О вечных ценностях мира людей. Истории, сказки, притчи

Как-то раз одному человеку приснился сон. Ему снилось, будто он идёт песчаным берегом, а рядом с ним — Господь. На небе мелькали картины из его жизни, и после каждой из них он замечал на песке две цепочки следов: одну — от его ног, другую — от ног Господа.
Когда перед ним промелькнула последняя картина из его жизни, он оглянулся на следы на песке. И увидел, что часто вдоль его жизненного пути тянулась лишь одна цепочка следов. Заметил он также, что это были самые тяжёлые и несчастные времена в его жизни.
Он сильно опечалился и стал спрашивать Господа:
— Не Ты ли говорил мне: если последую путём Твоим, Ты не оставишь меня. Но я заметил, что в самые трудные времена моей жизни лишь одна цепочка следов тянулась по песку. Почему же Ты покидал меня, когда я больше всего нуждался в Тебе?
Господь отвечал:
— Моё милое, милое дитя. Я люблю тебя и никогда тебя не покину. Когда были в твоей жизни горе и испытания, лишь одна цепочка следов тянулась по дороге. Потому что в те времена Я нёс тебя на руках.
___________________

Прочитала эту притчу случайно года два назад, когда многие тяжёлые моменты жизни были позади. Вспоминая прошедшее, расплакалась, так как действительно уже к тому времени иногда удивлялась: "А как я (мы) это всё пережили-вытянули?" Ощутила действительно такое чувство, что в самые трудные времена кто-то "нёс на руках".

http://www.liveinternet.ru/users/4679178/post245839977/

Последний пассажир.
Это история, рассказанная одним нью-йоркским таксистом.

Я приехал по адресу и посигналил. Подождав некоторое время, опять посигналил. Был последний заказ моей смены, и думал только о том, как бы поскорее закончить работу. Очень хотелось послать всё и уехать, но вместо этого я припарковал автомобиль, вышел и постучал в дверь. «Минутку», ответил хрупкий, пожилой голос. До меня донеслись звуки, очень похожие на то, что кто-то тащит что-то по полу. После долгой паузы дверь, наконец, открылась.
Передо мной стояла небольшая женщина лет девяноста. Она была одета в ситцевое платье и шляпу с вуалью и выглядела пришельцем из 40х годов. Возле женщины стоял небольшой чемодан. Квартира же выглядела так, будто никто не жил в ней в течение многих лет, а мебель была покрыта листвой. Не было ни часов на стене, ни безделушек, а в углу стоял картонный ящик, наполненный фотографиями и стеклянной посудой.
«Вы не были бы так добры отнести мою сумку в автомобиль?» - сказала она. Я отнес чемодан, и вернулся, чтобы помочь женщине. Она взяла меня за руку, и мы не торопясь пошли вдоль обочины к машине. Старушка всё не прекращала благодарить меня за мою доброту. «Это ничего», ответил я ей...«Я всегда отношусь к своим пассажирам так, как хотел бы, чтобы они относились к моей матери». «Ах, ты такой хороший мальчик» - сказала она.
Когда мы сели в машину, она протянула мне бумажку с адресом, и спросила: «Не могли бы мы поехать через центр?». «Это не самый короткий путь», ответил я быстро. «О, я не возражаю», ответила она, «я не спешу на своем пути к хоспису». Я посмотрел в зеркало заднего вида. Её глаза блестели. «У меня не осталось никого из родных», продолжала она тихим голосом...«Врач говорит, что мне осталось совсем немного». Я спокойно протянул руку и выключил счётчик. «Какой маршрут вы хотели бы выбрать?» - спросил я.

В течение следующих двух часов мы проехали через весь город. Она показала мне здание, где когда-то работала лифтером. Мы проехали и через тот район, где она жила с мужем много лет назад, когда они были молодожёнами, и неподалеку от здания, где она занималась балетом, будучи совсем маленькой девочкой. Время от времени она просила меня замедлиться и рассматривала здания и знакомые места молча, ничего не говоря.
Как только солнце начало садиться, она вдруг сказала «Я устала. Пожалуйста, давайте поедем туда». Мы молча ехали по адресу, который она дала мне.
Хоспис представлял из себя низкое здание, похожее на маленький санаторий. Два санитара подошли к автомобилю, как только мы подъехали. Они были бережные и осторожные, и, по видимому, давно ждали её. Я открыл багажник и достал небольшой чемодан. Женщина уже сидела в инвалидной коляске. «Сколько я вам должна?», спросила старушка, открывая сумочку. «Ничего» - ответил я. «Вы должны как-то зарабатывать на жизнь», ответила она. «Есть другие пассажиры» - сказал я и взял старушку за руку. «Вы подарили старухе много радости. Благодарю вас!», сказала она. Я сжал её руку, затем отпустил, отошёл и сел в автомобиль. Я слышал, как захлопывается дверь. Это был звук окончания жизни…

У меня не было в мыслях ехать домой, напротив, я поехал куда глядят глаза и едва мог говорить. Мысли переполняли меня. Что было бы, если бы эта женщина получила рассерженного водителя, или того, кому не терпелось бы закончить смену. Что было бы, если бы я сам уехал, не поднявшись наверх, а лишь посигналив? Право, я не считаю, что когда-либо сделал что-то более важное во всей моей жизни. Мы привыкли думать, что наша жизнь вращается вокруг больших событий, но большие события ловят нас врасплох, завёрнутые в обёртку, через которую слишком часто кажутся маленькими и незначительными.

Выключатель был маленький-маленький. К тому же - черный, и, как говорили, - плоский. Лампочка была большая-большая. К тому же - яркая, и одетая в столь прекрасную и модную люстру, что нет ничего удивительного - Выключатель в нее влюбился. Ему очень нравилось, что она то вспыхивала - и тогда казалась веселой и беззаботной, то гасла - и тогда представлялась задумчивой и нежной. К тому же, у нее были такие прекрасные формы, а эта широкополая люстра - с ума сойти! В общем, Выключатель очень страдал. Лампа висела в центре комнаты, а Выключатель торчал в углу, откуда мог только вздыхать. Лампочка кокетливо подмигивала. Но быть вместе они никак не могли. Никогда.
Оконное Стекло было никакое. Его даже никто не замечал. Смотрели, казалось бы, на него, а говорили что-нибудь вроде: "Какая сегодня хорошая погода". Или: "Посмотри, какой на улице смешной щенок". А про Оконное Стекло никто никогда не говорил ничего хорошего, разве ругали иногда: "Стекло, - говорили, - опять грязное". Было отчего разозлиться и обидеться. К тому же, Оконное Стекло считалось далеким родственником Лампочки, и судьба Лампочки всегда казалась ему более светлой.
И вот однажды Оконное Стекло сказало:
- Послушай, друг Выключатель.
Выключатель и Оконное Стекло никогда не дружили, но когда говорят что-нибудь неприятное - часто лгут.
- Послушай, друг Выключатель, - повторило Оконное Стекло для пущей убедительности. - Ты хоть знаешь, по кому вздыхаешь, наивный? Ты хоть знаешь, что Лампочка без тебя жить не может?
Выключатель очень обрадовался и испугался. Так всегда бывает, когда дело касается любви.
- Ты же ее король, ее начальник, ее повелитель, - Оконное Стекло даже задрожало от волнения. Когда хочешь сделать гадость - тоже волнуешься. - Если ты захочешь - она будет светиться. Не захочешь - погаснет. Было бы твое желание - и она будет мигать каждую секунду или не гореть вовсе. Что ты страдаешь? Она - твоя слуга, подчиненная, рабыня. А ты по ней вздыхаешь, дурачок...
От удивления Выключатель ушел в себя - выключился, и тотчас погасла Лампочка.
- Что ты мне сказало? Как ты можешь так называть ее! - вышел из себя Выключатель, и Лампочка включилась.
- Ну, убедился? - радостно задребезжало Оконное Стекло.
- Это правда, ты так зависишь от меня? - спросил Выключатель Лампочку, потому что влюбленные верят только друг другу.
- Правда, - вздохнула Лампочка и будто потускнела. - Теперь ты можешь делать со мной, что хочешь. Теперь ты понял, как я завишу от тебя, и любовь превратится в рабство.
- Вот так-то... А то вздыхают тут, спать не дают, - очень противно дзинькнуло Оконное Стекло.
- О чем ты? - улыбнулся Выключатель. - Значит, на самом деле мы не далеки друг от друга, и это все обман? Значит, мы связаны? Значит, самой судьбой уготовано нам быть вместе. Теперь мы будем жить с тобой очень счастливо: когда ты захочешь, только скажи мне - вспыхнешь ярким светом. Устанешь - будешь отдыхать. Я стану защитником твоего света. И сторожем.
- Вот дурак! - выругалось Оконное Стекло. Так часто бывает: когда нечего сказать - ругаются.
На этом можно было бы поставить точку, но если уж быть правдивым до конца, надо добавить: Лампочка эта никогда не перегорала. Все вокруг удивлялись: как неправдоподобно долго горит эта Лампочка. Все вокруг, наверное, просто не знали: эту Лампочку любят...

Бог создал мир, и сначала он так и жил в этом мире, на базаре. Однако, жизнь его стала кошмаром - ни единого мгновения покоя. Люди стояли в очереди целый день, будили его и ночью, у иных было столько жалоб, столько всего было не так. Они приносили все новые предложения - как надо все изменить, как все переделать - и так обо всем и каждом.
Мука стала невыносимой, и он спросил у своих ближайших ангелов:
- Что делать? Эти люди достали меня! Кто-то приходит и говорит: "Послушай, завтра не должно быть дождя, потому что я собираюсь на рыбалку", - и сразу после него приходит женщина: "Завтра мне совершенно необходим дождь, потому что сегодня я посеяла семена, и если завтра пойдет дождь, они хорошо взойдут"...
Одним словом, Бог раскаивался: зачем ему понадобилось создавать человека? Без человека жизнь была мирной, тихой - деревья, звери, птицы. Все они радовались жизни без всякого страха смерти, без всяких религий, без всяких философий, теологий и войн. Все было совершенно спокойно. Но в тот день, когда он создал человека, он совершил свою первую и последнюю ошибку. Поэтому он и спросил: "Что же мне теперь делать?".
Кто-то из ангелов предложил:
- Отправляйся на Эверест.
Бог сказал:
- Ты не знаешь... Я же предвижу будущее. Скоро Тенсин и Эдмунд Хиллари доберутся туда, и, если они найдут меня там, то, будь уверен, они проложат дороги, пустят автобусы, а, может, и поезда - и та же беда начнется снова.
Кто-то из ангелов сказал:
- Тогда тебе лучше перебраться на Луну.
Но Бог ответил:
- Ты не видишь будущего. Скоро они доберутся и до Луны. Дайте мне такую идею, чтобы им никогда до меня не добраться!
И тогда старый ангел, который все это время слушал, шепнул ему на ухо:
- Тогда есть только одно место. Начни жить в самом человеке, в его душе; это единственное место, куда он не побеспокоится заглянуть никогда. Он будет рыскать по всему свету, на небе, далеких звездах - но не заглянет внутрь себя...

Притча счастливая семья.
В одном маленьком городе живут по соседству две семьи. Одни супруги постоянно ссорятся, виня друг друга во всех бедах и выясняя, кто из них прав, а другие дружно живут, ни ссор у них, ни скандалов. Дивится строптивая хозяйка счастью соседки. Завидует. Говорит мужу:

— Пойди, посмотри, как у них так получается, чтобы все гладко и тихо.

Пришел тот к соседскому дому, притаился под открытым окном. Наблюдает. Прислушивается. А хозяйка как раз порядок в доме наводит. Вазу дорогую от пыли вытирает. Вдруг позвонил телефон, женщина отвлеклась, а вазу поставила на краешек стола, да так, что вот-вот упадет. Но тут ее мужу что-то понадобилось в комнате. Зацепил он вазу, та упала и разбилась.

«Ох, что сейчас будет!», — думает сосед.

Подошла жена, вздохнула с сожалением, и говорит мужу:

— Прости, дорогой. Я виновата. Так неаккуратно вазу поставила.

— Что ты, милая? Это я виноват. Торопился и не заметил вазу. Ну да, ладно. Не было бы у нас большего несчастья.

Больно защемило сердце у соседа. Пришел он домой расстроенный. Жена к нему:

— Ну что ты так долго? Посмотрел?

— Да!

— Ну и как там у них?

— У них-то все виноваты. А вот у нас все правы.…