Отслужив анадырскую службу, Курбат Иванов в 1665 году возвращался с ясачной казной на Лену. Вероятно, было с ним и какое-то количество моржевой кости.
В районе Нижнеколымска он вынужден был зазимовать
. Там-то во время зимовки и случилась беда, - пожар.
Во время пожара сгорела ясачная казна и все его личное имущество.
Если и не было в том прямой вины Курбата, то в недосмотре он,
без сомнения, был виновен.
Он был начальником отряда, ответственным за ценный груз,
и потому должен был не допустить такой случайности. В ясачной книге об этом происшествии имеется такая запись:
«Стояли де они на Ду-ванном песку, роставили вместо стана парус,
и в том парусе те соболи были в мешке в постельном.
И пошли они ис того стана на нижную ярмонку к башлыку
к Гришке Татаринову прошать коча, чтоб под ту великого государя
казну итти морем в Якуцкой острог.
А в том де стану оставались его, Курбата, работник,
- коряцкой детина, да ево, Петрушкин, ясырь,
да промышленных людей Васьки Гребенщика да Треньки Степанова ясыри.
И без них тот стан загорелся грешным делом, и те великого государя ясачные соболи згорели,
и иные потлели, и их пожитченка и платьишко в том стану згорели».
Трудно сказать, был ли случайным этот пожар или это был намеренный поджог, устроенный ясырями,
как неизвестно, что сталось с этими ясырями.
По всей вероятности они бежали, ведь они не могли не понимать,
что на них лежала ответственность за случившееся.
Можно ли представить себе большую вину служилого человека,
к тому же еще сотника и сына боярского,
чем утрата государевой казны.
Какие бы не были тому оправдательные причины,
но на то он и служилый человек,
для того и писалось в каждом царском указе,
чтобы шли по путям сибирским усторожливо,
дабы не могли инородцы «какого дурна учинить».
Подобные истории, хотя и были большой редкостью, но случались в русской истории. На памяти Курбата и его современников еще жива была история,
случившаяся с енисейским атаманом Максимом Перфильевым в 1641 году.
На северном пути через Уральский хребет его отряд,
сопровождавший соболиную казну из Красноярска, Енисейска, Нарыма и Березова,
был неожиданно атакован и исстреблен «самоядью».
Государева пушная казна была разграблена, однако сам атаман спасся.
Казалось бы вот и все, вот и конец служебной карьере именитого землепроходца.
Ан, нет, крепким воякой оказался стареющий атаман.
Сумел он, вернувшись после погрома в Березов, собрать служилых людей в погоню за грабителями,
нагнал их и отбил похищенную меховую казну.
В конце 1643 года он за свои заслуги был пожалован в стрелецкие сотники.
У Курбата такой возможности не оказалось.
Оставалось только собрать уцелевший моржовый клык,
который, надо думать, сильно не пострадал, и идти с повинной в Якутск.В архивах пока не обнаружено сведений, когда именно Курбат вернулся в Якутск и в чьем распоряжении он оказался.
Дело в том, что в 1666 году якутский воевода Голенищев-Кутузов неожиданно умер.
Как свидетельствуют архивы, в 175-м году 29 октября (1666-ом по новому летоисчислению)
он еще был жив, - писал отписку Аничкову в Илимск.
Ехавший в Якутск на смену Голенищеву-Кутузову князь и окольничий И.П. Барятинский
в это время еще находился в пути
.
Сила же Осипович Аничков, направленный Москвой на место убитого илимского воеводы Лаврентия Обухова,
заступил на воеводство в Илимске 28 октября 1666 года.Есть основания считать, что вернувшись в Якутск, Курбат Иванов еще застал на воеводстве Голенищева-Кутузова. Он, видимо, и отправил его на Чечуйский волок, сообщив о случившемся с ясачной казной в Сибирский приказ
и здраво рассудив, что пусть де, этим скользким делом занимается новый якутский воевода,- князь И.П. Борятинский,
которого он ждал со дня на день.
Источник:
https://www.chitalnya.ru/work/935350/При копировании материалов с сайта, активная ссылка на оригинальный материал обязательна.
Все права защищены © chitalnya.ru
Алексей привалихин, Алексей антипин, лаврентий базлуков, Григорий томилов,
степан коровин,
андрей верхотуров,
Иван удалой,
Дмитрий осколков, николай Нечаев,
сава чагин,
семен бочкарь,
петр колокольников, трифан крупышев, Алексей мешков,
Иван усов,
Иван поляков - служивые Большерецкий острог 12 ноября 1730