Просто Жизнь

Последний концерт Муси Пинкензона



На фотографии запечатлён Муся Пинкензон, 11-летний скрипач, который вошёл в историю войны, не убив ни единого врага.

Он не распространил ни одной листовки, не пускал под откос поезда с вражескими танками. Его борьба с фашизмом длилась всего несколько мгновений, а оружием его были скрипка и великое мужество…

Его практически никто и никогда не называл полным именем Абрам, все звали Мусей — так, как называла его мама. Позже из-за этого возникла путаница — некоторые считали, что полное его имя Моисей.
Но родные Муси Пинкензона, пережившие войну, рассказали, что мама мальчика, Феня Моисеевна, звала его «Абрамуся». А позже это уменьшительно-ласкательное имя укоротилось до «Муси».

Муся Пинкензон родился 5 декабря 1930 года в молдавском городе Бельцы, который в то время принадлежал Румынии.

Семья Муси была «классической еврейской семьёй» в полном смысле этого слова. Пинкензоны в Бельцах создали династию врачей, насчитывавшую несколько поколений, и отец Муси, Владимир Пинкензон, был её продолжателем. К доктору Пинкензону в Бельцах относились с большим уважением.

Неудивительно, что мальчику с момента рождения прочили медицинскую карьеру. Однако ещё во младенчестве у Муси проявилась тяга к музыке. Талант раскрылся очень рано: уже в 5-летнем возрасте вундеркинд настолько виртуозно играл на скрипке, что о юном даровании писали все городские газеты.

В 1940 году Бессарабия, а вместе с ней и город Бельцы, вошла в состав СССР. Но на обыденной жизни семьи Пинкензонов этот процесс не сказался. Муся, ставший пионером, продолжал усердно заниматься музыкой, Владимир Пинкензон продолжал лечить пациентов.

В июне 1941 года Муся Пинкензон должен был участвовать в «1-ой республиканской олимпиаде художественной самодеятельности Молдавии», однако все планы рухнули с началом войны.

Семья Пинкензонов эвакуировалась на Восток и через несколько недель прибыла на Кубань, в станицу Усть-Лабинскую.

Здесь Владимир Пинкензон стал врачом военного госпиталя, а Муся пошёл в местную школу. По вечерам он приходил в госпиталь к отцу и играл на скрипке для раненых.

Летом 1942 года Кубань перестала быть глубоким тылом. Стремительное наступление гитлеровцев потребовало новой эвакуации, но ни раненых, ни врачей госпиталя из Усть-Лабинской вывезти не успели.

Врача Владимира Пинкензона, до последнего остававшегося со своими пациентами, арестовали гитлеровцы. Они потребовали, чтобы врач, успевший заработать авторитет и уважение у местных жителей, лечил немецких солдат. Доктор Пинкензон ответил отказом и оказался в тюрьме.

Спустя некоторое время за решётку бросили жену и сына Владимира Пинкензона. Нацисты вознамерились не просто ликвидировать всех евреев, проживавших в Усть-Лабинской, но и устроить акцию устрашения для всех остальных.

К месту казни согнали всё население станицы. Когда люди увидели, что среди приговорённых ведут и 11-летнего Мусю, прижимающего к груди своё главное сокровище — скрипку, пробежал ропот:

– Ребёнка-то за что? Нелюди!

Владимир Пинкензон попытался обратиться к немецкому офицеру, чтобы попросить его пощадить сына, но был убит. Следом застрелили бросившуюся к мужу маму Муси, Феню Моисеевну.
Он остался совсем один, 11-летний мальчик, окружённый истинными арийцами, считающими его «недочеловеком». А за рядами немецких солдат стояли жители Усть-Лабинской, смотрящие на происходящее со страхом и отчаянием. Они ничем не могли помочь Мусе.

Внезапно сам Муся обратился к немецкому офицеру:

– Господин офицер, разрешите мне перед смертью сыграть на скрипке!

Офицер рассмеялся и разрешил. Очевидно, он подумал, что стоящий перед ним маленький еврей пытается ему угодить и таким образом вымолить себе жизнь.

Через мгновение над Усть-Лабинской зазвучала музыка. Несколько секунд ни немцы, ни жители станицы не могли понять, что играет Муся. Вернее, они понимали, но не могли поверить в реальность происходящего.
11-летний Муся Пинкензон, стоя перед гитлеровцами, играл «Интернационал» — гимн коммунистов, который в то время был гимном Советского Союза.

И вдруг кто-то в толпе сначала неуверенно, а затем громче подхватил песню. Затем ещё один человек, ещё…

Опомнившийся немецкий офицер заорал:

– Свинья, немедленно прекрати!

Зазвучали выстрелы. Первая пуля ранила Мусю, но он попытался продолжить играть. Новые залпы оборвали жизнь скрипача…

Гитлеровцы в бешенстве разгоняли толпу. Акция устрашения превратилась в акцию их унижения. 11-летний мальчик, стоя перед лицом смерти, проявил такую силу духа, против которой оказалась бессильна вся мощь нацистского оружия.
В этот день люди в Усть-Лабинской снова поверили в Победу. Эту веру им вернул маленький скрипач…

После войны на месте расстрела Муси Пинкензона в бывшей станице Усть-Лабинской, ставшей в 1958 году городом Усть-Лабинском, установили памятник.

https://vk.com/heropriest?z=ph...6_00%2Frev

[ avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/2431229/pub_5ec4195cb0b45643d438c203_5ec41ffae865ed4de2bbb300/scale_1200 ]

МАЙСКАЯ ВИШНЯ

А слёзы утрат будут литься всегда,
Слова утешения лишни.
Но в памяти цепкой всплыла сквозь года
Цветущая майская вишня.
В том запахе нежном, в дыханье весны,
Под птичьи курчавые трели
Домой возвращались с Великой войны
Все те, кто в боях уцелели.
Гармонь выводила колена навзрыд
В руках удалого солдата.
Ничто не забыто, никто не забыт,
Нетленна победная дата.
Курили табак, остывала броня,
Не слышались звуки орудий.
А с неба глядели, молчанье храня,
Фашизмом убитые люди.
Мы пили за тех, кто дожить не смогли,
Не чокаясь, молча и стоя.
А всюду отчаянно вишни цвели,
И жизненным пахло настоем.

Автор: Владислав Терентьев



https://vk.com/wall-140181428_...8_00%2Frev

Свет далекой звезды…

Пройдут годы, десятилетия, мы станем старше, возможно, и старее… а может (а однажды – наверняка…), и не будет нас… Но свет далекой Победы будет продолжать освещать наш жизненный путь. Друзей и товарищей мы будем оценивать по самой жесткой шкале – пошли бы мы с ним вместе в разведку. Самыми бесценными вещами, святынями будем считать не дипломы о высшем и не свидетельства о регистрации очередной собственности, а пожелтевшие фронтовые треугольнички и фотографии своих отцов и дедов… И среди сотен и тысяч новых песен будем продолжать считать шедеврами те, что пели они в редкие минуты затишья между боями или в глубоком тылу, набирая на спицах очередную петлю трехпалой перчатки – подарка бойцу. И будем наблюдать, как, выбирая имя новорожденному потомку, наши дети и внуки останавливаются на именах своих дедов и прадедов военного поколения.

Мы были детьми и поздно созрели. Мы не успели встретиться со всеми участниками тех далеких событий, записать их воспоминания, сфотографировать, просто поклониться и сказать «Спасибо!». Мы все еще не поняли до конца, от чего они нас спасли и какой подвиг они совершили. Мы пытаемся восполнить это, может, не очень умело, но от чистого сердца. Пусть свет далекой Победы будет объединять всех нас и освещать своим немеркнущим светом безошибочно выбранную нами когда-то дорогу поиска!

Поздравляя сегодня всех участников Великой Отечественной войны, их семьи, всех людей доброй воли, всех землян с очередной годовщиной этого планетарного события – Победой над фашизмом, заклинаю помнить каждого героя и каждого, кто не записан в герои, но был готов подняться в атаку по приказу командира под беспощадным встречным огнем врага!

Обрастаем болезнями, внуками, хламом
И становимся чуть-чуть ворчливей и ростом чуть ниже.
Не меняемся мы, остаемся собой только в главном:
День Победы священен для нас. Чем он дальше, тем ближе…

Евгений Шумилов, сын участника Великой Отечественной войны с 22 июня 1941 г., старшины батареи 460-го корпусного артиллерийского полка Юго-Западного фронта Георгия Шумилова.

https://vk.com/soldat_rus

>> Ответ на сообщение пользователя Elena N от 27 мая 2020 1:03

А Вы знаете, я счастливая))) наверное, потому что старше. Моей соседкой (когда я училась в школе) была женщина, которая в блокадном Ленинграде дежурила на крышах и сбрасывали оттуда "зажигалки". Мы её приглашали на классные часы. А проработала всю жизнь медсестрой в больнице в райцентре острова. Светлая память Вам, Анна Сергеевна. Я видела НАСТОЯЩИХ ветеранов войны. А когда занялась историей семьи, то была поражена количеством родственников, прошедших войну. Сколько судеб.... просто слов нет... собираю потихоньку материалы. Мне есть что передать сыну и внуку))))(