Село Хлевное

СЛУЖИЛЫЕ ЛЮДИ

Первое население Хлевного состояло из служилых людей. В служилые люди брали «детей боярских» и «вольных людей». В основном, это были беспоместные дворяне, а некоторые происходили из древних, но обедневших боярских и даже княжеских родов. В эту же категорию служилых людей попадали и потомки младших членов княжеских дружин («отроков»). В XVII веке в разряд детей боярских верстали всех новиков, вступавших в службу по отечеству. «Верстали по отечеству» и «испомещали на земле», то есть давали поместье (землю), которое они передавали по наследству. Отсюда и название — помещики, которое позднее закрепилось только за имевшими большие земельные наделы дворянами-вотчинниками. Дети боярские составляли основу городовых (уездных) полков, на службу выступали «людны, конны и оружны» в соответствии с размерами поместного оклада и служили наравне с городовыми дворянами дальнюю (походную) и «береговую» (сторожевую) службу.

Если служилый человек старел, получал увечье и не мог нести военную службу, то выставлял за себя своего сына (племянника, зятя). Тогда поместье записывали за новым собственником. Подтверждением служат верстальные челобитные хлевенцев, с просьбой о передаче поместий:

7179(1671) года, июня месяца, 21 дня. Воронежскаго уезда, Карачунскаго стана, села Подхлевнаго, сына боярскаго Тимошки Ефанова: «Служил тебе, великому Государю, отец мой Семён Ефанов по городу, по Воронежу, лет с семьдесят, жалованья отцу моему было помеснова новичнова окладу полтораста чети (четь, четверть — земельная мера длинной приблизительно 84 метра, шириной 63 метра — авт.), денег пять рублёв, а я, холоп твой, служу тебе, великому Государю, после отца своего по городу Воронежу лет с двадцать, а брат мой родной Григорей Ефанов служит полковую службу в конейном строю».

Воронежского уезда, Карачунского стана, села Подхлевного, невёрстанного сына боярского Ивашки Аверкиева сына Головина: «В прошлых, Государь, годах служил твою, великого Государя, службу дед мой Григорий Головин в верстовых детях боярских лет с тритцать и волею Божиею тово деда моево в животе не стало, умре, а по твоему, великого Государя, указу верстан он, дед мой, твоим Государевым помесным окладом в полтораста четвертей, а ныне, Государь, с тово твоего государева жалования деда своево поместьица служу твою, Государеву службу, по городу в невёрстоных детях боярских, я холоп твой».

Помимо помещиков на наших землях селились не имевшие земельных наделов свободные крестьяне, ремесленники, ямщики и ещё «невёрстанные служилые люди». Их дворы называли «бобыльскими». После того как наши предки построили часовню, согласно действовавшим законам, населённый пункт стал сельцом.

ПЕРВОЕ УПОМИНАНИЕ О СЕЛЕ

Первое упоминание о Хлевном как населённом пункте мы находим в «Отписке Елецкого воеводы на Тулу боярину И. В. Морозову о получении им вестей про приход татар» 1644 года. «…сентября де в 7 день, приехал де из Воронежского уезду из села Хлевенского, села Мокрого Буераку крестьянин Лунка Курапов.» Согласно «Переписной книге Воронежского уезда 1646 года» в нашем селе было уже 24 поместья. «Сельцо Хлевное за помещики за воронежцы детьми боярскими стало внове, а в нём часовня, дв. Попа Ондрея. 575. За Емельяном Борисовым сыном Саниным пом.: дв. его помещика, крестьян и бобылей за ним нет. 576. За Михаилом Денисовым сыном Долматова пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет. 577. За Левонтьем Васильевым сыном Копёнкиным пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет. 578. За Тимофеем Фоминым сыном Дуванова пом.: дв. его помещиков, во дв. бобыль Терёшка Фомин сын Козадаев. 578. За Иваном Лазоревым сыном Булавиным пом.: дв. его помещиков, во дв. бобыль Янка Михайлов сын Никонов. 579. За Василем Ивановым сыном Деменковым пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей нет. 580. За Лукьяном Евсеевым сыном Родионовым пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей нет. 581.За Прокофьем Кузьминым сыном Пожидаевым пом.: дв. его помещиков, да бобыльских дворов: во дв. Анютка Костентинова дочь, во дв. Алёнка Макарова дочь, во дв. Анютка Купреянова дочь, а мужья их пошли в новой город на Усмань.582. За Степаном Кузьминым сыном Пожидаевым пом.: дв. его помещиков; да бобыльских дворов: во дв. вдова Татьяица Иванова дочь, во дв. Иринка Васильева дочь, муж её Богдан (не читается) пошёл на новой город на Усмань, во дв. Кленка Сомов. 583. За Карпом Офонасевым сыном Душиным пом.: дв. его помещиков: во дв. бобыль Авдушка Тимофеев. 584. За Мартином Остафьевым сыном Фотеевым пом.: дв. его помещиков, во дв. бобыль Алисейка Иванов. 585. За Романом Никитиным сыном Селезневым пом.: дв. его помещиков, во дв. бобыль Мишка Петров. 586. За Исаем Левонтьевым сыном Короткого пом.: дв. его помещиков, во дв. бобыль Васька Минаев сын Глухова, у него сын Понкрашка. 587. За Иваном Матвеевым сыном Щербатова пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет. 588. За Исаем Алексеевым сыном Щербатова пом.: дв. его помещиков; да бобыльских дворов: во дв. Янка Дорофеев, у него зять Трофимка Сидоров, во дв. Ларка Фефилов сын Сушенак, во дв. Марфица Микитина дочь, а муж её Фетка пошел на новой город Усмань, во дв. Андрюшка Лазарев. 589. За Офонасем Тимофеевым сыном Грязевым пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет. 590. За Иваном Микитиным сыном Бохтеяровым пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет. 591. За Тихоном Осиповым сыном Григорьевым пом.: дв. его помещиков, да на его ж земле брат его родной Ивашка Осипов сын Григорьев. 592. За Тимофеем Васильевым сыном Милановым пом.: дв. его помещиков, во дв. бобыль Асташка Прокофьев сын Субботин. 593. За Иваном Васильевым сыном Дедовым пом.: во дв. бобыль Павлик Данилов. 594. За Фомою Ивановым сыном Короткого пом.: дв. его помещиков; да бобыльских дворов: во дв. Антошка Тимофеев сын Звыгин, во дв. Симонка Клеменов сын Криворот, во дв. Гаврилка Клеменов сын Ребой. 595. За Денисом Григорьевым сыном Попалитовым пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет. 596. За Семёном Даниловым сыном Ефановым пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет. 597. За Григорьем Сазоновым сыном Головиным пом.: дв. его помещиков, крестьян и бобылей за ним нет». С этих первых жителей Хлевного многие хлевенцы и дмитряшевцы могут начинать свои родословные.

В «Росписи монастырей и церквей Воронежского уезда 1658 года» имеется запись о церкви Покрова Пресвятой Богородицы в селе Подхлевном, значит, во временном промежутке между 1646—1658 годами она и была построена, и сельцо стало селом (по некоторым источникам церковь построена в 1648 году). В 1797 году хлевенцы вместо этой деревянной церкви построили каменную, с колокольней. Из «Окладной книги Рязанской митрополии1676 года» мы узнаём о количестве дворов в нашем селе. «У тое церкви двор попа Михайла, двор дьячков, двор пономарев. Церковные земли девять четвертей. Сенного покоса на двадцать копен. Рыбных ловлей нет. Да в приходе к той церкви пятьдесят дворов детей боярских, десять дворов крестьянских. И всего шестьдесят три двора».

Много интересных сведений о селе Хлевном даёт «План генерального межевания Воронежской губернии 1792 года». Первоначально хлевенцы предпочитали селиться около церковной площади, (сегодня это центр села: улицы Свободы, Советская, Призаводская), а также в районе улиц Дон и Фрунзе. Некоторым понравились хлевенские овраги, и они заселили их склоны в районе сегодняшних улиц Некрасова, Степана Разина, Ленинской и Надгорной. В то время, на месте Ляд и Дедова пруда был овраг, по которому протекал ручей. Протекали ручьи и в двух других хлевенских оврагах Хмелек и Проходном. Дорога из Воронежа проходила, так же как и сейчас, а вот московская дорога располагалась в то время в другом месте. Она проходила примерно так, как сейчас улица Призаводская. Хлевенцы селились вдоль дороги, повторяя её причудливый изгиб, напоминающий хомут, поэтому улица и получила название Хомутовка. Затем дорога шла через деревню Берёзовка (в районе хлебозавода), овраг Проходной, обходила сёла Елец-Маланино и Старо-Дубовое по берегу Дона и только около Введенки возвращалась на привычную нам трассу.

ПЁТР I В ИСТОРИИ НАШЕГО СЕЛА

В конце XVII — начале XVIII веков царь Пётр I организовал в Воронеже строительство военного флота. На государственных верфях трудились и хлевенские служилые люди. Они должны были являться на работу на своей подводе, со своими инструментами и продуктами. Неоднократно проезжавший через Хлевное царь Пётр сыграл важную роль в развитии нашего села, создав у нас почтовую станцию и этим дав работу многим поколениям хлевенцев. «В нынешнем 1700 году, февраля в 16 день, указали Мы, Великий Государь, по именному Нашему, Великого Государя указу учинить почту по станам от Москвы до Молодей, до Серпухова, до Вашаны, до Тулы, до Дедилова, до Богородицкого, до Ефремова, до Ельца, до Дону, до Хлевного, до Воронежа. А ту почту с почтовыми письмами гонять посацким людям и иным грацким жителям, а ямщикам той почты гонять не велено, а на почте держать по два мерина самых добрых со всякой гонебною рухлядью и гонять тое почтовую гоньбу город от города и стан от стану в указанные числа и часы и чети безо всякого замедления; чтоб посацкие люди и иные грацкие жители стояли на почте днём и ночью непрестанно и были добрые люди, а не пьяницы. В городах и указанных местах отвести почтарям дворы и знаки учинить на тех почтовых дворах». Продолжала существовать параллельно и ямская станция для обслуживания проезжающих. Поток пассажиров и грузов с каждым годом увеличивался, что приводило к росту числа хлевенских ямщиков. К 1812 году количество жителей в семьях крестьян-однодворцев и в семьях ямщиков практически сравнялось. Согласно данным рекрутского набора 1812 года в Хлевном в семьях однодворцев было 517 человек, а в семьях ямщиков — 444. Ямщики были людьми особого склада. Недаром же их выбирали из податных крестьян, но брали лишь с их согласия, как правило, из грамотных, и односельчане давали каждому письменную характеристику, где сообщали, что он — хороший семьянин, добрый человек, не пьёт и так далее. Однако, кроме этих качеств, ямщики должны были быть физически сильными, выносливыми, смелыми. В мороз, в зной, в дождь мчались они по почтовым трактам и просёлочным дорогам. Хлевенские ямщики славились в округе быстрой ездой, за что получили прозвище «острокнутики».

С пребыванием Петра I на хлевенской земле связано интересное событие. Остановившись в Хлевном в 1701 году во время великого поста, царь велел купить ему яйца. По округе пошли слухи, что царь не постится, что иноземцы подменили Петра. Распространителей слухов выискивали и жестоко наказывали. За «непристойные слова» пострадал, например, строитель Семилукского монастыря Тарасий, его арестовали и отправили в Москву, но по дороге он умудрился бежать.

ЛАНДМИЛИЦИЯ

В XVIII веке граница Российской империи отодвинулась до Чёрного моря, и поселения потомственных военных оказались внутри страны. Надобность в служилых людях отпала ещё и потому, что в начале века Пётр I создал регулярную армию. Тогда малая часть служилых людей вошла в состав дворянства, а большую часть из-за бедности, измельчания наделов или по нежеланию нести обязательную для дворян государственную службу в 1719 году причислили к податному сословию (государственным крестьянам). Они стали называться однодворцами и теперь должны были платить в казну подушную подать и четырёхгривенный оброк по тем же нормам, что и государственные крестьяне. Дети боярские были оскорблены тем, что правительство забыло их бесчисленные подвиги и заслуги перед Русским государством и низвело до положения простых крестьян. Многочисленные прошения к самодержцам Российским оставались без удовлетворения.

Правда, однодворцы, как и дворяне, продолжали владеть землёй и могли продавать её только друг другу. До 1840 года они, как и дворяне, могли иметь в своём хозяйстве крепостных крестьян (только этим правом воспользовалось не более 1 процента потомков служилых людей). Ещё, в отличие от крестьян, однодворцы должны были поставлять рекрутов в ландмилицию (полурегулярную армию) и содержать их. Ландмилиция — это поселённые войска, сохраняющие регулярную организацию. Служили здесь по 15 лет. Первоначально рекрутировали всех мужчин в возрасте от 15 лет, но в конце XVII столетия из многочисленной семьи брали одного-двух человек, а третий оставался дома «на пашне»; четверо одиночек считались как бы за одну семью и служили по очереди. В зимнее время ландмилиция находилась дома и только летом собиралась на лагерные сборы.

Рекруты несли службу по нескольку месяцев, после чего менялись, так как у большинства из них были семьи. Более того, с некоторого времени ландмилиционеров даже обязывали быть семейными, полагая, что в таком положении их служба станет более качественной. Солдаты ландмилиции в XVIII веке воевали с традиционными врагами — крымскими татарами. «Ландмилицкие» полки принимали участие во всех русско-турецких войнах времён Анны Иоанновны, а позднее и Екатерины II.

Они строили и обороняли новые рубежи Русской земли от Воронежа и Белгорода до Днепра — Украинскую и Днепровскую линии. Следует заметить, что все «лантмилицы» были экипированы, вооружены и организованы, как и другие рода войск. Характерно, что мундиры ландмилиционеров состояли из белого кафтана, красного камзола и кожаных штанов. Шляпу носили чёрную, обшитую и с бантом. Каждому выдавались по две белые рубашки и кожаные перчатки. Сапоги носили с раструбом и с железными шпорами. Для пешей же службы и караулов имелись башмаки, штиблеты, а также серые чулки.