О вечных ценностях мира людей. Истории, сказки, притчи :

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Скобяных дел мастер

В Уставе черным по белому сказано: рано или поздно любой мастер получает Заказ. Настал этот день и для меня.

Заказчику было лет шесть. Он сидел, положив подбородок на прилавок, и наблюдал, как "Венксинг" копирует ключ от гаража. Мама Заказчика в сторонке щебетала по сотовому.
- А вы любой ключик можете сделать? - спросил Заказчик, разглядывая стойку с болванками.
- Любой, - подтвердил я.
- И такой, чтобы попасть в детство?
Руки мои дрогнули, и "Венксинг" умолк.
- Зачем тебе такой ключ? - спросил я. - Разве ты и так не ребенок?
А сам принялся лихорадочно припоминать, есть ли в Уставе ограничения на возраст Заказчика. В голову приходил только маленький Вольфганг Амадей и ключ к музыке, сделанный зальцбургским мастером Крейцером. Но тот ключ заказывал отец Вольфганга...
- Это для бабы Кати, - сказал мальчик. - Она все вспоминает, как была маленькая. Даже плачет иногда. Вот если бы она могла снова туда попасть!
- Понятно, - сказал я. - Что же, такой ключ сделать можно, - я молил Бога об одном: чтобы мама Заказчика продолжала болтать по телефону. - Если хочешь, могу попробовать. То есть, если хотите... сударь.
Вот елки-палки. Устав предписывает обращаться к Заказчику с величайшим почтением, но как почтительно обратиться к ребенку? "Отрок"? "Юноша"? "Ваше благородие"?
- Меня Дима зовут, - уточнил Заказчик. - Хочу. А что для этого нужно?
- Нужен бабушкин портрет. Например, фотография. Сможешь принести? Завтра?
- А мы завтра сюда не придем.
Я совсем упустил из виду, что в таком нежном возрасте Заказчик не пользуется свободой передвижений.
- Долго еще? - Мама мальчика отключила сотовый и подошла к прилавку.
- Знаете, девушка, - понес я ахинею, от которой у любого слесаря завяли бы уши, - у меня для вашего ключа только китайские болванки, завтра подвезут немецкие, они лучше. Может, зайдете завтра? Я вам скидку сделаю, пятьдесят процентов!
Я отдал бы годовую выручку, лишь бы она согласилась.

Наш инструктор по высшему скобяному делу Куваев начинал уроки так: "Клепать ключи может каждый болван. А Заказ требует телесной и моральной подготовки".
Придя домой, я стал готовиться. Во-первых, вынес упаковку пива на лестничную клетку, с глаз долой. Употреблять спиртные напитки во время работы над Заказом строжайше запрещено с момента его получения. Во-вторых, я побрился. И, наконец, мысленно повторил матчасть, хоть это и бесполезно. Техника изготовления Заказа проста как пробка. Основные трудности, по словам стариков, поджидают на практике. Толковее старики объяснить не могут, разводят руками: сами, мол, увидите.
По большому счету, это справедливо. Если бы высшее скобяное дело легко объяснялось, им бы полстраны занялось, и жили бы мы все припеваючи. Ведь Пенсия скобяных дел мастера - это мечта, а не Пенсия. Всего в жизни выполняешь три Заказа (в какой момент они на тебя свалятся, это уж как повезет). Получаешь за них Оплату. Меняешь ее на Пенсию и живешь безбедно. То есть, действительно безбедно. Пенсия обеспечивает железное здоровье и мирное, благополучное житье-бытье. Без яхт и 🎰, конечно, - излишествовать запрещено Уставом. Но вот, например, у Льва Сергеича в дачном поселке пожар был, все сгорело, а его дом уцелел. Чем такой расклад хуже миллионов?
Можно Пенсию и не брать, а взамен оставить себе Оплату. Такое тоже бывает. Все зависит от Оплаты. Насчет нее правило одно - Заказчик платит, чем хочет. Как уж так получается, не знаю, но соответствует такая оплата... в общем, соответствует. Куваев одному писателю сделал ключ от "кладовой сюжетов" (Бог его знает, что это такое, но так это писатель называл). Тот ему в качестве Оплаты подписал книгу: "Б. Куваеву - всех благ". Так Куваев с тех пор и зажил. И здоровье есть, и бабки, даже Пенсия не нужна.
Но моральная подготовка в таких условиях осуществляется со скрипом, ибо неизвестно, к чему, собственно, готовиться. Запугав себя провалом Заказа и санкциями в случае нарушения Устава, я лег спать. Засыпая, волновался: придет ли завтра Дима?

Дима пришел. Довольный. С порога замахал листом бумаги.
- Вот!
Это был рисунок цветными карандашами. Сперва я не понял, что на нем изображено. Судя по всему, человек. Круглая голова, синие точки-глаза, рот закорючкой. Балахон, закрашенный разными цветами. Гигантские, как у клоуна, черные ботинки. На растопыренных пальцах-черточках висел не то портфель, не то большая сумка.
- Это она, - пояснил Дима. - Баба Катя. - И добавил виновато: - Фотографию мне не разрешили взять.
- Вы его прямо околдовали, - заметила Димина мама. - Пришел вчера домой, сразу за карандаши: "Это для дяди из ключиковой палатки".
- Э-э... благодарю вас, сударь, - сказал я Заказчику. - Приходите теперь через две недели, посмотрим, что получится.
На что Дима ободряюще подмигнул.

"Ох, и лопухнусь я с этим Заказом", - тоскливо думал я. Ну да ладно, работали же как-то люди до изобретения фотоаппарата. Вот и мы будем считывать биографию бабы Кати с этого так называемого портрета, да простит меня Заказчик за непочтение.
Может, что-нибудь все-таки считается? неохота первый Заказ запороть...
Для считывания принято использовать "чужой", не слесарный, инструментарий, причем обязательно списанный. Чтобы для своего дела был не годен, для нашего же - в самый раз. В свое время я нашел на свалке допотопную пишущую машинку, переконструировал для считывания, но еще ни разу не использовал.
Я медленно провернул Димин рисунок через вал машинки. Вытер пот. Вставил чистый лист бумаги. И чуть не упал, когда машинка вздрогнула и клавиши бодро заприседали сами по себе: "Быстрова Екатерина Сергеевна, род. 7 марта 1938 года в пос. Болшево Московской области..."
Бумага прокручивалась быстро, я еле успел вставлять листы. Где училась, за кого вышла замуж, что ест на завтрак... Видно, сударь мой Дима, его благородие, бабку свою (точнее, прабабку, судя по году рождения) с натуры рисовал, может, даже позировать заставил. А живые глаза в сто раз круче объектива; материал получается высшего класса, наплевать, что голова на рисунке - как пивной котел!
Через час я сидел в электричке до Болшево. Через три - разговаривал с тамошними стариками. Обдирал кору с вековых деревьев. С усердием криминалиста скреб скальпелем все, что могло остаться в поселке с тридцать восьмого года - шоссе, камни, дома. Потом вернулся в Москву. Носился по распечатанным машинкой адресам. Разглядывал в музеях конфетные обертки конца тридцатых. И уже собирался возвращаться в мастерскую, когда в одном из музеев наткнулся на шаблонную военную экспозицию с похоронками и помятыми котелками. Наткнулся - и обмер.
Как бы Димина бабушка ни тосковала по детству, вряд ли ее тянет в сорок первый. Голод, бомбежки, немцы подступают... Вот тебе и практика, ежкин кот. Еще немного, и запорол бы я Заказ!
И снова электричка и беготня по городу, на этот раз с экскурсоводом:
- Девушка, покажите, пожалуйста, здания, построенные в сорок пятом году...

На этот раз Заказчик пришел с бабушкой. Я ее узнал по хозяйственной сумке.
- Баб, вот этот дядя!
Старушка поглядывала на меня настороженно. Ничего, я бы так же глядел, если бы моему правнуку забивал на рынке стрелки незнакомый слесарь.
- Вот Ваш ключ, сударь.
Я положил Заказ на прилавок. Длинный, с волнистой бородкой, тронутой медной зеленью. Новый и старый одновременно. Сплавленный из металла, памяти и пыли вперемешку с искрошенным в муку Диминым рисунком. Выточенный на новеньком "Венксинге" под песни сорок пятого.
- Баб, смотри! Это ключик от детства. Правда!
Старушка надела очки и склонилась над прилавком. Она так долго не разгибалась, что я за нее испугался. Потом подняла на меня растерянные глаза, синие, точь-в-точь как на Димином рисунке. Их я испугался еще больше.
- Вы знаете, от чего этот ключ? - сказала она тихо. - От нашей коммуналки на улице Горького. Вот зазубрина - мы с братом клад искали, ковыряли ключом штукатурку. И пятнышко то же...
- Это не тот ключ, - сказал я. - Это... ну, вроде копии. Вам нужно только хорошенько представить себе ту дверь, вставить ключ и повернуть.
- И я попаду туда? В детство?
Я кивнул.
- Вы хотите сказать, там все еще живы?
На меня навалилась такая тяжесть, что я налег локтями на прилавок. Как будто мне на спину взгромоздили бабы-катину жизнь, и не постепенно, год за годом, а сразу, одной здоровой чушкой. А женщина спрашивала доверчиво:
- Как же я этих оставлю? Дочку, внучек, Диму?
- Баб, а ты ненадолго! - закричал неунывающий Дима. - Поиграешь немножко - и домой.
По Уставу, я должен был ее "проконсультировать по любым вопросам, связанным с Заказом". Но как по таким вопросам... консультировать?
- Екатерина Сергеевна, - произнес я беспомощно, - Вы не обязаны сейчас же использовать ключ. Можете вообще его не использовать, можете - потом. Когда захотите.
Она задумалась.
- Например, в тот день, когда я не вспомню, как зовут Диму?
- Например, тогда, - еле выговорил я.
- Вот спасибо Вам, - сказала Екатерина Сергеевна. И тяжесть свалилась с меня, испарилась. Вместо нее возникло приятное, острое, как шабер, предвкушение чуда. Заказ выполнен, пришло время Оплаты.
- Спасибо скажите Диме, - сказал я. - А мне полагается плата за работу. Чем платить будете, сударь?
- А чем надо? - спросил Дима.
- Чем изволите, - ответил я по Уставу.
- Тогда щас, - и Дима полез в бабушкину сумку. Оттуда он извлек упаковку мыла на три куска, отодрал один и, сияя, протянул мне. - Теперь вы можете помыть руки! Они у вас совсем черные!
- Дима, что ты! - вмешалась Екатерина Сергеевна, - Надо человека по-хорошему отблагодарить, а ты...
- Годится, - прервал я ее. - Благодарю Вас, сударь.
Они ушли домой, Дима - держась за бабушкину сумку, Екатерина Сергеевна - нащупывая шершавый ключик в кармане пальто.
А я держал на ладони кусок мыла. Что оно смоет с меня? Грязь? Болезни? Может быть, грехи?
Узнаю сегодня вечером.

(с) Калинчук Елена Александровна, конкурс Блэк Джек

Человек шел через лес, удивляясь чудным творениям природы, создавшей эту красоту (в Бога он не верил).
Его окружали могучие деревья, пели птицы, воздух был чист и свеж, он вливался в легкие, как родниковая вода.
Вдруг наш атеист услышал шорох в кустах. Он обернулся, и – увидел огромного медведя, который направлялся прямо к нему.
Атеист бросился со всех ног наутек, однако медведь не отставал. Атеист споткнулся и упал на землю. Обернувшись, он увидел, что медведь стоит над ним, подняв правую лапу и приготовившись нанести смертельный удар.
Охваченный ужасом, атеист воскликнул: “Боже мой!”
Время остановилось; медведь замер; в лесу было тихо.
Вдруг яркий свет воссиял над человеком, и раздался голос с неба:
“Ты отрицал мое существование все эти годы и учил других, что я не существую. Хочешь ли ты теперь, чтобы я помог тебе выйти из этого затруднительного положения?
Могу ли я рассчитывать, что ты поверил в меня?”
Атеист посмотрел прямо на свет, и сказал:
“Было бы лицемерно мне вдруг просить Вас поступить со мной, как с христианином сейчас, но, возможно, Вы могли бы сделать христианином медведя?
«Очень хорошо», сказал голос.
Свет погас. Лес ожил. Медведь с размаха опустил правую лапу на голову бедного атеиста и произнес:
“Господи, благослови эту пищу, которую я собираюсь принять от щедрот Твоих как истинный христианин. Аминь.”

Молодость и зрелость сели на скамейку… Молодость сказала: «Ты как я сумей-ка…» Зрелость отвечала: «Красота не вечна, Научись делиться красотой сердечной…»
Молодость, с насмешкой: «Что в тебе такого? Дом, семья, работа… Скучные оковы…» Зрелость улыбалась, будто младшей дочке: «Без оков семейных люди — одиночки…»
Молодость твердила: «Всё во мне прекрасно: Молода, свободна, и красива, ясно?» Зрелость отвечала: «Я тебя мудрее, И с тобой, малышка, спорить не посмею …
Повзрослей, узнаешь, счастье не в свободе, Не в ночных гуляньях, не в Парижской моде…» Молодость смеялась: «Глупости всё это, Раз не в этом счастье, значит, счастья нету»
Зрелость отвечала: «Нет, оно бывает, Если жить с любимым небо позволяет, Если смех детишек слышится из дома… Ты ещё со счастьем, крошка, незнакома…»
Молодость спросила: «Если правда это, Что ж ночами плачешь? В чём твои секреты?» «Я ночами плачу…», — зрелость говорила: «Потому что раньше это не ценила…"

lesh1953

Ната_лья

http://sajjadi.livejournal.com/13733.html
Каким был мой отец, когда мне было…
Когда мне было 4 года, я верил, что папа может все на свете.
Когда мне было 5 лет, я думал, что мой отец очень много знает.
Когда мне было 6 – я считал своего отца умнее любого другого отца.
А когда мне было 8 – я уже решил, что мой отец вообще ничего не знает.
В 10 лет я сказал себе, что когда мой отец был ребенком, все вокруг было совсем по-другому.
В 12 я думал: «Ну, вполне естественно, что отец ничего не знает… Он же вырос и забыл, каким было его детство».
В 14 я сказал себе: «Лучше не принимать слова отца всерьез. Уж очень он старомоден».
Когда в 16 лет он замучил меня своими советами, я говорил: «О Боже, опять нашел кому мозги промывать!».
В 18: «О, Господи, он все время отпускает замечания о моем поведении, словах, одежде – и без конца меня критикует, причем ни за что. Как грустно жить!».
В 21: «Господи Боже, мой отец безнадежно старомоден».
Когда мне исполнилось 25, я увидел, что мне стоит спрашивать отца о его взглядах на тот или иной вопрос – вполне возможно, он подскажет что-то дельное, ведь он долгое время занимался подобными вещами.
В 30 лет я сказал себе, что лучше интересоваться его мнением. В конце концов, он старше и опыта у него куда больше.
В 40 я удивлялся – и как только мой отец мог со всем этим справиться? Как же он мудр и опытен!
В 50 лет я все отдал бы за то, чтобы мой отец вернулся, и я смог бы с ним обо всем поговорить! Увы, я не понимал раньше, как он для меня важен, и так многому не успел у него научиться…

lesh1953
-В 50лет я все отдал бы за то, чтобы мой отец вернулся..
БРАВО!!!!

http://maxpark.com/community/r...nt/1762080
Куда уходит любовь?-спросило маленькое счастье.
- Она умирает, - ответил отец. Люди, сынок, не берегут то, что имеют. Просто не умеют любить!
Маленькое счастье задумалось: Вот вырасту большим и стану помогать людям! Шли годы. Счастье подросло и стало большим. Оно помнило о своём обещании и изо всех сил старалось помогать людям, но люди его не слышали. И постепенно Счастье из большого стало превращаться в маленькое и чахлое. Очень оно испугалось, как бы совсем не исчезнуть, и отправилось в дальний путь, чтобы найти лекарство от своего недуга.
Долго ли коротко ли шло Счастье, не встречая никого на своём пути, только стало ему совсем плохо. И остановилось оно отдохнуть. Выбрало раскидистое дерево и прилегло. Только задремало, как услышало приближающиеся шаги.
Открыло глаза и видит: идёт по лесу дряхлая старуха вся в лохмотьях, босая и с посохом. Кинулось счастье к ней:
- Присаживайтесь. Вы, наверное, устали. Вам нужно отдохнуть и подкрепиться.
У старухи подкосились ноги, и она буквально рухнула в траву. Немного отдохнув, странница поведала Счастью свою историю:
- Обидно, когда тебя считают такой дряхлой, а ведь я так ещё молода, и зовут меня Любовь!
- Так это вы Любовь?! поразилось Счастье. Но мне говорили, что любовь это самое прекрасное из того, что есть на свете!
Любовь внимательно взглянула на него и спросила:
- А тебя как зовут?
- Счастье.
- Вот как? Мне тоже говорили, что Счастье должно быть прекрасным. И с этими словами она достала из своих лохмотьев зеркало.
Счастье, взглянув на своё отражение, громко заплакало. Любовь подсела к нему и нежно обняла рукой.
- Что же с нами сделали эти злые люди и судьба? - всхлипывало Счастье.
- Ничего, - говорила Любовь, - Если мы будем вместе и станем заботиться друг о друге, то быстро станем молодыми и прекрасными.
И вот под тем раскидистым деревом Любовь и Счастье заключили свой союз никогда не разлучаться. С тех пор, если из чьей-то жизни уходит Любовь, вместе с ней уходит и Счастье, порознь их не бывает. А люди до сих пор понять этого не могут.

А Вы верите в такие случайности?

Пришёл однажды атеист к мудрецу и начал говорить ему, что не верит в Бога. Он просто не мог поверить в некоего «Создателя», сотворившего Вселенную.

Пару дней спустя мудрец наведался к атеисту с ответным визитом и принёс с собой великолепную картину. Атеист был изумлён. Он ещё не видел более совершенного полотна!

— Какая прекрасная живопись. Скажите, кто это написал? Кто автор?

— Как кто? Никто. Лежал себе чистый холст, а над ним полка с красками. Они случайно опрокинулись, разлились, и вот вам результат.

— Зачем же так шутить? — засмеялся атеист. — Ведь это невозможно: прекрасная работа, точные линии, мазок и сочетания оттенков. За всем этим великолепием чувствуется и глубина замысла. Без автора в таком деле не обойтись!

Тогда мудрец улыбнулся и сказал:

— Вы не в состоянии поверить, что эта небольшая картина возникла случайно, без предварительного замысла создателя. И хотите, чтобы я поверил, что наш прекрасный мир с лесами и горами, океанами и долинами, со сменой времён года, волшебными закатами и тихими лунными ночами возник о воле слепого случая, без замысла Творца?

Притчи о смысле жизни и любви
"Папина записная"

Отец, как обычно, с работы пришел
И чинно уселся за письменный стол,

Привычно открыл верхний ящик стола,
Затем с головой погрузился в дела.

«Пойду-ка я к папе, – сказал маме сын, –
Он, верно, скучает, коль снова один». –

«Не надо мешать. Он там занят теперь».
Но сын не послушал, открыл тихо дверь,

С отцом незаметно он рядышком встал.
Склонившись над книгой, тот что-то писал.

«А что в этой книге?» – «Ты вряд ли поймешь». –
«Но, папа, я буду стараться». – «Ну что ж.

Здесь важные встречи, людей имена,
Здесь все, чем я занят в течение дня».

Уставился мальчик на папу, любя:
«Скажи, а записан ли я у тебя?»

Один моряк был в плавании несколько лет. И всё это время он получал письма от некой женщины, которую звали Роза. Они были из одного небольшого городка, но при этом не были знакомы, потому что общались только письмами. Их переписка началась случайно - первое её письмо по ошибке попало не к тому адресату. Он из вежливости написал ей ответ. Между ними сразу вспыхнул некий огонёк, словно встретились две родственные души.
Когда его плавание подходило к концу, они договорились, что она будет встречать его на берегу. "Ты легко узнаешь меня, - писала она, - в моих руках будет красная роза."
Моряк с нетерпением ждал назначенной встречи. Но вместе с тем, сильно волновался. Он даже не представлял, какой окажется его избранница.
И вот он стоит на палубе корабля и вглядывается в лица встречающих людей. И он заметил женщину с красной розой в руках. Ей оказалась дама преклонного возраста, где-то лет шестидесяти. "Боже, да она же мне в матери годится!" Первой мыслью было убежать куда-нибудь. Не подходить! Не признаваться! "Она же не знает, как я выгляжу, мне легко удастся пройти незамеченным!"
Но тут он вспомнил все письма, которые она писала ему. Сколько теплоты, сколько нежных слов было в них. Он набрался мужества и подошёл к этой женщине:
- Здравствуйте, - сказал он дрожащим от волнения голосом. - Очень рад нашей встрече, Роза!
Женщина улыбнулась и ответила:
- Здравствуйте, я тоже очень рада! Но я не Роза.
Она обернулась: сзади неё стояла красивая молодая девушка.
-Я очень рада! Роза - это я.
И она объяснила моряку, что специально попросила эту пожилую даму держать в руках розу. Если бы моряк не подошёл, то всё было бы кончено. Но так как он подошёл, теперь он знает всю правду.