Стихи берущие за душу

Как незаметно молодость ушла...

И в шутку, и всерьёз о весне в Сибири...

Цветут помидоры, и перец цветет
А снег в Сибири идёт и идёт.
Рассада не знает про снег, ей тепло.
С надеждой глядит сквозь двойное стекло.
В сарае понуро грабли стоят,
Лейки, рыхлилки и шланги грустят.
Зонтик роняя скупую слезу,
Видит во сне уже лето, грозу.
Укрывшись сугробом мангал за углом
Мечтает людей угостить шашлыком.
Печальное платье в прихожей висит,
На унты в углу с подозреньем глядит.
Шляпа с полями вздыхает с тоской,
Завидуя шапке сейчас меховой.
И только лопаты с восторгом сейчас
Пустились в весёлый и радостный пляс!
Ведь без подмоги не выйдет во век
Сегодня с крыльца дорогой человек!
Уж май на пороге смущаясь стоит,
А с неба апрель мягким снегом летит...
Сибирь без сюрпризов. Прощаясь с зимой,
Радует снежной холодной весной.

Мы - дети военной поры

Мы — дети военной поры
Мы горя хлебнули в избытке,
Нас ночью будили зенитки,
Фашистские бомбы летели
На школьные наши дворы.
Под грозным мужавшие небом,
Блокадным вскормленные хлебом,
Взрослевшие раньше, чем надо,
Мы — дети военной поры.

Спасались от смерти в подвале
И в очередь утром вставали,
Отвыкшие петь и смеяться,
Не знавшие детской игры,
Все беды делившие вместе,
С фронтов ожидавшие вести,
Мы — дети огня и железа,
Мы — дети военной поры.

Мы в классе дремали устало,
Учебников нам не хватало,
Мы гибли зимою от стужи,
А летом от страшной жары.
И матери, прячась в сторонке,
Скрывали от нас «похоронки», —
Но мы уже всё понимали,
Мы — дети военной поры.

Привыкшие к грому фугаски,
Отцовской не знавшие ласки,
Курившие дома украдкой
Цигарки из пыльной махры,
Ходившие в рваных опорках,
В горелых чужих гимнастёрках,
Мы — дети нелегкой Победы,
Мы — дети военной поры.

М. Матусовский

Нас двадцать миллионов
От неизвестных и до знаменитых,
Сразить которых годы не вольны,
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.

Нет, не исчезли мы в кромешном дыме,
Где путь, как на вершину, был не прям.
Еще мы женам снимся молодыми,
И мальчиками снимся матерям.

А в День Победы сходим с пьедесталов,
И в окнах свет покуда не погас,
Мы все от рядовых до генералов
Находимся незримо среди вас.

Есть у войны печальный день начальный,
А в этот день вы радостью пьяны.
Бьет колокол над нами поминальный,
И гул венчальный льется с вышины.

Мы не забылись вековыми снами,
И всякий раз у Вечного огня
Вам долг велит советоваться с нами,
Как бы в раздумье головы клоня.

И пусть не покидает вас забота
Знать волю не вернувшихся с войны,
И перед награждением кого-то
И перед осуждением вины.

Все то, что мы в окопах защищали
Иль возвращали, кинувшись в прорыв,
Беречь и защищать вам завещали,
Единственные жизни положив.

Как на медалях, после нас отлитых,
Мы все перед Отечеством равны
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.

Где в облаках зияет шрам наскальный,
В любом часу от солнца до луны
Бьет колокол над нами поминальный
И гул венчальный льется с вышины.

И хоть списали нас военкоматы,
Но недругу придется взять в расчет,
Что в бой пойдут и мертвые солдаты,
Когда живых тревога призовет.

Будь отвратима, адова година.
Но мы готовы на передовой,
Воскреснув,
вновь погибнуть до едина,
Чтоб не погиб там ни один живой.

И вы должны, о многом беспокоясь,
Пред злом ни шагу не подавшись вспять,
На нашу незапятнанную совесть
Достойное равнение держать.

Живите долго, праведно живите,
Стремясь весь мир к собратству
сопричесть,
И никакой из наций не хулите,
Храня в зените собственную честь.

Каких имен нет на могильных плитах!
Их всех племен оставили сыны.
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.

Падучих звезд мерцает зов сигнальный,
А ветки ив плакучих склонены.
Бьет колокол над нами поминальный,
И гул венчальный льется с вышины.

«Нас двадцать миллионов» Расул Гамзатов (1986)

В обтяжечку юбка..., сапожки..., беретка...

Взвод "съел" бы девчонку одними глазами,
И вот уже кто-то из строя ей - Светка!
Бросай медсанбат и айда вместе с нами!
Отставить! - глазами сверкну на "пехоту",
Утихнут смешки и сотрутся усмешки,
Оболтусы точно, но к нам, в разведроту
Таких и берут - чтоб орлы, а не решки.
Она обернётся, помашет рукою,
И в ту же секунду мы встретимся взглядом,
Прочту по глазам: я хочу быть с тобою!
И мне бы всегда, чтобы ты была рядом!
Вот только сегодня на сутки - разлука,
"Язык" - до зарезу, четвёртая ходка -
Три раза срывалось, такая вот штука...
Да где-то у сердца - Светланкина фотка.
А после войны мы поедем на море -
Москвичка она, и на Чёрном - ни разу,
Проснуться вдвоём... тени веток на шторе,
И никогда никуда - по приказу...
Тогда, на "ничейной", где ивы и речка,
Где ты - просто женщина, я - твой мужчина,
Сказала, примерив из гильзы колечко,:
- Я после войны подарю тебе сына...
Потом под распев курских птах, на рассвете,
Испуганно вскрикнула: - стой, окаянный!
А я все цветы, что бывают на свете,
Рвал с минного поля восторженно - пьяный...

... мы взяли его, и спустились в ложбину,
Но сзади рассыпалась дробь пулемёта,
Ударила пуля как обухом в спину -
Прошила насквозь через Светкино фото...
... и больно, и шорох песка под брезентом,
И каждая кочка - как будто с размаха...
- Терпи, лейтенант! тут сто метров - моментом...
Свистит в левом лёгком на выдохе птаха...
... ребята, сюда! Это ж наша "разведка"!...
...давай потихонечку... немца тащите!
Терпи, лейтенант! Эй, славяне, где Светка?
Держи, твою мать! Медсестру позовите!...

... холодные пальцы на губы сухие -
Родной мой, сейчас я тебя забинтую...
В порядке твой немец..., ребята живые,
Молчи..., ну конечно же я поцелую...

... как много в палате халатов и света...
...у старшего - шитый погон генерала...
Какое число? Помню только, что лето...
Комдив что-то выглядит очень устало...
- Тебе тут гостинцы... махорка и сало,
Помог очень Фронту твой фриц конопатый!
Светлана?
Она медсанбату отход прикрывала...
Когда окружили... последней гранатой...
Не знаю, как справишься с этой бедою...
Отправил в Штаб Фронта на вас наградные...
Тебя вот на "Знамя"...
Светлану - к "Герою"...
Фашисты бегут, но потери большие...
А чем вас тут кормят? Тушёнка и гречка?
Хорошая пища - здоровье солдата...
Тут Светкины письма...
Ещё вот - колечко...
Давай, поправляйся - cкучают ребята.

Юрий Егоров / Сказоч-Ник