Дорогами бумажных мастеров

Из дела Матвея Шагурина мы узнаем, что заведено оно по прошению фабриканта Василия Короткого, который сообщал в Коммерц-контору (в это время мануфактур-коллегия была временно ликвидирована): «Фабрики моей бумажного дела ученик Матвей Степанов сын Шагурин прошедшего февраля 17 числа сего 737 году с той моей фабрики и з женою своею Катериною Михайловою дочерью бежал». Уже 1 июня Матвей был пойман работником фабрики и доставлен к Короткому. Поскольку пойман он был далеко от Богородицкого, то нетрудно догадаться — его поиском занимались целенаправленно.

РГАДА. Ф. 277. Оп. 4. Д. 69. Л. 1–1 об.

Всемилостивейшая Державнейшая Великая Государыня Императрица
Анна Иоанновна Самодержица Всероссийская

Бьет челом Московской бумажной фабрики и картной мануфактуры содержатель Василей Матвеев сын Короткой, а о чем мое прошение тому следуют пункты.

1. Фабрики моей бумажного дела ученик Матвей Степанов сын Шагурин прошедшего февраля 17 числа сего 737 году с той моей фабрики и з женою своею Катериною Михайловою дочерью бежал.

2. О чем подано было и явочное челобитье государственной Камерц-коллегии, в канторе которой сего июня 1 числа в селе Покровском фабрики моей учеником же и пойман и приведен на мою фабрику.
Дабы указом Вашего Императорского Величества повелено было оного Шагурина государственной Комерц-коллегии в канторе принять и о побеге ево где он был и кем подговорен и о жене ево, где она живет, допросить и потому допросу и по правом Вашего Императорского Величества указ учинить и отдать ево мне, на мою фабрику в работу по прежнему.
Всемилостивейшая Государыня Императрица, прошу Вашего Императорского Величества о сем моем прошении решение учинить. К поданию надлежит Государственной Комерц-коллегии в канторе 1737 году июня 26 дня. Прошение писал онаго Короткого служитель Ефим Кузнецов.

К сему прошению Василей Короткой руку приложил

Вверху листа помета: №141. Подана июля 1 дня 1737 году записать, преложить, а приводного принять, допросить


Прошение Василия Короткого о допросе и наказании Матвея Шагурина

После поимки он был доставлен в Коммерц-контору, где «принят и допрашиван, а в допросе сказал Матвеем ево зовут Степанов сын Шагурин, от роду ему дватцать лет, отец ево Степан Климов сын Шагурин был вышеозначенной же бумажной фабрики содержателя Короткого мастером и в прошлых годех тому назат лет з десять оной отец ево при оной бумажной фабрике умре». Ценнейшие показания для семейной истории дал Матвей! И для меня именно эти слова стали первым доказательством того, что указанный в книгах по истории фабрики мастер Степан Климов — мой предок! То, что девичья фамилия жены Конона Юдина — Шагурина я уже знал из переписи 1775 года. Теперь отрывочные данные срослись в единую ткань семейной истории. Уже не зря бежал Матвей Степанович! Прямо таки наводит на философские размышления — никогда не знаешь, как отзовутся поступки человека даже через сотни лет.

7_kolen_predkov написал:

[q]

Думаю, что дорого обошлись Матвею от роду 20 лет эти несколько недель свободы.

[/q]

Об этом речь впереди ) Но вообще я бы сказал нравы подмосковных фабрикантов (в XVIII веке писали фабриканов) были сравнительно мягкими - Москва под боком. Чуть что сходить пожаловаться в мануфактур-коллегию можно было пешком. Из Богородского тем более. Это не то что из Сибири с какого-нибудь демидовского завода, где без ведома владельца и не выбраться было. Наши вынуждены были жаловаться регулярно, что сильно расстраивало владельцев фабрики.

Закончилось все это дело для Матвея Степановича весьма печально. Коммерц-контора, рассмотрев прошение содержателя фабрики, постановила: «ученику Шагурину за показанное ево самовольное с фабрики отлучение, в чем он в допросе и сам не запирался, при собрании на оной фабрике всех мастеровых людей учинить наказание бить плетьми нещадно, чтоб впредь как ему так и другим того чинить было неповадно и по учинении наказания отдать ево, Шагурина, помянутому содержателю Короткому на фабрику в работу по прежнему».

РГАДА. Ф. 277. Оп. 4. Д. 69. Л. 3 об.–4 об.

Копия

По указу Ея Императорского Величества Комерц контора, слушав прошения Московской бумажной фабрики содержателя Василья Короткого, при котором привел к допросу пойманного из бегов оной фабрики ученика Матвея Шагурина и просит, чтоб ево, Шагурина, в побеге где был и кем подговорен допросить и отдать ему, Короткому, на фабрику в работу по прежнему, по которому прошению оной ученик Шагурин в Комерц конторе допросом показал: отец де ево Степан Шагурин был записным на той же Короткого фабрике мастером и умре, а он, Шагурин, обретался на той же фабрике и работал в подкаморной работе нынешнего 1737 году по февраль месяц, а во оном месяце по подговору шелковой фабрики Игнатья Францова сновальщика Григорья Ильина сошед со оной бумажной фабрики без ведома показанного содержателя Короткого и работал на шелковой фабрике помянутого содержателя Игнатья Францова переборщиком, которая фабрика производится в Московском уезде в селе Франеве растоянием от Москвы в шестидесяти верстах, на которой не захотя оной Матвей работать сошел в Москву и, будучи в Ехалове, взял ево оной же бумажной фабрики ученик Федор Мамыка и привел на оную бумажную фабрику к содержателю Короткому, которой ево объявил в Комерц контору для допросу. А в указе Ея Императорского Величества прошлого 1736 году маия 14 дня за подписанием собственныя Ея Императорского Величества руки напечатано: всем беглым при выпуске чинить наказание кнутом или кошками плетьми или батогами дворцовым, синодальным и архиерейским, и монастырским крестьянам по воли их начальников, а помещиковым по воли помещичьи и поверенных от них и токого которым наказанием наказать пожелает. А вышеозначенной Короткой подпискою объявил, чтоб оному Шагурину за самовольное ево с фабрики отлучение учинить наказание при собрании на оной ево фабрике мастеровых людей плетьми того ради приказали по силе вышеозначенного Ея Императорского Величества имянного указа вышеписанному ученику Шагурину за показанное ево самовольное с фабрики отлучение, в чем он в допросе и сам не запирался, при собрании на оной фабрике всех мастеровых людей учинить наказание бить плетьми нещадно, чтоб впредь как ему так и другим того чинить было неповадно и по учинении наказания отдать ево, Шагурина, помянутому содержателю Короткому на фабрику в работу по прежнему с роспискою, а з держателями в бегах оного Шагурина, ежели он Короткой пожелает, ведатца судом по указу. Подлинной за подписанием Комерц конторы господ членов тако:

Михайло Шафиров [брат вице-канцлера, известного сподвижника Петра I], князь Федор Сонцов Засекин, Василей Васильев
За секретаря Степан Юрьев, канцелярист Николай Суровцов

подписан июля 13 дня 1737 году

Вышеписанного ученика Шагурина на фабрику принял и росписался Василей Короткой

Лист из приговора Шагурину с подписью Шафирова

Подписано решение всем руководством Коммерц-конторы и среди них мне бросилась в глаза фамилия «Шафиров». Это чрезвычайно влиятельная в то время семья, настоящие, по выражению Пушкина, «птенцы гнезда Петрова», выбившиеся в большие чины только благодаря царю-реформатору. Старший брат при Петре I стал вице-канцлером и получил титул барона. Младший Михаил, который и подписал приговор, такой головокружительной карьеры не сделал, но тоже был личностью неординарной.

Шафиров Михаил Павлович (1682 – после 1745). Младший брат вице-канцлера барона Петра Шафирова. В феврале 1702 года был направлен в Голландию, Саксонию и Бранденбург, где изучал языки и философию. В Россию возвратился в ноябре 1705 года и был зачислен в Посольский приказ переводчиком латинского, немецкого и французского языков. С июня 1710 г. секретарь Посольского приказа, а затем асессор Приказной экспедиции Коллегии иностранных дел. В 1720-1722 годах — советник Ревизион-коллегии. В связи с реорганизацией учреждения в июле 1722 года переведен в Берг-коллегию. 15 февраля 1724 года назначен переводчиком канцелярии Синода. Наконец, 3 августа 1733 года Михаил Павлович определен в Коммерц-коллегию, где и служил до своей отставки в августе 1737 года.
Оказал важную услугу Петру Великому в международной легитимации императорского титула, обнаружив в архиве Посольского приказа грамоту 1514 года, в которой император Максимилиан I называл московского великого князя Василия III "цесарем", то есть императором.
В 1708 году была издана в его переводе с немецкого языка книга «Приклады како пишутся комплементы разные» — первый печатный русский письмовник.

В первой половине XVIII века телесным наказаниям подвергались люди всех сословий, и даже знатнейшие придворные дамы Бестужева и Лопухина в 1743 году были публично биты кнутом, удар которого был намного тяжелее плети! Дело Бестужевой и Лопухиной известно по фильму «Гардемарины, вперед!».

dobby написал:

[q]

бить плетьми нещадно

[/q]

На Уральских заводах конкретные количества ударов назначалось. Встречала 200-500-700. При этом сёк не один палач, а строй солдат. Били шпицрутенами. Бывало, человек не выдерживал
Расписка начинала писаться ровными буквами, а вторая половина будто в спешке завершена

Дело Обросима Студенцова составлено примерно также как и дело Шагурина. Начинается оно с прошения Василия Короткого, сообщающего о задержании беглого, далее идут материалы по допросу Обросима и заканчивается оно уведомлением о наказании и возвращении на фабрику. Поэтому так же подробно как предыдущее я описывать его не буду. Нам, спустя почти триста лет, нужно найти тут крупицы биографических подробностей.
Из дела становится ясно, что сам Студенцов вряд ли вообще считал себя беглым. Появившись на фабрике он с купцом Коротким «договорился на семь лет, что быть при ево Короткого фабрике в работе и получать от него по тринатцати рублев на год, у которого и имелся при плотнической на фабрике ево, Короткого, работе по 736 год». В 1736 году договор истек и Обросим с чистой совестью «сошел собою», погнавшись, наверное, за длинным рублем. Откуда ему было знать, что только что вышедшим указом Анны Иоанновны от 6 января того же года он закреплен на производстве на вечные времена? Но незнание законов не освобождает от ответственности.

Огюст Монферран. Плотники. Бумага, карандаш, акварель

А владелец фабрики был прекрасно осведомлен о законодательном новшестве и немедленно начал розыск, завершившийся поимкой Обросима в ноябре 1737 года. После чего на допросе Студенцов дал интересные сведения о своей биографии и происхождении. Все-таки замечательное время XVIII век — следствие изучало родословную задержанных. И вообще отличная идея допрашивать людей для сбора генеалогической информации и тщательно ее хранить на протяжении нескольких веков. Пусть даже Обросим Пахомов Студенцов не является моим прямым предком и даже кровным родственником, почитаем его показания.
Обросим сообщил следствию, что ему 45 лет и происходит он из монастырских крестьян Углецкого (Угличского) уезда, отца его звали Пахом Овдокимов и что пришел он, Обросим, на фабрику в 1729 году, будучи не беглым, а официально — «з данным от показанной вотчины пашпортом».

РГАДА. Ф. 277. Оп. 4. Д. 11. Л. 4-4 об.

Обросимом ево зовут Пахомов сын Студенцов, от роду ему сорок пять лет, отец ево Пахом Овдокимов сын Студенцов был Углецкого уезду вотчины Алексеевского монастыря села Некова крестьянин и оной отец ево в показанном селе умре, а он, Студенцов, после отца своего кормился мирским подаянием и потом в 729 году пришед в Москву з данным от показанной вотчины пашпортом к помянутому Короткому и с ним, Коротким, договорился на семь лет, что быть при ево Короткого фабрике в работе и получать от него по тринатцати рублев на год, у которого и имелся при плотнической на фабрике ево, Короткого, работе по 736 год, а в том году не требовав у него, Короткого, письмянного увольнения отшел собою и кормился работою ево по минувшей ноябрь месяц сего 737 году, а во оном ноябре месяце показанного Короткого служители поймав ево в Москве и привели к вышепомянутому Короткому, которой и прислал ево в Комерц кантору к допросу. Во время генеральной переписи мужеска полу душ писан в показанной вотчине, а подушных денег за скудостию не платил, на воровствах и на разбоях нигде не бывал и с воровскими людьми не знался, в салдаты, в матрозы, в рекруты, на фабрики записан не был и сам не записывался. И в сем допросе сказал сущю правду, а ежели сказал что ложно и зато повинен по указу чему будет достоин.

К сему допросу Камерц канторы пищик Василей Чюлошников вместо вышеписанного Абросима Студенцова по ево прошению руку приложил


Протокол допроса Обросима Пахомова Студенцова