Осень она не спросит...

МЫ - СТОРОНЫ СВЕТА....

Бывают моменты в жизни, когда люди должны держать, и моменты, когда они должны отпускать. Воздушные шары предназначены для обучения маленьких детей пониманию разницы

Терри Пратчет


Мы - стороны света, спиной можно лишь к одной, тогда остальные все различимы лица, а сердце качает кровь и даёт тепло - проверенный механизм, заведённый биться... Моё всё - со мной, а всё остальное - на... Не жалко...как будто птицам бросают хлеба, возможно, всё это кто-то решит за нас, когда на душе не будет живого неба...
Бывают пути, когда можно лишь назад, но мне не всегда везёт отойти от края,
мы - реки, в которые дважды войти нельзя,
мы - руки, которые держат и отпускают...

Алена Давыдова

КОФЕ. И КНИГИ. И КОФЕ...

и просто сегодня чуть тише, чем раньше. а завтра - в обратный петляющий путь. пустыми дворами, незлой, но уставшей, с одной только мыслью: "пароль не забудь"… не думай о том, что уже пережито, о том, что еще предстоит пережить: мосты развели, зазеркалье разбито… осталось две радости: кофе и быть. а город, как раньше, небрежно наряден, и, в общем, ему на тебя наплевать… а ветер над невской сереющей гладью – вот всё, что волнует ту самую гладь… прости мне, что чувства, как рифмы, нескладны... хоть вряд ли мне твой диалект надоест, но я отличаю подъезд от парадной… я видела даже парадный подъезд… а нужно среди однотипных кофеен найти это место. смотреть на луну. решить, что мир, в общем, недурно затеян. вернуться в себя и уйти в тишину. ни с кем не встречаясь блуждающим взглядом, допьяну горячего кофе напиться. потом повторить. бросить «сдачи не надо». найти смысл жизни. сегодня – в корице.


Наталья Овчинникова

она пишет неслышно историю мира глазами,
обмакнув карандашный графит то в мечту, то в слезу,
и дыханье свое уровняв в вертикаль с парусами,
каждым вдохом влюбляется в жизнь, как природа в весну.

она в детстве играла песком, затем выбрала время,
и, жонглируя колбой часов, пересилила страх,
словно звезды, седлая коней и их вечное стремя,
как комета Галлея, проносится ночью во снах...

Я пишу, писала и буду писать о любви. О любви во всех ее возможных вариациях,

начиная от моментов, когда внутри так больно, что просто сводит душу,

и до мгновений, когда сердце переполнено незримой легкостью и теплом.

Поэтому просто сделайте глубокий выдох, забудьте обо всех будничных заботах

и позвольте строкам проникнуть вам под кожу, позвольте себе чувствовать...

Элинушка

Хочешь моря и вкус апельсина к зеленому чаю

Хочешь моря и вкус апельсина к зеленому чаю

Там, где поле ромашек, как пена, крадется к ногам,

Чтобы шепот волны, а над ним кавалькада из чаек,

С поцелуем соленого ветра к застывшим губам.


Пусть осколком тепла или эхом в белесой ракушке,

Когда грустно и парус похож на остатки тряпья,

Чтобы ветер монистом играл, как цветной погремушкой,

Ну а ты Афродитой из пены рождала себя.

Элинушка

Цена мгновения.

Лист падал. Он падал медленно и плавно, кружась, задерживаясь в воздухе и как будто танцуя. Тем не менее, он неумолимо приближался к земле, которая когда-то дала ему жизнь, а теперь забирала ее обратно.
Лист был разноцветный, но какой-то грустный, уже не зеленый. Создавалось впечатление, что он уже впитал в себя все цвета жизни и теперь потихоньку терял их. Это было довольно странное явление, ведь яркие краски обычно говорят о жизни, радости и желание идти вперед, а здесь все было наоборот. Яркие цвета предвещали конец: скорый и необратимый.
Листу осталось совсем чуть-чуть, несколько сантиметров до земли, луж и серого асфальта, но вдруг порыв ветра подхватил лист и поднял его над крышами домов. Лист увидел мир таким, каким не видел его никогда: огромным, ярким и очень разным.
Лист понял, что, находясь на дереве, он видел мир только с определенной точки и под определенным углом, который не позволял увидеть даже миллионную часть этого огромного целого.
Лист простил, он простил ветер, который оторвал его от родного дерева, он простил дерево, которое позволило своему ребенку уйти, он простил людей, которые потом затопчут его.
Лист понял, что его полет над крышами – это дар, дар видеть целый мир, цены которому нет.
Лист был счастлив несколько мгновений, которые стоили целой жизни.



Эту миниатюру я прочитала у Владимира (Luganskiy) и не смогла пройти мимо.

Автора этой миниатюры мы, к сожалению, не знаем.

У О.ГЕНРИ есть рассказ «Последний лист» - советуем прочитать его.