Незаконная дочь Ивана Сергеевича Тургенева

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

dobby написал:

[q]
Получается я правильно нашел запись о сдаче Пелагеи в Московский воспитательный дом - 2 мая в возрасте 1 дня
[/q]

Скорее всего не сама Авдотья отнесла\ подбросила на следующий день после родов Пелагею в МВД, наверное, бабушка подсуетилась и послала кого-то отобрать малютку и отнести её в МВД.

valcha написал:

[q]
Скорее всего не сама Авдотья отнесла\ подбросила на следующий день после родов Пелагею в МВД, наверное, бабушка подсуетилась и послала кого-то отобрать малютку и отнести её в МВД.
[/q]

Конечно и кто-то, это, наверняка был Федор Лобанов. Специалист по всем деликатным делам семьи.

И как обещал - историю сына или "сына" Тургенева.
Сначала воспоминания Николая Васильевича Берга (1823–1884), поэта и переводчика:

В Москве жил в это время (1851 г. – Сост.) дядя Ивана Сергеевича, Петр Николаевич Тургенев <…>. Недурное имение давало ему возможность жить довольно открыто и собирать к себе по вечерам, в иные дни, кружок знакомых, – более всего видной и хорошо устроенной молодежи. Делалось это для двух взрослых дочерей. <…> На этих вечерах иногда присутствовала его племянница, Елизавета Алексеевна Тургенева, девушка 15–16 лет, сирота. <…> В числе прислуги Елизаветы Алексеевны находилась дворовая девушка Феоктиста, которую все по тогдашним обычаям называли Фетисткой. В первую минуту в ней не усматривалось ничего ровно: сухощавая, недурная собою брюнетка – и только. Но чем более на нее глядели, тем более отыскивалось в чертах ее продолговатого, немного смуглого личика чего-то невыразимо привлекательного и симпатичного. Иногда она так взглядывала, что не оторвался бы… Стройности она была поразительной, руки и ноги у нее были маленькие; походка гордая, величественная. <…>

В один из своих приездов в Москву Иван Сергеевич Тургенев заглянул как-то к кузине, от нечего делать. Фетистка произвела на него сразу очень сильное впечатление. Он сделал в скором времени еще визит Елизавете Алексеевне. Фетистка еще больше ему понравилась. Он стал бывать у кузины часто – и влюбился в ее горничную по уши. <…> Немного нужно было думать тогдашнему богатому помещику, чтобы додуматься до прозаической мысли: «А что, если я куплю эту девочку?» Теперь это звучит как-то странно и дико; тогда не звучало… никак; не казалось диким даже и образованному русскому человеку, знакомому с Европой и ее условиями жизни. Не было дико и для изящного поклонника и друга Виардо-Гарсиа; а если и было то, то все-таки не до такой степени, чтобы он в те страстные минуты отказался от своих прав. Довольно скоро Иван Сергеевич повел с кузиной «прозаический» разговор, которого она с часу на час ожидала и потому достаточно к нему приготовилась. Кузен услышал от нее такой куш, что, несмотря на свою влюбленность, был несколько озадачен. <…> Потолковали еще немного, и дело кончилось на семистах рублях: цена большая, так как дворовые девки продавались тогда рублей по 25, 30 и не шли далее 50. Последняя цифра даже считалась «сумасшествием»… Деньги были тут же отданы, а на другой или на третий день Фетистка, обливаясь слезами, перебралась на квартиру Ивана Сергеевича, который ей признался тут же, что «очень ее любит и постарается сделать счастливой». Что он ее любит, Фетистка давно знала, но в счастье с ним не верила. Ей, как рабе, надо было примириться поскорее со всеми охлаждающими мыслями и делать то, что прикажет «новый барин». А новый барин накупил ей сейчас же всяких богатых материй, одежд, украшений, белья из тонкого полотна, посадил ее в карету и отправил в Спасское; а потом поехал туда и сам.

Прошел идиллический год… может, и меньше… новый барин Фетистки начал сильно скучать. В предмете его страсти оказались большие недостатки; прежде всего страшная неразвитость. Она ничего не знала из того, что не худо было бы знать, находясь в таких условиях жизни, в какие она нечаянно попала. С нею не было никакой возможности говорить ни о чем другом, как только о соседских дрязгах и сплетнях. Она была даже безграмотна! Иван Сергеевич пробовал было в первые медовые месяцы (когда с нею почти не расставался) поучить ее читать и писать, но увы! Это далеко не пошло: ученица его смертельно скучала за уроками, сердилась… Потом явились на сцену обыкновенные припадки «замужних женщин», а вслед затем произошло на свет прелестное дитя.

Дальше восстановить события поможет письмо самого Ивана Сергеевича Тургенева:

18 (30) июня 1865. Спасское
С. Спасское.
Пятница, 18-го июня 65.

Любезнейший Иван Ильич!
Сегодня будет у меня с тобою речь не о продаже и деньгах, а о совершенно другом деле. Слушай.

У меня в 1851-ом, 2-ом и 3-ем годах в Петербурге и здесь жила девушка, по имени Феоктиста, с которой я имел связь. Ты, может быть, слыхал о ней. Я в последствии времени помог ей выйти замуж за маленького чиновника морского министерства - и она теперь благоденствует в Петербурге. Отъезжая от меня в 53-ем году, она была беременна и у ней в Москве родился сын Иван, которого она отдала в воспитательный дом. Я имею достаточные причины предполагать, что этот сын не от меня, однако с уверенностью ручаться за это не могу. Он, пожалуй, может быть мое произведение. Сын этот, по имени Иван, попал в деревню к мужику, которому был отдан на прокормление. Феоктиста, которая ездила к нему в прошлом году, тайком от мужа, не умела мне сказать, где лежит эта деревня и какого она ведомства: она знает только, что до этой деревни было верст 50 и что зовут ее Прудище. Имеет она также причины предполагать, что какая-то дама взяла этого ребенка к себе - которому в деревне житье было плохое - и что эта дама попала в больницу. Из этого всего ты можешь заключить, что голова у этой Феоктисты слабая. Теперь она опять едет в Москву (заезжала она сюда, чтобы на меня посмотреть - мужа ее отпустили на месяц в Богородицкий уезд) - и я направил ее к тебе с тем, чтобы ты помог ей в ее разысканиях. Если этот Иван жив и отыщется,-- то я бы готов был поместить его в ремесленную школу - и платить за него. - Я выезжаю отсюда в самый Петров день и 30-го числа буду в Москве - у тебя. Боюсь, как бы ты уже не укатил в Петербург. Во всяком случае, будь так добр, окажи свое высокое покровительство этой Феоктисте Петровне Волковой, которая явится к тебе с письмом от меня. Быть может, это "Прудище" - удельное имение, и тогда всё пойдет как по маслу. Муж - ни о чем не знает; впрочем, он очень смирный и порядочный человек. NB. Денег Феоктисте не давай - она уже получила от меня.

Засим обнимаю тебя и говорю: до скорого свидания - в Москве или в Петербурге.
Преданный тебе Ив. Тургенев.

file.php?fid=1298190&key=917117003

Из переписки Тургенева еще видно, что в 1855 году Феоктиста была еще от кого-то беременна, а в 1857 году вышла замуж за чиновника Волкова в Петербурге. Вот, пожалуйста, девица побойчее чем Авдотья Ермолаевна

dobby написал:

[q]
Конечно и кто-то, это, наверняка был Федор Лобанов. Специалист по всем деликатным делам семьи.
[/q]

А мне видится, что это был её крепостной домашний врач Порфирий Тимофеевич Кудряшов. М.б. быть он и при родах помогал. И ребенка освидетельствовал.
Не помню уже где читала (кажется в воспоминаниях Житовой), что он был также незаконным сыном отца
И.С. Тургенева

Это все и ранее известные факты. А я нашел запись о рождении этого мальчика Ивана! ЦГА Москвы фонд 203 опись 745 дело 504.
Родился он 30 декабря 1853 года и был крещен 1 января 1854 года (запись № 1) в Успенской церкви на Остоженке (Пречистенский сорок) - "в доме Лебедевой у вольно-отпущенной девки Феоктисты Петровой незаконнорожденный".
Восприемниками были "московский цеховой Федор Иванов Лобанов и вольноотпущенного Семена Кириллова жена Евдокия Петрова".
Восприемник - все тот же Федор Иванович Лобанов, бывший камердинер Тургенева, кстати очень образованный человек, который и на Пелагею в 1862 году ревизскую сказку подавал!
file.php?fid=1298193&key=1753081352

Ребенок был сдан в Московский воспитательный дом (об этом писал сам Тургенев). Как раз в этом месяце ждем оцифровки главной книги за 1854 год. Сразу посмотрим что можно узнать о ребенке.

valcha написал:

[q]
А мне видится, что это был её крепостной домашний врач Порфирий Тимофеевич Кудряшов. М.б. быть он и при родах помогал. И ребенка освидетельствовал.
Не помню уже где читала (кажется в воспоминаниях Житовой), что он был также незаконным сыном отца
И.С. Тургенева
[/q]

Может быть, конечно.

Получается, что и Феоктиста, и Лобанов на момент рождения сына Ивана проживали в одном доме.
Практически, через 2 недели у самого Лобанова там же родился сын Семён.

Karel_Bel написал:

[q]
Получается, что и Феоктиста, и Лобанов на момент рождения сына Ивана проживали в одном доме.
Практически, через 2 недели у самого Лобанова там же родился сын Семён.
[/q]

Да, действительно, не обратил внимание. Очевидно Лобанов нашел ей жилье, а может и присматривал за ней по просьбе Тургенева. Надо отдать должное: Иван Сергеевич не забывал своих "бывших" и понемногу им помогал.

dobby написал:

[q]
Ребенок был сдан в Московский воспитательный дом (об этом писал сам Тургенев). Как раз в этом месяце ждем оцифровки главной книги за 1854 год. Сразу посмотрим что можно узнать о ребенке.
[/q]

Начал смотреть главную книгу Московского воспитательного дома 1854 года. Думал что найду нужную запись сразу. Как бы не так. Просмотрел уже 100 листов, дошел до начала марта, а Ивана по крестному отцу Федорова, родившегося 31 декабря, нет.

Думаю, что не сразу мальчика пристроили в приют. Если бы такая задача стояла - то не стала бы Феоктиста светиться с крестинами.
Ждала, наверное, возвращения Ивана Сергеевича.

Незаконная дочь Ивана Сергеевича Тургенева

Попытка найти генеалогические документы о судьбе дочери Тургенева - Пелагеи Ивановны (Полинет Брюэр) и ее матери Евдокии (Авдотьи) Ермолаевны