Жизнь дореволюционного крестьянства

Добрый вечер, Middlecat88!
Спасибо большое, что поделились! Очень рада за Вас и очень надеюсь, что книга Вам понравится!

В "Материалах для географии и статистики, собранных офицерами генерального штаба. Симбирская губерния. Часть II. Санкт-Петербург,1868" в статье "Торговый хлебный промысел" на 325 стр. дается определение торговца на хлебном рынке, которого называют "кулак". Всегда казалось, что это слово - из XX века, а, оказывается, в 1868 году оно уже существовало.

Уважаемый читатель!

Архивное дело познакомило с очередным обстоятельством дореволюционной жизни.
Оказывается, в день тезоименитства
<день именин члена царской семьи, высокопоставленной особы, а также (устар.) вообще день именин, слов. Ожегова, Шведовой>
государя и государыни было не положено хоронить усопших людей. Не нашла, кто был автором этого «положения», но, думается, не царь, голова которого была занята решением государственных проблем.

Событие, о котором пойдет речь, произошло в одном из сел Симбирской губернии. Не хочу называть ни времени, ни места, ни имен. На этом примере хочется рассказать о могущей возникнуть проблеме, решать которую приходилось священнику.
Как быть? Хочется уважить всех. Но в данном случае закон природы никак нельзя было обойти. Легко следовать букве этого положения, когда зима. А что делать, когда жарко? Священник показал себя добрым и уважающим свою паству человеком. Выбор его был сделан в пользу здравого смысла, в пользу людей, находивихся в безвыходной ситауции.

Благочинный доложил в Симбирскую Консисторию о похоронах в этот день. Консистория была вынуждена реагировать, и священнику, совершившему погребение, пришлось писать объяснение. Вот оно.

«В Симбирскую Духовную Консисторию объяснение
долгом считаю дать следующее по поводу погребения крестьянской вдовы в день Тезоименитства <…>. Погребение это совершено по той причине, что означенная вдова померла от водянки и труп ея вскоре после смерти начал разлагаться. Родственники покойной, не зная, что <…> числа погребения совершать не положено, приготовили все нужное для погребения и поминовения и только тогда обратились ко мне с просьбою похоронить именно <…> числа. Хотя я сначала и советовал отложить погребение до следующего дня, но родные указывая на вышеозначенныя причины, приводили и другие доводы, хотя и не особенно важныя, тем не менее с ними приходится считаться приходскому священнику, а именно: дом, где было тело умершей, 2-3 сажен и здесь жило около 15 человек (по причине пожара в селе тут жило не одно семейство; глава дома – единственный мужчина в семье – был в отлучке, добывал кусок хлеба. Кроме этого в это время было самое горячее время (сев ярового), когда в будни в селе не найдешь ни одного крестьянина, вследствие чего хозяйка дома положительно отказывалась найдти необходимых людей (носильщиков). Выставляя эти причины, хозяйка дома со слезами просила меня совершить погребение. Приняв в соображение означенныя причины и доводы, а также и то, что если отложить погребение еще на целые сутки, то труп усопшей придет в совершенное разложение, что еще более прибавило бы печали для родственников, я решился уважить их просьбу, совершить погребение <…>. К этому считаю не лишним присовокупить и то, что если бы я не уважил просьбу родных покойной, то мог бы возбудить неудовольствие в приходе и дать прихожанам повод обвинить меня в притеснении, тем более что и прежние священники в таких печальных случаях не оставляли без удовлетворения такия просьбы своих прихожан. И так все вышеозначенныя причины принудили меня совершить погребение, помня наставление Св. Апостола Павла для всех быть всем (1 Кор. 8 гл. 22 ст.) при всем моем желании почтить надлежащим образом день Тезоименитства <…> и следовательно в этом поступке нет ни умышленности, ни пренебрежения к такому высокоторжественному дню».

Дело это слушали в Симбирской Духовной Консистории и
«приказали Священника за совершение неположенного по правилам церкви погребения <…> оштрафовать в пользу Епархиальнаго Попечительства пятью рублями, с внесением сего обстоятельства в послужной список его».

Продолжение и окончание.