http://www.hist.msu.ru/Science/Disser/Fedorets.pdfсогласно Стоглаву, число московских сороков должно было равняться семи. Первоначальные названия их ушли в прошлое, на смену им
пришли, очевидно, более удобные наименования, которые и закрепились надолго. П.Г. Паламарчук перечисляет эти названия в книге «Сорок
сороков»:
Кремлевский, Китайгородский, Замоскворецкий, Пречистенский,
Ивановский, Никитский и Сретенский сороки.
В каждом из сороков была главная, «соборная» церковь, при которой пребывал поповский староста – глава сорока.
Кремлевский сорок довольно быстро исчез с карты города (очевидно, из-за того, что на территории Кремля с течением времени и, в
частности, после переноса столичных функций в Санкт-Петербург, стало слишком мало прихожан, и необходимость в существовании здесь
отдельного сорока отпала), и ко второй четверти XVIII века сохранилось шесть из семи сороков. По мнению Н.С. Суворова, московский институт
поповских старост (называвшихся также «соборскими»), учрежденный Стоглавым собором, был заимствован из того же Пскова, где он зародился
как реакция на «злоупотребления по взиманию дани и пошлины» с духовенства. При общности названия налицо разница в функциях старост: в
отличие от Пскова, в Москве «…поповские старосты во времена Стоглавого собора получили характер не финансовый, а церковно-пастырский».
С 1594 года по повелению царя Федора Иоанновича в ведомстве каждого поповского старосты должно было быть по сорок попов и по четыре человека десятских дьяконов; они должны были следить за церковным «благочинием», т.е. за соблюдением должного порядка церковной жизни. Именно отсюда, от старост с подведомственными им 40-ка попами, и пошло название «сорок». Для общих собраний старост с десятскими была устроена изба у храма Покрова Богородицы на Рву (Василия Блаженного)