православия). А вот у убитого Ивана имений было немало. И был старший сын - Андрей. Вот это он ясновельможный пан, вероятно. Ну или были еще какие-то Илиничи, о которых нет упоминаний в 17 веке. Мало вероятно.
И, да, Константин мог быть одним из сыновей Ждана, или его братом, так что нельзя исключать связь этих веток.

Попалась работа (Е.С. Глинский. Легенды о «московском» происхождении отдельных шляхетских родов в историческом дискурсе Великого княжества Литовского XVII–XVIII вв.), в которой говорится об имевшей в 18 веке тенденции среди шляхты:

[q]

Присваивание Козелами-Поклевскими для себя княжеского достоинства, в целом, соответствовало тенденциям развития шляхетского самосознания в XVIII столетии, когда многие нетитулованные роды стремились «изобрести» собственное княжеское происхождение.

[/q]

[q]

Еще одним существенным мотивом генеалогической легенды Козелов был акцент на занятии представителями рода должностей («урядов») на общегосударственном и местном уровне.
Политическое значение фамилии в современности должно было быть подкреплено таким же выдающимся прошлым. Влияние на возникновение легенды могли оказать и внутрисемейные обстоятельства. Матерью автора хроники 1736 г. Михала Станислава Антония Козела являлась Юстина Бенедикта Олехнович-Дорогостайская65 — представительница рода, пользовавшегося развитой и почетной легендой о происхождении, оформившейся еще в XVI в.66 Ее структура во многом схожа с использованной Козелами-Поклевскими. В ней также подчеркивалось многовековое присутствие предков рода среди элиты ВКЛ (Олехновичи выводились от виленского воеводы первой четверти XV в. Войцеха Монивида, в действительности не были его прямыми потомками), им приписывалось фиктивное княжеское происхождение (будто бы Войцех Монивид был внуком великого князя Литовского Гедимина). Родовая легенда Олехновичей могла послужить образцом для Козелов.

[/q]

http://www.historicalreporter....7f2702.pdf

Учитывая, что сын Базилия Антоний был женат вторым браком на Козел-Поклевской, вполне вероятна версия о том, что именно в это время и Илиничи создали себе подходящую родовую легенду.
Во всяком случае бросается в глаза, что в их поколенной росписи в делах о дворянстве настойчиво воспроизводится происхождение от Ивашки Илинича, а упор делается на уряды, занимаемые когда-либо Илиничами.
В это же время, в 18 веке, у некоторых представителей рода появляются придомки: Илинич Чупа, Илинич-Корчик, Илинич-Свита.

Если допустить эту версию, то в родословных Илиничей можно выделить несколько моментов, которые, скорее, являются следами созданной легенды происхождения, так как не подтверждены никакими документами, что являлось самой важной частью прошений в Герольдию.
1. Общий предок по имени Иван - во всех делах фигурирует и ни в одном нет документов с ним связанных.
Правда, в части дел этот Иван - Ивашка Илинич из 15 века, а в части дел он жил в 17 веке.
Единственное дело, где присутствует документ по Ивану это его дарственная от 1666 года, в которой он якобы дарит Деснокиту (целиком) сыну Андрею и его детям. Однако, хотя на уровне ДДС этот документ якобы присутствовал в актовых книгах (заверено местным чиновником), после просьбы Герольдии подтвердить его подлинность, он исчез из списка документов. Причем последовало объяснение о том, что часть документов невозможно удостоверить по причине гибели части архивов в 1812 году.
Против реального существования этого документа говорит его противоречие фактам:
1. На 1666 год внуки Ивана, указанные поименно в завещании, не родились. Потому как в другом документе от 1699 года, подлинность которого удостоверена, эти же внуки фигурируют как несовершеннолетние.
2. Если бы такое завещание было, то почему Деснокита у этих внуков так и не фигурирует, а ввод во владение частью Деснокиты уже правнуков произошел спустя 70 лет, в 18 веке.

Собственно, поэтому задача - отделить легенду от реальной родословной. А это означает, что нельзя некритично относится к поколенным росписям, в которых прослеживаются явные элементы легенды.