Село Шумовка Симбирского уезда.

В альбоме 34 бумажных листа, 70 пронумерованных страниц с рисунками, выполненными цветными и простым карандашами.
На страницах 45 и 46 мы видим два рисунка Шумовского храма, сделанные в Шумовке в 1913 году: «Древний Шумовский храм. Алтарь. Вост. стор. 1913» (на листе, расположенном вертикально) и «Древняя Шумовская церковь. Северо-вост… 1913». Изображения выполнены коричневым карандашом.

В 1914 году часовня, согласно КВ, пока еще в Шумовке. Да, в альбоме мы видим пейзажи И.А. Фомина с часовней в Шумовке, сделанные в 1914 году:
- «Старинная Шумовская церковь. Юго-западная сторона. С. Шумовка. 18 июля 1914 г.» (с. 62);
- «1914 г. 18 июля. Шумовка. Вечер. Со стор. (неразборчиво). Юго-…» (с. 63, слева от часовни зарисованы дома, справа - вдали виднеется колокольня каменного храма);
- «Внутренний вид Шумовского древнего храма. 1914.» (с. 64, простым карандашом художник зарисовал иконостас и контуры фигур на иконах);
- «Шумовка. Сумерки. 18 июля. Жниво (?) Юго-...» (с. 65, часовня изображена по центру, слева и справа неясные очертания строений);
- «Замок. Дверь Шумовского храма. Июль 1914 г. с. Шумовка» (с. 70, слева вертикально написаны четыре строчки, которые не удалось прочитать; далее крупно изображен замок двери, затем дверь с замком. Над рисунком коричневым крандашом написаны две строчки).

Итак, серия изображений часовни началась с рисунков 1913 года, продолжилась летом 1914-го, а серия рисунков с видами пустыни, судя по изображенной природе, начинается этим же летом. Возможно, автор впервые попал в пустынь после Шумовки, был пленен окрестными видами и часто приезжал туда впоследствии или даже оставался пожить там.
Представляется, что художника привел в Шумовку тот факт, что крестьянское общество жертвует свою часовню в пустынь: нужно было ознакомиться с сооружением, зарисовать его, чтобы был понятен предстоящий объём работ по его демонтажу и транспортировке в монастырь.

Датировка рисунков позволяет сделать вывод, что часовня была перевезена в пустынь после 18 июля 1914 года, а ее силуэт в пустыни мы видим впервые на рисунке под названием «Волга», помеченном 24 июня 1916 года, на альбомном развороте. Рядышком и новая церковь.

Из рисунков с изображением пустыни видно, что она располагалась в очень живописном месте. Зарисовки с разнообразными по рельефу, растительности видами, с видами реки живо передают его простор, красоту и очарование и оставляют светлое, незабываемое впечатление.

Пустынь 1913-1916 годов была обнесена деревянной оградой с воротами под крестом и калиткой.
Справа от церкви постройки 1909 года (на изображении с обложки) находилась колокольня: деревянная, под зеленой крышей, с лесенкой, ведущей на площадку звонаря. На другом рисунке, выполненном цветными карандашами, под крышей видны 6 колоколов.
Слева от церкви, похоже, небольшое кладбище, с двумя крестами, обнесенное деревянной оградой.
В пустыни было несколько построек.
На одном рисунке изображен фонарь.

Рисунок от 9 декабря 1914 года, «Пристань Сол. П.» (с. 23), представляет собой очаровательный зимний пейзаж: заснеженный берег Волги, поросший деревьями; среди них – знак: столбик на более широком основании, под крышей с крестом, вероятно, сообщающий о наличии здесь святого места; на переднем плане - отдыхающая от летних трудов покрытая снегом лодка.

Об авторе изображений сведений в каталогах и справочной литературе не нашла. Можно предположить, что он был монахом или послушником, но подписывал ли бы он тогда свои рисунки мирским именем: фамилией с инициалами? В списках монахов и послушников Соловецкой пустыни их мирские имена практически не указываются. И такого имени нет. Название рисунка «Татарская Вединьга», от 26.06.1915 года (с. 55), вместо «Беденьга», наводит на мысль, что автор был неместным.

Рисунки из альбома И.А. Фомина (Ульяновский краеведческий музей им. И.А. Гончарова).
1. "1914 г. 18 июля. Шумовка. Вечер. Со стор. (неразборчиво). Юго-…» (с. 63). Часовня и колокольня каменного храма.
2. «Волга», 24 июня 1916 г. (сс. 43-44). Шумовская часовня в Соловецкой пустыни.
3. "Пристань Соловецкой пустыни" (с. 61).

В Интернете на сайте СОБОРЫ.РУ [см. 31.05.2022] представлена фотография храмов Соловецкой пустыни 1926 (?) года. Фотография сделана зимой.
В ведомости о расходах Соловецкой пустыни за 1916 год в графе «На покупку дров» поверх напечатанных слов от руки вписано: «На постройку церкви и коннаго двора». Сумма денег, уплаченная за эту работу, указана в строке «Декабрь» - 2835, 28 рублей. Можно предположить, что ближе к зиме или в её начале окончились все строительные работы, в декабре произошел окончательный расчет со строителями. Возможно, что примерно в это время церковь, как уже отстроенную, сфотографировали. Не 1916 ли годом, прочитанным как 1926, помечена фотография?
Обращают на себя внимание закрытые окна. История второго перемещения часовни приходится на время Первой мировой войны. Возможно, из-за недостатка средств и небольшого количества богомольцев окна пока не стеклили. Хотя, возможно, в храме было несколько незакрытых окон с другой стороны, которые на фото не видны.
Ведомость о приходе церковных и неокладных сумм за 1916 год, от 24.02.1917 года, подписанная управляющим Соловецкой Пустыни Иеромонахом Саввой, содержит, среди прочих, заполненную графу, свидетельствующую о том, что и в это время пустынь была посещаема: «За номера и чай».

Довелось ли послужить шумовской церкви на новом месте? Ответ на этот вопрос, кажется, найдется скорее в мемуарах, чем в архивах.

В «Ведомости о Монашествующих Симбирской Соловецкой Зосимо-Савватиевской Пустыни за 1915 год» имеются сведения о 14 насельниках. Среди Временно Служащих послушников под номером 10 указан Константин Борисов, 14 лет, из крестьян села Шумовки.
«Обучался в сельской школе.
Поступил в Соловецкую пустынь в число послушников в феврале 1915 года.
Помогает в трапезной.
Слушается и старается навыкнуть монастырской жизни».
Это мальчик из семьи Дылдиных-Борисовых. Еще одна связующая ниточка между Шумовкой и пустынью.

Фотография храмов Соловецкой пустыни с сайта СОБОРЫ.РУ.

Казалось бы, что ещё может связать Шумовку и Соловецкую пустынь? Оказывается, было ещё такое событие.

Из документов ГАУО выясняется, что после упразднения Соловецкой пустыни церковные предметы были национализированы и перевезены для временного хранения в церковь села Шумовки. Было это имущество одной церкви или обеих, не уточняется. В архивном документе 1924 года есть копия от 28 октября 1923 года с копии описи «церковного имущества бывшего Соловецкого Монастыря принятого Церковным Советом настоящего состава от третьего Церковного совета в марте 1923 года».
Большую часть его принял на хранение Церковный Совет шумовской церкви. Меньшую, для последующей отправки в Симбирск, – председатель Шумовского Волостного Исполнительного Комитета тов. Давыдов.

Несколько монахов из ликвидированной Соловецкой пустыни жили в 1924-1925 году в Шумовке. В поселенный список плательщиков сельскохозяйственного налога села Шумовки за 1924-1925 год без фамилий, под № 398, внесены «Монахи Соловецкой Пустыни». В тот год за ними числилось 6,72 дес. пашни, 0,48 дес незаливных лугов. Засеяно 2 дес. озимыми, 2,40 дес. - яровыми. «Всего едоков – 4». В графе «В т.ч. трудоспособных. Мужчин от 18 до 60 лет» стоит прочерк. Ни крупного рогатого скота, ни лошадей у них нет. В подобных документах за 1923-1924 год и за 1925-1926 год монахов Соловецкой пустыни в списках нет. В архивном деле 1927 г. представлен социальный состав 2-х селений, входящих в Шумовский сельсовет, Шумовки и Линевки, в более, чем 30 пунктах. В т. ч. п. «7: Служителей религиозных культов и монахов 7». Скорее всего, жили они там, но не всегда это отражалось в документах.

Вопросами церкви при Губернском Административном Отделе (Г.А.О.) занимался «Стол церкви» (11.23, «Стол регистрации обществ» - 02.1924, «Стол ИНО и регистрации обществ» - 05.1924) под руководством Александра Михайловича Гудзанского. Национализированное церковное имущество по заявлению выдавалось тем или иным обществам верующих. Так и некоторые из предметов, хранящихся в Шумовской церкви, оказались востребованными.

10 февраля 1924 года в Г.А.О. поступило заявление от Исполнительного Совета Симбирского Вознесенского собора о передаче им в пользование полного архиерейского облачения.

22 марта 1924 года в Г.А.О. пришло заявление от уполномоченных группы верующих деревень Соплевки и Коровина Ундоровской волости, которую от Шумовской волости отделяла Свияга.
Деревня Соплевка и сельцо Коровино находились при ключе Елшанке. Относились они к приходу церкви села Максимовки во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы. Соплевка находилась в 4 верстах, Коровино - в 5 верстах от Максимовки.
Согласно поселенным спискам плательщиков единого сельскохозяйственного налога на 1924/25 год в дер. Соплевке было 43 плательщика (главы семьи) и 217 едоков. В дер. Коровине было 28 плательщиков и 123 едока. Председатель с/совета – А Садовников, секретарь – В. Садовников.

В ДЕРЕВНЕ СОПЛЕВКЕ СИМБИРСКОГО УЕЗДА.

15 марта 1924 года состоялось общее собрание верующих граждан этих деревень. На собрание прибыло 60 домохозяев.
«1. Общим собранием постановили просить высшия власти о разрешении взять церковное имущество находящееся в с. Шумовке из церкви бывш. Соловецкой пустыни т к церковь находившаяся на Соловецкой пустыни куплена и переведена в настоящее время в д. Соплевку. Купить же имущество и святье не имеет средств о чем просим разрешить взять без платно все целиком. сколько его находится. Единогласно постановили избрать в уполномоченные Садовникова Арсентия Семеновича, Сотникова Василия Ивановича и Колесникова Самоилу Денисовича, которым поручаем заключить договор о церковном имуществе и получения такового.
Председатель собрания С. Колесников
Секретарем В<?>. Садовников».

16 марта 1924 года Соплевский Сельский Совет выдал гражданам разрешение поставить церковь в деревне Соплевке:
«Соплевский сельсовет разрешает группе верующих постановить церковь в д. Соплевки и препятствий никаких не имеет». За подписью предсельсовета А. Садовникова и секретаря В<?> Садовникова.
Затем уполномоченные обратились с заявлением в Губернский Симбирский Административный Отдел:
«Мы <…> просим вас разрешить нам взять церк. имущество и святьё бывш. из церкви Соловецкой пустыни каковое в настоящее время все целиком находится в с. Шумовке т. к. церковь бывшая на Соловецкой пустыни куплена верующими д. Соплевки и Коровина и перевезена в д. Соплевку, о чем и просим вас разрешить взять вышеупомянутое безплатно т. к. уплатить за него верующие д. Соплевки и Коровина не имеют средств. имущество же просим отпустить все целиком».

14 апреля 1924 года между уполномоченными от общества граждан деревни Соплевки Садовниковым Арсентием Семеновичем, Сотниковым Василием Ивановичем и Колесниковым Самоилой Денисовичем и полномочным представителем Симбирского Губернского Отдела Александром Михайловичем Гудзанским был подписан договор о том, что они «приняли от Совета Рабочих и Крестьянских депутатов в безсрочное, безплатное пользование находяшееся в дер. Шумовке церковное имущество с богослужебными предметами». Договор занимает более страницы машинописного текста формата А-4, содержит 13 пунктов.
В этот же день Церковно-Приходской совет Христорождественской церкви с. Шумовка и Шумовский ВИК получили распоряжения Г.А.О. об отпуске указанного имущества уполномоченным группы верующих Соплевки «под их расписку на прилагаемой при сем описи». Уполномоченные дали подписку в том, что «беря церковное имущество бывшего Соловецкого Монастыря по договору в случае требования Симбирского ГАО об уплате денег, которые причтутся на означенное имущество за расходы по хранению и перевозке его на государственных складах, означенные деньги группа верующих обязуется уплатить», и в том, что «полученные нами по договору колокола бывшего Соловецкого Монастыря обязуемся от имени группы по первому требованию Симбирского Г.А.О. колокола возвратить». Подписано уполномоченными в Симбирске 14 апреля 1924 года.

Позднее жители Соплевки вновь обратились в ГАО с заявлением:
«В виду того, что нами получено церковное имущество из бывшей Соловецкой церкви в каковом недостает следующих вещей: купели**, сосуды* и всех принадлежностей таковой и одного колокола, а потому и просим добавить к нашему имуществу недостающих упомянутых вещей к сему и подписуемся:
Уполномоченные А. Сад…
С. Колесников.
* чаша для причастия
** купель и крестильный ящик» (написано другой рукой). Даты под заявлением нет. Поверх заявления написано число: 29/IX – 24 г.

В списке церквей и монастырей Ульяновской губернии, предполагаемых к учету отдела по делам Музеев Главнауки Наркомпросса в разделе «Ульяновский уезд» находилась и «бывшая Соловецкая пустынь». В качестве примечания было написано, что она «Ликвидирована, постройки находятся в ведении ВИКа, церковное имущество передано в д. Соплевку Шумовской волости». В конце дата: 6/Х – 24 г.

В 1925 году в документе о количестве церквей и других молитвенных домов всех религиозных культов указана деревянная церковь в деревне Соплёвке, Шумовской волости, с 7 колоколами и совокупным весом их в 6 пудов. Является переданной группе верующих. Подтверждение того, что древняя шумовская церковь, затем часовня на кладбище, потом церковь в Соловецкой обители, совершила ещё одно, третье, путешествие в деревню Соплевку, чтобы послужить еще там, где церкви никогда не было.

В 1930 году среди действующих церквей Ульяновского округа под № 22 фигурирует православная церковь в Соплевке, в которой служат 2 человека.

В 1932 году она «не функционирует 1 год за не им. служ. в н/время пустует».

Автору не встретилось документов об упразднении Соловецкой пустыни. Но в одном архивном деле обнаружилась переписка Г.А.О. с правоохранительными органами, куда его сотрудники обратились 9.09.1924 г. в связи с покупкой церкви крестьянами Соплевки и Коровина. Они попросили узнать:
«1. С чьего разрешения был ликвидирован Соловецкий монастырь. 2. С чьего разрешения были проданы постройки названного монастыря, кому и за какую сумму проданы и куда поступили деньги за проданные постройки».
Сведений об этих событиях в Г.А.О., видимо, не было.
По неуточненным на момент переписки сведениям постройки были проданы с торгов в сентябре 1923 года. Старое здание церкви было продано уполномоченному от общества крестьян дер. Новой Беденьги. По неподтвержденным данным он передал за него продавцу 141 пуд ржи. (При разборе церкви был найден крест). Крестьяне Новой Беденьги, получается, продали потом церковь в Соплевку. Таким образом, Шумовская часовня - Соловецкая церковь совершила свое третье путешествие через Новую Беденьгу.
Еще на торгах был продан дом. Но кому, и точно ли, что за него был получен скот и в каком количестве, на тот момент было неизвестно.
Итоги расследования и распоряжения Уголовного Отдела Ульяновского Губсуда в деле отсутствуют.

Как и когда закончила свои дни старая Шумовская церковь, потом часовня, затем церковь Соловецкой пустыни, и, наконец, церковь села Соплевки? Сложили из ее бревнышек какой-нибудь дом или хозяйственную постройку? Или обогревала она кого-то своим теплом во время войны? Нет ответа… Может быть, кто-то слышал что-то о церкви в Соплевке?

О шумовском мальчике, служившем в Соловецкой пустыни, есть информация у Алексия Скалы в книге ЦЕРКОВЬ В УЗАХ. По делу № П-4885 «О контрреволюционной повстанческой монархической организации «Наследники» (начато 26.03.1932 г., окончено 25.08.1932 г.) было осуждено 48 человек и среди них - Дылдин-Борисов Константин Андреевич, монах Константин, бывший монах Соловецкого монастыря, приговоренный к заключению в концлагерь сроком на 3 года. Грамотный, одинокий, на день ареста проживал в Шумовке и занимался сельским хозяйством [с. 462-474]. Дальнейшая судьба его неизвестна.

УПРАВЛЯЮЩИЙ ИМЕНИЕМ.

При крепостном праве хозяйство мог вести сам помещик, но если имение было крупное, этим занимались наемные служащие – управляющие. В том случае, когда помещику принадлежало несколько имений, он назначал управляющего в каждое из них, а всеми ими ведал главный управляющий.
Первым помощником управляющего был приказчик (нанимаемый управляющим) или бурмистр (выбираемый на сходе крестьянской общиной из крестьян).
В обширных имениях, где находилось много сел, в каждом из них выбирались старосты, которые помогали бурмистрам распределять работу среди крестьян. В отдельных случаях в помощниках у старосты служили выборные, которых также назначали из крестьян.
От качества работы управляющего зависела доходность имения, поэтому его выбор не мог быть случайным. Часто управляющими становились приезжавшие из-за границы агрономы.
Нередко управляющий являлся и арендатором и выплачивал владельцу большую часть получаемого дохода.
Документация и бухгалтерия велась в специальном помещении – конторе.
(«Кто есть кто в истории России». Ситников Виталий Павлович. Кто управлял помещичьим имением?)

В архивных делах, касающихся событий в Шумовке, присутствуют слова «вотчинная контора», «экономия» (помещичье хозяйство, сл. Ожегова, Шведовой).

Практически вся наша информация из архивных дел относится ко времени с 1861 г., когда владелицей села Шумовки стала по раздельному акту княгиня М.И. Голицына, вдова, в этом же году вышедшая замуж за графа Н.Д. Остен-Сакен, российского дипломата, и практически всю оставшуюся жизнь прожившая за границей.
В Санкт-Петербурге, в одном из ее домов, находилась контора управляющего всеми имениями графини, в этом же доме он обычно и жил. Адрес этот – Офицерская ул., 7 или Фонарный переулок, 14 (угловой дом) – встречается в доверенностях, выдаваемых главным управляющим.

Казалось бы, такая фигура, как управляющий, была особо значимой для временнообязанных бывшему помещику крестьян. Именно через управляющего осуществлялась связь с человеком, на кого они до сих пор работали, кому платили оброк.
Но и после выкупа своего участка земли или получения дарственного надела, они так же зависели от управляющего. Он управлял теперь имением, которое осталось у нанявшего его землевладельца при этом же селе и деревеньках, совершал покупки и продажи новых участков, руководил сельскохозяйственными работами и пр. И если крестьяне хотели взять в аренду или купить землю у своего бывшего хозяина, наняться на работу в его хозяйстве, то идти на поклон нужно было опять к тому же управляющему. И усадьба бывшего помещика с конторой оставалась там же, где и была, как это было в Шумовке.

Доверенность на управление выдавалась лицу как в начале службы у землевладельца, так и позже, для удостоверения права управлять вновь приобретенными поблизости имениями, или для совершения особых, срочных дел, возлагаемых на управляющих, отсутствующих в перечне доверяемых действий первой доверенности.

Предлагаю Вам для примера доверенность, выданную главным управляющим имениями графини Константином Николаевичем Корф управляющему имением при с. Шумовке Лифляндскому гражданину Евгению Александровичу Фейт на управление вновь приобретенными им для графини в 1889 г. имениями при сельце Линевке и деревне Семеновке. Круг обязанностей и прав управляющего здесь хорошо очерчен.

«Милостивый Государь Евгений Александрович!
На основании доверенности, данной мне с правом передоверия Графинею Мариею Ильиничною Остен-Сакен, засвидетельствованной в Императорской Российской при Дворе Гессенском Миссии в Дармштадте 1/13 Июля 1870 года за № 43 и удостоверенной в Департаменте Внутренних Сношений Министерства Иностранных Дел 13 июля того же года за № 4693, поручаю Вам управление недвижимыми имениями, принадлежащими доверительнице моей, состоящими Симбирской губернии и уезда, а именно: при сельце Линевке, приобретенным покупкою с публичных торгов в Симбирском Окружном Суде в 1889 г. и при деревне Семеновке, заключающемся в луговой земле с водяной мукомельницей на реке Бирюч, купленных от титулярнаго Советника Сергия Сергеевича Глинки тоже в 1889 году, при чем доверяю Вам:
1е) вести хозяйство в означенных имениях на тех основаниях, какия будут мною Вам указаны.
2) Нанимать и увольнять служащих, рабочих, подрядчиков и других лиц, назначая им жалованье, содержание и заработную плату.
3е) Отдавать ежегодно земли имений, как пахотныя, так и сенокосныя, под испольную обработку крестьянам, а также сдавать в аренду земли и прочия доходныя статьи имений по ценам, какия Вы признаете выгодными, на сроки не более трех лет.
4е) Продавать продукты имений по ценам, какия Вы признаете выгодными.
5е) Получать от куда бы то ни было по означенным имениям деньги и доходы, производить нужные расходы, платежи и покупать для имений и хозяйства <ну>жные предметы за наличныя деньги.
6) Страховать движимое и не движимое имущество имений от несча<стий> и в случае оных производить расчеты и получать <?>.
7) Производить в означенных имениях нужные ремонты, новые-же постройки - не иначе как с моего разрешения и согласно утвержденных мною смет.
8) На все вышесказанное заключать условия и договоры.
9) Быть за доверительницу мою при размежевании земель, при чем подписывать нужныя бумаги, планы и акты и ходатайствовать по сим делам во всех присутственных местах, не исключая Правительствующего Сената, а также и у должностных лиц и, кроме того, ходатайствовать о вводе во владение доверительницы моей означенными владениями; находится при вводе во владение, получать копии с вводных листов, подавать нужныя по сему предмету бумаги, куда будет следовать, представлять и получать документы.
10) Дозволять на законных основаниях в означенных имениях разным лицам, кому признаете нужным, торговлю крепкими напитками, выдавать на сей предмет дозволения и подавать по сем на Суду, куда будет следовать, нужныя бумаги.
11) Во всех Ваших действиях прошу Вас доставлять мне отчеты.
12) По всем делам, относящимся до выше сказанных имений доверительницы моей, как гражданским, так и уголовным, доверяю Вам ходатайствовать, для чего являться на Суд в качестве исца, ответчика и третьяго лица, привлекать к ответственности третьих лиц, предъявлять требования к лицам, имеющим какия либо расчеты с моей доверительницей, и отвечать по таковым требованиям, подавать во все присутственныя места и должностным лицам, всякого рода прошения, объявления, отзывы и другия бумаги, защищать интересы доверительницы моей словестно и письменно, представлять и получать от куда будет следовать всякого рода справки, копии, выписи и документы, выслушивать решения и определения, объяв<лять> на оным удовольствия и не удовольствия, приноси<ть> частныя, апелляционныя и кассационныя жа<лобы> во все судебныя инстанции не исключая Прав<ительствующаго> Сената и Кассационных его Департаментов; просить об отмене решений вступивших в законную силу, предъявлять отводы и споры о подлоге и давать ответы по таковым спорам, просить об обезпечении исков и о предварительном исполнении решений, взыскивать судебныя и за ведение дела издержки и убытки и получать исполнительные листы, производить взыскания, получать присужденныя деньги, присутствовать при описи, оценке и продаже имуществ должников и ходатайствовать о объявлении их не состоятельными, кончать дела миром, подписывать мировыя сделки. Все, что Вам 12м пунктом сей доверенности, относительно ходатайства по судебным делам предоставлено, Вы можете передоверять другим лицам и все, что Вы или поверенные Ваши по сему законно учините, я и доверительница моя Вам верим, спорить и прекословить не будем. – Доверенность сия принадлежит Лифляндскому гражданину Евгению Александровичу Фейт. – По доверенности Графини Марии Ильиничны Остен-Сакен Барон Константин Николаевич Корф.
Тысяча восемьсот восемьдесят девятаго года Ноября 11 дня акт этот явлен у меня, Ивана Ивановича Струмилло, исполняющего должность Санкт-Петербургскаго нотариуса Барона Николая Александровича Рауш фон Траубенберг в Конторе его, находящейся Адмиралтейской части, по Невскому проспекту №12 Гофмейстером Высочайшаго Двора Бароном Константином Николаевичем Корф <…> живущим Адмиралтейской части, по Почтамтской улице №8 <…>»
«Я, нижеподписавшийся, удостоверяю верность этой копии с подлинником ея, представленным мне, Алексею Никоноровичу Попову, Симбирскому Нотариусу, в конторе моей – 1 части, по Большой Саратовской улице в доме Конурина, Лифляндским Гражданином Евгением Александровичем Фейт, живущим в селе Шумовке, Симбирскаго уезда <…>» (ГАУО, 1–20-117).

Предлагаемые списки управляющих имениями М.И. и Н.Д. Остен-Сакен, скорее всего, неполные, составлены на основании анализа архивных документов ГАУО, доверенностей, выданных управляющим главной конторой на управление имением в Шумовке или на совершение каких-то дел. Из нескольких доверенностей, как первая, бралась самая ранняя, что не означает, что она первая.

Главные управляющие имениями графини М.И. и Н.Д. Остен-Сакен в С.-Петербурге:

1. Муханов Николай Алексеевич (9.06.1802-20.04.1871), Действительный тайный советник (со 2.09.1860) (ГАУО, 582–1–49).

2. Кабалеров Павел Николаевич, Статский советник (дов. 10.04.1864) (ГАУО, 1-101-261).
В 1844 г. столоначальник в Третьем Департаменте Государственных Имуществ, Титулярный Советник
(Адрес-календарь санктпетербургских жителей, составленный по официальным документам и сведениям К. Нистремом : Т. 2. Календарь служащих чиновников, 1844 г., Я-А)

3. Корф Константин Николаевич, (1833-17.12.1895), барон, Действительный Статский советник. Окончил Александровский лицей (дов. от 1.07.1870 по 1895) (ГАУО, 401-1-380, Я.-А).

4. Иверсен Владимир Михайлович, Потомственный Почетный Гражданин (с 1896 по, примерно, I пол. 1908) (ГАУО, 1-26-103).

5. Рилле Герман Юльевич, Потомственный Почетный Гражданин (дов. графа Н.Д. Остен-Сакен от 23.06.1908) (ГАУО, 1-39-187).

Управляющие имением при с. Шумовке, позже – и при д. Семеновке, с-це Линевке, с. Полдомасове, д. Коровиной.

1. Макушин Сергей Иванович (1825-2.07.1891), бывший дворовый человек кн. С.М. и М.А. Голицыных, «вотчинный прикащик» (в 1862 уже в Шумовке - 1870) (ГАУО, 582–1–49, 117-15-295)

2. Симантовский Николай Карпович, Статский Советник (дов. от 20.04.1871) (ГАУО, 1-3-9). Человек с такими фио в 1858 г. был экзекутором и казначеем Департамента сельского хозяйства (Я-А).

3. Миллер Аполлинарий Васильевич, дворянин (довер. от 21.10.1876). В арх. деле есть документ с его подписью от 1.07.1885 г. (ГАУО, 401-1-380).

4. Фейт Евгений Александрович (1844-30.09.1907), Лифляндский гражданин (в 1887 уже был) (ГАУО, 19-1-7, 1-20-117).

5. Еленевский Никифор Иванович, Ученый управитель (дов. от 17.03.1894) (ГАУО, 1-26-60).
Дворянин, канцелярский служитель конторы Усманской дворянской опеки Тамбовской губ. с 8.07.1891 г. произведен в коллежского регистратора (Сенатские ведомости, 1892 г. вып. 21). За выслугу лет канцелярский чиновник Усманской дворянской опеки Тамбовской губернии с 8.07.1894 г. произведен в губернского секретаря (Сенатские ведомости, 1895 г., вып. 81). В СГВ, 1897 г., № 26, находится в списке санитарных попечителей, с. Шумовка. В СГВ, 1900 г., № 71 упоминается губернский секретарь Н.И.Еленевский.

6. Чернеевский Василий Семенович, Потомственный Почетный Гражданин (дов. от 9.07.1908) (ГАУО, 1-39-187).

Пока списки такие. Надеюсь, будут новые архивные данные, и их удастся подкорректировать.

Добрый день!

Далее соединяю два документа: отчет пристава В.В. Базилевского о результатах дознания и, в скобках, показания потерпевших и свидетелей, или их фрагменты, полученные следователем О.Е. Уссаковским 28-30 июля от тех людей, о которых пишет пристав. Из одинаковых показаний выбираю наиболее полное. Привожу фио, возраст и грамотен ли. Под показаниями грамотный расписывался, а про неграмотного внизу писали: «Неграмотный».
Повторяющиеся сведения о допрашиваемых и их одинаковые ответы не привожу: "крестьянин села Шумовки", "православный", "под судом не был", «Особых отношений со сторонами не имею», «Больше ничего по делу не знаю», «Причина этих пожаров мне неизвестна и в поджоге никого не подозреваю».
Галка - горящая головня, носимая ветром на пожаре (Словарь Даля).
Булга - симб., склока, тревога, суета, беспокойство (Словарь Даля).

ОТЧЕТ ПРИСТАВА О ПРОИЗВЕДЕННОМ ДОЗНАНИИ.

«1891 года Июля 26 дня Пристав 1 стана Симбирскаго уезда составил настоящий акт о последствиях дознания произведённаго 23 и 24 Июля о причине пожаров произшедших в селе Шумовке 23го числа.
По дознанию оказалось:
первый пожар начался в 10 часов утра в доме крестьянина Андрея Иванова Бурханова и пошёл по церковной улице; ветер клонил несколько наискось чрез улицу, но не вдоль улицы; когда ещё пожар не дошёл до церкви, загорелся дом крестьянина Николая Гаврилова Панькина, находящагося по другую сторону церкви на не подветренной стороне; когда эти два пожара были несколько утушены, часу в 4-м дня загорелся дом крестьянина Василия Семёнова Просвирнова, находящийся совершенно в другой улице.
Этими пожарами истреблено 138 крестьянских домов, 3 дома местных церковных служителей и Становая Квартира, помещавшаяся в доме Землевладелицы при с. Шумовке, Графини Остен-Сакен, со всеми надворными постройками и частью имуществом. Убытку причинено на 36682 руб. 68 коп. -
В этот же пожар обгорела и умерла крестьянская вдова <…> и сгорела двух-летняя девочка <…>.
Все пожары, по словам очевидцев, начинались на скатах соломенных крыш задних построек на высоте человеческаго роста.

Мать потерпевшаго Андрея Бурханова - Татьяна Бурханова - объяснила, что она была дома с малолетними детьми, а в другом их доме была жена квартиранта Симбирскаго мещанина Петра Иванова - Прасковья Дмитриева с дочерью Марьей; загорелась соломенная крыша на хлеве позади сеней при доме, в коем жил квартирант Иванов; загорелось со стороны проулка, по коему пролегает дорога в деревню Семёновку и на мельницу Остен-Сакен; причину пожара не знает, но при этом присовокупляет, что неосторожности с огнём ни с ея стороны, ни с стороны квартиранта не было.
(Татьяна Герасимова Бурханова, 60 лет, неграмотная.
<…> В день последняго пожара утром, в котором часу, не знаю - я была дома одна с 3-ми малолетними внуками и укладывала их спать на погребице. В то время на дворе послышался крик, что мы горим. Я выскочила на двор и увидела, что позади дома нашего, в котором стоял на квартире писарь Становаго Пётр Иванов с семьёй, горит снаружи от проезднаго проулка соломенная крыша сарая. Я схватила ребятишек и вынесла их на улицу. Ветер был сильный и огонь вскоре охватил весь наш двор, так что ничего нельзя было спасти. С чего загорелся сарай, я не знаю, но только я по двору с огнём не ходила. Что было дальше, я не помню).

Отставной фейерверкер из крестьян села Шумовки Феодор Иванов Захаров показал, что жена его Агафья Максимова, выйдя на улицу, увидела начавшийся пожар в доме Бурханова, крикнула мужа, последний вышел и увидел, что горит соломенная крыша надворных построек Бурханова сверху с стороны проулка; людей, убегающих от места пожара, и вообще подозрительных не видал, причину пожара не знает.
(Фёдор Иванов Захаров, отставной фейерверкер, 48 лет, грамотный.
23 сего Июля часов в 10 утра жена моя Агафья Максимова позвала меня, говоря, что у Андрея Бурханова, жившаго через улицу как раз против меня, загорелось. Я вышел на улицу, и оказалось, что горит сверху от проулка соломенная крыша пристена Бурханова. В это время огонь был ещё небольшой, но сильный ветер быстро раздул его и покатил вдоль по улице по направлению к церкви. Что было дальше, я не обращал внимание, так как был занят всецело тасканием своего имения. На втором пожаре я не был. Пожар у Бурханова начался около сеней.
Агафья Максимова Захарова, 44 лет, жена отставнаго фейерверкера, неграмотная.
В прошлый Вторник часов в 10 утра я вышла на улицу и увидала, что на соломенной крыше сарая Андрея Бурханова сверху от проулка появился дымок. Я позвала мужа, и когда он вышел, то появился огонь, который стал быстро распространяться. В начале пожара ветер был не очень сильный и дул то в одну сторону, то в другую сторону, но все-таки сильнее в ту сторону, куда пошёл пожар, т. е. по направлению к церкви, но во время пожара он страшно усилился и стал дуть во все стороны, так что галки летали по разным направлениям. Как дальше шёл пожар, я не видела. Часа в 4 пополудни, когда дворы, охваченные этим пожаром, ещё не прогорели, вспыхнул пожар в другом конце села, где он также принял обширныя размеры. Всего в оба эти пожара сгорело 140 или 150 дворов. Ни при начале пожара, ни во время его я никаких взрывов не замечала).

Крестьянка села Шумовки Арина Золотова показала то же самое, что и Захаров.
(Арина Дмитриева Золотова, 44 лет, неграмотная.
Я жила рядом с Андреем Бурхановым. Часов в 10 утра мне сказали, что соседи загорелись. Я взяла ребёнка и вышла на двор. Оказалось, что горит соломенная крыша сарая Бурханова сбоку от проулка. Огонь ещё был небольшой и начался снаружи, но затем сильный ветер быстро раздул его, и он стал распространяться, так что не успела я опомниться, как занялся наш двор. Мы почти ничего не успели вытащить, и всё наше имущество сгорело, на какую сумму определить не могу. Что было дальше, не помню).

Николай Панькин объяснил, что когда горела церковная улица, и пожар далеко не дошёл ещё до церкви, как загорелась соломенная крыша на его задах; дом его находился по другую сторону церкви и ветер на него не клонил; причину пожара он относит к поджогу произведённому Управляющим Имением Графини Остен-Сакен Фейтом через кого-либо из его служащих на том основании, что свидетель сам слышал как Фейт в поле грозил Шумовским мужикам, что он их разорит и сгонит по семи семей в одну избу.
(Николай Гаврилов Панкин, 62 лет, неграмотный.
Я служу ночным уличным караульным в своём селе. В день последняго пожара, часов в 10 утра я сидел на улице у своего двора, где стояла бочка с водой, поглядывал во все стороны на случай появления огня. Вдруг я увидел, что за церковью саженях в 200 от моего двора вспыхнул пожар и благодаря сильному ветру стал быстро распространяться по направлению к церкви. Я стал таскать своё имущество, хотя ветер дул не прямо на мой двор, а несколько вкось от него. Пожар ещё не достиг дома, ближайшаго к церкви, как на моих задах загорелась соломенная крыша, и затем огонь быстро охватил мой двор. В этот пожар сгорело несколько кварталов. Через час или 1 1/2 после этого, когда у нас порядком ещё не прогорело, загорелось в другом конце села, где также сгорело несколько десятков домов. Огня от нас туда перебросить не могло, так как направление ветра было не в ту сторону. <…> Во время этих пожаров я никаких взрывов и выстрелов не слышал. У меня сгорело рублей на 200. Мой двор был застрахован в Земстве).

Симбирский мещанин Лев Сидоров Соколов показал то же самое, что объяснили Захаров и Панькин, причину пожара, по народной молве, относит к поджогу Фейта.
(Лев Сидоров Соколов, 69 лет, Симбирский мещанин, проживаю в селе Шумовке, грамотный.
23 июля часов в 9 1/2 утра я шёл по улице села из своей квартиры в церковь и остановился поговорить с знакомым мальчишкой. Во время этаго разговора мальчишка оглянулся и крикнул: "Дедушка, пожар". Я тоже оглянулся и увидел, что загорелась от проулка соломенная крыша сарая Андрея Бурханова. Огонь появился на верху крыши и вспыхнул столбом. Был сильный ветер и пожар стал быстро распространяться по направлению к церкви, куда дул ветер. Пожар не успел ещё достигнуть ближайшаго к церкви дома, как загорелось в 2х местах за церковью. Сгорело несколько кварталов. Часа в 3 пополудни вспыхнул пожар в другом конце села, куда не могло перебросить огня, так как ветер был не в ту сторону. Там тоже сгорело несколько десятков домов. Во время этих пожаров ни выстрелов, ни взрывов не слышал. Полагаю, что пожары эти произошли от умышленных поджогов, так как трудно допустить неосторожной обращении с огнём после бывших раньше пожаров).

Первые увидавшие начало пожара в доме крестьянина Василия Просвирнова крестьянин Буинского уезда деревни Малой Цильны Тухтамыш Махмутов и сосед Просвирнова (потерпевший) Пётр Матвеев Пылаев и жена его Надежда Пылаева показали, что в 4м часу 23 Июля, когда ещё не окончились первые пожары, Махмутов бывший на задах Пылаева, увидал, что загорелась соломенная крыша задов Просвирнова; Пылаевы были тут же и видели то же самое; горело снаружи, от чего произошёл пожар, они не знают, неосторожности с огнём ни с чьей стороны не было, посторонних людей не видали; Махмутов пытался было потушить огонь шляпой, но огонь быстро распространился по всей крыше.
(Тохтамыш Махмутов, 19 лет, крестьянин деревни Малой Цильны Ново-Какерлинской волости Буинскаго уезда, магометанин, неграмотный.
Я попал на первый пожар уже тогда, когда всё горело, и начала его не видал. Ветер был очень сильный и дул во все стороны. Часа в 3 пополудни я пошёл с этаго пожара домой, зашёл на гумно и, возвращаясь, оттуда, увидел дым на соломенной крыше хлева Василия Просвирнова. Я думал сначала, что кто-нибудь курит, но всмотревшись ближе, заметил, что горит крыша. Я бросился туда, и в это время ни там, ни вблизи никого не было. Когда я подбежал к хлеву, то огонь был маленький и охватил пространство величиной с ладони руки. Я прикрыл огонь своей шляпой, но в это время ветер усилился, и огонь стал быстро распространяться. Огонь появился первоначально на наружной стороне крыши.
Пётр Матвеев Пылаев, 52 лет, грамотный.
12 сего Июля днём я ехал со снопами с поля домой и увидел, что горит наша Шумовка. В это же время я заметил экономических рабочих татар, скакавших по полю на пожар, но экономический староста Александр Чичеров велел им вернуться назад, я заметил Чичерову, с какой стати он так делает, а он возразил, что это не моё дело. Так рабочие эти и не были на пожаре.
23 сего Июля я был на первом пожаре и отвёз туда бочку воды; но начала пожара не видел. Затем я вернулся домой, а часа в 4 пополудни работник мой Тохтамыш Махмутов вдруг крикнул, что горит мой сосед Василий Просвирнов. Я посмотрел туда и увидел на соломенной крыше хлева Просвирнова сзади маленький огонь, всё равно, как в свечке. Я сказал Махмутову, чтобы он попытался потушить огонь своей шляпой, и он это сделал, но огонь вырвался из-под шляпы и стал быстро распространяться. Ветер был очень сильный и постоянно менял направление, первый же пожар ещё не кончился, и галки с него несло далеко. В этот пожар сгорел и мой двор вместе со всем имуществом на сумму не менее 600 р. Тут же погорел и Степан Королёв. Взрывов никаких не было.
Надежда Иванова Пылаева, 54 лет, неграмотная.
Я жена потерпевшаго Петра Пылаева, в прошлый вторник после обеда я шла с огорода и увидела, что на соломенной крыше хлева соседа нашего Василия Просвирнова, жившаго рядом с нами, снаружи и сзади появился дым. В это время возле этаго хлева никого не было. Я закричала, что мы горим. Тем временем на крыше появился огонь и стал быстро распростоаняться. Ветер был сильный и дул во все стороны. Вскоре загорелся и наш двор. Я только успела выхватить сынишку, а всё остальное сгорело).

Сын потерпевшаго Просвирнова - Иван Просвирнов - объяснил, что он спал в сенях, и когда поднялась булга, проснулся и увидал, что горит соломенная крыша сарая сверху, внутри же сарая огня не было.
(Иван Васильев Посвирнов, 18 лет, грамотный, родной сын Василия Просвирнова.
В прошлый вторник часу в 1м или 2м пополудни я спал в сенях своего дома, как вдруг на улице сделалась булга. Отворив дверь сеней, я увидел, что горит соломенная крыша нашего хлева снаружи и сзади. В это время под крышей, т. е. внутри хлева, огня не было. Ветер был сильный и дул на восток. Наш двор быстро сгорел, и мы не успели почти ничего спасти. У нас сгорело рублей на 600. На первом пожаре, бывшем в этот день, я был, но пришёл уже тогда, когда всё горело. Когда начался пожар у нас, то первый пожар ещё не кончился).

Его объяснение подтвердил крестьянин с. Шумовки Владимир Тормозов, прибежавший при начале булги во двор Просвирнова.
(Владимир Иванов Тормозов, 19 лет, грамотный.
В прошлый Вторник часу в 3м или 4м пополудни я вышел на крыльцо своего дома и увидел, что деревенские ребятишки бегут на зады и кричат: "пожар". Я посмотрел на зады нашего порядка, но там ничего не оказалось. Тогда я побежал вместе с народом, и вскоре оказалось, что горит соломенная крыша на задах Просвирнова или Пылаева снаружи и сзади. Я побежал на двор Просвирнова, помог ему вытащить вещи и хорошо видел, что под крышей задов, внутри их, огня ещё не было. Ветер был средний и в начале пожара крутил, т. е. дул во все стороны, а затем потянул в одну сторону. Первый пожар, бывший в этот день в нашем селе, на котором я не был, ещё не кончился в это время. Пожар этот быстро распространился и истребил несколько десятков дворов. Во время пожара никаких взрывов не было.
Тимофей Фёдоров Горшков, 43 лет, неграмотный.
Я состою уличным караульщиком в нашем селе и ночью обхожу улицы, а днём зады. В моём квартале находился двор Василья Просвирнова, и я знаю хорошо, что до 10 часов утра, когда начался первый пожар, к этому двору никто не подходил. В 10 часов я отправился на первый пожар с бочкой и был всё время, пока не начался второй пожар. Ветер был сильный и постоянно менял направление.
Василий Семёнов Просвирнов, 58 лет, грамотный.
На первый пожар, бывший 23 сего Июля, я попал уже тогда, когда всё горело. Ветер был сильный, и дул в одну сторону. Я ещё был на этом пожаре, когда загорелось на нашем порядке. Я бросился туда, и оказалось, что там пожар начался с моих задов и когда прибыл, то двор мой уже сгорел. Понесено мною убытка на 600 р. <…> Взрывов никаких не было).

(Продолжение следует).