приход пог. Михеево около села Клескалово

Сын священника прихода пог. Михеево.
Отец Михаил Прокопьевич Успенский родился 26 сентября 1876 года в семье священника погоста Михеево Новоржевского уезда. Шести месяцев от роду остался без отца. Жили чрезвычайно бедно.

Учился в Псковской Духовной семинарии, которую закончил в 1896 году по «первому разряду». В 1897 году служил псаломщиком в Сорокомученической церкви г. Печоры Псковской губернии.

12 ноября 1899 начинает служить штатным диаконом Пятницкой церкви в Святых Горах (нынешние Пушкинские Горы). 10 июня 1902 определен на место священника к Христо-Рождественской Церкви погоста Почеп Торопецкого уезда.

С апреля 1904 года и последующие двадцать шесть лет – до ареста 28 августа 1930 года служит священником в погосте Скугры Дновского уезда.

Когда началась Первая мировая война, он как священник села Скугры рядом со станцией Дно, выполнял свои обязанности по утешению раненых, исповедыванию и причащению больных и измученных людей, обходил составы с вагонами, находил слова поддержки для военных и потерявших родных людей.

В феврале/марте 1930 года отец Михаил Успенский был лишён избирательных прав и раскулачен.

Из копии протокола заседания «тройки» при Дновском райсполкоме «О выселении попа, живущего на нетрудовые доходы и конфискации его имущества» видно, что отбирали в пользу колхозов: дом, хлев, амбар, сенной сарай, баня, лошадь – 1, корова – 1, шкафы – 3, кровати – 3, самовары – 2, зеркала – 3, часы стенные -1, швейная машинка – 1, лампа -1, плуг – 1, борона – 1, хомут – 1, веялка -1; среди конфискованного добра были даже подушки и простыни, ложки, вилки и головные платки.

Изъятие производили члены коммуны «Новый труд» и колхоза «Красное знамя». По жалобе «попа-кулака» постановили «вернуть кулаку Успенскому вещи домашнего обихода».

Михаил Прокопьевич подал жалобу:
В жалобе М.П. Успенского было написано, что в его дом с обыском и конфискацией пришли ночью, с криками ломали двери, грозили застрелить, били церковные вещи, бросали их на пол, брали себе, не занося в протокол.

Вослед жалобы священника собирается бюро скугровской ячейки В.К.П.(б) которое жалобу объявляет клеветой, констатирует, что сын попа и его жена называют их действия грабежом, и постановляют выселить семью из пределов Дновского района, и приостановить возврат имущества, наложив на него арест.

28.08.1930 года Михаил Успенский был арестован на основании постановления Дновского райисполкома и направлен в Псковское ОГПУ, где ему предъявлено обвинение по ст. 58/7 УК.

Обвинялся в том, что «с целью дезорганизации правильного денежного обращения, обесценивания червонца и создания паники на рынке, занимался собиранием серебряной и медной монет, не выпуская таковую в обращение», кроме того обвинялся «в проведении антисоветской агитации, не одобрял отделение церкви от школы и клеветал на коммунистов».

Во время отправки арестованного около 11 часов дня к зданию Дновского Райадмотдела (в городе Дно) прибыла «толпа, которая предъявила требование освободить из-под стражи священника» (погост Скугры расположен в 3 км от Дно). Из толпы «раздавались беспорядочные выкрики: « Если не освободите, разгоним колхоз Красные Скугры, арест священника незаконный!», «Взяли священника возьмите и нас!».

Толпа была так велика, что останавливала уличное движение. Вскоре в Псковское ГПУ поступает заявление «от граждан прихода Скугорского с/с», где, они пишут, что просят освободить священника и 85 человек прихода просят «взять его на поруки».

30.09.1930 - Псковский Окротдел направляет дело ( № 769) Успенского М.П. в «тройку» ПП ОГПУ в ЛВО с ходатайством о заключении его в концлагерь сроком на пять лет.

21 ноября 1930 года Михаилу Успенскому «тройкой» ПП ОГПУ в ЛВО было предъявлено обвинение по ст. 58-10 и ст.59-12 мерой пресечения назначено три года концлагерей. Отбывал наказание в Соловецких лагерях Карелии.

22 апреля 1931 года, согласно постановления Центральной комиссии ОГПУ по разгрузке Соловецких лагерей за № 68 от 01.04.1931г., на оставшийся срок убыл в Северный край - в Вологду, был на строительстве Беломорканала.

В 1933 году он освободился и проживал с семьей в д. Сорокино, Дедовического района, Псковской области. Умер в 1937 году, похоронен на церковном кладбище в деревне Дмитровы Горки.Был женат на Успенской (Перстинской) Евгении Васильевне - дочери священника. В семье было шестеро детей.

Судьба каждого из детей сложилась по-своему трагично. Старший сын Борис тоже был священником и постановлением "тройки" от 30 марта 1931г. о.Борис был приговорен к 10 годам концлагерей. Был отправлен в Карелию, в Белбалтлаг на строительство Беломоро-Балтийского канала.Умер 04 сентября 1932 года в центральном лазарете 4-го отделения УСЛАГа,в возрасте 25 лет. Был женат, двое детей: дочь и сын. Его потомки помогли узнать историю о кладе.

Сын Евгений Михайлович был расстрелян по приговору особой тройки при УНКВД в г.Ленинграде 14 сентября 1937 года. Успенский Анатолий Михайлович подвергался аресту по церковному делу в составе большой группы священнослужителей и мирян, находился под следствием, умер во время блокады в 1942 году.

Две дочери Ираида Михайловна и Клавдия Михайловна преподавали в школе и не оставили потомства.

В 1987 году, когда рыли колодец в деревне Скугры Дновского района на месте бывшей усадьбы священника был обнаружен клад. . Он весит более 32 кг и состоит из российских и советских серебряных монет XIX–ХХ столетий.

Обычно об обстоятельствах захоронения и о владельце клада мало что бывает известно, но, на счастье, оказалась жива правнучка человека, схоронившего эти монеты. Она-то и рассказала трагическую историю своей семьи, столь типичную для России XX столетия.

После семи лет лагерей священник вернулся домой, и хотя его семья жила в большой бедности, отец Михаил не прикоснулся к кладу, считая эти деньги принадлежащими церкви. Скорее всего он намеревался истратить эти средства на ремонт и украшение храма. Но этого не случилось, и сейчас этот клад хранится в Золотой кладовой Псковского музея-заповедника.

Там хранится в частности, церковная утварь. Её стали собирать музеи ещё до революции, затем эта коллекция пополнилась в период массового изъятия ценностей из храмов.

Источник Святыни Псковской земли
Источник Поиск по открытому списку жертв политических репрессий открытый список репрессированных.

Про школу в Бежаницах.

Бежаницкая школа в начале ХХ века.

Бежаницкая школа размещалась в деревянном здании, обшитом досками и покрашенном светло-коричневой краской. Расположено оно было на окраине поселка Бежаницы, вдоль просёлочной дороги, идущей к бывшей барской усадьбе в Усадищах. Вокруг школы, за дощатым забором, рос школьный сад, примыкавший тыльной стороной к больничному участку. От северных ветров территория школы была защищена молодой липовой аллеей, большая часть которой сохранилась и в настоящее время. Двухэтажный дом имел несколько учебных комнат. Наверху - две больших и одна маленькая. В одной занимались первые и пятые классы, во второй - вторые и четвёртые, а в маленькой - третьи. На нижнем этаже были квартиры учителей и, установленные двухсторонние нары, для ночлега мальчиков, а в проходной комнате нары для девочек. С первым и пятым классами занимался Иван Никитич Никитин. Прежде, чем приступить к занятиям, ученики строились на молитву, которую проводили два священника. Они же преподавали Закон Божий. Надежда Николаевна, жена Ивана Никитича, преподавала в третьем классе. Она любила поэзию и много читала своим ученикам.

Воспоминания Полякова Василия Ивановича,
бывшего ученика Бежаницкой школы.

В первый класс Бежаницкой школы я поступил в 1926 году. Школа тогда размещалась в деревянном здании, обшитом досками и покрашенном светло- коричневой краской. Расположено оно было на окраине Бежаниц, вдоль просёлочной дороги, идущей к бывшей барской усадьбе в Усадище. Вокруг школы, за дощатым забором, рос школьный сад, примыкавший тыльной стороной к больничному участку. От северных ветров территория школы была защищена молодой липовой аллеей, большая часть которой сохранилась и в настоящее время. Здание школы во время Великой Отечественной войны сгорело, и его место было занято новыми строениями. Липовая аллея создавала школе какой-то уютный и праздничный вид. В 1926-1930г.г. количество учащихся в ней, включая 1 и 7кл., составляло немногим более сотни. Примерно до 1930г. Заведующим школой был Иван Никитич Громов, пожилой человек, посвятивший всю свою жизнь профессии сельского учителя. Он был огромного роста и часто жаловался на этот свой недостаток. Иван Никитич очень любил природу, прекрасно знал биологию. Особенно он любил сад. Весной он выводил нас в сад и учил всем премудростям садоводства. Жена Ивана Никитича Надежда Николаевна была учительницей начальных классов. Она любила поэзию и много нам читала стихов.

Моей первой учительницей была Алла Дмитриевна Леонова, дочь начальника станции Сущево. Она была очень молодой; вероятно, только что окончила педагогический техникум в г. Пскове. Несмотря на отсутствие опыта (наш класс был первым), она быстро сумела завоевать авторитет у ребят, любовь и уважение, благодаря своей чуткости, внимательности и трудолюбию. Казалось, она не знала усталости при объяснении трудно - усваиваемых уроков. Подогревая у нас жажду к чтению, Алла Дмитриевна подарила нашему классу свою детскую библиотеку. Любовь к книгам, привитую нам с детских лет Аллой Дмитриевной, большинство из нас сохранило на всю жизнь. В настоящее время у меня есть хорошо подобранная личная библиотека, в которой имеются редкие книги, много подписных изданий. Но среди них есть одна книга для детей, которую нам во втором классе читала Алла Дмитриевна. Свою учительницу я всегда вспоминаю с благодарностью и признательностью за то, что она привила нам одно из лучших качеств человека- любовь к книгам.

В 1930 г. я окончил начальную школу и перешёл в 5- ый класс. К этому времени под школу был отдан бывший барский дом в д. Усадищах. В нём были размещены 5-7 классы. Школу окружал замечательный парк, в котором имелось множество красивых аллей, парковых и фруктовых деревьев, декоративных кустарников. С балконов здания открывался чудесный вид на окружающую окрестность. Учиться в такой школе было нас большим счастьем. Однако, в 1930-1931 г.г. на школу выпали тяжёлые испытания. Прежде всего, был введён, так называемый, бригадный метод обучения. Все классы были разбиты на бригады, в которые входило по 6-8 учеников. Каждая бригада располагалась за одним длинным столом. Учитель иногда излагал учебный материал в устной форме, но чаще всего отмечал страницы учебников, которые мы должны были прочитать и усвоить. В классе было шумно, поскольку в каждой бригаде заданный текст читался вслух. Кроме того, в ходе чтения допускался разбор и обсуждение непонятных мест. И вот, под видом таких обсуждений, возникали весёлые разговоры о различных свежих событиях дня, о забавных приключениях и т.д. Обычно учитель расхаживал по классу от одной бригады к другой и отвечал на вопросы, если таковые у кого-нибудь из членов бригады возникали. Зачёты и экзамены принимались очень своеобразно: достаточно было кому-нибудь из членов бригады ответить на вопрос, поставленный учителем, и всем членам бригады ставилась одинаковая отметка. Поэтому отстающих учеников в классе не было. Могли быть отстающие бригады, но и таковых не имелось, т.к. всегда кто-нибудь из членов бригады выручал всех. Дисциплина в школе упала, посещаемость резко снизилась. При таком методе обучения получить прочные знания, конечно, было невозможно. И не знаю, чем бы кончилась наша учёба в школе, если бы через год бригадный метод обучения не был отменён. Возможно, последствия бригадного метода не были бы такими тяжёлыми, если бы у нас был волевой директор школы. К несчастью для нас в 1930-1931 г.г. директором школы был Долгополов (имя, отчество не помню). Он пробыл в должности директора школы 1-1,5 года, но совершенно развалил дисциплину в школе. Обычно, нарушителей дисциплины он мягко журил, а затем хлопал по плечу и говорил: « Ну, хлопче, я уверен, что ты осознал свои грехи и больше их повторять не будешь. Пожалуйста, голубчик, будь добрый!» Это было, по его мнению, достойно строгим наказанием. Вскоре, вместо Долгополова, директором школы бы назначен Васильев Василий Васильевич – хороший администратор, энергичный и требовательный человек. Он быстро навёл порядок в школе, поднял дисциплину и посещаемость учащихся. Был отменён бригадный метод обучения; каждый стал отвечать только за свои собственные успехи. Почти весь состав учителей был обновлён. Бежаницкая школа стала называться школой колхозной молодёжи - Ш.К.М. В 6 и 7 классах нас обучали математике Рубис Александр Андреевич, русскому языку и литературе - Рубис Михаил Андреевич, обществоведению и физкультуре - Иванов Николаевич Васильевич, биологии и химии - Житкевич Иван Максимович, географии и естествознанию - Васильева Клавдия Николаевна, физике и немецкому языку - Гагарик Ипполит Николаевич, физическому труду - Скворцов Александр Матвеевич. Все эти учителя были нашими хорошими воспитателями и педагогами. Бежаницкая школа вскоре из отстающих стала образцовой. Помню, к нам на урок химии приезжал специальный корреспондент газеты « Ленинские искры». Он написал большую статью о школе, которую мы через некоторое время с удовольствием читали в « Ленинских искрах». Незадолго до окончания школа произошла смена руководства: Васильев Василий Васильевич был назначен заведующим РОНО. Вместо него школу принял новый заведующий - Пятисотников Дмитрий Александрович. Мы были его первыми выпускниками в Бежаницкой школе колхозной молодёжи. Первым учеником по школе был Машарский Женя. Второе место делили мы с Забродским Георгием. Вместе с нами в 1933- 1934 учебном году школу (7 классов) окончили: Филичевы Филипп и Николай, Марков Василий, Родионов Дмитрий, Силантьева Шура, Павлова Вера, Щербагова Агарья, Елизарова Зина, Егоренкова Нюра, Федотова Катя, Бабич Мария и другие. Моими учителями было много замечательных педагогов, людей науки (среди них были и выдающиеся учёные нашей страны, имя которых известно и за рубежом), но свою первую учительницу – Анну Дмитриевну Леонову, своих учителей Бежаницкой школы колхозной молодёжи – я не забуду никогда. Они заронили в мою душу стремление к знаниям, любовь к книгам, любовь к природе, любовь к своей Родине, к своему народу. Я по своему опыту убеждён, что роль первых учителей в формировании человека исключительно велика. И я вечно буду должником перед теми, кто сеял в наши детские души доброе, разумное, вечное.

Поляков Василий Иванович 1966 год. Ноябрь месяц.

приход пог. Михеево около села Клескалово

Новоржевского уезда Псковской области.