БАРАНОВА О. «ИСПЫТАНИЕ СУДЬБОЙ»:
15 августа исполнилось 12 лет со дня смерти нашего славного земляка Николая Алексеевича Левицкого, народного артиста СССР, лауреата Государственной премии РСФСР, дважды лауреата Ломоносовской премии, кинорежиссера, сценариста, художника и писателя.
...Какими разными бывают человеческие судьбы, какими противоположными они могут оказаться даже у самых близких друг другу людей из одной семьи, какие неожиданные повороты ее – счастливые или мрачные – вдруг могут изменить весь ход жизни, зачастую даже вопреки здравому смыслу. Пожалуй, история семьи Левицких – яркий тому пример.
Жить этой семье выпало во время жестокое, переломное – время революции и последовавших за ней преобразований. Как и для многих других семей для Левицких это время сложилось далеко не лучшим образом. А виной всему был духовный сан его отца, Алексея Васильевича, да еще вставшие на его пути подлость, зависть и, наверное, даже и предательство – те людские пороки, которые, к сожалению, способны искалечить жизнь людей, отнюдь этого не заслуживающих.
Об Алексее Васильевиче Левицком хочется рассказать особо. Судя по всему, это была совершенно незаурядная личность. Наверное, как никто другой из его окружения, он стремился идти в ногу со временем, к новой, как ему верилось, светлой жизни.
На церковную стезю Алексей Васильевич вступил не по воле сердца, а по настоянию своего отца, крестьянина из Кубено-Озерска. Как знать, возможно разлад между желаемым и реальностью и привел Алексея Васильевича к печальному итогу. Вольнолюбивая, деятельная его натура рано дала о себе знать. За участие в студенческих волнениях он был исключен из Вологодской духовной семинарии, вынужден был приехать в грязовецкое село Никола-Пенье, где в местный храм требовался певчий. Кстати, у Алексея Васильевича от природы был прекрасный голос.
Здесь судьба свела его с будущей женой – Анной Павловной Грачевой, девушкой из крестьянской семьи, у родителей которой Левицкий остановился на постой.
Так и появилась в Николе-Пенье семья Левицких, никогда не жившая богато материально, зато богатая детьми, среди которых Николай был старшим. Алексей Васильевич не мог довольствоваться одной только службой в церкви, его энергичный ум требовал новых знаний, источником которых для него были прежде всего книги. Читал он много и жадно. Как вспоминала его дочь Нина Алексеевна Купецкая, за книгами он просиживал ночи напролет, а однажды так засиделся, что у него носом пошла кровь.
Возможно, Алексей Васильевич был знаком и с революционной литературой, так как скоро проникся ее идеями, а в период установления советской власти сразу же стал поддерживать ее, всей душой приняв те перемены, которые она сулила людям. Именно под его руководством в его деревне была организована изба-читальня. Вокруг него сплотилась целая группа молодежи, с огромным энтузиазмом ставившая концерты, спектакли. Неизменно в этих мероприятиях принимал участие и Николай.
Казалось, наконец жизнь стала наполняться новым смыслом. Однако судьба распорядилась по-иному.
Надо сказать, что Алексея Васильевича вообще в деревне очень любили и уважали. Он умел найти общий язык с простыми людьми, был по-настоящему добр с ними.
О жизненном и творческом пути этого человека подробно повествует выставка «И жизнь, и слезы, и любовь...», открытая в Грязовецком краеведческом музее. Предлагаемый сегодня читателю материал рассказывает о его родителях, о семье, в которой он вырос.
В семье, правда, не всегда все складывалось ладно. Анна Павловна, женщина добрая, заботливая, но в отличие от мужа очень преданная Церкви и богобоязненная, не одобряла его критического отношения к религии, его формального отношения к службе. Разница во взглядах, однако, никогда не мешала Алексею Васильевичу заботиться о жене, помогать ей в хозяйственных и домашних делах, в заботе о детях.
Дети же, напротив, не просто любили отца, но и гордились им. Так, Капитолина Алексеевна, одна из дочерей Алексея Васильевича, и до сих пор помнит, как она еще совсем маленькой девочкой украдкой от мамы убегала в церковь, пробиралась поближе к клиросу, чтобы только посмотреть на папу и послушать, как он поет. А потом, бывало не выдержав духоты, падала в обморок. Тогда отец подбегал к ней, выносил на свободное место и помогал прийти в чувство. Конечно же, бранился на нее, на маму, которая не доглядела за дочерью.
Но были и другие люди, к сожалению, уполномоченные новой властью вершить судьбы односельчан, не желавшие оставить в покое Алексея Васильевича, и дать ему возможность к новой жизни, той, к которой он и сам стремился всей душой. Как ни радел за советскую власть Алексей Васильевич, ему продолжали ставить в вину то, что он был когда-то служителем культа.
Преследования начались еще в 1924 году. Это были попытки ничем не оправданного раскулачивания и без того бедной семьи, отстранение девочек от школы (только Николаю разрешили в ней учиться).
Тем не менее семья Левицких продолжала добросовестно выполнять все распоряжения местной власти, трудилась в колхозе, исполняла разнарядки сельсовета, которые иногда казались просто непосильными. Так получилось в 1928 году с планом по сдаче льна, который Левицкие не смогли выполнить как ни старались.
Последовало наказание – Алексей Васильевич был отправлен на лесозаготовки. Эти события стали началом семейной трагедии. К октябрьским праздникам ему дали отпуск на три дня. Однако дома работы накопилось так много, что отпуск, оказался просроченным.
Это председатель сельсовета счел за настоящее преступление; Был созван сход, на котором Алексей Левицкий публично был объявлен саботажником, намеренно срывающим план заготовок и вопреки всем нормам права вынесен приговор – арест. Только до утра следующего дня дали возможность побыть Алексею Васильевичу дома, благо нашелся добрый, а главное – нетрусливый человек, поручившийся за него.
Тревожной была эта ночь для всей семьи. Алексей Васильевич не спал совсем, все о чем-то думал. Сходил к священнику, с которым раньше служил и который уже прошел через арест. Тот, правда, постарался его успокоить, уверяя, что «сидел с хорошими людьми».
Какие чувства испытывал тогда Алексей Васильевич, какие мысли не давали ему покоя, что понял он, о чем болела его душа – о будущем, о семье, о судьбе детей – мы можем только догадываться. Но утром он старался вести себя спокойно, был привычно заботливым и внимательным. И когда ушел, семья была в полной уверенности, что он у своего поручителя. Но оказалось, что Алексей Васильевич принял иное решение.
Этот страшный день навсегда остался в памяти детей. Так, Нина Алексеевна и сейчас во всех подробностях, с нескрываемым волнением вспоминает, как хватились, что отец долго отсутствует, как пришел ничего не подозревавший поручитель, как кинулись искать его по всей деревне, как увидели следы на снегу, ведущие к сараю и как захолонуло сердце от страшной догадки. Там, в этом сарае, и нашли его, висящего в петле. Было ему тогда 43 года.
Нелегко пришлось осиротевшей семье. Анна Павловна, схоронив мужа и еще до этого проводив старшего сына на заработки, продолжала с детьми работать в колхозе. Нашлись безжалостные люди, которые воспользовались беззащитностью семьи, – обобрав однажды ночью дом и унеся с собой даже детские игрушки. Раскрытием этого преступления никто не стал заниматься. Пришлось обменять дом на маленькую избу-келейку, поскольку самим уже не по силам было ремонтировать его.
Болезни, удары судьбы, прочие невзгоды рано подорвали здоровье матери. Она скончалась в 1934 году в возрасте 45 лет.
Дети, и без того уже настрадавшиеся и лишившиеся последней опоры, должны были устраивать свою жизнь, рано сделавшую их взрослыми. По-разному сложились их судьбы, но все они остались порядочными, добрыми, честными людьми, унаследовав эти качества от своих родителей.
В Грязовце и сейчас проживают дочери Алексея Васильевича и Анны Павловны – Нина Алексеевна Купецкая, Валентина Алексеевна Голикова, а в деревне Басаргино – Капитолина Алексеевна Рогозина. У всех у них позади богатый жизненный путь, проведенный в трудах и заботах.
Именно благодаря их воспоминаниям смогли мы узнать много нового о семье Левицких, о раннем периоде биографии Николая Алексеевича Левицкого. Хочется выразить им большую благодарность за оказанную музею помощь, пожелать им здоровья и всего самого доброго.
Фамилия Левицких, которую когда-то даже небезопасно было произносить вслух, не ушла в небытие, не осталась в небытии. Память о родителях навсегда сохранили в своих сердцах дети Левицких, а старший – Николай – прославил ее, реализовав творческое начало, унаследованное от отца и развив его в настоящий талант.
Память об отчем доме, о родной земле, в которой покоится прах родителей образно запечатлена в пейзажах Николая Левицкого, трогательных, полных любви и тихой печали.
Может быть, эта память, любовь и уважение к отцу, матери, подсознательно подталкивала режиссера Николая Jleвицкого и к идеям, сюжетов его фильмов, в которых его всегда привлекали благородные, сильные духом, а самое главное, человечные личности, с их раздумьями, поисками, сомнениями.
Так пусть же этот рассказ, приуроченный к печальной дате кончины Николая Алексеевича Левицкого, будет воспоминанием не только о нем, но и о его семье, его родителях, достойных самой светлой памяти.
Библиография:
Баранова О. Испытание судьбой / О. Баранова // Сельская правда. – Грязовец. – 1994. – 16 августа. – С. 2.
Источник:
http://www.booksite.ru/cinema/5_16.htmlи
http://www.booksite.ru/cinema/st-509.htmlТаким образом, О. Баранова в статье «Испытание судьбой» пишет, что Алексей Васильевич Левицкий (отец кинорежиссёра Николая Алексеевича Левицкого) – сын крестьянина из Кубено-Озерска.
Между тем, из Клировых ведомостей Грязовецкого уезда за 1907 год известно, что Алексей Васильевич Левицкий (Левитский) – сын псаломщика-диакона Леонтьевской Верхвологодской церкви Вологодского уезда Василия Левитского. То есть, Алексей Васильевич не из крестьянского сословия, а из духовного сословия.
О. Баранова также пишет, что: «За участие в студенческих волнениях он был исключен из Вологодской духовной семинарии, вынужден был приехать в грязовецкое село Никола-Пенье, где в местный храм требовался певчий».
Тогда как, по сообщениям журнала «Вологодские Епархиальные Ведомости», 24-го Октября 1907 года бывший воспитанник третьего класса Вологодской Духовной Семинарии, дьяконский сын Алексей Левитский был назначен исполняющим обязанности псаломщика при Николаевской Пеньевской церкви Грязовецкого уезда, а 3-го Февраля 1909 года утверждён в вышеуказанной должности.
Иными словами, псаломщиком в вышеуказанную церковь его назначило Епархиальное Начальство.
