Село Ивановское Макарьевского уезда

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Кордон "ЛЮБОМИРОВСКИЙ".

Местность, где в настоящее время располагается кордон Любомировский, а это правый берег речки Нюжмы, освоено нашими предками с давних времен.
Первое упоминание о мельницах "Прядилиха" и "Фарафониха", расположенных на реке Нюжме в районе современного кордона Любомировский, мной найдено на 1781 год. Как указано в рапорте Макарьевского городничего Филонова: в июне этого года пришли разбойники на мельницы "Прядилиху" и "Фарафониху" (в 25 верстах от города), где они взяли по несколько фунтов хлеба, соли, муки и 2 кафтана. (В настоящее время пруд Фарафониха расположен ниже по течению Нюжмы от кордона Любомировский.)

В "Экономическом примечании Макарьевского уезда" (на 1782 год) указывалось, что в Бортном Елизаровском ухожье на обоих берегах Нюжмы имелись земли, принадлежащие княгине Анне Николаевне Долгоруковой и Никите Акинфиевичу Демидову, и на Нюжме имелись две мукомольные мельницы о двух поставах (жернова) - "Прадилиха" и "Фарафониха".
На 1874 год участок земли с частной мельницей "Прядилиха", принадлежит вдове, полковнице Елизавете Александровне Зыбиной и ее дочери.
На 1880-е годы хозяином здешних земель по берегу Нюжмы, в том числе и мельницы, является С.Л.Афоньшин.
А летом 1891 года у него, "в 13-й части дачи Елизаровского Бортного ухожья Макарьевского уезда Ивановской волости", прикупил землю с мельницей мещанин Любомиров Кузьма Васильевич, выходец из Варнавинского уезда Костромской губернии. Любомиров обустроил на берегу Нюжмы, недалеко от мельницы "Прядилиха" жилое помещение, где у него проживали рабочие с этой мельницы.
Любомиров Кузьма Васильевич упоминается на 1906 год как землевладелец Заволжской части Макарьевского уезда, имеющий 401,5 десятин земли.

А первое официальное упоминание данного кордона, с его настоящим названием, отражено в сборнике "Населенные места Нижегородской губернии на 1916 год", где указано, что на хуторе частновладельческом Любомирова (Н.А.) проживает 5 человек. (Так и закрепилось это название за хутором.) Находился хутор в 10 верстах от села Ивановское.
В последующем хутор и мельница перешли некоему Кочетову, а 26 мая 1922 года мельница "Прядилиха" отдана в аренду жителю деревни Чёрная Маза Ивану Федоровичу Долгинину.

Как вспоминали местные старожилы, мельница на Любомировском хуторе, название ее - "Прядилиха" уже не упоминается, продолжала работать вплоть до 1950-х годов, когда мукомольное производство организовано было внедрено в райцентре. Пекарня по выпечки хлеба по Ивановскому сельсовету располагалась с селе Ивановском и входила с структуру Ивановского сельпо (до присоединения Ивановского сельсовета к Борскому району).(Находилась пекарня в здании расположенном в начале улицы т.н. "Выселка", в 1970-1980-х годах в этом здании находилась почта, когда почта переехала в бывший дом Сидорова, расположенного в т.н. центре села, бывшее здание почты пришло в упадок и вскоре разрушилось.)

Сам же хутор являлся лесоохранным кордоном Затонского лесхоза Работкинского района (к этому времени, в ходе административно-территориальных преобразований, данная местность вошла в состав Работкинского района). И заметной роли в производственной деятельности лесхоза и района не играл.

Становление кордона как такового и включение его в хозяйственную деятельность, когда он стал известен в определенных кругах, проявилось в 1970-х годах, когда здешние территории вошли в состав Борского района и с образованием в здешних местах Затонского опытно-показательного лесхоза. В 1978-79 годах на реке Нюжма Затонского лесничества этого лесхоза была возведена дамба-плотина, и выше по течению был образован пруд Любомировский. На берегу этого пруда был построен типовой панельный дом - лесо/охот охранный кордона Любомировский, каменные гаражи и другие хозяйственные постройки. Работал здесь егерем Прохоров Михаил. В структуру Затонского опытно-показательного лесхоза входил и Ивановский государственный биологический (охотничий) заказник.
В 1977 году недалеко от кордона, выше по течению Нюжмы, в урочище "Дубки", были построены жилые и производственные помещения для полувольного содержания и разведения нутрий, под надзором молодых охотоведов В.В.Зыкова, В.В.Малямина и егеря И.А.Баннова.

А фишка кордона Любомировский на начало 1980-х годов заключалась в том, что в 1983 году в лесхозе, на территории в районе кордона была организована лосиная ферма по одомашниванию лосей с целью научных исследований в этой отрасли. После отела лосих доили и молоко шло на приготовление лечебных препаратов. Первое время на лосеферме содержалось 30 лосей и 3 пятнистых оленя. Территория обитания этих животных была огорожена жердевой изгородью с попыткой обеспечения "электропастухом" с напряжением 5 тысяч вольт, но от этой идеи отказались. Во время гона лоси выбегали из этих ограждений, и жители близлежащих селений неоднократно видели лосей с колокольчиками на шеях в окрестных лесах. На лосеферме работали и некоторые местный жители, из Ивановского, Вязилки, Тугарина. Курировал эту деятельность секретарь Горьковского обкома КПСС Дмитрий Дмитриевич Грязнов.
Но что то в этой деятельности пошло не так, и лосеферма в середине 1980-х годах прекратила свою деятельность. И в 1990-е годы здесь оставался только один кордон, где еще продолжал проживать егерь.

Кордон Любомировский имеет статус населенного пункта и по настоящее время входит в список населенных пунктов в избирательных компаниях наряду с селениями бывшего Ивановского сельсовета. Сейчас уже Ямновского ТО г.о.г.Бор.

В начале 2000-х, некоторое время, кордон являлся охотничьей базой охотничьего общества ОблГАИ ГУВД Нижегородской области (Ивановский заказник в 1994 году прекратил существование).
В настоящее время кордон Любомировский так же является базой одного из охотничьих обществ.

Остались воспоминания современников событий в селе Ивановское имевших место в 1930-х годах о которых я пишу ниже. Воспоминания эти, членов партии ВКП/б/, соответственно и риторика их в стиле тех лет.

"Непосредственно в Ивановском кусте период коллективизации прошел без каких либо серьезных инциндентов, требующих вмешательства и репрессирования ярых противников организации колхозов.
Возможно, да так и было, что кое-кто и подливал масла в огонь, создавая нервозность возбуждения до пределов мужичков, но это не выливалось за рамки дозволенного, и как следствие, первоначальный период коллективизации, а потом и сплошная коллективизация прошли в основном спокойно.
И только впоследствии, когда экономика колхоза в селе Ивановском резко пошатнулась в сторону ухудшения создавшейся обстановкой, не упустили случая воспользоваться противники не только колхозного движения, но и Советской власти.

В Ивановском была организована группа молодых ребят, в основном из числа зажиточных крестьян, перед которыми ставилась задача терроризировать местное население.
В состав группы входили: Ефремов/Волков/ Н.Я., Беляков/Хохлов/ В.С., Ефремов/Волков/ Н.Я.(2-й), Коширин/Мишонкин/ Х.А., Карташов И.М., Фомичев/Солнцев/ И.П.
Эти "ивановские мальчики" под руководством священника Ивановского прихода, называвшего себя "советский поп", двух метрового верзилы отца Леонида, церковного старосты Леванова Василия Ивановича, и примкнувшего к ним Солдатова П.И., организовали в Ивановском повальные поджоги, которые следовали один за другим с интервалом 2-3 дня, и возникали около одного-двух часов ночи.
Горели холодные постройки, амбары с хлебом и поседевшими окованными сундуками с нехитрыми праздничными нарядами крестьянства, овины, сараи и жилые дома.
Поджигались в основном хозяйства активных колхозников, но не оставались в стороне и крестьяне, оказавшиеся в колхозе в итоге сплошной коллективизации. Но так же и те, кто вообще был не связан с колхозом.
На возникшие пожары, особенно жилых домов, эти "мальчики" прибегали первыми и принимали сверх активное участие в спасении имущества и тушение горящих объектов.
В итоге систематических, строго продуманных и спланированных пожаров, среди граждан села создалась обстановка сверх напряженная, никто не знал, что будет завтра, кто будет гореть в следующую ночь, не были спокойны и те, кто уже испытал горечь пожара, часть их поджигалась вторично.
Такая террористическая форма, или способ воздействия на моральное и психологическое состояние населения, оказалась удачным и эффективным. И в результате этого, такое солидное село, как Ивановское, оказалось в руках небольшой кучки отъявленных отщепенцев-выродков рода человеческого, пропитанных ненавистью и злобой к Советской власти, до безумия ненавидящих ее и готовых ради этого идти на любые злодеяния, не брезгуя никакими подлостями, пренебрегая тем, что онив основном, вредят своим землякам,односельчанам, часто связанных родственными узами с тем, кого поджигают.

ПОЖАР - это такое слово, которого боялись в далекие от нас времена, боятся и сегодня, памятуя одну из старинных пословиц: (Пожар хуже воровства.) Вор оставит стены, пожар - ничего".
Как следствие, некоторая часть людей со слабыми нервами, слабовольных, опустили руки, в них зародилась беспомощность, даже презрение к жизни, им казалось, что они бессильны что бы пересилить свалившиеся на их плечи жизненные невзгоды.
Такая безнадежность до предела создавала упадочное настроение, люди оказывались неспособными трудиться не только на общественных работах, но даже в своем хозяйстве.

С целью сохранить, вернее предупредить свой дом от очередного пожара, решив, что пусть горят подсобные хозяйственные постройки, но сохранить дом,двор и скот, большинство владельцев домов, вооруженные топорами, основную часть глубокой ночи проводили на сеновалах, на дворе. Сторожили двор, в частности ту сторону двора, которая могла быть подожжена без особого риска быть обнаруженными.
Сторожили, но безуспешно, пожары продолжались. Как выяснилось позже, поджог делался с на одни-двое суток вперед, тогда, когда у кого-то бушевал пожар, когда хозяева домов считали, что раз уже горит, еще одного поджога не будет. А их поджигали.
Неуязвимость "мальчиков", занятых поджогами, спасал продуманный ими своеобразный, более спокойный и незаметный способ поджога, который заключался в следующем: (способ поджога описывать не буду, много нынче развелось так сказать террористов).
... замедленное горение не вызывающее подозрения продолжалось до полутора-двух суток и активизировалось последние 8-10 часов, .... вспыхивало пламя, которое быстро охватывало строение.

Впоследствии, когда "мальчики" были обезврежены, Карташов/"Глаголь"/ Иван Павлович ремонтируя свой дом со стороны огорода обнаружил устройство для поджига, оно почему то не сработало, погасло.

В общей сложности "мальчики" орудовали на Ивановской земле около года, причем в первоначальный период квалифицировались на поджогах лесных массивов, делянок с оставшейся древесиной заготовленной колхозниками для собственных нужд, дровами и строительной древесиной. Хулиганили на Ивановских улицах и огородах, и около трех последних месяцев активно включились в организацию поджогов на селе.

Банда была раскрыта и обезврежена органами Лысковской НКВД, которая первоначальна арестовала двух человек, а потом еще четверых. Видимо их судили, какое было вынесено наказание и где они его отбывали не известно, ясно одно, что они получили по заслугам. В Ивановское никто не вернулся.
Все эти "мальчики", за исключением Солнцева, принадлежали к числу зажиточной части крестьянства, имели 7-ми летнее образование, некоторые учились в техникуме.

Возможно, с целью маскировки, а возможно, что то не поделили, "мальчики" избили своего вожака Леонида Крылова. Что касается идейных руководителей банды, они некоторое время оставались на свободе. И только в мае 1937 года был арестован служитель культа Леонид Крылов, потом Леванов Василий и последним Солдатов Павел, которые видимо так же были осуждены, в Ивановское не вернулись."

Выдержка из статьи Л. Кудреватых "С крестом и маузером. О некоторых фактах диверсионно-террористической деятельности церковников Горьковской области".
Газета "Горьковская коммуна" № 300 от 29 декабря 1937 года

Статья и газета таже, газета № 301 от 30 декабря 1937 года.

В убийстве в 1933 году в д.Вязилке активиста колхозного движения Миронова В.Т. так же подозревался отец Леонид:
Из воспоминаний современников тех событий: - "Напрашивается мысль - убийство Миронова, не исключено, что было организовано Крыловым Леонидом, принимая во внимание то, что взаимоотношения их, особенно когда Миронов был председателем Ивановского сельсовета, было не из лучших.

"Отец Леонид" (Л.Я.Крылов) упоминается в вышеуказанных воспоминаниях и статьях. Известно, что это последний священник (перед раззорением) церкви с.Ивановского. Согласно архивным справкам - Леонид Яковлевич Крылов, 1888 года рождения, уроженец с.Вергизаи Бутурлинского района. Женат, имел сына и дочь. Арестован 2 июня 1937 года и приговорен "тройкой" НКВД 21 сентября 1937 года к высшей мере наказания. Расстрелян 4 октября 1937 года.
Являлся ли он организатором поджогов домов колхозников села Ивановского и убийства Миронова В.Т.? Это маловероятно.
По всей видимости это пропаганда тех лет с целью очернения церкви и ее служителей перед советской общественностью.

ИВАНОВСКАЯ КОМСОМОЛИЯ по воспоминаниям ветеранов комсомола с.Ивановское.

Воспоминания Д.И.Фомичева от 16.11.1970г.:
"Более заметной фигурой из политических работников 1919 года был волостной комиссар Калачев Сергей Михайлович. Ему мы были обязаны организацией комсомола в Ивановском.
Мы тогда занимали пустующий дом на горке, принадлежащий Коширину Василию Ивановичу. Я тогда был избран председателем комсомола а Ваня Петров - секретарем. Моё председательство тогда состояло в том, что у меня хранился ключ от дома, а наша работа - в пении песен, тон задавал Калачев."

Воспоминания Успенского М.Н. (1974г.)
"При каких обстоятельствах рассыпалась комсомольская ячейка, созданная Калачевым, остается неизвестным, как и то, почему Калачев С.М. не оформил ячейку юридически, через уездную комсомольскую организацию и не были выданы комсомольцам комсомольские билеты. Возможно это связано с отзывом Калачева из Ивановского в связи с ликвидацией института политических комиссаров при волисполкомах.
Кто входил в состав этой первой комсомольской ячейки Фомичев Д.И. не досказал, не успел, т.к. вскоре умер.
Когда члены Ивановской партийной ячейки осенью 1918г. ушла на фронта Гражданской войны, работа в Ивановском на какой то отрезок времени приостановилась, но это только внешне, фактически же, вездесущие босоногие ребятишки все знали, у кого и где спрятана винтовка привезенная с фронта, или другое оружие и оказавшиеся в руках недовольных советской властью. Знали, где прятались излишки хлеба. Ни кто, кроме как эти ребятишки, активно не участвовали в сборе хлеба и обмундирования для Красной Армии.
Не будет беды, если сделать такое определение: Они не являлись комсомольцами юридически, но были комсомольцами по делам и убеждениям".

Исходя из этих данных, молодежь Ивановского в период 1922-1924 годов оставалась без своей молодежной организации, когда внутренняя политическая обстановка страны, включившейся на борьбу с разрухой, настоятельно требовала подключения к борьбе молодежи, организованной в комсомол.

Кончилась Гражданская война, вернулись с фронта бывшие солдаты. Они стасковались по крестьянскому труду и горели желанием скорее начать работу. В такой обстановке, где то в декабре 1924 года в Ивановском при непосредственном участии партийной ячейки, возглавляемой Марковым М.А., была создана комсомольская ячейка в составе 5 человек: Солдатов Владимир Алексеевич, Моисеев Николай Иванович, Петров Вениамин Иванович, Успенский Николай Никандрович и я. Я как кандидат в члены партии был избран секретарем ячейки.
Небольшая по количеству, крепко спаяная, она сумела собрать вокруг себя значительный актив из несоюзной молодежи.

Волостным комитетом РКП/б/ в селе была организована политшкола, в которой занимались не только коммунисты и комсомольцы, но и не союзная молодежь. Занятия проходили два раза в неделю. Надо подчеркнуть, что явка на них была стопроцентная. После очередной беседы пропагандисту задавалось много вопросов, которые волновали умы молодежи, мы получали на них ясные и убедительные ответы. Всем комсомольцам - подчеркиваю, всем - хотелось учиться. Все мечтали о рабфаке. Но, к сожалению, на волость давали одно место и то не всегда.

Когда организовалась комсомольская ячейка, встал вопрос: где обосноваться? При волостном правлении был пустовавший пристрой. решили привести его в порядок: побелили печку, стены оклеили старыми газетами, повесили несколько плакатов, купили семилинейную лампу, принесли стол, скамейки. и все были довольны комнатой и ее обстановкой.

На "огонек" заходили молодые крестьяне, в основном из демобилизованных. Они рассаживались на полу, курили крепкий самосад и вели разговоры на животрепещущие темы. конечно, больше всех их волновали новые способы обработки земли. Несколько объединившихся хозяйств совместно приобрели сеялки, молотилки с конным приводом и другой сельскохозяйственный инвентарь.
Читали вслух газету "Беднота" и журнал "Пламя". На одном из первых собраний решили выпускать стенгазету "Юный пахарь". Выходила она один -два раза в месяц. и хотя оформлялась бедновато, все равно возле каждого свежего номера толпились люди, горячо обсуждая заметки.
Организовали драмкружок, в который вовлекли около 25 человек, в т.ч. 8 девушек. Это было наше большое достижение.
За зимний сезон ставили по 8-10 спектаклей, приуроченных к советским праздникам. Посетителей было много. Экипировались самодеятельные артисты в то, что достанут. Гримом служили сажа. краска. румяна. Улучшилось снабжение керосином, у нас появились две лампы "Молния".
Был создан кружок безбожников. Помню, как однажды организовали гражданские крестины сына коммуниста. За столом сидели родители с сыном, по бокам - "крестный" и "крестная". Выступали, преподносили подарки от партийной и комсомольской ячеек, сельсовета, кооперации. людей собралось много. Мы опасались за исход этого нового по тем временам мероприятия, но все обошлось благополучно.

Комсомольские собрания созывались с приездом представителей из волостного или уездного комитета комсомола, но мы принимали участия во всех собраниях партячейки. Разбирали различные вопросы: о работе сельсовета, сборе самообложения, сельхозналога, о кооперации.
Самыми важными вопросами были выборы в волостные Советы, а затем сельские. В этом деле мы опирались на актив, в том числе и из несоюзной молодежи. Новая экономическая политика (НЭП) и принципы демократии, осуществляемые после военного коммунизма, - все это живо интересовало сельскую молодежь."

(Более подробное описание деятельности комсомольской ячейки в селе Ивановское ищите на сайте интернета "Мы не проспали горячих дней", газете "Бор сегодня". март 2018г.)

ЦАНО, ф.Р-124 оп.4 д.40 Списки домохозяев по подворной сельскохозяйственной переписи 1917 года по Макарьевскому уезду
по ссылке https://inv.velikie.org/doc/did880/

Ивановское лесничество 1910 год.

Выложена ссылка https://disk.yandex.ru/d/Qjp3-tk0mYDCMA на метрическую книгу по с.Ивановское за 1864-1875 гг. (из поста https://forum.vgd.ru/post/1859/3206/p5292057.htm#pp5292057 )
Благодарность Виталию Белякову, профиль https://forum.vgd.ru/index.php...p;u=522355

1864-1876 гг. из МК с.Ивановское (приходские села: Тугарино, Вязилки, Плотинка, Городная)
раздел "О родившихся"
раздел "О бракосочетавшихся"
раздел "Об умерших"

План Ивановской казенной дачи. Ивановское лесничество. (2)

Село Ивановское Макарьевского уезда

(в настоящее время Борского района)