Восточная Сибирь

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Ссылка на источник:
https://imenabratska.ru/zverev-daniil-evdokimovich/

Текст скопирован выборочно

Зверев Даниил Евдокимович
Улица Даниила Зверева (Октябрьский район) прежде называлась Гаражной.
Улицей Зверева стала в 1967 г. На ней находятся жилые дома и административные здания.

Старая фотокарточка 1920 года. На ней запечатлено командование Восточно-Сибирской Советской Армии. В первом ряду сидят молодые люди в военных френчах с ремнями крест-накрест. Справа — Василий Людвигович Букатый, политический комиссар армии, слева — начальник штаба Бандейкин, рядом с ним начальник оперативного отдела Горшков, в центре, обхватив ладонями колено, сидит командующий армией Даниил Евдокимович Зверев. Лицо у него одухотворенное, взгляд спокойный и уверенный. Волосы зачесаны набок. На вид он самый молодой. Да так оно и на самом деле — Звереву было в то время всего 26 лет. Но вот уже полтора года он партизанский командир. Его имя приводило в ужас колчаковские гарнизоны, в народе же оно овеяно легендой. Большевик Зверев под руководством губернского комитета партии поднял на борьбу против колчаковцев трудовое крестьянство, рабочих и восстановил власть Советов в огромном Ангаро - Ленском крае.

...Темная ноябрьская ночь 19-го года.
Трескучий мороз сковал реку, деревья и, казалось, заставил умолкнуть дворовых собак.
Спит приленское село Усть-Кут.
Усть-Кут — важный стратегический пункт на пути в Витимо-Ленский район, большой торговый центр, перевалочная пристань. Усть-Кутский телеграфный узел связывает Илимск, Якутск, Бодайбо, Киренск, Олекминск, Качуг и Жигалово с Иркутском и Охотском. Поэтому колчаковцы держат в Усть-Куте сильный гарнизон из офицеров и юнкеров Иркутского военного училища и частей, прибывших из Бодайбо, Киренска и Витима.
Партизаны Зверева, совершив сорокакилометровый ночной переход, окружили село. В 7 часов утра, лишь забрезжил рассвет, морозный воздух прорезали ружейные залпы и пулеметные очереди. Из домов стали выскакивать колчаковцы.
Превосходство в силах дало возможность колчаковцам отразить первые атаки партизан. Вот как описывает начало сражения в своем стихотворении «Бой под Усть-Кутом» поэт-партизан, разведчик, бывший путиловский рабочий Н. П. Ребров-Денисов.

Ритмичную дробь выбивал пулемет.
Раскатисто эхо звучало.
Из леса за взводом рассыпался взвод.
Цепь наша Усть-Кут окружала.
Полк ленцев тайгою зашел врагу в тыл,
Ангарцы за островом стали.
Испуганный враг стрельбу быстро открыл,
И в воздухе пули жужжали.
С версты от села на высокой горе
Громила Усть-Кут батарея.
И гром канонады гремел, по тайге.
И бой разгорался сильнее...

Командир первого Ангарского партизанского полка Зверев считал,
что Усть-Кут взять нужно во что бы то ни стало.
Он собрал командиров, составил новый оперативный план,
сделал перегруппировку сил. Атаки партизан возобновились.

Весь день 13 ноября продолжались ожесточенные бои. Дважды село переходило из рук в руки. Вечером Зверев лично повел партизан в бой. Колчаковцы, не выдержав штыковой атаки, бежали из села.
За 13 часов боя враг потерял около ста человек убитыми, тридцать были ранены, двадцать попали в плен. Партизанам достались богатые военные трофеи. Но и зверевцы понесли немалые потери: были убиты более сорока партизан, их с почестями похоронили. Н. П. Ребров-Денисов написал о них песню, которая исполнялась партизанами.

Прощайте, товарищи!
Вечный покой.
Вы навек от нас удалились.
Для вас роковым
Под Усть-Кутом был бой.
Но храбро с врагами вы бились.

Выходом на Лену партизаны Зверева отрезали север от остальной части Сибири,— там еще сохранялась власть колчаковцев. Через Охотскую радиостанцию, где работал большевик Сосунов, партизаны сообщили о близком крахе колчаковщины. Это один из эпизодов из жизни легендарного партизанского командира Даниила Евдокимовича Зверева.

Родился Зверев в 1894 году в Бугурусланском уезде Оренбургской губернии, в бедной крестьянской семье. За храбрость и отвагу на фронтах первой мировой войны он был удостоен четырех Георгиевских крестов и произведен в прапорщики. Там под влиянием большевиков сформировалось его мировоззрение. Теперь уже сам Зверев агитировал за свержение самодержавия. Накануне Октября он вступил в партию большевиков.

После Октябрьской революции вернулся в родной Бугурусланский уезд, где принял участие в установлении Советской власти.
Весной 1918 года, когда над Советской республикой нависла опасность, коммунист Зверев вступает в ряды Красной Армии. В июле 1918 года в боях под Самарой он был ранен, взят белогвардейцами в плен и в «эшелоне смерти» отправлен на Восток. Над узниками издевались, они страдали от голода и тифа.

В конце декабря 1918 года узников «эшелона смерти» этапом доставили в Александровский централ. Иркутская парторганизация установила связь с узниками - большевиками. Управляющий Иркутской губернией эсер П. Яковлев, используя бедственное положение заключенных, предложил им вступить в отряд особого назначения для борьбы с развертывающимся партизанским движением. Иркутская парторганизация санкционировала вступление в отряд большой группы узников во главе с большевиком Зверевым. Цель этой группы: получить свободу, оружие, а потом ударить по колчаковцам. Эти планы осуществились.

19 августа 1919 года в селе Паново Кежемской волости солдаты второй роты особого назначения под руководством Зверева перебили офицеров и объявили себя отрядом Красной Армии. Вскоре туда прибыл партизанский отряд Н. А. Бурлова. Силы объединились. Бурлов стал командиром объединенного отряда, Зверев — его заместителем. Партизанский отряд приступил к активным боевым действиям против колчаковцев.
Двигаясь вверх по Илиму, тайгой и глухими тропами, известными только местным охотникам, зверевцы в августе разбили колчаковские отряды в Нижнеилимске, захватили Илимск, Большую Мамырь. Отряд пополнили крестьяне, рабочие Илимского дорожного отряда, в него также влилась группа политзаключенных, бежавших из Александровского централа. В Нижне - Илимской и Больше-Мамырской волостях восстанавливается Советская власть. Широко распространяется по губернии молва об успехах отряда Зверева. К нему приходят все новые и новые партии добровольцев.

Отряд Зверева был реорганизован в Первый советский приангарский добровольческий полк.
С частью отряда Зверев пошел на Усть-Кут, своим заместителем по полку оставил Николая Дворянова. После освобождения Братска отряд Дворянова стал преследовать карателей офицера Белоголового и занял Балаганск. Вскоре туда прибыл Зверев с Усть-Кутского фронта.

Еще в начале ноября 1919 года по инициативе Иркутского губкома РКП(б) в Нижне-Илимске состоялся I краевой съезд рабочих, крестьянских и партизанских делегатов. На нем был избран краевой совет — советский орган на освобожденной от колчаковщины территории. Совет принял решение об объединении всех партизанских соединений Ангаро-Ленского края в партизанскую армию. Было создано три дивизии. Дворянов стал командиром 1-й Балаганской советской партизанской дивизии. Она действовала в районе Ангары. Бурлов возглавил 2-ю Братскую дивизию. Район ее действия — Братский тракт. Командиром 3-й дивизии назначили Молчанова. Зверев стал главнокомандующим советских войск Северо-Восточного фронта красных партизан. Это была уже армия, в трех дивизиях насчитывалось восемь тысяч солдат.

7 ноября, в день второй годовщины Советской власти, Д. Е Зверев обратился к населению Нижне-Илимского партизанского края с воззванием. В нем он писал: «Вот уже второй год, как по Сибири свирепствуют насилие и произвол палачей над рабочими и крестьянами вот уже второй год, как по Сибири идет война и льется напрасно кровь трудового народа. Вы поняли, что творится в Сибири, и дали мне своих сыновей, отцов и братьев... Я веду их в бой с насильниками и палачами трудового народа... Еще одно усилие, еще один напор, и враг будет уничтожен».

Окрыленные словами главнокомандующего, партизанские дивизии
активизировали боевые действия против колчаковцев.
Под Красное знамя Советов переходили новые города, деревни и села.
Дивизия Дворянова подошла к Черемхову и помогла шахтерам навести в городе революционный порядок.
Во время восстания против колчаковщины в Иркутске в декабре 1919 года все партизанские соединения получили директиву от губернского комитета большевиков стягиваться к городу. Они окружили город, разгромили врага, который бежал из Иркутска.

22 января 1920 года все революционные силы
были сведены в одну Восточно-Сибирскую Советскую Армию, командующим назначен Зверев, комиссаром — старый большевик В. Л. Букатый.
Эта армия добила остатки колчаковских армий — каппелевцев,
приняла участие в разгроме семеновцев и интервентов на Дальнем Востоке.

После освобождения Восточной Сибири от колчаковцев и интервентов Д. Е. Зверев был направлен на учебу в Высшую военную школу, в Москву. Окончив ее, командовал воинским соединением на южном фронте против Врангеля, затем его назначили помощником комиссара Оренбургской Высшей военной школы. В сентябре 1924 года он стал комиссаром военной школы имени В. И. Ленина в Ташкенте. После демобилизации Д. Е. Зверев находился на хозяйственной работе, участвовал в строительстве Днепрогэса.

Шло время, но о главкоме Д. Е. Звереве помнила его боевые соратники в Восточной Сибири. В марте 1930 года члены сельскохозяйственной артели «Красный партизан» из Усть-Кута, среди которых было немало бывших партизан, направили Звереву телеграмму: «Устъ - Куте организован колхоз. Зная вашу преданность рабоче-крестьянскому государству, просим вас занять пост руководителя нашего трудового отряда - коммуны. Надеемся, что не откажитесь повести нас на трудовом фронте так же умело, как вели нас на борьбу за Советскую власть...»

Д. Е. Зверев принял предложение, и в мае с семьей уже был в Иркутске.
Но Восточно-Сибирский крайком ВКП(б) назначил его директором краевой конторы «Колхозстрой»,
а позднее, как кадрового командира Красной Армии,— председателем краевого совета Осоавиахима.

В 1934 году ЦК Осоавиахима направил Зверева н
а должность председателя Винницкого областного Совета Осоавиахима.

Герой гражданской войны Д. Е. Зверев был репрессирован
в годы культа личности и погиб в ноябре 1941 года. Реабилитирован посмертно.

...Жители Приангарья свято чтут память народного героя.
В дни 50-летия освобождения г. Усть-Кута от колчаковщины Д. Е. Звереву на берегу Лены поставлен памятник.
Другой памятник стоит в с. Хомутове, под Иркутском.

Иркутск. Территории и объекты культурного наследия

http://irkipedia.ru/content/ir..._naslediya

osokina-galina написал:

[q]
МОЙ ПРАДЕД -
НЕЧАЕВ КУЗЬМА ЕВСТИГНЕЕВИЧ
ВСТУПИЛ В ОТРЯД ЗВЕРЕВА
в НОЯБРЕ 1919 года.
[/q]

В 1919 году село Усть-Кут являлось одним из центров ожесточенной борьбы партизан с колчаковцами.
Три раза начинали партизаны бои за Усть-Кут.

Взятие его имело для них большое значение: в Усть-Куте находились многочисленные купеческие склады
с продовольствием, боеприпасами, одеждой.
Через Усть-Кут проходила единственная дорога на Север,
телеграфная линия соединяла районы Севера с Иркутском.

Бои 12 и 27 октября были неудачными.
Отряды И. Слюсарева и Осташенко не смогли овладеть селом.

Только 13 ноября 1919 года к Усть-Куту подошли основные партизанские силы.
После освобождения партизанами Усть-Кута, колчаковцы отошли вниз по Лене до села Подымахино.
Они ждали подкреплений из Якутска, Бодайбо и Иркутска.

У деревни Якурим и села Турука были установлены партизанские заставы.
У деревни Якурим неоднократно вспыхивали ожесточенные бои.

Самый тяжелый состоялся 12 декабря 1919 года
.

Ранним утром колчаковцы ворвались в деревню,
взяли в плен несколько партизан и жителей села,
которых расстреляли в Подымахино.
Но свой успех закрепить не сумели, были разбиты партизанами.

Восставшие крестьяне Марковской волости помогли партизанам,
преградив колчаковцам путь к отступлению.

В боях под Якуримом с обеих сторон погибло более 30 человек.
После упорного боя, продолжавшегося весь день. партизаны овладели селом.

Всего в боях за Усть-Кут погибло с обеих сторон не менее 70 человек.

С освобождением Усть-Кута в декабре 1919
повсеместно по Лене была восстановлена Советская власть.

Огромная территория Сибири, кстати, в два раза превосходящая Европейскую часть России, стала направленно заселяться в связи с общим процессом освоения нового края. При этом история заселения складывалась таким образом, что большая часть переселяющегося в Сибирь населения постепенно оседала сначала в южной части Тобольской губернии, далее - в Томской, затем - в южной части Енисейской и в Иркутской губернии, позднее - в Забайкальской области. Завоевание Сибири происходило непоследовательно в географическом отношении. К концу XVI в. была освоена Западная Сибирь. После этого открылись беспредельные просторы Восточной Сибири. С завоеванием Енисея целый поток завоевателей устремился на северо-восток Сибири. В результате уже в первой половине XVII в. были освоены бассейны рек Лены и Колымы. Дальнейшие действия русских были перенесены на Амур и далее. Одновременно с освоением северо-востока Сибири по другому маршруту группа первопроходцев начала осваивать Прибайкалье, чем было положено начало освоению бассейна озера Байкал. Сначала - западной его части, где были основаны в 1630 г - Илимский острог, в 1632 г. - Иркутское зимовье, в 1631 г - Братский и Усть-Кутский остроги, в 1654 г. - Балаганский острог и т.д., а затем - восточной, где были основаны Баргузинской острог в 1648 г., Читинский (вначале Ингодинское зимовье) - в 1653 г., Нерчинский - в 1655 г., Селенгинский - в 1665 г., Верхнеудинский - в 1666 г. В 1625-27 гг. атаманы В. Тюменц и М. Перфильев впервые побывали на территории Прибайкалья и сообщили в Москву, что земля эта "многолюдная, и богата соболями, бобрами и скотом" и "бухарских товаров, дорогов и киндяков и зенденей и шелков: много, а серебра де добре много, а коней и коров, и овец и верблюдов бесчисленно" (5). Очевидно, это обстоятельство послужило обнадеживающим фактором для дальнейшего продвижения русских в сторону Забайкалья, поскольку привлекало взоры правительства. Освоение Забайкалья началось несколько позже - в 40-х гг. XVII в. Впервые в Забайкалье русские появились в 1638 г. под руководством Михаила Перфильева.Примечательно, что Прибайкалье и Забайкалье, начиная с XVII в., заселяли русские как принудительно, так и вольно. Первыми русскими селениями здесь были зимовья, остроги, городки, города. Поступательное движение русских в Восточную Сибирь совершалось двумя путями: северным - через систему рек Енисея и Лены. По этим рекам двигались русские люди при заселении Восточной Сибири. В результате в 1619 г. был основан Енисейский острог, затем Красноярский. Енисейск на длительное время превратился в своеобразную столицу Восточной Сибири. Сюда стекалась вся "казна" из острогов, здесь сидел воевода, здесь хранились хлебные, военные запасы, отсюда посылали экспедиции "разведывать" Сибирь. Проникновение в Забайкалье шло и другим, но тоже северным путем - через Байкальский регион. Из Енисейска на Байкал отправляется отряд казаков под руководством Василия Колесникова, который, двигаясь по северо-восточному берегу Байкала, достиг р. Верхней Ангары и здесь в 1646 г. основал Верхнеангарский острог. Чуть позже него из Енисейска был отправлен отряд в 60 человек, возглавляемый Иваном Галкиным. С его именем связано основание в 1648 г. Баргузинского острога.Стараниями русских казаков, поселившихся в Баргузинском остроге в 17 в., были основаны новые остроги - Баунтовский, Иргенский, Еравнинский, Селенгинский, Верхнеудинский и др. Одновременно шло освоение Прибайкалья и Забайкалья и южным путем, где тоже основывались остроги.Первоначально русское население селилось в Забайкалье чересполосно с бурятами и эвенками. Были случаи, когда русские кочевали с бурятами и, наоборот, некоторые из них, перенимая русские обычаи, начинали жить оседло. То же самое наблюдалось и в результате контактов с эвенками. Важной особенностью освоения русскими новых территорий было сохранение территориальных и национальных владений и обычаев аборигенных народов. За ними сохранялись ранее использовавшиеся ими земли - зверовые и рыбные промыслы, пастбищные угодья.Кроме казаков и служилых людей, которые осваивали край, и, естественно, становились здесь первыми поселенцами, сюда прибыло много так называемых "вольных" людей. Их поток в Сибирь начинается сразу же после основания первых острогов. Причем добровольное переселение на новые земли в XVII в. всячески поощрялось, более того, правительство предписывало всем сибирским воеводам "пашенных и посадских людей призывать из Перми, с Вятки, из Солей". Во всех этих городах выдавались "отпускные памяти" на проезд в сибирские остроги, "где будет мочно христовым именем голова кормить" (14). Тот факт, что первые переселенцы в Сибирь оказались в подавляющем большинстве выходцами из поморских областей европейской части России, объясняется тем, что вплоть до второй половины XVI в. (пока в 1552 г. не было присоединено Казанское ханство), путь в Сибирь шел Северным путем - через Северную Двину и Печору. И это, безусловно, наложило известный отпечаток на характер последующего продвижения населения в Сибирь. В заселении Прибайкалья и Забайкалья, как и всей территории Сибири, выделялось два потока: легально-государственный и вольнонародный. Преобладал первый. Это были казаки, стрельцы, крестьяне, провинившиеся дворяне и боярские дети, раскольники и т.д. Ко второй же группе относились разного рода "охочие" и "гулящие" люди, безземельные крестьяне, беглые холопы, преступники, которые шли в Сибирь с намерением изменить свое имущественное положение.Постепенно правительство перестало посылать в Забайкалье жалованье. Денежное довольствие служилые стали получать за счет "соболиной казны". Что касается хлебного жалования, то, в связи с затруднением со снабжением хлебом, правительство предписывало воеводам вместо него выдавать служилым людям земли. Так в крае появилась категория русских, которые "служили с пашни". Такие служилые в дальнейшем образовали основное ядро земледельческого населения края. Таким образом, служилые люди стали получать свою пахоту. Вначале для этого раздавались земли в черте острогов, затем - рядом. В дальнейшем такая практика развития земледелия способствовала появлению здесь крестьян, русской деревни, в целом хозяйственному развитию края.В XVIII в. началась прокладка дорог между острогами, что способствовало заселению Байкальского региона. К середине XVIII в. был проложен знаменитый Московский тракт, вдоль которого ставились зимовья, деревни, почтовые станы и т.д. В начале XIX в. на других трактах Забайкалья также возник ряд сёл, заселённых, прежде всего, русскими государственными крестьянами. В частности, на тракте от Байкала до Кяхты было 24 таких поселения. К 60-м гг. было построено сравнительно много крупных крестьянских селений (сёл, слобод, деревень), куда в основном прибывали добровольные переселенцы.В 1799 г вышел указ "О заселении земель между Байкалом, рекою Верхнею Ангарою, Нерчинском и Кяхтою отставными солдатами, ссыльными и помещичьими крепостными людьми, отдаваемыми в зачёт рекрутов", по которому направлялись поселенцы в Забайкалье из центральных губерний (30). В частности, указом было предписано поселить в Забайкалье 10 тысяч душ с семьями и одиночек не старше 45 лет. Отставные солдаты именовались "государственными поселянами", а крепостные крестьяне и преступники - "ссыльными" (через 10 лет "прилежной" жизни их могли перевести в разряд государственных поселян). К сожалению, невозможно установить точную картину этого в отношении Забайкалья. Однако известно, что в 1801 г. сюда было направлено 2000 душ помещичьих крестьян, на место же прибыло 1654. Расселяли переселенцев обычно по торговым трактам - к Иркутску, Кяхте, к Нерчинским заводам, к Селенгинску. Среди переселенцев были не только русские, но и украинцы. Последние в 1805 г. основали сёла Николаевское, Александровское, Кадакта, Черемхово, Орто, Бонзой, Танга (в Прибайкалье и Забайкалье). Население этих сёл впоследствии называли "хохлами", "капканцами", "капкайцами", хотя они вписывались в Забайкалье русскими.Следует обратить внимание и на то, что в XVIII в. для населения Сибири в целом правительство широко использовало ссылку, которая в дальнейшем стала постоянным видом переселения русского населения из европейской России. Так, одними из подобных первых засельщиков края были ссыльные стрельцы. Одни из них подняли восстание в 1698 г. в Москве, другие - бунт за русскую старину в 1705 г. в Астрахани, третьи - восстание на Дону. В результате большое число стрельцов было наказано ссылкой. Они селились во всех острогах по бескрайним просторам Сибири, основывая целые селения. Были такие селения и вокруг Байкала.В первой половине XVIII в. правительством было издано несколько разных указов о ссылке в Сибирь. Так, в 1729 г. - о ссылке разных беглых и бродяг, в 1730 г. - о ссылке беглых за границу, в 1733 г. - о ссылке за подделку золотых и серебряных вещей, в 1737 г. - о ссылке помещиков, виновных в отдаче в рекруты чужих людей, в 1739 г. - о ссылке заводских мастеровых и рабочих людей за пьянство и азартные игры. Все эти репрессии представляли собой так называемую административную ссылку и не влекли за собой ограничение в правах. Позднее, при императрице Елизавете в 1753-1754 гг. появились указы о замене смертной казни ссылкой в Сибирь. В 1760 г. вышел указ, по которому крестьян ссылали "за предерзости". По этому указу помещикам было предоставлено право ссылать - в зачет рекрутов-крестьян не старше 45 лет, вместе с семьями, причем за отправляемых детей правительство уплачивало от 5 до 20 рублей за каждого (31).Во второй половине XVIII в. в Сибирь также отправлялось большое число религиозных раскольников. Особенно много их было поселено в Забайкалье, где они получили название семейских, так как отправлялись в Сибирь и жили здесь семьями. Это были представители старообрядчества, которых в то время немало имелось в России. Еще в XVII в. за свою фанатическую приверженность старой вере был сослан в Забайкалье один из лидеров раскольников - известный протопоп Аввакум. В следующем столетии подобная ссылка обрела массовый характер.Одной из групп русского населения, расселяемого по просторам Сибири, были сосланные в виде наказания крепостные крестьяне. Ими, сосланными, как говорилось, в "зачет рекрутов за предерзости" были образованы целые села - Верхне-Талецкое, Ононоборское, Торейское, Нарынское. Хандага, Тайское и др. - в Верхнеудинском округе; Александровское, Ундинское, Верхне-Читинское, Бальзанино, Тыргытуй, Аргалей и др. - в Читинском. В целом вопрос о существовании крепостничества в Забайкалье является спорным. Бесспорно одно - черты крепостнических порядков можно было наблюдать здесь в монастырских вотчинах. А в Прибайкалье и Забайкалье таковые были. В частности, землевладельцем по существу феодального типа являлся Троицко-Селенгинский монастырь, основанный в 1681 году. Уже к 30-м годам XVIII в. он имел 1500 десятин земли. Ему принадлежали огромные земли по берегу Байкала, в низовьях Селенги, ее притоков, по р. Хилок и др. В зависимость от монастыря обычно попадала обездоленная часть переселенцев, становясь монастырскими, т.е. зависимыми крестьянами. В 1723 г. монастырю принадлежало 5 деревень, населенными подобными крестьянами - Темлюй, Буй, Куналей, Елань, Хилоцкая слобода, с общим числом 84 двора (32). Кроме этого, в Забайкалье действовали Посольский Преображенский и Нерчинский Успенский монастыри. По величине они уступали Троицкому, но по характеру были такими же.Что касается частных лиц, то в Забайкалье и Прибайкалье было несколько семей, владевших крепостными. В частности, в Селенгинском уезде три поколения Фирсовых владели деревней, населенной дворовыми людьми. У иркутского сына боярского М.Я. Бейтона была 21 семья (64 ревизских души). Владела заимкой в Кударинской волости вдова кяхтинского таможенного комиссара Дарья Игумнова и т.д. (33).Таким образом, в хозяйственном освоении края русское крестьянство сыграло решающую роль. Благодаря этому в крае появились такие крупные села, как Бичура, Мухоршибирь, Тарбагатай, Никольское, Урлук, которые сохраняли своё значение и в дальнейшем. Немало русских переселенцев селилось на территориях монастырей и в XIX в. В это время в Забайкалье было несколько монастырей: Троицкосавский, Селенгинский, Чикойский, Нерчинский. Каждый монастырь имел по несколько селений, население которых работало на монастырских землях. На монастырских землях селилось также много ссыльных. Вокруг монастырей и создавались русские поселения, составляющие приходы (Посольский, Троицкий, Кударинский, Куядский и др.). Помимо этого в Забайкалье были так называемые миссионерские станы, 6 соборов, 112 приходских церквей. В 1866 г. число священнослужителей с семьями составляло в крае 1100 человек (37).

Источник: http://www.ebiblioteka.ru/sources/article.jsp?id=7052564

osokina-galina написал:

[q]
В 1919 году село Усть-Кут являлось одним из центров ожесточенной борьбы партизан с колчаковцами.
Три раза начинали партизаны бои за Усть-Кут.

Взятие его имело для них большое значение: в Усть-Куте находились многочисленные купеческие склады
с продовольствием, боеприпасами, одеждой.
Через Усть-Кут проходила единственная дорога на Север,
телеграфная линия соединяла районы Севера с Иркутском.
[/q]

Первой операцией отряда Слюсарева было освобождение деревни Каймоново.
12 октября 22 человека пытались захватить пароход "Граф Игнатьев",
обстреляли его, причём стреляли несколько винтовок и деревянная трещотка вместо пулемета.
Пароход, не поднимая якоря, дал задний ход и; отошел вниз по Лене.

Вскоре крепкие морозы сковали реку Лену,
пароходы стали, белогвардейцы потеряли возможность передвижения войск и партизаны начали освобождение приленского края от колчаковского правления. Весной 1919 года на Урале Красная армия погнала Колчака,
14 ноября Омск стал советским,
5 января 1920 рабочие дружины овладели Иркутском —
теперь верховному правителю уже было не до наведения порядка в тылу.
13 ноября 1919 года партизанский отряд Д.Е. Зверева освободил Усть-Кут.
11 декабря рабочие пристани Жигалово обезоружили местный гарнизон и милицию.
15 декабря окончилась власть Областного совета в Якутске,
через два дня вспыхнуло восстание в Киренске п
од руководством А.М. Алексеева и И.Г. Никольского,
в тот же день колчаковская власть была ликвидирована и в Бодайбо.

Таким образом, к концу 1919 года верхняя и средняя Лена была советской,
правда, эти места наводняли всевозможные
сукинцы, каппелевцы, копейкинцы и другие — была даже атаманша Черепанова.

ссылка на фото
пароход "Граф Игнатьев",
http://baikal-info.ru/sites/de...k=sSWHTXX-

https://www.yakutskhistory.net...-торговли/
В 1838 г. в городе были следующие ремесленники:

портные — крестьянин Кудинской волости Иркутской губернии
Иов Ковальков, поселенец Верхоленской волости Павел Непомнящий,
поселенцы Илгинской волости Иркутской губернии Мартынов, Андрей Филиппов,

Подкаменной волости Семён Богданов и амгинский крестьянин Афанасий Григорьев;
чеботари (сапожники): киренский мещанин Ал. Трескинов
и поселенец Амгинской слободы Яков Хохлов;
столяр — амгинский крестьянин Егор Муксунов.

В 1841 г. мы уже видим ремесленников из якутов, например:
столяром по г. Якутску, кроме Егора Муксунова,
значился якут Кангаласского улуса, Хоринского наслега Роман Борисов;

плотниками были якуты Борогонского улуса Устин Явловский, Иван и Пётр Охлопковы;
медяками (медниками. — Ред.) — якуты Кангаласского улуса Ефим Сизоев, Архип Шарин, Мегинского улуса — Егор Матвеев и Кангаласского улуса — Афанасий Андреев;
кузнецами — якуты Кангаласского улуса Илья Корякин, Намского улуса Ал. Коменской,
Борогонского улуса — Ник. Фёдоров и поселенец Ларион Мелких;
слесарем и кузнецом значился отставной солдат Иван Решетников.

https://www.yakutskhistory.net...-торговли/
С 1762 г. проследил опыты хлебопашества близ Якутска сибирский дворянин Иван Старостин,
и с тех пор земледелием стали заниматься систематически.

Адольф Эрман видел в 1829 г. посевы озимой и яровой ржи
около Якутска с урожаем в среднем сам-пятнадцать, даже и сам-сорок.

С 30-х гг. XIX столетия стали интенсивно
развиваться земледелие и огородничество жителей Якутска.
Особенно заметными были опыты якутских купцов и мещан.
Из них выделялся купец Василий Яковлевич Шилов,
который удачно занимался земледелием и огородничеством непрерывно с 1834 по 1849 гг.

Кроме Шилова, в конце 30-х гг. XIX столетия сельским хозяйством занимались чиновники:
Григорий Валь, Кир Егоров, Егор Егоров, Конон Корякин; купцы: Петр Леонтьев и Григорий Колесов.

В 40-х гг. — Григорий Валь, Семён Валь, Кир Егоров, Николай Чокуров, Константин Балакшин,
Фёдор Поротов, Алексей Новгородов, Пётр Леонтьев, Наталья Колесова, Константин Корякин,
Фёдор Колесов, Иван Расторгуев, Иосиф Местников, Зосим Бродников,
поселенец Яков Хохлов, Игнатий Расторгуев, Сергей Москвин, Иван Старостин.

В 50-х гг. — Пётр Леонтьев, Василий Шилов, Иосиф Москвин, Михаил Капустин, Иван Данилов,
Яков Апуловский, Ст. Габышев, Фёдор Трифонов, Конон Тирский,
Василий Кривошапкин и Фёдор Конюхов.

PDF
Прибайкалье в истории России - Региональный центр научных ...
history.isea.ru/dl.ashx?id=202
Список политических ссыльных,
отбывавших ссылку в Усть-Куте в начале ХХ в.

Астафьев Мирон Федорович — русский, сын батрака, фаб-
ричный рабочий. Родился 1886 г. в Елизаветине Пензенской
губернии; окончил начальную школу. В 1914–1915 гг. работал
грузчиком на солеваренном заводе в Усть-Куте.
Арестов Владимир Михайлович — русский, сын земледе-
льца, продавец; родился в 1888 г. в Семачевке; образование низ-
шее. В 1911 г. водворен на поселение в Усть-Кутскую волость.
Бабин Кирилл Тимофеевич — русский, сын земледельца, кон-
торщик. Родился 11 мая 1889 г. в Омске; окончил горное пяти-
классное училище. Водворен на поселение в Усть-Кут в 1912 г.
Бартковский Израиль Ильяшевич — еврей, сын рабочего,
слесарь; родился в 1889 г. в Пржедборже; окончил 6 кл. ремес-
ленного училища. В 1912 г. водворен на поселение в Усть-Кутс-
кую волость, откуда в 1913 г. бежал за границу.
Битнер-Эльбаум Анатолий Васильевич — поляк, студент
Политехнического института; родился в 1884 г. в Варшаве; об-
разование высшее; осужден 8 ноября 1911 г., до 1913 г. отбывал
поселение в Усть-Куте. Бежал в 1913 г. в Польшу.
Воробьев Леонид Петрович — русский, сын купца, учащий-
ся; родился в 1875 г. в Гельсингфорсе; учился в гимназии; в
1912 г. был водворен на поселение в Усть-Кут.
Горбачик Дмитрий Сидорович — русский, сын земледельца,
земледелец; родился в 1878 г. в д. Стережевщины. На поселение
водворен в 1916 г. в Усть-Кут. Работал на заводе.
Григорьев Сергей Александрович — русский, сын земледель-
ца, учащийся; родился 21 сентября 1888 г. в с. Истобное; учился
в горном училище и фельдшерской школе. С 1912 по 1914 гг.
был водворен на поселение. Работал чернорабочим по исследо-
ванию бассейна р. Лены, затем чертежником и техником.
Гутидзе Алексей Георгиевич — грузин, сын земледельца,
конторщик; родился в 1883 г. в с. Дварцхама; окончил краткос-
рочные бухгалтерские курсы. С 1910 г. жил в Усть-Куте.
Жарников Афанасий Полмикарпович — украинец, сын са-
пожника; родился в 1878 г. в Киеве; образование домашнее.
В В
1910 г. был водворен на поселение в Усть-Кут.
Иванов-Рогозин Яков Сергеевич — русский, сын сторожа, сле-
сарь; родился 17 октября 1885 г. в Симферополе; окончил церков-
но-приходскую школу. На поселение водворен в 1912 г. Работал
батраком, сторожем, грузчиком на солеварнях и кочегаром.
Катаев Матвей Александрович — русский, сын служащего.
Родился 14 июля 1889 г. в Омске, окончил 3 кл. художествен-
ной школы. С 1911 г. в Марковской волости, работал рабочим по
исследованию рек Ленского бассейна; с 1913–1914 гг. работал в
Усть-Куте на заводе.
Комаров Михаил Васильевич — русский, сын земледельца,
слесарь; Родился 18 октября 1882 г. в д. Щукино. Состоял на во-
енной службе в Петербурге, в 1912 г. был водворен на поселение
в Усть-Кут.
Конецкий Степан Францевич — поляк, сын рабочего, ткач;
родился 2 ноября 1885 г. в д. Соболеве; не окончил начальной
школы. С 1914 г. по 1915 г. водворен на поселение в Усть-Кут.
Концкий Евгений Викентьевич — поляк, сын огородника,
слесарь. Родился 15 ноября 1888 г. в Ловиче. В 1912 г. отбывал
ссылку в Усть-Куте.
Конюховский Евсей Маркович — еврей, сын портного; ро-
дился 3 июня 1883 г. в Харькове; учился в еврейской школе. На
поселении с 1912 г. Работал грузчиком.
Куляк Казимир Викентьевич — поляк, сын рабочего. Родил-
ся в 1885 г. в д. Важин; учился 2 года в приходской школе. С
1908 г. на поселении.
Линде Иоганн Иоганнович — немец, сын слесаря; родился
6 июня 1888 г. в Гольдингене. На поселение водворен в 1911 г. в
Усть-Кут, откуда в мае 1913 г. бежал Швейцарию.
Ляскало Георгий Федорович — украинец, сын сапожника,
столяр; родился в 1887 г. в Полтаве; окончил горное ремеслен-
ное училище. С 1911 по 1914 гг. на поселении.
Масич Николай Романович — украинец, сын служащего.
Родился 6 декабря 1885 г. в Лубнах; закончил гимназию. На по-
селение водворен в 1911 г.
Мелков-Кочурихин Николай Иванович — русский, сын слу-
жащего. Родился 11 ноября 1867 г. в Угличе. Закончил 7 клас-
сов гимназии. На поселение водворен в 1912 г. В 1915 г. бежал
в Америку.
Мирный Николай Семенович — украинец, сын батрака, кон-
торщик; родился в 1886 г. в м. Соколки; образование домашнее.
В 1911–1913 гг. работал на заводе в Усть-Куте.
Митин Михаил Андреевич — русский, сын служащего; ро-
дился в 1878 г. в Ставрополе; самоучка. Наказание отбывал с
1911 г. Работал у крестьян по найму, на пароходах на р. Лена и
на Усть-Кутском солеваренном заводе.
Олдфильд Давид Исаакович — еврей, сын бухгалтера, кон-
торщик; родился 11 октября 1885 г. в Бобринце, окончил гор-
ное училище. С 1909 г. отбывал наказание в Усть-Куте, в 1911 г.
бежал за границу.
Олтаржевский Вацлав Францевич — поляк, сын чернорабо-
чего, сапожник; родился в 1887 г. в с. Туловиче. С 1914 г. вод-
ворен на поселение, служил рабочим на пассажирской барже,
работал в Усть-Куте.
Павлов Василий Никитич — русский, сын рабочего, ра-
бочий; родился в 1877 г. в с. Мерелеве; образование низшее. В
1916 г. водворен на поселение.
Плакан Август-Николай Янович — латыш, сын каменщика,
сапожник; родился в 1880 г. в Венденске. С 1913 г. жил на по-
селении.
Поршнев Михаил Николаевич — русский, сын чиновника,
токарь по металлу; родился 7 декабря 1884 г, в с. Березник;
окончил ремесленное училище. С 1914 г. в Усть-Куте, работал
на солеваренном заводе.
Сутягин Козьма Павлович — русский, сын земледельца, жи-
вописец; родился в 1886 г. в с. Черкасском; образование низшее.
С 1909 г. на поселении.
Стрижаков Дмитрий Епифанович — русский, сын служаще-
го, учащийся; родился в д. Чевниц; окончил горное училище. С
1912 г. служил на пароходах и работал у крестьян в Усть-Куте.
Тепляков-Зверев Ефим (Михаил) Никанорович (Ивано-
вич) — русский, сын рабочего; родился 25 марта 1882 г. в
с. Холуй. С 1910 г. отбывал наказание в Усть-Куте, работал
грузчиком.
Яковлев Василий Семенович — русский, сын чернорабочего,
практик фармацевт, родился 25 января 1882 г. в Выксе; с 1912 г.
водворен на поселение в Усть-Кут, откуда осенью 1913 г. бежал,
а 1914 г. был водворен на место приписки.

Всего за период начала ХХ в. в Усть-Куте отбывало ссылку
34 человека, имевших статус ссыльнопоселенцев по политичес-
ким мотивам.

http://www.penpolit.ru/papers/detail2.php?ELEMENT_ID=1166
В начале XVII в. продолжалась ссылка и в Илимское воеводство.
В этот период среди ссыльных «в пашню» стали преобладать люди,
далекие от крестьянского труда.
Придя на место наказания, они вскоре подавались в бега,
какую-то часть из них возвращали, однако бóльшая часть беглецов
стала пополнять ряды бродяг и преступников.

Например, из 17 человек, поступивших в 1702 г. из Енисейска и Красноярска, по дороге бежало шестеро.
В числе беглецов один был «роздьяконом»,
а двое – «Кузнецкой слободы тяглеца Карпова жена Савостьянова Домна с сыном».

Среди достигших Илимска, находилось четыре крестьянина, пять стрельцов, двое крепостных, один красноярский пеший казак, один «роздьякон» из Тулы, один подьячий и один тяглец».
Всего в 1700–1702 гг. в Илимск было направлено 69 ссыльных, из них 50 пришли к месту назначения, а 19 бежали. В последующие годы бежало из этой партии еще 10 человек.

Более или менее прочно устроилось, став пашенными крестьянами, лишь семь ссыльных. [Шерстобоев В.Н. Илимская пашня: В 2 т. Т. 1: Пашня Илимского воеводства XVII и начала XVIII века. Иркутск, 2001. С. 513]

В 1720–1730-е годы доля крестьян в партиях ссыльных,
поступавших в Илимское воеводство, продолжала уменьшаться. Так, в 1729 г. из Тобольска в Илимск «во крестьяне» был прислан 71 человек.
Среди них оказалось: 39 солдат, 8 крепостных, 8 монастырских крестьян,
9 государственных крестьян, ученик рабочего полотняной фабрики,
посадский и «церковник».
Таким образом, почти 55% ссыльных этого года являлись бывшими солдатами, 35% – были из крестьян и 10% – из прочих сословий. Можно предположить также, что из общего числа ссыльных на пашню лишь каждый третий прижился на новом месте, остальные 2/3 самовольно отправились искать лучшей доли в иные места. [Шерстобоев В.Н. Указ. соч. Т. 2: Илимский край во II–Ivxtndthnz[ XVIII века.
Иркутск, 2001. С. 621.].

Наряду с высланными «за предерзостное поведение», в ссылку все больше отправлялось уголовных преступников, среди которых немало было и особо опасных.
По данным В.Н. Шерстобоева, из 71 ссыльного, прибывшего в Илимск в партии 1729 г.,
16 были наказаны за разбой (22,5%), 11 – пошли в Сибирь за кражу (15,5%),
еще 11 – за поджоги, ложные доносы, фальшивые паспорта и подделку денег и лишь 25 человек –
сосланы за побеги. В партии 1732 года по «разбойному делу» высылались 58 человек – 30,5%.

Все они перед отправкой были подвергнуты жестокому телесному наказанию:
у 34 человек вырезаны ноздри, у одного отрезаны уши, 20 биты кнутом,
16 – «наказаны», но как – неизвестно». [Там же. С. 621.].

Судьба колодников 1730-х гг. заметно отличалась от положения ссыльных конца XVII-го века.
Бóльшая их часть не получала пашни, а отдавалась зажиточным крестьянам в работники.
Так, в партии ссыльных, прибывшей в Илимск в 1732 г., было
190 ссыльных мужчин, 16 женщин с 9 детьми, а также 6 вольных жен.
Все они без исключения были разосланы по волостям и отданы крестьянам в работу.
В это время случаи перехода ссыльных в разряд служилых людей встречаются гораздо реже,
записаться на государеву службу стало труднее.
Однако отмечались и исключения из этого правила.

Так, бывший стрелец Петр Щегорин, благодаря своим организаторским способностям, умению читать и грамотно писать, сделал в ссылке «головокружительную карьеру», быстро выдвинулся в первые ряды илимских служилых людей. В 1707 г. он ведал одной из крупных и важных волостей – Киренской,
затем до 1720 г. был приказчиком ряда других острогов и слобод, добился присвоения ему звания сына боярского и в 1721 г. илимскими служилыми людьми выбран на должность камерира для руководства всеми налоговыми сборами в Илимском воеводстве, а в 1722 г. назначен Иркутским надворным судьей.

Дело дошло до того, что воевода адресовал письма к этому бывшему ссыльному не иначе, как:
«благородному господину камериру Петру Ефимовичу» [Там же. С. 623].

Ссыльные Илимского воеводства привлекались к созданию материальной базы Камчатских экспедиций: пригодных к работе, направляли на строительство судов и на сплав по их Лене.

Число ссыльных было весьма значительным: в 1733 г. из Енисейска в Илимск для подготовительных работ было принято 95 ссыльных, в июле 1735 г. прибыло еще 44 человека.

В январе 1735 г. лейтенант Ендогуров для работы на дощаниках
отобрал 131 ссыльного, а 148 признал негодными «за старостью»
и велел отпустить их «жить в тех местах, у кого пожелают».

Всего в 1735 г. на «судовую походную работу» было отправлено 615 человек всех чинов,
в том числе 240 ссыльных (37,5%).
Помимо этого, ссыльные привлекались к заготовкам леса и постройке судов [Там же. С. 392, 402.].

С середины XVIII века отправка ссыльных в Илимское воеводство резко сократилась.
При проведении в 1745 г. ревизии в городе было учтено 37 ссыльных,
а в воеводстве – еще 340.

Из них 55 человек обзавелись семьями, 21 ссыльный был зачислен в посадские люди,
остальные батрачили или нищенствовали.
В этот период в Яндинском остроге проживало 6, в Орленской слободе 4, в Киренском остроге 2
(«стары и древни»), в Чечуйском 5 «и оныя в работу не весьма надежны», в Карапчанском погосте – 3,
в Братском остроге оставалось 4, в Барлуцкой слободе – 11 ссыльных.

Все годные к работе ссыльные в это время были положены в подушный оклад
и считались разночинцами или просто жителями.
Далее, в течение десяти лет о ссыльных в делах воеводской канцелярии почти не упоминается.
[Там же. С. 625. ].
Ссылка этого периода носила также характер опалы: в Сибирь, в том числе и в Прибайкалье,
отправлялись политические противники власти, участники заговоров и дворцовых интриг,
а также «радетели за истинную веру».

История моего Региона