Селение Каррас (Шотландка,Иноземцево).

Особняк И.Д. Иноземцева

1925 год.
Проведение последней конформации.Уже не разрешали звучать колоколам.

В Каррасском сельсовете Горячеводского района значатся:
240 дворов,в низ 53 колодца, население составляет - 1792 человека,школа 1 ступени,библиотека и изба-читальня.
Колония Николаевская - 427 дворов,в них 200 колодцев,население 1415 человек,школа 1 ступени,библиотека,изба-читальня,детский дом.

1926 год

По данным переписи в Каррасе число дворов - 297,всего населения -1814 человек,преобладающая национальность - немцы.

1929 год.
Посещение детского дома в колонии Николаевской Н.К.Крупской и М.И.Ульяновой.
* Моя тётя тогда была принята в пионерки,галстук повязывала Н.К.Крупская.

1932 год.
В связи с голодом на Северном Кавказе решение Президиума Минералводского районного исполкома установлена норма выдачи хлеба учителям школ и педтехникума- 600 грамм в день,а студенам педтехникума- 500 гр.

1933 год.

Основание в к.Каррас на базе бывшей пивоварни,государственного винного завода.

1934 год.
В начальной школе к.Николаевская введено преподавание на русском языке.

1935 год.
Производится розлив вод в Железноводске:Баталинская,Смирновская,Славяновская и Незлобинская.

1937 год.
Празднование 140-летия проживания немцев в России.
Мой дед - председатель сельсовета.

1939 год.

Численность населения п.Каррас и Николаевка - 8,4 тыс человек,Железноводска - 7,7 тыс. человек.

Арестован и забит до смерти мой дядя.
По направлению,из милиции,как один из лучших работников,он был направлен на работу в НКВД,проработал там совсем мало и был избит до смерти своими коллегами.
Его привезли из Пятигорска,выбросили почти бездыханное тело перед домом.После трёх дней мучений,он скончался, жене ничего не сказал,кроме одного "Они нас в покое не оставят.Вы здесь жить не будете...".

Буквально в эт же время арестовывают моего деда- председателя сельсовета.Он умирает в тюрьме в декабре 1940 года.


[ Изображение на стороннем сайте: 4586464be415.jpg ]


*
А в августе 1941 года все лица немецкой национальности были репрессированы - женщины в возрасте от 16 до 45 лет - в трудовую армию, беременные и имеющих детей в возрасте до 3 лет, были отправлены в Казахстан,в основном в Семипалатинскую область,в Урджарский район. Немцы-мужчины в возрасте от 17 до 50 лет отправлены в Сибирь и на Урал - в трудармию.

*
Трудармейцами стали называть сами себя те, кто был мобилизован и призван военкоматами выполнять принудительную трудовую повинность в составе рабочих отрядов и колонн со строгой централизованной армейской структурой, кто проживал на казарменном положении при лагерях НКВД или на предприятиях и стройках других наркоматов в огороженных и охраняемых «зонах» с воинским внутренним распорядком.
Называя себя трудармейцами, эти люди тем самым хотели хоть как-то повысить свой социальный статус, заниженный официальными властями до уровня заключённых.

Так перестала существовать немецкая колония Каррас на Северном Кавказе.

27 октября 1778 г. Екатерина II разрешила селиться на Северном Кавказе пожелавшим того немцам-колонистам Поволжья.

Расходы на эти цели были возложены на Канцелярию опекунства иностранных поселенцев.
Разрешением воспользовалось несколько сот колонистов, но переехав на Северный Кавказ, они не смогли обустроиться и рассеялись по городам Кавказской губернии.
До начала XIX века в пределах Кавказской губернии так и не возникло ни одной самостоятельной немецкой колонии.
Медленно шло переселение немцев на Северный Кавказ и в первой половине XIX века.

[ Изображение на стороннем сайте: fe7c7be8d399.jpg ]

К концу 1840-х гг. там существовало 5 немецких колоний.
Самой первой самостоятельной иностранной колонией здесь стала колония Каррас, основанная шотландскими миссионерами. В 1809, 1810 и 1813 годах сюда переселились колонисты из Поволжья.

Рядом с колонией Каррас со временем возникли еще две - Николаевская (1835 г.) и Константиновская (1837 г.).

Если немецкие колонисты Карраса унаследовали от шотландцев свободу в отправлении веры, тридцатилетний срок освобождения от всех податей и повинностей, то поселенцев дочерних колоний Николаевской и Константиновской наделяли только пятилетним льготным сроком. По истечении льготных лет колонисты уравнивались в правах с казенными крестьянами, освобождаясь лишь от рекрутской повинности.

Колонисты, поселяемые на казенных землях, получали право потомственного владения землей. Отчуждение земли, сдача ее в аренду запрещались.
Первоначально под колонию Каррас отводилось 7 000 десятин.


[ Изображение на стороннем сайте: c2453b76d04e.jpg ]

Для учреждения колонии Николаевской было отмежевано 3 143 десятины. Земельные наделы колонии Константиновской составили 3 180 десятин.

При учреждении колонии Каррас колонистам отводилось по 60 десятин на каждое семейство.
Колониям Николаевской и Константиновской предполагалось отвести обширные участки земли - по 30 десятин на душу, но из-за их перенаселенности колонисты получили наделы в шестьдесят десятин на семью.

Поселение, основанное под Ставрополем в 1844 г. выходцами из Поволжья и Новороссии получило название Иоганнессдорф. В том же году в Кизляро-Моздокский округ Кавказской области были водворены 180 немецких семейств из Саратовской губернии. Они основали колонию Каново (Каны).


[ Изображение на стороннем сайте: f668a1dd689f.jpg ]

Чинаровый лес у горы Бештау.

Все немецкие хозяйства довольно быстро преодолели трудности становления и превратились в высокорентабельных производителей разнообразной сельскохозяйственной продукции. Рентабельность обусловливалась районированием сельскохозяйственных культур, разведением лучших племенных пород, применением передового сельхозинвентаря, техники, способов обработки земли, грамотной экономической политикой внутри колоний и отдельных экономий и заимствованием у соседних народов приёмов приспособления к экологическим условиям.

Основная часть колонистов Северного Кавказа являлись протестантами.
Наиболее крупными протестнтскими конфессиями были лютеранская и реформатская. На основании закона 1832 г. о евангелическо-лютеранской церкви, государство на Северном Кавказе объединило лютеран и реформатов в единую церковь, что не вызвало особого недовольства, поскольку внутри конфессии автономность реформатов сохранялась.
На территории региона существовало 6 приходов евангелическо-лютеранской церкви. Все они вместе со своими многочисленными филиалами подчинялись местной Консистории, располагавшейся в Москве.

Как и в других регионах России, на Северном Кавказе религиозные нормы служили основным регулятором общественных отношений. Они глубоко проникали во все сферы жизнедеятельности немецких поселенцев, превратившись в мощный фактор формирования этнической общности.

Особенностью проживания северокавказских немцев в регионе был постоянно сохранявшаяся опасность нападения на колонии горских племён. наибольшую активность в этом вопросе проявляли чеченцы.





ОБРАЗОВАНИЕ И РАЗВИТИЕ НЕМЕЦКИХ КОЛОНИЙ НА КАВКАЗЕ.
https://geschichte.rusdeutsch.ru/16/57

Кирха в Каррасе.

Вскоре после открытия шотландской миссии Каррас, в ней был сооружен общий молитвенный дом для шотландских миссионеров и обращенных в христианство горцев.

Здесь, видимо, первоначально происходили также и какие-то богослужения для немецких колонистов, хотя своего пастора они не имели до 1823 года.
Весной 1823 года в Каррасе появился швейцарец Иоган-Якоб Ланге, 25-летний евангелический проповедник, присланный Базельским миссионерским обществом на Кавказ. Около пяти лет он жил в шотландской колонии Каррас, неофициально окормляя немецких колонистов с разрешения Шотландского миссионерского общества, которое тогда безуспешно пыталось передать миссию Каррас базельцам.
Пастор Ланге в начале 1828г. решил жениться на дочери шотландского миссионера Галловея, которого Шотландское миссионерское общество считало своим главным представителем в Каррасе.

Тогда же немецкие колонисты Карраса обратились к российскому правительству с просьбой утвердить Ланге постоянным пастором немецкой общины Карраса. Их просьба была, по видимому, удовлетворена, и Ланге женился на Маргарет Галловей.
Церковными старостами тогда были Яков Швагерус-старший и Дитрих Брам.

В 1835г. шотландская миссия была упразднена и Каррас стал полностью немецкой колонией.

Весной 1836 г. немецкая община Карраса подала прошение администрации Кавказа о своем желании построить новое церковное здание на добровольные пожертвования, собранные не только в России, но и зарубежом.
На заседании Комитета Министров в начале 1837 г. этот вопрос был решен положительно.

Автором проекта нового церковного здания в Каррасе стал швейцарец Джузеппе-Марко Бернардацци, который с 1823г. работал архитектором на курортах Пятигорья, вместе со старшим братом. Они были католиками.

К сожалению, Бернардацци не владел "готическим стилем", характерным для немецких кирх, и составил проект в своем любимом стиле "ампир", с квадратной колокольней и массивным колонным портиком.
Храм в Каррасе, с учетом сбора пожертвований, был построен к 1840 году. В 1839 г. тяжелобольной пастор Ланге, несмотря на просьбы каррасцев, оставил службу и вернулся на родину, в Лозанну, где вскоре и скончался.

А следующими пасторами в Каррасе были - Иоганн Гуппенбауер, Карл Кениг, Бернгардт Дегеллер, Юзуа Эртли и многие другие. Евангелическо-лютеранская церковь в Каррасе относилась к Московскому консисторному округу.
В начале XX века богослужения в Каррасе проводил пастор Рудольф Фракман, известный общественный деятель в Пятигорске.
В 1907 г. он построил свою красивую виллу рядом с усадьбой инженера Иноземцева, однако в 1910 г. скончался и был похоронен на кладбище в Каррасе.
Богослужения в кирхе полностью прекратились к 1937 году и здание было приспособлено под местный клуб с большим кинозалом. В 1948г. колокольня была снесена и перестроенное здание получило новое название - кинотеатр "Луч".

[ Изображение на стороннем сайте: 8a86762bf57b.jpg ]

В 1989 г. старинное здание, прослужившее людям полтора века, было снесено и на его месте возведен типовой Дом Культуры с летним и зимним кинозалами.
Однако ныне это здание находится в заброшенном, аварийном состоянии, кинозалы не работают. Иногда в большом фойе здания устраиваются танцевальные вечера для местной молодежи.

Интересные факты.

Мать известного российского рок-певца Игоря Талькова, трагически погибшего в 1991г..
Ольга Юльевна Талькова(в дев.Швагерус) родилась в колонии Каррас (Шотландка) (1924-2007) вспоминала:

Ольга Талькова с мужем и сыновьями.


«Родители мои родом из Ставропольского края: мама, Татьяна Ивановна Мокроусова, из крестьянской семьи, а отец, Юлий Рудольфович Швагерус, немец по происхождению, родился в семье кожевника в селе Иноземцево недалеко от Пятигорска.

Предки мои по линии отца жили в тех краях со времён Екатерины II, которая переселила немцев из Европы на Северный Кавказ. Образовалась колония Каррас, а проще — Иноземцево, название которого говорит само за себя. Немцы всегда отличались трудолюбием, были деловым народом, знающим многие ремёсла. Вот и дед мой обучил детей своих кожевенному делу. Папа стал разъезжать по деревням, выделывать кожи. Родилась я в 1924 году, принесшем с собой страшный голод...
О детстве у меня самые радостные, самые светлые воспоминания. В школьные годы я много читала, любила музыку, театр. С первого класса участвовала в самодеятельности: танцевала, пела, играла на разных инструментах.
В 1939 году папе, наконец, дали квартиру в Пятигорске, которую мы очень долго ждали, но прожили в ней менее двух лет — началась война. Мне было тогда семнадцать лет. Помню, я не очень горевала: как и все вокруг, была уверена в нашей скорой победе. Прошло немного времени с начала войны, и мы были ошеломлены неожиданным сообщением: нас как немцев, а значит, врагов, выселяют в Сибирь. Не учитывалось даже то, что в городе папа был очень нужным человеком: работал на телеграфе сразу на четырёх аппаратах, сидел по ночам, сутками не выходил с дежурства... Я никак не могла в это поверить. Помню, спросила:
— Почему с нами так поступают?
— Мы ничего не знаем. Это приказ «сверху», из Москвы. Через четыре дня будьте готовы к выезду. С собой можно взять по пятьдесят килограммов на человека.
— А остальное?
— Остальное не наше дело. Продайте, выкиньте. Я в то время была комсомолкой, безоговорочно верила в коммунистические идеалы. Этот случай потряс меня, перевернул все мои мысли. Я прибежала домой, схватила комсомольский билет и разорвала его на мелкие кусочки. С тех пор я совершенно другими глазами стала смотреть на мир, научилась думать, анализировать, иметь свою точку зрения.
Итак, что за четыре дня можно сделать? Всего по пятьдесят килограммов на человека! Что продали, что отдали, что выбросили. Мама к тому времени уже имела горький жизненный опыт (она перенесла два голода — в 1922 и 1933 годах) и, предвидя, что впереди нас ждал ещё один — военный, сказала:
— С собой необходимо взять продукты.
Купила, что смогла, сухарей насушила. Мы в то время только завели пчёл, пришлось и их продать; нарезали соты, сложили в бидон... Всё это нам потом очень пригодилось. Мама запаслась лекарствами, соляной кислотой на случай цинги. В Пятигорске мы были вынуждены бросить всю мебель. С собой взяли только одежду; два года в Сибири мы жили на то, что меняли её на молоко и картошку. Денег с нас никто не хотел брать — кому они тогда были нужны! Сейчас рубли называют деревянными, а тогда я не знаю, какими они были, глиняными, наверное, что рассыпаются сразу.
Перед отъездом папа предлагал:
— Татьяна, разведись со мной формально, и ты останешься дома, в Пятигорске!
Кстати, многие так и делали. Жёны разводились с мужьями, дети отказывались от отцов, которых отправляли на выселение одних. Папа и мне предложил отказаться от него. Ведь когда я получала паспорт, Гитлер уже вовсю развернулся на Западе. Отец уговаривал:
— Пишись «русская».
Я допытывалась:
— Зачем? Он не объяснял, а просто настаивал:
— Пишись «русская»!
Видимо, он интуитивно чувствовал или, вернее, оценив ситуацию, пришёл к выводу, что будет гонение на немцев. Так я и записалась — «русская», по национальности мамы. Но отказаться от отца, пусть он и сам предлагал мне это, поступиться своей совестью я не могла. Не могла!
— Как же я могу от тебя отречься? Я так тебя люблю! Я вижу, как ты всю жизнь трудишься. Ты честный человек, не вор, не убийца. Как же я от тебя отрекусь?!
— Дочка, да это формально. Хоть в квартире останетесь.
Он всю жизнь ждал эту квартиру в Пятигорске. Только дали, двух лет не прожили — выселили. Но мы с мамой отказались от сделки с совестью.
Мама сказала тогда:
— Мучиться, страдать — вместе! Заболеешь ли ты, случится ли что с тобой, мы всегда будем рядом, и тебе будет легче с нами. Как нам без тебя? Мы будем скучать, переживать. Что нам — стеречь эту квартиру? Нет! Страдать — и к вместе, и куда ни повезут — вместе!
Она рассуждала, как в своё время жёны декабристов, и я была с ней согласна. Отец хоть и продолжал нас уговаривать, но до чего же ему было приятно, что мы от него не отступились! Он был так благодарен нам за это, говорил:
— С вами — хоть куда!
Так и отправились все вместе. Целых два месяца во вшивых товарных вагонах ехали в Сибирь. Привезли нас в Томскую область, в деревню Усманка — тридцать домов, население в основном старики и дети, мужчины воевали на фронте.
— Фашистов привезли! Врагов привезли!
Подошли с насмешками, и пришлось нам прямо-таки завоёвывать должное к себе отношение. Папа ходил по домам, разговаривал с людьми, стараясь рассеять о нас плохое мнение. Какие же там люди забитые! Я посмотрела — Господи! Бедные люди, в таких уголках они ничего не видели, не знали. Там уже за пять лет до войны не было хлеба — давали по 60 граммов на трудодень. А уж как война началась, так и вовсе голодали и голодраными были. Правда, от старого времени оставалось несколько обеспеченных семей, но — единицы.

В деревню вселили три немецкие семьи: беременную женщину с мужем (мама принимала у неё роды, и новорождённая в честь неё была названа Татьяной; если она сейчас жива, дай ей Бог здоровья!), папиного двоюродного брата, дядю Адольфа с семьей — женой и двумя девочками, и нашу семью. Дядя Адольф был совершенно больным человеком, и поэтому его не взяли на трудфронт, а папу и дядю Яшу, мужа беременной женщины, забрали. Папа прожил с нами всего шесть месяцев..."


О.Талькова, В.Тальков.И расцветёшь... Великая Россия!Глава 1.
http://talkov-music.narod.ru/txt/mama/v01.html


ГКАУ ГАСК
7-я часть «Списка жителям колонии Каррас, проживающим в ней к 15 мая 1916 года»



Глава семейства – Швагерус Юлиус Генрихович(42 года от роду) – внук Филиппа, сына Якова Швагеруса.
Его супруга: Иоганна(34).
Их дети:
Сыновья: Александр(14), Вильгельм(10), Георг(8), Иоганнес(6).
Дочь: Элеонора(15).

Прим.Ольга родилась в 1924 году.