О нечистой силе

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Пекальники --- Черти из пекла.

Пякельнікі. Валерий Славук.

Подземным огнем распоряжается Бог Жыжаль, которого древнерусы называют еще Жыж. Жыжаль только то и делает, что расхаживает под землею и выпускав из себя огонь. Если он ходит медленно, то огонь небольшой и согревает землю. Если же быстро, то излучает большой огонь, и часть пламени прорывается на поверхность земли. От этого загораются леса, болота, луга. Пожары выжигают сенокосы, хлеб на полях. Земля от перегрева высушивается, от чего огороды и поля становятся бесплодными.

Жыжаль - дух огня. Валерий Славук

Жыцень. Полевик, Житный дед Гречуха. Дух, охраняющий хлебные поля. В отличие от прочей нежити, любимое время его - полдень, когда и можно увидать этого маленького старичка с телом черным, как земля, с разноцветными глазами, с волосами и бородою из колосьев и травы. Жыцень – Осень у белорусов. Поэтические олицетворения времен года шли из глубокой древности и принадлежали славянам наравне со всеми другими родственными племенами. Более наглядные олицетворения времен года встречаем у белорусов. Весну они называют Ляля, лето — Цеця, осень — Жыцень, зиму — Зюзя. Жыцень представляется существом малорослым, худощавым, пожилых лет, с суровым выражением лица, с тремя глазами и всклокоченными, косматыми волосами. Он появляется на нивах и огородах после снятия хлеба и овощей и осматривает: все ли убрано как следует в добром хозяйстве. Заприметив много колосьев, не срезанных или оброненных жнецами, он собирает их, связывает в сноп и переносит на участок того хозяина, где хлеб убран начисто, то есть с бережливостью; вследствие этого на будущий год там, где Жыцень подобрал колосья, оказывается неурожай, а там, куда перенес он связанный сноп, бывает обильная жатва. Когда Жыцень странствует в виде нищего и при встрече с людьми грозит им пальцем, это служит предвестием всеобщего неурожая и голода в следующем году. Во время осенних посевов он незримо присутствует на полях и утаптывает в землю разбросанные зерна, чтобы ни одно не пропало даром.

Жыцень - древний бог жнивья.
Валерий Славук.

Злые духи - катающиеся по ночам на конях.

Гарцуки. Рисунок Валерия Славука.

Лазнік - белорусский банник
Валерий Славук.

МОЛОЧНЫЕ ведьмы - мифические существа, которые считались вредными, потому что отбирали у коров молоко, от чего снижался удой, а молоко становилось жидкое, без сливок, в то время как у самих Молочных ведьм молоко становилось чрезвычайно густое и сразу в доенке сбивалось в масло. Свои колдовские намерения Молочные ведьмы чаще всего осуществляли в те дни, «когда роса молочная" - на святого Юрия (первый выпас животных) и на Купалье. В первый свой шабаш на купальскую ночь Молочные ведьмы и черти собирались вместе и устраивали общее купание в молоке, отобранном у чужих коров. В этот же день молочные ведьмы ездили на корову с пастбища до околицы. Молочные ведьмы никогда не носили с собой молока - им достаточно было вставить нож в дерево, и оно начинало источать оттуда! Под молочными ведьмами подозревали отдельных местных женщин, способных осуществлять колдовские действия не только в своем естественном облике (на злой промысел они выходили обнаженными или в рубашке, с взлохмаченной головой), но и преобразованных в какое-то зооморфное существо: лягушку-рапуху, собаку, кошку, ласку, курицу, ворона, козодоя (казадоя), гадюку, ящерицу, муху. Замеченным в колдовстве лицам старались ничего не давать, чтобы через заемные вещи Молочные ведьмы не отобрали молока. Способы добычи молока представлялись неодинаково: Молочная ведьма могла отнять молоко у коровы даже только взглянув на ее вымя или попробовав ее молока, а также взяв клок ее шерсти, могла перекинуться в мелкое животное и, уцепившись за вымя, высасывала молоко, от чего корова бесилась и заболевала... Против Молочных ведьм старались бороться: например, подозрительной жабе наносили раны, надеясь, что соответствующее увечье обязательно проявится и на настоящей ведьме (много у белорусов есть различных баек о том, как на утро чья-то соседка в самом деле оказывалась с перебитой рукой!). Много было опасений и для самого животного: самое простое - падкурванье коровки купальскими снадобьями.

Молочные ведьмы.
Валерий Славук.

Легенды о волколаках были широко распространены в Беларуси. Характерной их особенностью являлось то, что в них люди становились оборотнями не по своей собственной воле, а по злому умыслу чаровников или ведьм. Иногда колдун мог превратить в волколаков сразу несколько человек, например, всех, кто собрался на свадебный пир (данный сюжет был использован Яном Барщевским в балладе «Девичий родник», опубликованной в «Незабудке» за 1841 г.).

Оказавшись в новом обличии, оборотни тяжко страдали. Некоторые из них озлоблялись и начинали творить зло. Например, Иван из сказки «Волколака», приведённой в сборнике И. П. Тарнавы-Боричевского, рассказывает односельчанам: «С той поры, остервенелый, я бросался на всех, кого только встречал, и кровь жертв моих осталась на мне» (Боричевский И. П. «Повести и предания народов славянского племени», ч. 1, СПб, 1840). Но многие совершали и добрые дела, как, например, герой сказки «Волколаки» (записанной в 1838 г. в Минской губернии), спасший зимой от холода младенца и через четыре года после этого проснувшийся человеком (Боричевский И. П. «Повести и предания народов славянского племени», ч. 2, СПб, 1841).

История Марки во многих деталях напоминает сказку «Оборотень», приведённую в сборнике И. П. Тарнавы-Боричевского. В ней ведьма тоже превращает парня в волка. «В беспамятстве, он стал бегать по лесу; набежав на лужу, увидел, что и сам весь превратился в волка, только торчали кое-где лоскутки одежды, ещё не обхваченной волчьей шкурой.

Несчастный поспешил к своим волам; но они, испугавшись зверя, побежали стремглав. Хотел остановить их знакомым голосом; но, вместо людской речи, завыл, как воют волки в глухую полночь, рыща за добычей.

Оборотень не лишился человеческой природы: влекомый неведомою силой, он блуждал в окрестностях родного села. Напрасно усиливался привыкнуть к волчьей жизни: сырое мясо было отвратительно. Оставалось живиться возле пастухов и жнецов; он пугал их, отвлекал в сторону, а между тем поедал их хлеб и другие припасы.

Так протекло несколько лет. Однажды, растянувшись на мураве, он заснул крепко, и как же изумился по пробуждении, не видя у себя ни хвоста, ни волчьих лап, сделавшись опять человеком!» (Боричевский И. П. «Повести и предания народов славянского племени», ч. 1, СПб, 1840). Далее рассказывается, как он вернулся в родную деревню, но знакомых и родных уже не встретил. Однако не предался отчаянию, в поте лица зарабатывал насущный хлеб и рассказывал людям о своей судьбе.

Ваўкалак. Валерий Славук.

Нечистая сила. Валерий Славук. Иллюстрации к книге «Шляхтич Завальня».

Вазила (конюшник, табунник) — дух-покровитель лошадей, его представляют в человеческом образе, но с конскими ушами и копытами. Всякий домохозяин имеет собственного вазилу, который живет в конюшне (сарае), заботится, чтоб водились лошади, оберегает их от болезней, а когда они ходят в табун — удаляет от них хищного зверя

Вазила.. Рисунок Валерия Славука

В Белоруссии для тех оборотней, которые являются в виде жаб, лягушек , употребительны названия: жабалака

ЖАБАЛАКА — оборотень, который является в виде жабы. Царевна-лягушка - из этой кампании...

В каждом селе, деревне...